Молчание. Что это?

После того как я зашёл домой после учёбы, меня схватили и затащили в мою комнату. Когда я зашёл в комнату, то обомлел, везде лежала её одежда, причиндалы для лица, лифчики и всякое в этом роде. — Ой, ты чего испугался? Это всего лишь маскировка. — На её лице красовалась ухмылка. Я замотал головой и попятился назад. Это всё выглядело как комната пыток! За моей спиной щелкнул замок, вот этого я не ожидал. — Братик, будь моей моделью, пожалуйста. — Она сделала щенячий взгляд. «А разве модель парень не лучше?» Напечатал я на телефоне. — Нет, братик, пожалуйста. Я в долгу не останусь. Да и к тому же с письмецом помогу, а если не согласишься, я найду его и кое-что про тебя расскажу. Его адрес я уже сфотографировала. Я лишь печально вздохнул, что ознаменовало её окончательную победу. Она действительно многое знает, что не следует другим говорить. Она даже прыгать от радости начала. — Всё, теперь садись туда, — она ткнула пальцем в сторону дивана, где лежали парики и платья. «Здесь одни платья!» — Ой, точно, вот стул садись! — она ногой подкатила ко мне мой стул. Только я присел, как она ко мне побежала, крутанула меня, села напротив меня, схватив какой-то страшный пинцет! — А теперь мы займёмся бровями! «Ты только не сделай мои брови как у девочки, как я потом покажусь в академии?» — Да не ссы ты, всё будет хорошо! А теперь закрой глаза и будь мужиком! Последние двадцать минут я сидел как истукан и пытался не чихнуть, не закашлять, не проронить слезинку. Это было по-настоящему ужасно. «И как вы, девушки, всё это терпите?» — Вот так и терпим. Секреты надо знать. «Ладно, хрен с ним, что дальше по твоему плану?» — Ну, ты пообещай только не дёргаться и всё. Я согласно кивнул.  — А теперь слова закрой глаза и не пугайся. Я почувствовал, как по моему лицу размазывают кремообразное вещество, потом что-то мягкое, это была пудра, и ещё какая-то щётка, это были румяна. Два часа меня так мучали. Два часа! И оказывается, это была только ещё, как она сказала «Всего лишь основа»! Ничего себе основа-то! Ну ладно, если начал, то надо довести до конца. — Ты хочешь сдаться и попятиться как рак? — раздался приглушённый голос сестры. От удивления я распахнул глаза, и случайно увидел, как она преобразила мою местами красноватую кожу в идеальную, идеальную во всех смыслах. На ней не было ни одного изъяна, она была бархатистой, светлой, будто фарфоровой, вот прикоснёшься к ней, и она треснет или сломается. Я нарыл свой телефон и быстро напечатал «Ань, это превосходно, продолжай, и я не пошёл на попятную, доведём это до конца!» Она кивнула и приступила делать дальше. Она занялась моими глазами, Из косметички посыпались карандаши, тени, что-то ещё, но самое главное и устрашающее это НАКЛАДНЫЕ РЕСНИЦЫ И КЛЕЙ! Я этого всегда боялся. Ну, раз согласился, то буду терпеть до конца, хоть уверенности во мне поубавилось. — Что бы ни чего не произошло, ты должен случать меня и не сопротивляться, ну, и по возможности подавлять слёзы, понятно? Я кивнул. Она поискала что-то в этой кучи, на мой взгляд, барахла, и, найдя там чёрный, как смоль, карандаш приказала мне закрыть глаза. Я естественно послушался, потерять глаз особенно сейчас мне не очень-то и хотелось, а потерять его я могу, если она или я дернемся. Мне начали рисовать на глазах, точнее на нижних веках. Во всех уголках что-то делать тоналкой на пару тонов светлее основы, ещё раз рисовали карандашом, но не на верхних веках, до них ещё не касались, чего-то ждали, но и до них добрались. Мне начали клеить накладные ресницы пару раз съезжая, и ругаясь. Как только с ними закончили, то начали их клеить на нижние веки, потом снова карандаш, и тени пошли в ход, и что-то там ещё. Всю кучу собрали и аккуратно сложили обратно в совсем маленькую сумочку для этой кучи, удивляюсь я этим девушкам. Аня решила выложить ещё одну косметичку, но на этот раз там было всё для губ. Я смотрел, выпучив глаза, а она лишь самодовольно хихикала. Зеркала все были запрятаны, и я не мог посмотреться, как жаль. Она повернула мою голову к себе и начала мазать мои губы тоналкой, потом обводить их чем-то, потом красная помада пошла в ход, я чуть со стула не упал. Но под её грозным взглядом быстро сел нормально и не дёргался более. Ладно, с лицом мы закончили, но это ещё далеко не конец. — Слышь, ты главное не ешь и ни чего не делай с лицом, ГЛАВНОЕ НЕ ПРИКАСАЙСЯ К НЕМУ! А ТО ТЕБЕ ХАНА, понял? Я мотнул головой. — Посмотрись, но не кричать! Я кивнул. Она подвела меня к зеркалу, и резко сдёрнула с него ткань. Я немного дёрнулся, но она меня держала, а потом я застыл от непонимания и не мог ни чего сделать…