pretty in punk

      – Ты такой прекрасный, Люки.       – Почему ты всегда это говоришь? – я выдохнул, сжимая простыни своими только что накрашенными руками, когда Майкл припал к моим ключицам и шее.       – Потому что ты не веришь в это.       – Я самый горячий говнюк в нашей школе.       – Да, ты говоришь это, но ты же реально в это не веришь, не так ли? – Майкл остановился, переставая оставлять засосы на моей коже, чтобы посмотреть мне прямо в глаза. Все сексуальные порывы исчезли и я перевоплотился в стеснительного мальчика, подтягивая коленки к своей груди и обнимая их, стараясь превратиться в клубок.       – Не совсем, – признался я. Майкл нахмурился, и я отдал бы всё, что угодно, чтобы никогда больше не видеть эти щенячьи глаза, наполненные жалостью.       – Почему? – наконец-то прошептал он. Я разрешил тишине витать в воздухе, думая в своей голове о том, что я собираюсь ему сказать.       – Когда мне было 10 лет, каждый в моём классе дразнил меня за то, что я был пухлым, некрасивым и тихим. Я ненавидел это, я ненавидел себя, – я ощущал, как привкус желчи подкатывает к гортани и проглотил его обратно, — Я не люблю, когда ко мне прикасаются потому что однажды группа парней избила меня настолько сильно, что я даже не мог ходить. Нет, их, конечно же, исключили, но мне пришлось сменить школу ради собственной безопасности. Я спустился на пол и подобрал одеяло, закидывая его себе на спину и оборачивая вокруг себя, заворачиваясь в маленький кокон. Внезапно, я почувствовал, как озноб пробирался по моей коже из-за старых воспоминаний.       – Я пошёл в старшую школу с новой позицией. Если люди хотели иметь причины для ненависти ко мне, то я собирался дать им их. Я купил косметику и научился пользоваться ей, а потом купил юбки и цветочные веночки. По началу я жутко ненавидел это, ненавидел, как в основном я превращался в девочку. Но я научился любить это в себе, – Майкл многозначительно посмотрел на мою юбку после последнего предложения, – Я мог стать абсолютно другим человеком. Я был общительным, циничным и уверенным в себе. Но настоящий я, тот я, которого ты видишь каждый день, совсем другой. Я ненавижу своё тело, я ненавижу то, как все смотрят на меня, я ненавидел то, кем был, я ненавижу то, кем я являюсь сейчас. Я не хороший, Майкл. Я никогда не буду достаточно хорошим для тебя. Майкл сидел на корточках передо мной, и был полностью ошеломлён. Его глаза были такими огромными и наполнялись слезами. Его рот был приоткрыт, а руки были протянуты ко мне, будто он хотел прижать меня к себе, но он знал, что я не люблю это.       – Т-ты такой хороший. Ты безупречный, – я быстро отрицательно покачал головой, но он продолжил: – Я люблю абсолютно каждую часть тебя, даже те, который ты ненавидишь. Я люблю тебя, Люк, и ничего в этом мире не сможет остановить мои к тебе чувства. Ты моя, чёрт возьми, милая принцесса, и ты всегда ею будешь. Я видел, как горячая слеза скатилась по его щеке; он наклонился, прислоняясь своей головой к моему животику, а его руки были неуклюже обернуты вокруг моей талии. Я сидел, скрестив свои ноги так, что они упирались в его рёбра, но он не заметил этого. Тогда я притянул Майкла ближе, поглаживая его волосы и нашептывая полный бред, когда он рыдал.       – Майкл, я-я хочу, чтобы ты з-занялся со мной любовью, – заикался я. Ещё раз громко всхлипнув, Майкл наконец-то оторвался от меня.       – Ты уверен?       – Я уверен, – я кивнул, держа лицо Майкла в своих руках. Майкл наклонился, усыпая моё лицо лёгкими поцелуями, намерено избегая моих губ. Я остановил его, когда он собирался снять мою (его) куртку.       – М-могу ли я остаться в ней? Он кивнул, перемещая свои руки с талии на мою юбку, медленно приподнимая её и подвергая своему вниманию мои молочного цвета бёдра и уже вставший член.       – Они такие красивые, – он оставил поцелуй на каждой стороне бёдер, – Они тоже, – он поцеловал обе мои коленки. Мои икры и лодыжки так же само были усыпаны маленькими поцелуями, прежде чем его губы вернулись обратно на верхнюю часть моего тела. Мой лоб, моя шея, мои ключицы, мои руки, мои ладони, мой живот (он немного приподнял мою юбку для этого), мои тазовые косточки. Он прошептал «красивые» по отношению к каждой части моего тела. Майкл соединил наши губы, пробормотав конечное «красивый» прямо в мой рот. Я улыбнулся ему, по-настоящему доверяясь парню, отвечая на его поцелуй настолько сильно, насколько вообще мог. Он медленно спускался вдоль моего тела, оставляя на нём нежные прикосновения и поцелуи, касаясь своими пухлыми и мягкими губами моей молочной кожи, пока не достиг моего члена. Глаза Майкла смотрели прямо в мои, когда он поцеловал головку, и он закрыл их, когда начал резко вбирать, позволяя нескольким новым сантиметрам проскальзывать в свой рот, тем самым заглатывая его где-то до половины. Он быстро водил головой туда-сюда, а его язык вытворял невероятные вещи: он облизывал мой член и втягивал щёки, продолжая обводить языком контур члена. Он придерживал мои бёдра двумя руками, чтобы я не пытался спешить со всем. Я простонал, когда Майкл стал водить головой слишком быстро, его зубы случайно коснулись чувствительной кожи на моем члене. И я понял, что, вероятно, это всё будет больно, но я был в неком тихом раю, где море перестало давным-давно бушевать, донося до меня лишь приторный и сладкий звук бьющихся о скалы волн, так что ничего не могло испарить моё блаженство сейчас. Майкл отпрянул с громким причмокиванием, оставляя меня хныкающим и скулящим.       – Если я продолжу отсасывать тебе, я просто кончу в свои штаны, – сказал Майкл, снимая свой ненужный ремень с уже-слишком-узких-джинсов, – Но тем не менее, я хочу трахнуть тебя в этой юбке. Я сглотнул; я понял, что он собирался делать, когда не снял мою юбку ещё в начале, но слышать эти слова вслух заставляли меня ещё больше поверить в то, что это реально. И после того, как Майкл снял свои боксеры, он лежал рядом со мной. Он схватил меня, усаживая на свои бёдра и раставляя мои колени по обе стороны.       – Знаешь ли ты, – прошептал Майкл, – Насколько горячо будет иметь тебя, пока ты будешь скакать на моём члене? Я посмотрел вниз на себя. Я был одет в кожаную куртку Майкла и розовую юбку, которую Майкл подарил мне на мой день рождения.       – Готов? – спросил Майкл, подняв пальцы со смазкой на них. Одной рукой я держал его, направляя прямо к расселине, откровенно показывая, насколько готовым я был. Он нежно протолкнул один палец внутрь меня, начиная двигаться удивительно медленно, чтобы я мог привыкнуть к боли, несмотря на то, что это не первый раз. Я ощущал дискомфорт в заднице, но с каждым разом он всё утихал, заставляя меня сжимать колечко мышц. Медленная скорость Майкла становилась почти невыносимой, и я немного привстал, разрешая после пальцам Майкла проникнуть в меня ещё глубже. Майкл понял намёк, засовывая палец как можно дальше, прежде чем окончательно вынуть. Вокруг моей задницы было уже два пальца, которые нежно поглаживали тонкий слой кожи. Я насадился на пальцы, наслаждаясь тем, какого мне было сейчас, чувствуя их внутри себя. Во время того, как он растягивал меня «ножницами», Майкл пробрался другой рукой под мою юбку и оставил след на моей заднице. Я понял, что он нарисовал там сердечко, но после точный контур размылся, оставляя там пятнышко, потому что после того, как сердечко было вычерчено на моей заднице, он медленно вытащил пальцы, позволяя мне чувствовать, как внутри разгорается огромный пылающий огонь, когда чувство заполненности покинуло меня.       – Ты готов оседлать меня, малыш? Я убрал его руки и аккуратно переместил их обратно на свою талию, прежде чем немного выпятил задницу и стал опускаться вниз. Я почувствовал головку его члена в себе и приподнялся обратно, прежде чем за считанные секунды сесть обратно, но теперь позволяя его члену оказаться во мне немного глубже, снова и снова повторяя эти действия. Его руки на моей талии – единственное, что удерживало меня во время того, как я скакал на нём, подмахивая задницей, потому что казалось, что вот-вот и я буквально свалюсь, не в силах даже и приподняться от всего, что сейчас происходит со мной. У нас был один единственный ритм, который мы оба задавали и который делал нас двоих до безумия счастливыми.       – Ты выглядишь так хорошо, принцесса. Так хорошо, оседлав мой член и подпрыгивая на нём. Я покраснел из-за его немного пошлой похвалы, стараясь делать это лучше и создавая громкие шлепки между нашими телами, пока Майкл не начал скулить подо мной. Я мог чувствовать подушечки пальцев Майкла под своей юбкой, хотя это не было тем, что меня беспокоило. Несмотря на то, что я не любил, когда кто-то касался меня, сейчас это было весьма приятно – иметь ещё больше телесного контакта с ним. Майкл задыхался, пытаясь взять хоть немного больше воздуха в свои лёгкие, и стонал, когда я коснулся себя, оборачивая свою ледяную руку вокруг своего члена. Майкл смотрел на меня с проницательным обаянием, когда я одновременно снимал напряжение внизу живота и трахался с ним.       – Кончи для меня, принцесса. Больше, чем после трёх толчков и рывков, я небрежно кончил себе на руку. Майкл сжал мои бёдра ещё сильнее, наверняка оставляя в тех местах синяки, когда я достиг своей вершины; он резко толкнулся, после медленно выходя, прежде чем вошёл в меня снова. Он продолжал приподнимать и опускать меня на свой член за бёдра, пока не тоже не кончил глубоко в меня.