pretty in punk

      – Твой лак уже слазит, – сказал Майкл, разворачивая мои ладони, тем самым показывая мне мои ногти, – А я могу накрасить их вместо тебя?       – Можешь делать это до тех пор, моя не зальёшь лаком мою кожанку, – предупредил я, убирая руки и идя к полке с разными вещичками для красоты, захватив свой любимый лак; он был светло-голубым, переливавшийся вместе с блёсточками.       – Я надеюсь, ты понимаешь, что вообще-то это моя куртка, – сказал Майкл, смотря на то, как я использую жидкость для снятия лака, чтобы убрать остатки лака с ногтей.       – Но я выгляжу как панк в ней, – надулся я.       – Ты никогда не будешь панком, Люки. Ты всегда будешь моей милой принцессой. Я вздохнул и закатил глаза, но внутри я чувствовал, как моё сердце сжимается. Я любил, когда Майкл называл меня своей принцессой. Я не знал, то ли у меня был такой кинк, то ли Майкл внёс в меня это, то ли он появился с тех пор, как Майкл начал меня так называть. Когда я закончил стирать лак, я провёл Майкла на кухню и сел с одной стороны стола, а Майкл – с другой, напротив меня. Моя мама сидела на диване в гостиной, смотря на нас боковым зрением и с улыбкой на лице, делая вид, будто она смотрит телевизор. Мы с Майклом игнорировали её взгляд, и я заполучил оставшееся внимание Майкла, когда он нахмурил брови, контрируясь на том, чтобы бережно и аккуратно нанести новый цвет на мои ногти на протянутой руке. Как ни странно, он не запорол всё и даже не измазал мою (его) чёрную кожаную куртку.       – Она не твоя, не так ли? – спросила моя мама, когда Майкл закончил, указывая жестами на куртку.       – Вообще-то она моя, – сказал Майкл, очаровательно улыбаясь ей, – Но разве Люк не выглядит мило в ней?       – Очень мило, – она согласилась, подмигивая мне из-за спины Майкла, – Я думаю, ты должен остаться сегодня у нас на ночь, Майкл, – глядя на наши шокирующие взгляды, она продолжила: – Ты выглядишь достаточно хорошим парнем, также для нас с Эндрю будет отлично, чтобы пойти прогуляться куда-нибудь ночью. Теперь я оставляю вас... наедине. И я клянусь, Кристал и моя мама очень быстро станут друзьями.

***

После того, как мои родители ушли со своим «Предохраняйтесь!» и глупым подмигиванием, мы с Майклом обнимались на диване под чёрным пушистым пледом, на котором были розовые и красные розы, сшитые по краями, также мы смотрели старые фильмы. Мы уже посмотрели «The Breakfast Club», «Dirty Dancing» и «Sixteen Candles». Любимым фильмом Майкла был «The Breakfast Club», а мой «Dirty Dancing». Я пытался занять себя фильмом, который сейчас шёл («Pretty In Punk»), но руки Майкла были вокруг меня и играли с краем юбки на уровне талии. Я замер, ожидая, пока он поймёт. Его пальцы потихоньку спускались вниз и я старался продолжать ровно дышать, мой взгляд упал на Молли Рингвальд, которая играла Энди.       – Ты не надел никаких-       – Скажи это более сексуально, – прервал парня я, не смотря на него.       – Моя- Стой. Ты-, – он вздохнул, закрывая глаза, прежде чем открыть их и глубоко вдохнуть, – Моя принцесса не надела трусики? Я легко усмехнулся, прежде чем начал громко хихикать. Майкл натянул одеяло на свою голову, прячась от позора. Я приподнялся и оседлал его (что было не так и легко в очень короткой юбке), стянув одеяло вниз.       – Эй, перестань, – сказал я, имитируя парня, пытаясь и прячась, как он, – Здесь нет чему стыдиться. Он хихикал вместе со мной, пока его руки не вернулись на мою талию.       – Ты вообще без трусиков.       – Я не всегда их ношу, – Майкл вопросительно изогнул бровь, и я стал рассказывать ему более подробно: – Ну знаешь, я ношу и нормальное нижнее белье. Не так уж и легко найти трусики, которые должным образом подходят мне.       – Что ж, – начал Майкл, переворачивая нас на маленьком диване так, что теперь он сидел на мне; одеяло давно было забыто и сброшено на пол, когда Майкл пробежал руками вверх-вниз по моим бокам, – Трусики или нет, я всегда буду любить тебя.       – Ты уверен в этом? Майкл утвердительно промычал. Его глаза внимательно смотрели в одну точку, даже когда я дразня облизал губы, чтобы отвлечь его, но его взгляд даже не колебался.       – А когда я буду старым и весь в морщинах?       – Я тоже буду старым и в морщинах, так что я буду выглядеть так же ужасно, – Майкл наклонился вперёд и поцеловал меня. Не теряя и минуты, я ответил на его поцелуй, мои губы сливались с его, как один огромный пазл. Его губы были такими мягкими на ощупь, а его грешный язык касался и достигал каждый сантиметр в моём рту. Я выпустил смущённый стон, когда Майкл наконец-то отодвинулся, заставляя его немного хихикнуть. Его зелёные глаза засветились.       – Я думаю, мы должны оставить это всё только в пределах твоей комнаты.