Слепота - не приговор, чья-то прихоть - не моя судьба

      Следующий день начался точно так же, как и предыдущий. Нана проснулась самой первой и, решив дать всем остальным выспаться, пошла готовить завтрак. После того, как его самого заставили заниматься домашними делами, Шамал перестал настаивать на соблюдении женщиной режима, чем та поспешила воспользоваться.       Шамал проснулся не многим позже, но когда спустился на кухню, женщина уже успела поджарить тосты и приготовить омлет. Заметив его приход, она начала накрывать на стол, попросив мужчину самому приготовить себе и ей кофе. Ну а так как всё уже было готово, накрыто, а все бодрствующие хотели есть, Нана, как хозяйка дома, решила пойти будить ещё не проснувшихся Цуну и Верде. Она уже почти ушла, как на пороге кухни была неожиданно остановлена.       — Ты куда? — вдруг спросил мужчина.       — Будить Цу-куна и Верде-куна. А что?       — Да так, ничего, просто лучше не надо будить Верде, — чуть обеспокоенно сказал Шамал. Он-то знал, на что способны аркобалено когда им не дают выспаться. Причём, не понаслышке.       — Почему? — удивилась Нана.       — Как бы так сказать… Лучше не рисковать. Все аркобалено ненавидят, когда кто-то мешает им спать. И лишь двое не попытаются тебя убить в ту же минуту, когда ты попытаешься к ним подойти.       — Аркобалено?       — Это такие же люди, как и Верде. То есть, они взрослые люди, но выглядят как дети. И без веской причины с ними лучше не связываться. Как-то так, — пояснил мужчина.       — А, ясно, — почти ничего поняв, сказала Нана и пошла в сторону спален. И так как она пропустила все предостережения мимо ушей, то и соответствующие выводы не сделала. Разбудив сына, она помогла ему переодеться и спуститься вниз. Уже не обращая внимания на протесты, она усадила Цуну за стол и, оставшись незамеченной Шамалом, отправилась будить нового домочадца…       Шамал никогда не любил работать с кем-то. Ему больше по душе быть одиночкой, и потому он отклонял все предложения вступить в какую-либо семью, будь это всемирно известная Вария или малюсенький клан в неприметном городке Италии. Но, тем не менее, мужчина почти никогда не отказывался от временного союза с кем-то ради достижения своих целей. Как-то раз, когда он был ещё молод и горяч, то имел глупость попытаться обмануть Верде и стащить результаты некоторых его исследований. Тогда ему чудом удалось не только сбежать целым и невредимым, но и извлечь из всего произошедшего кое-какую выгоду. Но после того случая он раз и навсегда понял, что без невероятно важной причины он с этим аркобалено даже в одном городе постарается не находиться. Ну, а ещё он осознал, что лучше никогда не напиваться со старыми друзьями, которые в два счёта могут взять «на слабо». Но вот у судьбы были свои планы на этот счёт.       Сейчас ситуация была почти критической, поэтому Шамалу и пришлось обратиться к Верде. То, что он вообще согласился сотрудничать, несмотря на ту давнюю историю, было замечательно, пусть и влетело в копеечку. Однако сейчас, когда всё уже почти закончилось, мужчина вдруг понял, что не может просто уйти и оставить семью Савада наедине с аркобалено. Он привязался к ним, что-ли, а Верде ведь может сделать то, что от него попросили, но не факт, что в процессе кого-то не убьёт или не пустит на опыты. С него станет вдруг решить, что Нана мешает его исследованиям, а Цунаёши лучше изучать по частям. Хотя, может быть, он себя накручивает и всё обойдётся вполне мирно?       В том, что мирно всё не закончится, мужчина убедился очень скоро. И часа с момента его пробуждения не прошло! Не успел он даже кофе разлить по чашкам, как Нана пошла будить Цуну и Верде. Пусть он и попросил её не лезть к аркобалено, но кто знает, что у этой женщины на уме. И даже зная, что она может полезть к учёному, а потому за ней надо глядеть в оба, момент, когда женщина ушла будить Верде, он пропустил. То, что Нана пропала с его поля зрения и пошла-таки в спальню грозы аркобалено, он заметил лишь после приглушённого женского крика со второго этажа дома. Быстро сообразив что к чему он тут же бросился спасать непонятливую женщину. Конечно, вряд ли Верде сделает что-то непоправимое, но он ведь предупреждал Нану! Зачем вообще туда было лезть?       Видимо, судьба решила сегодня поиздеваться над Шамалом и полностью разрушить его понятие о мироздание в принципе и Верде в частности. Вывод: никому никогда не суждено узнать что твориться в голове этих проклятых младенцев. И в голове у Наны тоже.       — Что… Что тут произошло?! — спустя полминуты воскликнул мужчина. То, что он увидел, когда вбежал в нужную комнату, повергло его в самый настоящий шок. Но ведь и правда тяжело оставаться спокойным, когда, вместо предполагаемой страшной сцены насилия безумного и не выспавшегося учёного над непонятливой женщиной, ты видишь как эта самая женщина, непонятно каким образом умудрившаяся запутаться в невесть откуда взявшейся огромной куче проводов, лежит на полу, а тот, кто, в теории, должен был её убивать, тихо матерясь, пытается выпутать её из этой кучи. А когда он в своё время приближался к аппаратуре учёного или случайно будил, в него первым делом летело что-то взрывоопасное.       — А? Шамал, а ты чего поднялся? — только и спросила женщина, заметив застывшего в проходе мужчину.       — Чего стоишь? Иди сюда и помоги мне её выпутать, — злобно прикрикнул на него Верде.       — Так что тут, все-таки, случилось? — всё ещё ошарашено спросил Шамал, но тем не менее пошёл помогать.       — А! Я просто споткнулась обо что-то и упала в эту кучу проводов. А когда пыталась встать, то только ещё больше запуталась. Ну, а потом Верде-кун проснулся и стал помогать мне выпутаться, — Нана была беспечнее некуда, чем ещё больше злила аркобалено.       — Эта дура умудрилась запутаться в моих проводах. Если они порвутся, то моё оборудование будет бесполезно, пока я не достану новые. Ещё и ничего другого сделать нельзя! Труп выпутывать будет ещё труднее, — бубнил проклятый младенец, злобно поглядывая на женщину. Мало того, что она его разбудила, так ещё и чуть не сломала драгоценное оборудование! Всё-таки уникальность — не всегда хорошо. Заменить уникальную деталь быстро не удастся.       — Верде-кун! Прекрати грубить! Обзывать других людей некультурно, — тут же взъелась женщина.       — Я как минимум вдвое старше тебя, женщина! Прекрати меня поучать! Где твоё уважение к старшим? — ещё больше рассердился аркобалено.       — И что? Даже это не даёт тебе права обзывать других людей, — продолжала читать мораль Нана.       — Я ещё никого не обзывал! А вот если хоть один из моих проводов окажется порванным, то у тебя есть все шансы больше не проснуться.       — Мама, Шамал-сан, а что тут случилось? — вдруг спросил кто-то прямо за спиной мужчины, заставив того нервно дёрнуться и рефлекторно потянуться за оружием.       — Цу-кун, ты чего сюда один поднялся? Я же просила тебя посидеть внизу! — запричитала женщина.       — Цуна, не подкрадывайся больше ко мне со спины, ладно? — немного отойдя от шока от текущей ситуации, сказал Шамал.       — А? Я вас не видел, Шамал-сан. Вы где? — спросил мальчик, завертев головой, на что мужчина лишь тяжело вздохнул, вспоминая, что Цуна его не видит.       — Слава богу ничего не порвалось, — облегчённо вздохнул Верде, когда выпутанная Нана уже пошла в сторону сына. — Радуйся, женщина, сегодня я тебя прощу.       — Верде-кун, давай переодевайся и спускайся завтракать. И прекращай говорить всякие глупости! Вроде бы взрослый человек, врач, а говоришь непонятно что, — сказала женщина, выходя вместе с Цунаёши и Шамалом из комнаты.       Уже спустя десять минут все спокойно завтракали. Ну как спокойно. Цуна с матерью действительно беззаботно ели, аркобалено, пусть и был зол и раздражён, но всё-таки тоже сидел спокойно, а вот Шамал, по только ему известным причинам, был словно на иголках и всё время ждал подвоха. Но вечно это продолжаться не могло, поэтому, как только закончилась трапеза и Нана сложила посуду в мойку, все уселись в гостиной, чтобы обсуждать планы на ближайшее будущее.       — Итак, Верде, у тебя уже есть какие-то планы насчёт Цуны? — начал разговор Шамал.       — Планы на него у меня большие, — немного мечтательно протянул учёный. — Но если ты говоришь о его зрении, то несколько идей у меня есть.       — Правда?! — обрадовался Цунаёши. — Я и правда после этого смогу видеть?!       — У нас не так много денег… — всё же решила уточнить женщина. Мало ли что стребует этот странный человек с них за лечение. Некоторые сбережения, конечно, есть, но если их будет мало, придётся сознаваться во всём Емицу. А ведь все были против такого расклада.       — Это может быть проблемой, — спокойно произнёс аркобалено, искоса глядя на взволнованную Нану. — Однако, есть один вариант… Не знаю, подойдёт ли он…       — Какой? — было видно, что даже ради небольшой надежды женщина готова на многое. Тем более вчера вечером ей перезвонила подруга и подтвердила, что подобные травмы современная медицина излечить не способна.       — Я — учёный. Сейчас работаю над одним проектом, и для его реализации я хотел бы использовать Цунаёши, — видя сомнения в глазах Наны, Верде продолжил. — Это совершенно не опасно для его здоровья. Всего лишь несколько тестов. Время от времени я буду приходить, проводить их, и всё.       — А в чём заключаются эти тесты?       — Я исследую некоторые свойства пламени, если тебя это интересует, — начал терять терпение учёный. — Подробностей ты всё равно не поймёшь. Если тебе это не подходит…       — Подходит! — тут же закивала женщина, переглянувшись с Шамалом. — Что-то ещё?       — Дай-ка подумать… Жильё, еда, никто не должен мне мешать проводить исследования. Остальной список правил и договор я составлю потом, — перечислил Верде.       — Договор?       — На случай, если вы вдруг решите отказаться от участия в моих экспериментах, — тут же разъяснил учёный.       — Так что насчёт Цуны? — напомнил о цели их небольшого собрания Шамал. Тем более о формальностях они уже договорились.       — Самым простым и действенным было бы просто пересадить роговицу, перед этим попытавшись медикаментозно исправить часть повреждений, — спокойно сказал учёный, но тем не менее, его слова воспроизвели довольно сильное впечатление на одного из присутствующих.       — Нет! — категорично заявил Цунаёши, чем довольно сильно удивил всех. А дабы закрепить эффект ещё и топнул ногой. Правда, сделать это сидя на диване довольно сложно, и в результате мальчик чуть не упал с него.       — Что такое, Цу-кун? — не поняла причины резкого недовольства сына Нана.       — Это ведь займёт кучу времени! И придётся что-то пересаживать! Я не хочу! — чуть ли не заистерил Цунаёши.       — Зато это самый логичный и простой способ. В больнице бы сделали именно так, — начал заверять его Верде.       — Нет! Не хочу! — не унимался Цуна.       — Почему сразу нет? Ты же даже не знаешь что именно я предложил! — к великому удивлению Шамала, аркобалено начал спорить с Цуной словно его ровесник. Скажи ему ещё пару лет назад, что он станет свидетелем подобного, он бы долго смеялся. Ну, а сейчас просто наблюдал за этой картиной и в очередной раз убеждался, что он ничегошеньки не понимает в образе мышления аркобалено в принципе, и Верде в частности.       — Просто не хочу и всё!       — Ты не понимаешь от чего отказываешься! Неужели ты не хочешь снова видеть?       — Хочу. Но ты же придумал ещё что-то. И это будет намного быстрее! И получится наверняка!       — Погоди, ты ведь просто не хочешь напрягаться и что-то изобретать, я прав? Надеешься просто скинуть лечение на какого-то знакомого врача? — наконец догадался что к чему мужчина и выжидающе уставился на аркобалено. Верде же в ответ только задумчиво начал сверлить взглядом пол. — Молчание — знак согласия.       — Так что на счёт меня? Я всё ещё ничего не вижу! — напомнил о себе Цуна, которому надоело слушать только молчание взрослых. Он тут, между прочим, их предложений ждёт, а они молчат как партизаны.       — Будь ты обычным человеком, а не уникумом, владеющим пламенем с пяти лет, то я бы даже не напрягался. Чтобы что-то придумать, мне нужно более тщательно осмотреть глаза и провести расчёты. А для этого нужно какое-то время. А из того, что можно сделать прямо сейчас… Возможно, если ты полностью овладеешь пламенем и научишься его контролировать, будет проще найти решение. Вчера ты говорил, что на него была какая-то реакция, — сказал Верде моментально забывая о недавно случившемся конфликте. Он, конечно, немного покривил душой, но надо же как-то заполучить материал для экспериментов. Не всё же внимание зрению мальчишки уделять. Тем более пока он научится его контролировать…       — Ты хочешь как можно скорее исследовать его пламя, — безапелляционно сказал Шамал, на этот раз прекрасно понимая, какие именно цели преследует учёный. Не сказать, чтобы он был удивлён. Просто констатация факта.       — Я пытаюсь помочь. А то, что параллельно я проведу несколько исследований, это всего лишь не заслуживающая внимания мелочь, — спокойно парировал Верде.       — Да ты только из-за этих исследований и согласился помочь, — продолжил наступать мужчина. Ему по какой-то причине не нравилось подобное отношение аркобалено к проблеме.       — Я согласен, — вдруг сказал Цуна.       — Вот и отлично. Этот вариант даже лучше, — весело сказал аркобалено, сразу же забывая о конфликте с Шамалом.       — Так. Я ничего не поняла. Может, мне кто-то что-то все-таки объяснит? — вмешалась в беседу Нана.       — У некоторых людей есть… особые способности. Они способны управлять неким типом энергии, который принято называть пламенем. Оно не может ничего поджечь или навредить тому, кто его зажёг. Бывает семи цветов, и видеть его могут далеко не все. Зажигать его может ещё меньшее количество людей. У Цуны есть такая способность, но он абсолютно не умеет её контролировать. Как я уже говорил, мои исследования касаются пламени, а потому, если он научится его контролировать, я смогу быстрее и качественнее ему помочь, — в двух словах объяснил всё Верде.       — А это безопасно? — засомневалась женщина.       — Абсолютно, — заверил её Верде.       — А точно поможет?       — Хуже не будет.       — Хорошо, — всё же согласилась Нана. — А сейчас, Цу-кун, посидишь с Шамалом в гостиной, пока я немножко приберусь?       — Опять? — заныл мальчик.       — Прости, но без присмотра я тебя оставить не могу, а ничем другим тебе сейчас заняться нельзя. Шамал может почитать тебе книжку, если хочешь.       — Не хочу, — пробубнил обидевшийся Цуна.       — А что ты хочешь? — спросил Шамал.       — Мультики смотреть. Или поиграть на улице. Или пойти на площадку. Или… — начал перечислять Цунаёши, но был перебит Верде.       — Я могу с ним прогуляться во дворе.       — Ты уверен? Тебе это не будет в тягость? — уточнила женщина.       — Всё в порядке, — заверил её учёный. — Как раз повреждения смогу лучше рассмотреть.       — Ну, тогда ладно, — легко согласилась Нана. — Шамал, можешь тогда сходить в магазин? У нас холодильник почти пустой.       — Хорошо, — с радостью согласился мужчина. А что? Зато ему не придётся помогать Нане убирать, стирать и так далее. Да и от маньяков всяких ненадолго сбежит. Хотя оставлять с ним ребёнка несколько опасно…       — Ну вот и чудно! Я сейчас список напишу.       — Надеюсь, ты не пустишь Цуну на опыты, пока меня тут не будет, — сказал Шамал, когда Нана вышла на кухню.       — Ты обо мне слишком плохого мнения, — как-то обижено возмутился Верде. Да уж, вечное переутомление и почти полное отсутствие сна на нём плохо сказываются.       — Ну вот. Здесь список продуктов и деньги, — сказала вернувшаяся женщина, вручая мужчине всё вышеперечисленное.       — Я скоро вернусь, — неясно кому сказал Шамал, выходя из дома.       — Ага. Можешь не возвращаться, — тихо сказал учёный, когда Нана уже закрыла дверь.