глава 10
13 декабря 2015 г., 02:51
Как ни странно, новый день начался точно так же, как и все остальные. После рассказов Верде и Шамала, Нана с Цуной всерьёз думали, что с приездом Реборна их быт моментально изменится в худшую сторону. И пусть аркобалено не называл точный день его приезда, было наивно полагать, что это случиться через неделю или месяц. Конечно, мужчины могли и приврать на счёт будущего репетитора. Уж очень слабо верилось, что с самого утра к ним через окно пролезет какой-то ненормальный и неадекватный киллер в теле пятилетнего ребёнка, превратит дом в заминированную полосу препятствий, которую даже опытные военные не пройдут, и уже с рассвета начнёт подготовку Цунаёши на роль десятого босса Вонголы. Но подобные идеи тоже не могли возникнуть на пустом месте, поэтому Савада заранее готовились к худшему.
К счастью, всё оказалось не так страшно, как-то рисовали некоторые. С утра все окна остались закрытыми, да и дом был в том же состоянии что и вчера. Никаких мин, ловушек или чего-то ещё в этом роде не наблюдалось. Нана по этому поводу даже немного позлорадствовала, вспоминая перекошенные мины Шамала и Верде, когда те в красках рассказывали о великом и ужасном Реборне. Единственное, что отличало это утро от всех остальных, странная листовка, кем-то подброшенная в почтовый ящик. «Конечно! Ни я, ни Цу-кун ничего о мафии знать не должны. Не будет же он с порога заявлять, что Цуна должен стать боссом мафиозной семьи, — подумала женщина, читая о репетиторе, который согласен работать за еду и кров. — Чего-то подобного следовало ожидать.» Впрочем, скоро листовка была отставлена в сторону, а женщина принялась готовить завтрак, размышляя, когда же в их доме появится новый жилец.
Цунаёши же с самого утра не заметил ничего необычного. День, вопреки ожиданиям, начался без инцедентов. То есть, проснулся парень от того, что упал с кровати, поэтому и решил, что Реборн объявится не сегодня. Обрадованный такими предположениями, Цуна со спокойной душой начал собираться в школу.
Подвох был обнаружен тогда, когда, как обычно, споткнувшись в начале лестницы и проехавшись до её основания, Цунаёши наткнулся на сильный источник жёлтого пламени, который уже через пару секунд сильно ударил его по голове.
— За что? — недоумевал парень, потирая новую шишку. Такой подлости он никак не ожидал. Он, вообще-то, и так пострадавшее лицо! — А ты кто вообще? — лишь спустя полминуты пришло осознание, что он понятия не имеет кто его ударил и что этот кто-то тут забыл. Хотя, были смутные подозрения…
— Так ты и есть никчёмный Цуна?
— Да, я, — осматривая неожиданного гостя, на автомате ответил Цуна. Взгляд его при этом становился всё более и более обречённым. Нежданный гость был чрезвычайно похож на Верде. Их отличало лишь то, что учёный виделся в ярко-зелёном цвете, а этот человек воспринимался ярко-жёлтым. Ну а ещё на его голове было что-то непонятное серо-фиолетового цвета. — А ты?..
— Я твой новый репетитор. Отныне я буду готовить тебя на пост десятого босса Вонголы, — пафосно изрёк аркобалено.
Кто-то не верил Верде и Шамалу? Забудьте — их прогнозы уже начинают воплощаться в жизнь.
— Ребо… Ребёнок?! — чуть не проговорился о своей обознанности в мафиозном мире Цуна. — Ты слишком маленький, чтобы быть репетитором или кем-то ещё.
— Цу-кун, ты уже познакомился со своим репетитором? — спросила Нана, выглядывая из кухни. — Представляешь, только сегодня с утра нашла листовку, а Реборн-кун уже согласился начать работать! Надеюсь, это даст свои результаты. Твои оценки никуда не годятся. Давно уже надо было задуматься о репетиторе, — весело щебетала женщина, накрывая на стол. Они давно уже решили, какой легенды придерживаться при посторонних, а вчера ещё дополнительно обсудили некоторые детали, поэтому поведение обоих было довольно необычным. — Цу-кун, если ты не поторопишься, то опоздаешь в школу.
— Что? А сколько сейчас времени? — встрепенувшись, спросил Цунаёши, глядя прямо на часы. Приезд Реборна пусть и был ожидаем, но выбил его из колеи. Хотя Нана, в отличие от него, вполне уверенно себя чувствует, словно ничего такого не произошло.
— А? Ой, точно. Сейчас без двадцати восемь, — как ни в чём не бывало ответила женщина. Проблема заключалась в том, что несколько дней назад на кухне сломались часы, и вместо них пришлось купить новые. Нана тогда немного увлеклась шоппингом и взяла вместо обычных настенных электронные. Что в этом такого, спросите вы, но была одна небольшая проблемка. Цуна не мог видеть того, что изображалось на экранах или бумаге. Вывески, картины, почти любые книги, журналы, телевизор, отражение в зеркале… Всё это оставалось для него размытым силуэтом, и ни он, ни Верде пока что решить эту проблему не могли.
Подобная сцена была обыденной для данной семье, Нана с Цуной на неё даже внимания не обратили, а вот Реборн заинтересовался. «Почему он спрашивает о времени, когда прямо перед ним стоят часы?» Но на долго зацикливаться на этом аркобалено не стал. Цуна уже успел выйти из дома, а значит ему пора приступать к своим прямым обязанностям.
В это же время подросток не спеша побрёл в сторону школы. Вообще, Цунаёши мог бы и подольше побыть дома, доесть свой завтрак и спокойно сложить сумку, о которой вчера напрочь забыл, время это вполне позволяло. Но конспирация была важнее, пришлось даже оставить недопитый чай и на скорую руку скинуть в портфель все попавшие под руку тетради. Сейчас до начала занятий оставалось немного меньше двадцати минут, а чтобы дойти от дома до средней школы нужно чуть больше десяти. Но это если вы обычный нормальный человек, а вот Цуне, спотыкающегося об каждый пятый камень, на дорогу нужно не меньше пятнадцати.
— Ты слишком неуклюжий, никчёмный Цуна, — внезапно послышалось откуда-то сверху после очередного эффектного падения.
— А?! Реборн? Что ты тут делаешь? — удивился подросток, смотря прямо на репетитора. — Разве ты не должен быть дома? И лучше не ходи по забору. Упадёшь ещё, а мне за тебя отвечать.
— Не дождёшься. Скорее ты окажешься золотым медалистом и идолом школы, чем я отсюда упаду, — проговорил аркобалено, спрыгивая прямо перед только что поднявшимся Цунаёши. У парня, кстати, от подобного пренебрежения к своей персоне, появилось огромное желание сделать какую-то пакость. Желательно — одной слишком наглой персоне. Но от подобных мыслей его очень скоро отвлекли.
— Какой милый ребёнок! — выкрикнула какая-то девушка, выбегая из-за угла и останавливаясь рядом с Реборном. Вскоре уже из-за другого угла вышел ещё кто-то.
— Это твой младший братик? — обратилась вторая девушка к Цуне, а затем, не дожидаясь ответа, заговорила уже с аркобалено. — Малыш, почему ты в костюме? На улице сейчас жарко.
— Потому что я мафиози и киллер, — ничуть не изменившись в лице сказал Реборн.
— Какой милашка! — умилились девушки.
— Ой! Если я не потороплюсь, то опоздаю. Ещё увидимся! — прокричала одна из девушек, куда-то убегая. Вторая почти сразу последовала её примеру. Что это было Цунаёши так и не понял, а потому решил не заморачиваться и просто пойти дальше. Ему и так проблем хватало. Одна из них, кстати, сейчас чего-то от него хочет.
— Эй, никчёмный Цуна, — обратился аркобалено к подростку. — Это ведь была твоя одноклассница.
— Наверное. Похожа на Сасагаву Киоко. Вторую я впервые вижу, — пожал плечами Цунаёши. Он к девушкам особо не присматривался, но один из голосов был знакомым.
— Что значит наверное? Ты настолько никчёмен, что не знаешь, как выглядят твои одноклассники? — не унимался Реборн, запрыгивая подростку на голову.
— Меня мало интересуют мои одноклассники.
— Ты просто не можешь запомнить их имена и внешность. Чего ещё следовало ожидать от худшего ученика школы?
— Одно с другим совершенно не связано!
— Докажи. Сколько учеников у тебя в классе?
— Восемнадцать… Или двадцать два… Не помню.
— Что и следовало доказать, тупой ученик.
— Слушай, мне абсолютно всё равно с кем я учусь. Я даже не знаю сколько учеников в моём классе, уже не говоря о их именах и внешности, и не собираюсь интересоваться подобным. И даже если сейчас я видел Сасагаву Киоко, которая считается чуть ли не идолом школы, мне от этого ни горячо, ни холодно! — взбесился Цуна. Подробностями школьной жизни он перестал интересоваться ещё с начальной школы и терпеть не мог когда к нему докапывались по этому поводу. Такое случалось не часто, особенно в последние два года, но всё ровно бывало. В конце концов, почему он должен интересоваться людьми, которые издеваются над ним просто из-за того, что он более неуклюж, чем все остальные?
Увлёкшись собственной тирадой, Цунаёши даже не заметил, что обстановка вокруг несколько изменилась. За разговором он, незаметно для себя, ускорил шаг и под конец своей пламенной речи поравнялся с Киоко и Мочидой. Всё бы ничего, но последние его слова услышали немного не те люди, которым они предназначались.
— Как ты смеешь! — крикнул глава клуба кендо, хватая ничего не понявшего Цуну за ворот рубашки. — Как ты смеешь так говорить о Киоко! Я не прощу тебя! Не волнуйся, Киоко, я отомщу за тебя! Никто не смеет так говорить о моей девушке!
— Ч-что?
Цунаёши был в шоке. Он себе спокойно шёл, немножечко поругался с Реборном, а тут не него набрасывается какой-то непонятный парень, которого он даже сразу не увидел. После настолько яркого, что аж глаза слепит, Реборна, ему вообще было тяжело рассмотреть что-то с небольшой концентрацией пламени. Что странно, рядом с Верде, Шамалом и другими «яркими» людьми таких проблем не возникало. Но сейчас картинка перед глазами расплывалась, потому парень даже спотыкался по дороге в школу чаще обычного.
Да и вообще, заметить Мочиду, в котором пламени меньше чем в стене его дома, было довольно сложно. Так этот… человек ещё и наорал какую-то чушь прямо в ухо. А у него, между прочим, слух очень острый! После такой звуковой атаки, как только его перестали трясти как какую-то куклу, Цуна грохнулся на асфальт и начал лихорадочно потирать уши. Даже злиться на этого ненормального не получалось — тут хоть бы в себя прийти.
— О чём ты, Мочида-семпай? Он ведь ничего не сделал! — заступилась за Цунаёши Сасагава, для которой так и осталось загадкой, почему тот набросился на её одноклассника. — И с каких пор я твоя девушка?
— Не волнуйся, Киоко. Всё будет хорошо, — поспешил заверить её парень, а затем обратился уже к Цуне. — Сегодня после уроков в спортзале. Сразимся. Победившему достанется Сасагава Киоко.
— Что? С каких пор я стала призом? Да и зачем вы будете драться? — попыталась угомонить своего друга девушка, но увы, достучаться до его разума и здравого смысла ей не удалось. Хотя было ли там до чего стучаться?
— Да что ты… — Цуна, уже немного оклемавшись, попытался выяснить, что от него вообще хотят, ибо всё прослушал, но не тут-то было. Сначала его заткнул Реборн, пинком заставив поцеловаться с асфальтом, а затем начали галдеть столпившиеся рядом школьники, не давая вставить и слова.
— Вы слышали, Мочида-семпай будет бить никчёмного Цуну после уроков, — сказал друзьям какой-то брюнет.
— Он ведь глава клуба кендо! Кажется, он занял третье место в последнем чемпионате префектуры. Он ведь такой сильный! У этого нет и шансов, — заметил парень с другого конца толпы.
— Как же Сасагаве Киоко повезло! Мочида-семпай такой классный! — восхищалась какая-то девушка.
Уже через четверть минуты из-за поднявшегося шума у Цуны всё поплыло перед глазами, зато удалось хоть немного понять, куда он успел влипнуть. Вообще, это было странно. Раньше такой сильной зависимости от окружающего шума не было. Неужели одно присутствие Реборна на него так влияет? Или тот умудрился что-то сломать, пока бил его? А что, он вполне мог. И, что обидно, аркобалено от этого ни горячо, ни холодно, а Цунаёши сейчас стены едва различает.
Не выдержав подобного натиска толпы, Савада поспешил убраться подальше от всех. Ему даже удалось сделать это незаметно — все были заняты обсуждением его никчёмности и крутости Мочиды. Радуясь такому стечению обстоятельств, парень спокойно дошёл до класса и задумался над своей тяжкой судьбой. «Господи, за что ты меня так не любишь? Я ведь ничего плохого не делал. Не грешил, родителей слушался, не врал, не ругался (почти), а ты меня так… Такими темпами я скоро сломаю линзы и меня убьёт Верде… Если до этого я не умру от рук Реборна.»
Примерно с такими мыслями Цуна просидел все занятия, успев при этом завалить очередной тест по математике, стать центром внимания всей школы, побить все рекорды по падениям и понять, что линзы он всё-таки повредил. Всё, что он видел было чересчур расплывчатым, а в некоторых случаях не удавалось увидеть даже контуры объектов. Из-за этого он трижды потерял ручку, врезался в какого-то парня, имя которого он даже приблизительно не знает, и, выходя к доске, запнулся о чей-то портфель, эффектно распластавшись на полу. Зато Реборна, Хибари Кёю и Ямамото Такеши он видел даже сквозь стены. Все сильные источники пламени светились словно на радаре. Хотя их было всего три человека, так что это не сильно отвлекало, но так ведь быть не должно! Ещё и Верде рядом нет, чтобы быстро всё исправить. И что ему с этим всем делать?
В такой атмосфере закончились уроки и наступило время назначенного с утра поединка. Что делать с этой абсурдной ситуацией Цуна придумать так и не смог, поэтому сейчас тихо крался к выходу из школы и очень надеялся, что его не поймают. О том, что зря надеялся, он понял когда заметил приближающихся к нему патрулирующего школу Кёю и ищущего его репетитора. Хоть какая-то польза от неполадок в линзах! Оценив возможные последствия от встречи с каждым из этих двоих монстров, парень решил как можно быстрее уйти в более безопасное место. Открытый и пустой двор таковым не выглядел. Но Цуна не будет Цуной, если не споткнётся и не испортит все свои планы. Вот и сейчас, уже притаившись возле клумбы, он чудом не столкнулся с Хибари, споткнувшись о камень и выпав из кустов прямо ему под ноги.
— Прятаться в кустах от дисциплинарного комитета запрещено правилами школы, — ничуть не изменившись в лице проговорил ГДК, доставая излюбленные тонфа. — Камикарос.
— Хибари-сан, успокойтесь пожалуйста! — вскрикнул подросток, ловко уворачиваясь от первого удара Кёи. Тут попробуй не увернуться, когда вполне представляешь последствия от таких ударов! Страх вообще помогает творить чудеса. Да и не сложно это, вовремя уйти в сторону, когда Хибари, как и его оружие, это едва ли не единственное, что ты видишь. Естественно, Кёя не такой яркий как Реборн, да и тёмно-фиолетовый сам по себе бледнее жёлтого, но и этого Цуне хватало, чтобы увернуться. — Простите меня пожалуйста! Я очень сожалею о случившемся! Пожалуйста, не надо меня избивать! Прошу вас, Хибари-сан!
Спустя ещё примерно полминуты Цунаёши перестало вести и он, как последний неудачник, споткнулся о собственную ногу и рухнул на Кёю, который как раз собрался нанести очередной удар. А так как движение было уже не остановить, Цуна сначала получил тонфа по голове, а затем лицом вниз улетел в кусты. Больше парень не поднялся, а потому ГДК решил заняться этим «забавным травоядным» позже, а сейчас продолжить патрулировать школу. А что? Далеко не каждый может так избегать его ударов, особенно, если это обычный школьник. Да и мало кто способен проиграть только из-за своей невероятной неуклюжести. Кёя был заинтересован. Тем более раньше этот парень никак себя не проявлял, что ещё больше интриговало.
Этой небольшой стычкой заинтересовался не только Хибари. Наблюдавший из своего укрытия аркобалено был приятно удивлён увиденным. Честно, он ожидал худшего. То, как его новый ученик смог продержаться показывает, что работа будет немного проще, чем предполагалось. Но вот Цунина неуклюжесть… У киллера складывалось впечатление, что ему специально выбирают учеников, которые через каждые три шага спотыкаются о собственные ноги. И если с Дино он что-то смог сделать, то с неуклюжестью Цунаёши ему только предстояло бороться. Но определённые задатки в подростке репетитор уже смог разглядеть, и поэтому для себя уже решил, что сделает из него истинного босса. Если Цуна сможет выжить, конечно. Но он же не будет сильно перегибать палку, ему лишние трупы ни к чему. Ведь будить человека электрошокером и минировать комнату это нормально? Впрочем, сейчас не время углубляться в раздумья. Лучше сначала заставить своего никчёмного ученика идти на ту пародию боя, в которую тот был поневоле втянут с утра.
***
Бой вот-вот должен был начаться. Не смотря на надежды Мочиды выиграть автоматически, по неявке противника, Савада всё-таки пришёл. Откажешься тут, когда от дула пистолета из странного серого вещества тебя отделяют всего два сантиметра, а сомнений в том, что из него выстрелят, нет от слова совсем. Реборн, конечно, пытался организовать всё другими методами, но, как оказалось, пригрозить пистолетом-Леоном было наиболее эффективно. Ну а если бы даже это не сработало, то старая добрая пуля посмертной воли аркобалено ещё ни разу не подводила. Но прибегать к крайним мерам не пришлось, так как Цуна быстро осознал, что был не прав, и уже через две минуты, четыре падения и две стенки дошёл до спортзала. И вот, зрители, судья и двое дерущихся присутствовали, правила были рассказаны, все формальности соблюдены и, наконец-то, начался бой. Вернее, не так. Начался Бой, как считали зрители, и избиение малолетних, как считали те, кто мог видеть дальше своего носа. Кто был тем самым малолетним было не до конца ясно, тут мнения разделились, так что от главных действующих особ никто не отводил глаз. Мочида, дабы создать хотя бы видимость честного боя, бросил Цунаёши деревянный меч. С виду, точно такой же как у него, но его прочность и качество были значительно хуже. Цуна, немного сориентировавшись в ситуации и полагаясь больше на интуицию, чем на линзы, сумел его поймать, но уже через пару секунд меч был сломан. Не найдя лучшего выхода, подросток решил спасаться бегством. Тяжело сражаться без оружия против того, кого практически не видишь, даже если это почти ни на что не способный школьник, выезжающий только на понтах и деньгах родителей. Но, вполне естественно, что долго так продолжаться не могло. Вот и Реборну очень скоро надоела беготня и он, подобрав нужный момент, выстрелил Цуне прямо в лоб. Но тут свершилось то, чего киллер никак не ожидал — он промахнулся. В момент выстрела, траектория движения Цунаёши ну никак не могла поменяться, но факт остаётся фактом. Впрочем, списав всё на случайность, аркобалено приготовился стрелять ещё раз. Ну не мог же подросток осмысленно уклониться от пули, летящей на скорости более 400 м/с! Тем более, он даже не знал, что в него стреляют! Киллер был абсолютно прав, ведь Цуна уклонился, по большому счёту, лишь благодаря интуиции. Конечно, он знал, где находится Реборн, но пулю, светящуюся очень ярким оранжевым цветом, заметил едва ли не в последний момент. Как-то парень не ожидал, что его под шумок решат убить! К его счастью, на тот момент он уже ушёл с траектории её полёта, но всё равно было чертовски страшно. Если его обучение и дальше будет проходить в таком духе, то он психанёт и переедет к Верде в качестве подопытного дополнения к крокодилу. Тот ему сам предлагал, а рядом с известным злом всяко спокойней будет. Отвлёкшись на посторонние мысли, Цунаёши расслабился и уже через секунду запнулся о развязавшийся шнурок. Реборну, который в тот момент как раз целился, осталось лишь наблюдать, как, не удержав равновесия, это ходячее недоразумение стало падать, махая руками во все стороны. Падал парень эффектно, спиной вперёд и прямо на бегущего Мочиду. Всё бы ничего, но ведь наш герой бывает везуч сверх всякой меры, особенно когда начинает работать его гипер интуиция. Итог: зрители увидели эпичное падение никчёмного Цуны, в результате которого и он, и Мочида оказались на полу, а последний ещё и, скорее всего, отрубился. Всё, что сейчас могли почувствовать зрители — недоумение и разочарование. Они пришли посмотреть на избиение неудачника, а тут такое непотребство! Но одно было ясно точно: бой закончился, и Цуна, вроде как, победил. Спустя полминуты гробовой тишины, Савада решил, что на сегодня с него достаточно. И так за день пережил приключений едва ли не больше чем за всю школьную жизнь! Поэтому, всё в той же гробовой тишине, он вышел из спортзала и пошёл домой. Но долго идти в одиночестве ему не судилось — уже через минуту его нагнал репетитор, а за ним и Сасагава Киоко. — Цунаёши-кун! — окликнула его девушка. — Подожди минутку! — Что-то случилось? — нехотя разворачиваясь, спросил подросток. Кто бы только знал, как ему хотелось побыстрее добраться домой и позвонить Верде, дабы тот разобрался с неполадками в линзах! Конечно, сегодня эти самые неполадки уберегли его от нескольких довольно неприятных увечий, но неприятностей они принесли намного больше. Знаете, напрягает, когда любой источник сильного пламени в радиусе 200 метров ты видишь как на радаре, при этом не замечаешь того, что лежит прямо под носом. Но нет, вместо того, чтобы решать свои проблемы, он вынужден стоять выслушивать проповеди одноклассницы. И не уйдёшь, как обычно, вон как Реберн на него предостерегающе пялится. Он этот взгляд буквально кожей чувствует! — Я хотела извиниться. Я пыталась остановить Мочиду-семпая, но он меня даже не слушал. Вы ведь из-за меня подрались, а я даже не поняла почему. Я правда хотела его останов… — начала она извиняться, но была перебита раздражённым парнем. — Проехали. Всё уже закончилось, я не пострадал, он тоже… Вроде бы. Я не держу ни на кого зла, поэтому давай просто забудем об этом инциденте. — Но всё равно прости, — не унималась девушка, а спустя пару секунд добавила — Раз ты не сердишься, можно я буду тебя звать Цуна-кун? — Чего? А, ну… Ладно. Но зач… — Савада, конечно, согласился, ему не жалко, но подобное предложение было неожиданным. За все годы учёбы его отношения с одноклассниками варьировались от «зачем обращать внимание на этого убогого» до «давайте за его счёт поднимем свою ничтожную самооценку». Те пару раз, когда с ним пытались подружиться, ничем хорошим не закончились, а больше никто и не пытался. Его это более чем устраивало, но раз этой девочке так хочется, пусть попробует. — Ой, мне уже домой пора, а то братик будет ругаться! — спохватилась девушка, взглянув на часы. — До завтра! Пожав плечами, Цуна поспешил вернуться домой. Если его так и продолжат задерживать, то он попадёт туда только к ужину, чего не хотелось бы — дозвониться до Верде было реальнее именно сейчас. При очередном падении Цунаёши таки доломал линзы, из-за чего теперь едва различал что-то кроме Реборна. Без починки скоро они вообще перестанут функционировать, а для неё необходимо связаться с учёным. — С тобой только что захотела подружиться девочка, за которой бегает почти вся школа. Где же радость на твоём лице, никчёмный ученик? — спросил аркобалено солнца, запрыгивая парню на голову. Тот от неожиданности чуть в очередной раз не навернулся. Всё же нельзя витать в облаках рядом с этим монстром — чревато. — Я ведь уже говорил, что мне плевать на моих одноклассников, — без особого интереса пробубнил подросток, шагая вперёд. Но не успел он и трёх шагов сделать, как получит по голове и в очередной раз близко познакомился с асфальтом. «Нет, такими темпами домой я доберусь уже абсолютно слепым.» — С таким отношением ко мнению окружающих тебе никогда не перестать быть неудачником, — только и сказал репетитор, приземляясь рядом с головой Цунаёши. Последний едва сдержался, чтобы не ответить какую-то колкость. Обычно он не молчал, когда его так целенаправленно выводили из себя, но дойти домой хотелось больше, чем затевать спор с аркобалено. Тем более, поддайся он на провокацию, был реальный шанс идти домой вслепую. Молча встав, Цуна тихонько вздохнул, отряхнулся и просто пошёл дальше, чем сильно удивил Реборна. Он тут, понимаете ли, пытается найти рычаги давления на своего нового подопечного, а тот просто берёт и уходит! Так просто сдаваться киллер был не намерен, но решил временно отступить и получше приглядеться. Поэтому, запрыгнув на плечо Цунаёши, он спокойно ждал, когда они доберуться домой.***
Уже через час Цуна спокойно сидел на диванчике в гостиной и абсолютно правильно давал ответ на все задачи по математике, что были заданы на дом. Реборн при этом подозрительно молчал, но подросток предпочёл на это не обращать внимания — не бьют, и то ладно. Аркобалено же в очередной раз думал о том, что разведка Вонголы зря ест свой хлеб. Согласно их данным, Цунаёши не может решить ни одну элементарную задачу, что уж говорить о большем, и обладал боевыми навыками на уровне трёхлетнего ребёнка. Последнее столкновение с Хибари Кёей и это домашнее задание были яркими доказательствами того, что Тимотео давно пора заняться сменой кадров. А ему самому остаётся лишь гадать, что ещё из предоставленного досье окажется ложью. Цуна же сейчас блаженствовал, так как вечер у него удался. Он сделал всё, что запланировал и даже больше! За последний час он успел уговорить маму позвонить Верде, хотя тот просил это делать только в случае начала конца света, довести учёного до нервного тика, рассказывая о поломанных линзах и обвиняя в них именно его, а главное, при этом он не был ни в чём заподозрен вездесущим аркобалено солнца, который его чуть ли не преследовал. Ещё и зрение немножко стабилизировалось, что тоже добавляло оптимизма. А когда он рассмотрел текст в учебнике, то чуть не запрыгал от радости. Определённо, вечер у него удался, в отличие от остального дня. Но всё рано или поздно заканчивается. Вот и этот невероятно длинный и насыщенный день подошёл к концу. Сегодня произошло столько всего, что у бедного Цунаёши голова шла кругом. А он ещё не верил Шамалу с Верде! Зря. Зато теперь ряды реборноненависников пополнил ещё один человек. Интересно, надолго ли? Стараясь заснуть, Цуна мечтал лишь о том, чтобы завтрашний день был менее наполнен ситуациями, после которых он рисковал бы попасть в больницу с переломами конечностей или сотрясением мозга от очередной встречи с асфальтом.
