Сумерки

…коридоры, переходы, обширные залы, освещённые ровно горящими факелами… Ряды саркофагов, утопленных в пол и закрытых вмурованной решёткой… закрытые лица жриц, глухая броня рыцарей… невообразимые создания, кто-то похож на насекомых, кто-то на животных… вооружённых холодных оружием, секиры, мечи, узкие длинные клинки рыцарей огромного роста, почти сливающихся с тенями, отбрасываемыми высокими резными колоннами… Я прохожу мимо. Для них, застывших и пойманных, мгновение обратилось вечностью, они не заметят меня… …Коридоры, проходы, аккуратная плитка сменяется грубоватой кладкой… Снова зал, в дальнем углу возвышается подпирающий потолок демон с переливающейся оттенками пламени кожей, с золотыми кольцами на когтистых пальцах. В глазах полыхает яростный огонь, но он тоже скован, превращён в статую, живое воплощение подземного жара… …Выход, я ищу выход… перехожу на бег, факелы на стенах пролетают мимо, каменные статуи с головами то ли собак, то ли шакалов провожают немигающим взглядом. Они видят. Они знают. Коридор, длинный, прямой… по обеим сторонам – комнатки. Выход! Где выход? Меня ждут и время на исходе! Где? Куда?! …мёртвая земля, неживая вода, затхлый воздух… две светлые эльфийки вброд перебираются через мутную желтоватую воду, на другом берегу – орк шаман, смеётся, скалит белые острые зубы… Слов не слышно, дальше, дальше… … Волшебная ночь на южном берегу, сквозь прозрачную воду мягко светится зачарованный подводный замок… …круглая пещера, падает сражённый исполин, радостно взревевшие орки набрасываются на второго брата, задыхающийся менестрель срывающимся голосом выпевает волшебные слова, дарующие защиту, поддерживающие силы и скрывается в мерцающем коконе абсолютной защиты. «Дуракииии! Кто добииил?!» - светлоухая жрица визжит на одной пронзительной ноте, готовая выцарапать глаза виновнику. «Он же сейч…» - и падает, накрытая мощной волной тёмной магии. «С рождения мы были вместе! Брат, я не оставлю тебя в смерти!» - поверженный близнец поднимается, орки разлетаются как мячики под совместными ударами братьев… … заснеженная вершина, алтарь неведомых богов, выступающий острым мысом обрыв, под ним – исполинское дерево. Золотой дракон лениво приоткрывает один глаз. Одинокая маленькая гномка, не страшно, можно спать дальше… …ажурные стены, стрельчатые окна, тонкие изящные колонны… характерная архитектура светлых эльфов. Стол завален магическими свитками, фолианты небрежно сброшены на пол. Над широкой чашей склонилась эльфийка, ворожит, хмурится, пытается снова, снова срывается. Тяжёлый лук и колчан аккуратно повешены на стену, сияющее оперение стрел слабо мерцает в полумраке… …погружённый в полумрак зал, завораживающая музыка, негромкий проникающий до глубины души голос певицы… Иду и слышу: дыхание рядом Пустые коридоры в темноте. Лицо пылает недобрым пламенем, И эхо в ночь зовет по имени. В этом сне я как обычно ищу выход По остывшим пустыням, Нездешним местам С севера на запад, восток и на юг На белой метле по мертвой воде… Голос девушки почти погружал в транс. Я вцепилась в статую у входа в зал, ноги подкашивались. Войти туда, слиться с музыкой, раствориться… Она подняла голову, встретилась со мной глазами, усмехнулась и кивнула… Иди своей дорогой… Иду и вижу: чужие тени Немой театр на стене. Глаза застыли в одно мгновение И голос шепчет о вчерашнем сне. В этом сне я как обычно ищу выход По остывшим пустыням, Нездешним местам…* …белые пряди тумана, в которых танцуют сизо-голубоватые огоньки… затянутая дымкой площадь, пересохший фонтан… Узловатые стволы, свисающие ветвей полотнища мха… Протянутая рука в замшевой перчатке, золотое шитьё камзола… Глубокие тёмные глаза… - Иди ко мне.. - Иди к нам, сестра… Коридор исчез, уступив место мягким туманным волнам. Всё ближе и ближе… Грудь оцарапали обломки какого-то амулета, я не глядя сорвала его и отбросила в сторону. Сейчас… - По доброй воле вверяю душу мою… Дориан ободряюще улыбнулся, показав острые тонкие клыки. Брат… у меня никогда не было братьев… Мина внезапно яростно зашипела, метнулась в сторону, взмахнула тонким кинжалом. Миг – и волшебство рассеялось, оставив сосущую пустоту от незавершённого ритуала, а затем меня волной накрыла багровая ярость. Кто посмел!!? Туман разорванными клочьями оседал на холодную землю, истончался, хрустальный перезвон сменился грохотом кастетов , матерные выкрики паладина перемешали и взорвали ночь. Я взвыла и бросилась на стоящего поодаль сутуловатого целителя. По башке ему, по башке! Убить! Защитить повелителя! Без целителя они беспомощны, а сёстры довершат начатое! Бамс! А, ты колдовать? А вот тебе, вот! …Сквозь весёленькие летающие звёздочки стана я беспомощно смотрела, как рухнула Мина, её тело растаяло на земле… как Дориан закрыл собой повелителя, принял на себя удар тяжёлого двуручного меча… они навалились всей толпой, не помня о чести и достоинстве… Только смотреть, бессильно скрипя зубами. Морозное пламя поднялось по ногам, сжигая жизненную силу. Шаман. Будьте вы прокляты, орки! Печать страха - глаза залила синева, я слепо метнулась бежать по прямой сквозь лес, позорно бросив повелителя. Печать хаоса – руки и ноги не слушались, заплетались, но я всё равно бежала без оглядки, как глупый беспомощный заяц, пока не рассеялась синева. Назад! Ноги оплели корни, а огонь Паагрио сжигал и замораживал, не оставляя никаких шансов. Айнхалдер закричал, закричал так, что вопль отразился от стен котловины и ушёл в тёмное небо, унося с собой душу сражённого лорда. Над лесом занимался рассвет.

***

Как пусто. Их больше нет. Снова одна. Пустота тянет, сосёт, царапается ехидно червячок (ты никому не нужна) - Эй, гнома! Будешь ещё топором махать? - Хватит играться, пристукни да полетели в город. Заслужила. - А мне меч упал! Легендарный! - Тьфу, да таких мечей в люксоре вагон продают. Это раньше было, легендарный меч, красиво и практично, и стоил дорого. А сейчас – тьфу, на кристаллы разбей. - Жалко. - Ну мне подари, я разобью. - Отвали, мне пригодится! - Да зачем тебе, для танцев вон у тебя всё есть! Это для магов, тебе ни к чему. - Отвали, я сказала! Убери лапы! - Да пни ты уже эту гномку, она от одного чиха сдохнет! - Все шаманы такие извращенцы или только ты? Задебафал как хотел, поиздевался и бросил. Тебя не учили… - Ой, да перестань ты. Это вам хорошо, рыцарям. Как могу, так биша и спасаю! - Надоели. - Э, э! Стой ты, зараза ушаст…       Лёгкий звон от заклинания массового перемещения отозвался резкой, но, к счастью, короткой болью в голове. Я осталась одна. Руки тряслись как после большой, но не дружеской попойки, озноб и дурнота начали проходить только после хорошей порции мутно-белого зелья, приберегаемого на крайний случай. Шаман. Оглушил, обездвижил и поиздевался всласть. Ну я тебя, скотину, запомню! Ой… ой-ой-ой… что ж я натворила-то??? В голове с грохотом сталкивались воспоминания, коридоры, картинки, песнопения, сёстры, сражение, ритуал… Ы-ы-ы!!! Вампиры же!!       Ноги уже держали, так что я могла идти куда хочу, а не куда несётся вихляющееся по чужой воле тело. При дневном свете деревенская площадь выглядела как обычно: Керстин сосредоточенно красила глаза, Виолетта снимала с расчёски запутавшийся светлый волосок, а Дориан… стражник вновь переминался с ноги на ногу, временами повисая на табельной алебарде. И лицо у него снова побитое… а зелья уже нет, мне самой надо. Прости. - Приветствую! - И тебе того же. Как здоровье? (закрыл повелителя, приняв на себя удар двуручного меча) - Спина болит что-то. Застудил, наверное. Как ночь прошла? Как двусмысленно звучит. Я не удержалась. - Ночь была страстная, бурная, но всё закончилось к утру… А ты не помнишь, милый? Вот вы какие, мужчины… Стражник потрясённо вытаращился. - То есть как? Что было? Ты… вы… и я… - Не было ничего, - промурлыкала я, наслаждаясь вытянувшимся лицом и растерянным взглядом. Воистину, у человеческих мужчин первая мысль начинается ниже пояса. Мотыльки, живут мало, мучаются много… - В деревне есть вампир! Он замахал рукой. - Вампир? Нет, не может быть! А… а крест? Где? Ох… пришлось шарить среди гнилушек в поисках обломков. Хорошо, что недалеко швырнула! - Этого не может быть! Крест сломан! Его же… его… могла сломать только чёрная магия! И я… ох нет… да, я вспомнил! - Нашу ночь?,- я невинно похлопала ресницами. Дориан шарахнулся от меня как от опасно больной. Заразной, да ещё и психованной. - Да, я вспомнил! Лорд Айнхалдер… и я… и вы… да! Я помню! Ты… вы… стояли там и держали этот крест! Ох. Ну хоть у кого-то в голове просветлело. - Я… я чудовище. Мы все… все мы… я же мог… и каждую ночь вот так… нет! Не хочу! Совершенно раздавленный полученным знанием стражник рухнул на колени. - Уходите. Вдруг я причиню вам вред? Вдруг я… я не контролирую себя! - Какие вампиры могут быть днём? - Ох… да, верно. Послушайте… у меня есть ещё одна просьба. Я хочу покончить с… с... этим. Не могли бы вы встретиться с девушкой… я понимаю, это очень глупо звучит и ещё глупее выглядит, встречаться по ночам с девушкой… но днём её не найти, а ночью я… я же становлюсь монстром… Она появляется вот тут, - трясущийся палец ткнул в карту, описав полуокружность на юго-западе леса,- может быть, она что-то знает? Может, она поможет снять проклятие и я смогу жить нормальной жизнью? Что ещё за девушки по ночам… - Она всегда всё-всё записывала, интересовалась магией! Может быть… я не стал бы, я бы встретился сам, но ночью… Прикуйте меня цепями, я не хочу! Вот только цепей я с собой не таскаю.       Дориан, Дориан… придёт ночь, и ты изменишься. Займёшь своё место рядом с сёстрами и повелителем, обретёшь силу… перестанешь быть рохлей и мямлей. Но только на ночь… а наутро опять не будешь ничего помнить. Каждый день – повторение предыдущего… только Керстин что-то понимает, наверное. И это знание сведёт её с ума… два мира, две жизни… жизнь и не-жизнь, но кто есть кто? Убей человека – останется вампир, убей вампира – останется человек. Они бессмертны. - Хорошо, я встречусь с ней. Этой же ночью.