Близнецы

Найджелу нравится виски, но, к сожалению, в обсерваторию идти подвыпившим — дурной тон. Поэтому он пьёт кофе и выкуривает ещё одну сигарету, чтобы успокоиться. Ему хочется взять что-нибудь из еды с собой, потому что домой он попадёт точно не скоро, а покидать обсерваторию, чтобы перекусить в какой-нибудь забегаловке, вовсе не хочется. К тому же, у Найджела уже давно появилось стойкое желание покормить одного работника чем-то, кроме слипшихся макарон, которыми тот обедает каждый день. Парня он приметил чисто случайно, когда искал место, чтобы покурить. Тот сидел на скамейке под раскидистой сосной и с отсутствующим выражением на лице поедал макароны из пластикового лотка. Найджел тогда не рискнул к нему подойти, а после пожалел об этом. Они могли бы уже давно познакомиться, а теперь мальчишка сторонится его, словно прокаженного. Даже обедать перестал ходить, хотя Найджел каждый день ждал его на той злосчастной скамейке. На экскурсиях он тоже не появлялся, лишь изредка мелькал в коридоре, но никогда не останавливался, куда-то постоянно спешил. Найджел привык ни в чем себе не отказывать, а теперь приходится считаться ещё и с интересами Ганнибала, потому что он тут хозяин, это его территория. И вряд ли брат будет в восторге от новости, что Найджел заинтересовался парнем. Тем более таким невзрачным. А между тем, мальчишку хочется пригласить в гости, обогреть и спрятать от посторонних, чтобы он никому не достался. Такие собственнические порывы Найджел испытывал только к Габи. Но жены больше нет в его жизни, поэтому он решает начать все с чистого листа и уж точно не сравнивать того парня с бывшей. Идти в обсерваторию в строгом костюме глупо, поэтому Найджел надевает лёгкую рубашку с коротким рукавом и потертые джинсы, которые так раздражают Ганнибала. На улице прохладно, поэтому Найджел решает на всякий случай захватить и куртку цвета хаки, чтобы окончательно добить брата своим гардеробом. — Мне опять сегодня погулять допоздна? — учтиво интересуется Найджел у брата. — Нет. Сегодня сеанса не будет, — отвечает Ганнибал, явно недовольный этим. — Тебя бросили? Взгляд, которым одаривает доктор Найджела, грозит просто огромными неприятностями. Все-таки некоторые темы для обсуждения с Ганнибалом опасны для жизни. — Не хочешь в обсерваторию съездить? — Найджел не собирается знакомить брата с тем парнем, но вытащить его на прогулку, почему бы и нет? К его большому удивлению, Ганнибал легко соглашается. Уилл Грэм в который раз убеждается, что Бога не существует. Иначе, как обьяснить двух Ганнибалов, стоящих перед ним? «Опять галлюцинации», — в панике думает Уилл, заслоняя собой заметно нервничающего Адама. — Добрый день, Уилл, — Ганнибал одет как всегда безупречно, но сейчас внимание Грэма приковывает другой Лектер, который в джинсах и простой светлой рубашке, у которого на шее татуировка. Приятного здесь мало. Уилл совершенно не хочет, чтобы его брат общался с кем-то, похожим на Ганнибала, потому что уверен, что это опасно. — Уилл? — обеспокоено окликает Адам, сильнее сжимая его руку. — Все хорошо. Не переживай, — хотя единственный, кто тут готов сорваться в любой момент — это Грэм. — Пожалуй, нам стоит всем поговорить, — Ганнибал, как обычно, берет все в свои руки, и Уилл ему за это совсем немного благодарен. Поскольку рабочий день Адама ещё не окончен, они идут к той самой скамейке, подальше от любопытных глаз посетителей и работников обсерватории. Уилл зябко ёжится и держится на безопасном расстоянии от Ганнибала; руку Адама он так и не отпустил, потому что так было спокойнее. — Знаете, — первым тишину нарушает Ганнибал, — такое случается довольно редко… Уилл в ответ громко фыркает и недовольно морщится, за что тут же награждается осуждающим взглядом психотерапевта и нервным дерганьем со стороны брата за рукав потертой куртки. — Уилл, перебивать собеседника — грубо, — замечает Ганнибал. — Простите, доктор Лектер, — Уилл останавливается у кофейного автомата и покупает стаканчик горячего эспрессо, который тут же отдаёт Адаму, чтобы тот согрелся. Грэм откровенно забавляется видом недовольного Ганнибала, но считает, что сейчас лучше промолчать. — Хочу сразу сказать, Уилл, у тебя не галлюцинации, — вновь начинает разговор Ганнибал. — Это мой брат — Найджел. Он не так давно приехал в Америку. — Приятно познакомиться, — отзывается с улыбкой тот, и Уилл на мгновение теряется, потому что не привык к улыбающемуся Ганнибалу, пусть даже это был его брат. — Вы о нем никогда не говорили. — Но и ты тоже не рассказывал мне о своей семье. — Потому что это было не к месту, — тут же огрызается Уилл. Не говорить же Ганнибалу, что он просто пытался защитить брата от него? Представлять Адама он пока не спешит, хотя его уже довольно давно и настойчиво дергают то за рукав, то за край куртки. Наконец, Уилл сдаётся и тяжело и как-то даже обреченно вздыхает: — Это Адам. Простите, что не представил его раньше, — он чувствует как пальцы на его запястье сжимаются сильнее — брат заметно нервничает, ему трудно общаться с новыми людьми, даже если очень хочется. Ганнибал, похоже, это понимает раньше Найджела, потому что понимающе кивает и улыбается уголками губ. — Надеюсь, мы подружимся. Уилл выдавливает из себя улыбку в ответ, предчувствуя, что теперь его жизнь заиграет новыми красками. И, кажется, проблем станет только больше.