Непонятные мотивы

После продолжительного сна и возвращения в привычно текущее время Гирико почувствовал себя лучше, намного лучше. Он даже решил, что на Северном Полюсе все себе напридумывал. В смысле, обычный холод, обычное солнце, обычное время. Что в этом такого-то? Его чувства и мысли тогда — какое ж это безумие? Просто бред уставшего мозга. Глупость, да и только. И ничего бы не случилось, перестань он работать. Но он работал тогда, без передышек. А все просто потому, что хотел уже побыстрее увидеть сестру. — Гирико — этот томный голос он ни с чем не спутает. — Да, Арахна? Ведьма сидела в покоях Кишина, прижимая того к груди и успокаивающе гладя по волосам. И ничего, совершенно ничего там не случилось. Ничего, что могло бы заставить дыхание Гирико замирать на полувдохе... — Сможешь ли ты создать голема как полноценную замену тела? Чародей знал, о чем она говорит — Арахна уже не раз поднимала эту тему, правда, больше в виде абстрактной идеи. Используя знания мастера големов, она разработала целую теорию, не вынуждая, в прочем, к ее практической реализации. Но сейчас вопрос был задан ребром. Пила задумался. Упрятать душу в голема, как это в свое время сделала ведьма — это одно, а вот искусственно создать тело, предназначаемое для конкретной души — это совсем, совсем другое. Вся сложность была в том, что "характер" используемых материалов и конструкция такого голема должна идеально совпадать с дыханием души. Один неправильный изгиб и — пуф, все рассыпется в пыль. — Зависит от души — честно ответил Гирико. — Мне кажется, — губы Арахны тронула улыбка — что у меня есть подходящая душа. Джастин провел в бездействии целых две недели. Иногда к нему заходил Штейн с торчащими из разных карманов скальпелями (один раз он по рассеянности даже запихнул скальпель себе за ухо вместо сигареты) и доставал священника лекциями биологии в принципе и расчленения в частности. Зато от раны остался только бугристый шрам с левой стороны живота. Где-то там, внутри, все еще болело, и иногда подташнивало, но раненый явно шел на поправку, и это пришлось признать даже неугомонному профессору. И Коса Смерти получил новое поручение. — Это задание не должно вызвать у тебя никаких трудностей — "переводил" слова Синигами Спирит — Мы обнаружили незамеченные ранее древние строения, излучающие слабое подобие дыхания души. Твоя задача — разведать там обстановку. И вмешаться, если что. Да, руины эти находятся на севере Италии.. И, короче...в общем, именно так — закончил он, после чего почему-то получил от Синигами по голове. Священника вообще удивляло постоянство, с каким Смерть-сама бил свое оружие, казалось бы, ни за что. — Будет сделано — кивнул он. Но как сильно он замерз на этом проклятом (проклятом им лично!) вечном леднике, Гирико понял только через некоторое время. Холод вгрызся аж до спинного мозга, засел иглой между лопаток. Пробрался до самого двигателя внутреннего сгорания. Хорошо, что он понял это, когда просто крушил деревья вокруг ради забавы. А то ведь могло крупно не повезти в очередной стычке. Бензопила соглашалась работать только на первой скорости. На второй цепь шла неровными рывками, иногда высекая искры, а движениями механизма практически невозможно было управлять. А на третьей она просто глохла. — Фак — вырвалось у чародея — Ну ладно. Надеюсь, что после нескольких драк движок прогреется. Он уже был недалеко от места своего назначения — комплекса древних руин, среди которых был склеп, собственно Пилу и интересовавший. То есть, лично Гирико эти старые строения вообще не волновали, так, обычная рухлядь. Правильнее было сказать, что интересовали они Арахну. Чародей запрыгнул на первую попавшуюся полуразрушенную колонну и огляделся. Это был даже не комплекс, а небольшой городок, весь из холодного, потемневшего от времени камня. Разрушенный, застывший, со своими тайниками и ловушками, но неожиданно светлый, манящий... И мертвый. Но в следующий момент Пила заметил одну деталь, которая выбивалась из общего строя. Деталь эта не была ни каменной, ни застывшей, и уж подавно не мертвой. Гирико чуть не грохнулся с колонны: — Черт!.. Неужели... Опять!!! Чародея тоже заметили. Поймав взгляд этих глаз он подумал, что никогда в жизни уже не сможет избавиться от холода в своем сердце.