Новая жизнь

«Интрига. Интрига. Интрига. Интр…. Да задолбало. Что за херня? Почему меня игнорят? Эйййй. Аллеееее. Ксюююююю, ну блиииин.» Второй листочек, исписанный моим мега корявым почерком, подходил к концу. Видимо, у Ксюши точно в роду партизаны были. А некоторые из них даже войну пережили и умудрились передать моей подруге свои гены. Просто, как еще объяснить то, что она уже полчаса не отводит взгляда от супер интересного плаката в углу, не реагируя ни на мои писюльки, ни на голос, ни на щипки/пинки/подзатыльники. Видимо, любопытство — то качество, которое у меня ничто и никто — не отнимет. В такие минуты, я даже забывала про всю дерьмовость моей жизни. Относительно… Рассуждаем логически. Что может связывать мою лучшую подругу, с моим же учителем информатики? Так, возможно, он ее какой — то сосед, друг из детства. А может, первая любовь? Интересненько, интересненько. При мне она никогда не упоминала о таком, а мы с ней привыкли рассказывать друг другу даже незначительные события. Хотя, мало ли. Вдруг ей было неприятно об этом говорить. Не исключено. Но когда они познакомились? До моего приезда в Сочи? Не думаю, что тогда бы она так просто и быстро его узнала, все же достаточно много времени прошло. Хотя. Взрослые люди меняются не так быстро. Точно не знаю, сколько сейчас лет Кириллу Александровичу, но, если мое предположение верно, в те времена ему уже было около восемнадцати. А ей десять. То есть, мой учитель педофил, что ли? Черт возьми, какое открытие! Ну или почти открытие… А может и вовсе не открытие… но это не суть. Рассмотрим другой вариант. Может, они познакомились, когда мы уже общались? Но тогда практически невозможно то, что я его до этого не видела. Я же с ней все время контактировала. Аааа. Она же каждый год летом на отдых с родителями летает. А мне ни разу о своих курортных романах не рассказывала. Говорила, что их не было. Но такого же не может быть! Она девушка красивая, заметная и вполне могла замутить с взрослым мужиком, а мне не рассказала, потому что узнала, что он учитель и ей стала стремно. Или просто плохо расстались. Или это было в этом году и она просто не стала грузить меня своими проблемами, видя, как я убиваюсь из–за смерти матери. Воооот. Уже похоже на правду. Прозвенел звонок. Ксюша, также молча, как просидела весь урок, так же молча вскочила, побросала учебник с тетрадями в сумку и рванула из кабинета. Но учитель был быстрее. — Миронова, задержись, пожалуйста. Мне нужно с тобой кое — что обсудить. Так, так, так. Интересненько. Бросаю на пол ручку и ооооочень долго изображаю из себя неуклюжую черепашку, которая все никак не может добыть ее из-под парты. А Кирилл Александрович все молчит и молчит. Что за тайны — то? Передо мной вырастают мужские ботинки и чьи — то ноги. Их хозяин наклоняется и слишком быстро поднимает несчастную ручку. Вот, что за «безгранично» отзывчивая скотина это сделала? Поднимаю голову и надо же, какие люди. Малинин, вот почему в тебе доброта просыпается так не во время? — Астахова, мне конечно приятно, видеть тебя у своих ног, но мне надо с тобой поговорить, — какая же я наивная. Какая доброта может быть у этого человека? Только расчет и эгоизм. Эх. *** POV Ксюша. — Миронова, держи бланки, надо их заполнить, чтобы тебя допустили к ЕГЭ. Постарайся не накосячить Он протянул какие — то бумажки, даже не взглянув на меня. Хотя даже если и посмотрел бы, все — равно ведь не узнает. И дело даже не в том, что прошло слишком много времени. Нет. Это было всего год назад. Просто… Мы оба были пьяны тогда, в том чертовом клубе, куда меня понесло с моей типа подружкой Таней. Она тогда попросила составить ей компанию, прямо жаждала встречи со своим парнем — диджеем, работающим там. А мне просто было скучно. Именно поэтому я так легко согласилась на ее предложение пойти, а затем и набухаться. Только вот чем закончился тот вечер, я предпочитаю не вспоминать. На самом деле, я и не помню подробностей. Помню, как мне стало весело, легко, как захотелось любви и внимания. А затем я очнулась в чужом доме, в постели с незнакомым парнем. Абсолютно голая. В крови. Да, до той ночи я была девственницей. Я не хранила себя ни для каких высоких целей, нет, просто не находилось парня которому хотелось бы отдаться. Видимо алкоголь в крови в тот день решил, что время пришло. Я ушла до того момента, как он проснется, не желая услышать стандартное: «Я тебе позвоню». Но на последок я очень хорошо разглядела и запомнила его лицо. Лицо, которое сейчас уткнулось в какие –то бумажки и что — то увлеченно читало. Я не могу сказать, что мечтала об этой встрече, лишь убедила себя в том, что это была просто ошибка, которую следует забыть. И я забыла, но вот она решила напомнить о себе. Быстро сделав то, что от меня требовалось и ухожу. Где — то в той части моего сознания, которая отвечает за стервозность и обидчивость, возникло желание спросить, трахает ли он все еще малолеток по — пьяни?! Но я подавила в себе эти чувства и ушла, с гордо поднятой головой, чувствуя на себе изучающий взгляд учителя. *** — Чего тебе, Малинин? — чувствую себя вредной маленькой девочкой, которой не рассказали какой — то секрет. Глупо? Очень! Но раздражение и злость подавить у меня не получается. Я более чем уверена, что Ксюша ничего мне не расскажет, отмазавшись фразой: «тебе показалось». И это злит. Не знаю, что на меня нашло, ведь еще два часа назад мне было абсолютно плевать на окружающий меня мир, не хотелось ничего ни знать, ни видеть. А теперь… Видимо, именно так я возвращаюсь к жизни. — Возможно, тебя удивят мои слова, но я хочу объявить перемирие, — такого серьезного Влада мне приходилось видеть очень редко. — Хах, смешно. — Я облокотилась о косяк стены, скрестив руки на груди. Влад стоял напротив меня, его руки находились в карманах брюк, а на его лице отсутствовала обычная язвительная ухмылка. Ммм, он что-то задумал, я в этом уверена. — Я скорее поверю в то, что наступил зомби — апокалипсис, чем в то, что твое предложение — не очередной способ меня унизить и обмануть. — Верить мне или нет — это твое дело. Я в свою очередь, просто сообщаю, что мне надоело вести эту бессмысленную войну. У меня и так проблем более, чем достаточно. И ушел. Не развернувшись, не заржав, оставив меня стоять в полном недоумении и растерянности. М-да… Это, что-то новенькое…