Судьба жестока...

      Сколько себя помню, я всегда был трудоголиком, неспособным усидеть на месте больше одного дня. Мне постоянно требовалось быть в гуще событий, фонтанировать идеями, создавать новые проекты, расти, развиваться и ни в коем случае не останавливаться.       Начало этого года не стало исключением. Я запланировал расширить свою компанию, но для таких серьёзных изменений нужны были весьма приличные инвестиции. Поиском которых я, собственно, и занялся, мотаясь по стране с одной деловой встречи на другую. Помимо расширения производства, компании требовались кадровые перестановки и зачистка персонала. В моей команде никогда не было и никогда не будет сотрудников, страдающих ленью, непрофессионализмом и отсутствием здоровых амбиций. На самом деле, без стремления и упорства всё заглохнет, так и не успев начаться. На голом энтузиазме далеко не уедешь. Эту простую истину я познал ещё в начале своего карьерного роста.       Закончив изучать бесконечные файлы и досье, я устало потёр глаза пальцами. Бросив взгляд на наручные часы, нехотя потянулся к, уже опостылевшей за последние несколько дней, кнопке интеркома:       — Мэтью, пригласи ко мне начальника кадровой службы, свари кофе и закажи мне что-нибудь поесть.       — Хорошо, мистер Росси. Пожелания к еде будут?       — Да, что-нибудь не сильно тяжёлое.       — Хорошо, я вас понял.

***

      — Марк, ты серьёзно хочешь уволить такое количество людей? — потея и нервничая, вопрошал бета, с ужасом поглядывая на перечень сотрудников, не подходящих, по моему авторитетному мнению, для дальнейшей работы в компании.       — Шон, я прекрасно помню, с какой любовью и трепетом ты относишься ко всем своим подопечным, но кадровые перестановки просто необходимы. Тем более, ты же знаешь, что я планирую расширение производства и нам в любом случае потребуются новые сотрудники, — тепло улыбнувшись уже не молодому мужчине, я попытался подсластить горькую пилюлю, но это было не так-то просто сделать, учитывая масштабы предстоящей работы.       — Ну вот чем тебе не угодил милый омежка Оливер Грин? — решил не сдаваться на пол пути сердобольный бета.       — Ну, если не считать отсутствие моральных принципов, то он ленив, небрежен и абсолютно не заинтересован в рабочем процессе.       — А как насчёт Брэдли Райта? На мой взгляд, он хороший специалист и трудолюбивый человек.       — Не спорю, но его алкоголизм и бесконечные ночёвки на работе не являются теми качествами, которые я бы хотел видеть в своем работнике. И вообще, Шон, я не обязан перед тобой отчитываться по всем сотрудникам претендующим на вылет. Если все эти люди попали в чёрный список, значит, у меня были на то веские причины.       — Ты прав, Марк, я перегнул палку, извини, — тут же пошёл на попятную трусливый бета, хотя специалистом он был первоклассным. За что, собственно, и получил место начальника отдела и моё личное уважение.       — Ладно, разберёмся с этим чуть позже. Давай лучше посмотрим на штатное расписание. Мне нужно чётко понимать, сколько людей требуется нанять, какую штатную еденицу добавить, а какую вообще убрать. Ты принёс бумаги, о которых я говорил? — допив практически холодный кофе, я поморщился.       — Да, конечно, — спохватился начальник отдела, передавая мне одну из многочисленных папок, принесенных с собой.       — Метью, сделай мне ещё кофе… Шон, может быть тебе тоже? — приподняв бровь, я посмотрел на мужчину вопросительным взглядом.       — Если можно, просто воды.       — Хорошо, мистер Росси, сейчас всё принесу.       Раскрыв папку, ожидал увидеть нормативный документ предприятия со структурными подразделениями и численностью сотрудников, но передо мной лежала увесистая стопка разнообразных заявлений. Кому на отпуск, кому на содержание, а кому отгул по уважительной причине. Понимая, что всё это, по сути, не моя работа, размашисто подписал несколько документов и только на последнем листе случайно обратил внимание на фамилию.       — Марк, что-то не так? — обеспокоенно поёрзал на своём месте седовласый бета.       — Это не та папка, — устало отозвался я, вернув тонкий пластик чертыхающемуся мужчине.       — Вот дурья башка! Прости, пожалуйста… И вот так каждый день, пока дойду до своего кабинета, а в руках уже целая стопка, — тараторил начальник отдела, передавая мне в руки уже правильную папку.       Пока Мэтью расставлял передо мной и гостем принесенные напитки, я неосознанно глянул на висящий на стене календарь и аж дёрнулся от прострелившей мою голову мысли. Судя по дате заявления, течка у Дэмиана должна была начаться сегодня или же завтра. Так, стоп! Какого черта я вообще об этом думаю?       Тряхнув головой, переключил всё своё внимание на изучение документов, но зародившаяся в душе тревога начала потихоньку разгораться и уже через несколько часов разбушевалась до такой степени, что, наплевав на оставшиеся дела, запрыгнул в свою тачку и понёсся к омеге домой.       На кой хрен я припёрся сюда в десятом часу вечера, я понятия не имел. Припарковавшись на другой стороне улицы, я заглушил мотор, выключил фары и уставился на горящие окна квартиры, в которой жил Дэмиан. Чего я там пытался высмотреть, ума не приложу и, с ловно почувствова моё присутствие, омега взглянул в окно.       Сердце предательски подпрыгнуло и забарабанило по ребрам, с головой выдавая всю мою радость лицезреть его в полном здравии и... одного.       Да, чёрт возьми! Да! Я действительно боялся, что Дэмиан захочет провести эту чертову течку с Карлосом. И да, сегодняшний день явно был не её началом.       Выматерившись, я с силой ударил по рулевому колесу ладонью, потом ещё раз и ещё. Никогда прежде мне не хотелось оторвать себе голову так нестерпимо и яростно, как сейчас. Я устал беспокоиться и переживать за Дэмиана каждую минуту своей жизни… Неужели это всё-таки любовь? Да, не такая чистая, светлая и прекрасная, как была у нас с Адамом, но одна из её разновидностей. Вполне возможно...       Просидев в машине ещё какое-то время, я снова посмотрел на окна четвёртого этажа. Свет уже не горел. Выехав на проспект, утопил педаль газа в пол, но разогнаться по вечно загруженных улицах Нью-Йорка было не так-то просто. Вернувшись домой, выпил стакан виски и лёг спать. Думать не хотелось ни о чём. Мозг требовал перезагрузки.

***

      — Привет, Марки, — как ни в чём не бывало произнёс Адам, присаживаясь рядом со мной на кровать.       — Привет, сладкий мой, — так же беззаботно и легко поприветствовал я любимого.       — У меня всё хорошо, — тепло улыбнувшись, сообщил омега, — и я очень хочу, чтобы у тебя тоже всё было хорошо.       — Я безумно соскучился по тебе, малыш, — вмиг осипшим голосом произнёс я, делая попытку дотянуться до своего истинного рукой, но тело меня не слушалось. Словно парализованный я не мог пошевелить даже пальцем.       — Я знаю, родной, но ты должен научится жить без меня, — ласково отозвался белокурый омега, невесомо проведя пальчиками по моему лицу.       — Но я не хочу…       — Тогда мне будет очень больно…       — Адам, любимый мой, останься со мной, прошу тебя…       — Я не могу этого сделать, ты же знаешь…       — Знаю… Но как мне тогда жить без тебя?       — Ответ на этот вопрос у тебя уже есть, Марк…       — Разве?       — Конечно, глупый… Ты уже давно его знаешь, просто упрямишься, как всегда…       — Не хочу тебя отпускать…       — Я знаю, любовь моя… Но прошу тебя, отпусти меня…       —…       — Марк, ты должен меня отпустить, а иначе нам обоим будет очень больно…       — Хорошо, сердце моё, я отпущу тебя, но только в том случае, если ты иногда будешь приходить ко мне, как сейчас…       — Совсем скоро тебе это уже не понадобится… Ты, главное, не упусти его…       — Кого?       — Шанс.

***

      Утро следующего дня началось как-то по-особенному легко. Голова не болела, на душе не скреблись кошки, даже настроение поднялось до отметки «приемлемо». Чудеса, да и только.       На работу ехал под зажигательную песню*, отстукивая её ритм пальцами по рулю. С ума сойти! Я не делал этого уже миллион лет. Даже нагоняй сотрудникам не хотелось устраивать, хотя делал это, в последнее время, с завидной регулярностью. Что вообще происходит?       Воистину говорят, хорошее настроение — залог плодотворной и эффективной работы. Уже к полудню я раскидал большую часть запланированных дел. Пообедав в ближайшем ресторане, снова вернулся в офис и, не поднимая головы, стал кропотливо просчитывать коэффициент финансовых рисков, исходя из имеющихся у меня данных. Ближе к семи часам вечера, мой мозг перегрелся окончательно, перестав выдавать нужную мне информацию. Откинувшись на спинку кресла, с удовольствием потянулся. Снова посмотрел на время. В голове тревогой взвыла сирена, намекая мне о чем-то очень важном. Дэмиан… Течка… Сегодня… Блять!       Подорвавшись с места, словно ужаленный, схватил свои вещи и вылетел из кабинета. С какой целью я ехал к нему на этот раз, я понятия не имел. Просто нутром чуял, что должен это сделать. Планировал ли я подняться к нему в квартиру? Возможно. Но не раньше, чем он сам меня об этом попросит.       Припарковавшись на том же месте, где и вчера вечером, забарабанил пальцами по рулю, активно соображая, звонить Дэмиану или нет? Если звонить, то что сказать? «Привет, я тут случайно узнал, что у тебя сегодня течка. Может пригласишь меня к себе на огонёк?» Так, что ли? Бред! Продолжая перебирать в голове разнообразные варианты, по большей части абсурдные, тупо пялился на немноголюдную улицу, по которой изредка проезжали машины. Взгляд упал на тротуарную дорожку, по которой шёл альфа с большим букетом цветов и зажатой в руке бутылкой вина. Хотел было посмеяться над тривиальностью выбора, но так и не успел этого сделать, признав в этой самодовольной роже Карлоса.       Откуда-то изнутри стала подниматься, словно раскалённая лава, ярость. Стиснув зубы до ощутимого хруста, приготовился к рывку. Выскочив из машины, подлетел к альфе с такой скоростью, что в ушах засвистело. Схватив его за грудки, угрожающе зарычал:       — Какого хрена ты сюда приперся?       От неожиданного наезда мужчина на несколько секунд ошарашенно завис, но стоило ему присмотреться к моему лицу, как его глаза тут же полыхнули ответной яростью.       — Тот же самый вопрос могу задать и тебе, bastardo**!       Ах ты мразь!       Пользуясь тем, что у альфы, который превосходил меня не только физически, но и в росте, были заняты обе руки, я нанёс первый удар с разворота в челюсть. На асфальт тут же полетела бутылка красного вина, а следом за ней и цветы. Разъярённо зарычав, Карлос бросился на меня с занесённым для удара кулаком, от которого я легко уклонился, поднырнув под его руку, но нанесённый удар снизу выбил из моих лёгких весь воздух. Не давая возможности мне очухаться, Карлос нанёс смазанный удар в скулу, от которого я попятился назад, но всё-таки сумел устоять на ногах. Привкус крови вперемешку с болью разъярил меня окончательно. Бросившись на альфу, словно нападающий на защитника***, попытался сбить его с ног, но эту тушу не так-то просто было опрокинуть. Первый ощутимый удар пришёлся мне локтем по спине, от второго — коленом в лицо — я едва успел увернуться. Резко выпрямившись, попытался нанести боковой удар в челюсть, но проехался лишь костяшками по зубам. Секундной заминки мне хватило, чтобы шагнуть вперёд и выбить альфу из равновесия. На припорошённый снегом асфальт мы с Карлосом полетели оба.       Удары посыпались один за другим, совершенно хаотичные и не прицельные, лишь бы только дотянуться. От этой бессмысленной возни мы практически сразу же выдохлись.       Привалившись спиной к ближайшему дереву, сплюнул на снег вязкую кашицу из слюны и крови, утерев губы тыльной стороной ладони. Приподнявшийся следом за мной Карлос зеркально отразил то же самое действие.       — Я тебе его не отдам, — жёстко выплюнул я, еле шевеля разбитыми губами.       — С хуя ли? — зло усмехнулся в ответ альфа, демонстрируя ровный ряд окровавленных зубов.       — Потому что я так сказал!       — Да мне насрать на твои слова, — пренебрежительно отмахнулся от меня Карлос. — Ты не достоин этого омеги…       — Знаю, — глухо прорычал я сквозь стиснутые зубы.       — Любишь его? — уже более спокойным тоном поинтересовался альфа, и я впервые ответил не задумываясь:       — Люблю.       — Тогда иди и скажи ему об этом, идиот. Он будет очень рад.       Поднявшись с асфальта, мужчина, не отряхиваясь, побрёл в сторону перекрёстка, запихнув руки в карманы пальто. Кряхтя и постанывая, я отлепился от дерева и, придерживая себя за саднящие рёбра, медленно разогнулся. Постояв несколько секунд около бордово-красной лужи и валяющихся рядом цветов, направился к подъезду, слегка прихрамывая на правую ногу.       Когда позвонил в домофон, дверь открыли практически мгновенно, без уточняющего вопроса «кто там». Ждал таки Карлоса мой милый омежка. Думать о том, что было бы если бы я сегодня не приехал, не хотелось совершенно.