Carnival of rust

Как бы Али ни хотелось отсидеться дома на следующий день, тренировка есть тренировка, никуда от нее не денешься. Впереди был очередной домашний матч чемпионата с Вильярреалом, на который она рассчитывала, воспринимая игру как возможность снова втянуться в футбол и почувствовать почву под ногами. Хотя после вчерашнего искать почву было точно таким же бесполезным делом, как пытаться будучи Денисом Черышевым соперничать с Криштиану Роналду за место в основе Реала (почему-то факт одинаковых позиций Дениса и Криша Али чертовски веселил). Конечно, она пожалела. Как только за Лионелем закрылась дверь (в это до сих пор не верилось!), Али провалилась в пучину ненависти к себе. Один бог знал, какое количество сил ей понадобилось, чтобы не броситься за ним, не потребовать объяснений сию секунду, не схватить его за плечи и не начать трясти. Черт, она же столько времени мучилась неизвестностью, а тут, получив карты в руки, в ужасе отбросила их от себя, будто это были не карты, а змеи. Лежа в кровати без сна, Али задавалась вопросом: если бы не звонок Антонелы, они с Лео… поговорили бы? Ей бы стало легче? Она смогла бы заснуть, услышав от него… нет, об этом даже подумать страшно. Пока она не знает правды, не понимает, почему он так резко изменился, есть еще шанс додумать и представить, что все не так уж плохо. Что у Лео личные неурядицы. Но после этого звонка… все у него хорошо. А она просто дура. Перед тренировкой Али сама позвонила Суаресу и попросила подвезти до базы. Луис отреагировал с присущей ему доброжелательностью, передал большой привет от Софии и пообещал появиться аккурат за час до тренировки. Али повесила трубку и уставилась в пространство, гоняя ногой туда-сюда свернутые носки. Что теперь делать? Виски начинало ломить от одной только мысли, что ей придется смотреть на Лионеля и делать вид, что между ними якобы ничего не было (да, наконец она начинала позволять себе употреблять в прошедшем времени глаголы, связанные с Лео — не было, не разговаривал, не смотрел, не писал). Тем более Али прекрасно знала — сколько ни придумывай себе планы, ни репетируй разговоры и улыбку перед зеркалом, когда окажешься лицом к лицу с главным героем твоих кошмаров, забудешь даже свое имя, не говоря уже о том, что ты так хотела услышать эту чертову правду. Она устало потерла переносицу и поморщилась. Лицо стянуло так, будто она проревела целую ночь. На самом деле, это было недалеко от истины, правда часов пять Али умудрилась проспать, но как только прозвенел будильник, она открыла глаза, несколько секунд поразглядывала потолок, медленно и тяжко вспоминая, что же такого случилось вчера, раз сейчас у нее противно и гадко сосет под ложечкой. А когда вспомнила, то остановиться уже не смогла — слезы сами покатились по щекам, и Али позволила себе слабость, коих в последнее время накопилось слишком много для женщины, кровью и потом пробивавшей себе путь из низов на футбольный Олимп. Такие люди, положившие на алтарь своей карьеры все, не должны просыпаться с тяжелым и сердцем и рыдать от боли. Но как же ей в тот момент хотелось выть и прижимать к себе пропитанную слезами подушку… Али думала, что станет легче. Не стало. Хрипло вздохнув, Али поплелась собираться на тренировку. Любимая музыка из колонок, чашка ароматного кофе, сытный завтрак, половина сигареты — ничего не приносило желаемого удовлетворения, поганый привкус чего-то кислого поселился во рту — наверное, таково на вкус ожидание неизбежного падения в пропасть, особенно если ты сама сознательно туда и собираешься свалиться. Избавиться от кислоты на языке не помогла даже зверски мятная зубная паста. Али механически елозила щеткой по зубам и смотрела на свое отражение в зеркале — глаза покраснели (даже капли не спасли), возле носа шелушилась кожа, нижняя губа треснула, и ранка сочилась кровью. Вид у Али был слишком красноречивый: стоит Лионелю бросить на нее хоть один взгляд, ему все станет ясно. Он поймет, как сильно она жалеет о том, что выгнала его. И, может быть, тогда он сам… — Хватит! — рявкнула на себя Али, разбрызгивая белые капельки пасты на зеркало. Зубная щетка выпала у нее из рук и грохнулась в раковину. — Послушай свой разум хоть раз в жизни. Ничего твой несчастный вид не изменит. Ничего. Возьми себя в руки… пожалуйста… — последнее «пожалуйста» было так похоже на вчерашнюю мольбу, произнесенную в лицо своему главному страху, что Али опять почувствовала, как по щекам текут слезы, смешиваясь с зубной пастой. В гостиной запела Бритни Спирс, от ее Everytime на душе стало еще гаже. На строчке «без моих крыльев я чувствую себя такой крошечной» Али захотелось выключить телефон, залезть под одеяло и больше никогда, никогда оттуда не вылезать. Остаться в своих мучениях, провалиться туда, утонуть и захлебнуться. Все это — лучше, чем встретиться с Лионелем лицом к лицу. Она не стала даже заканчивать с водными процедурами, оставила щетку валяться в раковине, наскоро вытерлась полотенцем, которое швырнула туда же — все равно стирать, — схватила с полки какой-то крем для лица и вернулась в гостиную, где саданула по музыкальному центру, который крякнул и выдал из всего тысячного списка Carnival of rust. Али постояла возле колонок, покачиваясь в такт песне, и вдруг вспомнила про карты Таро. Что они там говорили в клипе? В конце? Перемены, начало нового жизненного пути?.. И как долго ждать этого самого пути? Сил-то у Али хватит вынести все это? А в самом конце появляется карта Силы, которая говорит о человеке, не считающемся с чувствами других. Он идёт на всё ради достижения своей цели, потому за его спиной остается сплошной мрак и тлен. Теперь Али казалось, что дело не в том, что она видит перед собой только спину Месси, а вокруг темноту и беспросветность бытия, а в том, что она сама пропустила его вперед и дала себя растоптать. А когда он хотел объясниться, она… — Хватит, — снова сказала Али в пустоту. Но теперь в ее голосе не было твердости, которая звучала несколько минут назад. Только безысходность. Бороться с собой не получалось. Она никак не сможет сделать вид, что все в порядке, да и смысл… вряд ли Лионеля это как-то заденет. Ну, увидит, да и черт с ним. Сказать легко, а вот сделать… Она медленно расчесала спутавшиеся после мытья волосы, нанесла сыворотку, которую ей когда-то дала Нелла, и даже вытащила фен и попыталась высушить голову так, чтобы волосы не торчали во все стороны. Получилось вполне сносно, но все еще непривычно. Самым обидным было то, что никто — вообще никто — не обратил внимания на то, что Али резко решила сменить имидж. Даже Хосе никак ее перевоплощение, если его можно назвать таковым, не прокомментировал. Али было обидно, особенно потому, что ее эскапада была призвана привлечь внимание одного конкретного человека — она до сих пор не понимала зачем. Волосы стали короче, да, но вот сама Али Альварес осталась прежней. И от этого никуда не денешься. Справившись с волосами, она вытрясла на стол косметичку и вооружилась корректором, чтобы замазать круги под глазами, а потом выудила самую яркую помаду, что у нее была — совершенно новая матовая хрень цвета сгустившейся крови. На бледном лице Али это выглядело устрашающе, причем не то слово, насколько. Словно она обмазалась стейком с кровью вместо того, чтобы съесть его как нормальные люди ножом и вилкой. Али уныло посмотрела на свое отражение в зеркале и поплелась переодеваться. Когда она шнуровала кроссовки, позвонил Суарес, который приехал раньше на целых пятнадцать минут. Али сказала ему, что готова и сейчас спустится. Взглянув на себя в зеркало последний раз, Али погладила кошку, сидевшую у двери, достала ключи и оглянулась, уже стоя в проеме. Загаженная квартира производила поистине жуткое зрелище, хорошо, что Луис решил не подниматься. Пускать людей в такой хлев просто-напросто стыдно. Али за вчерашний день умудрилась развести просто неприличного размаха бардак, который сегодня после утренней тренировки нужно будет обязательно убрать. Сидящий на водительском сиденье Суарес выглядел на все сто — сверкал своей слегка устрашающей белозубой улыбкой, барабанил по рулю и подпевал завывающей из колонок Шакире (складывалось впечатление, что все в Барселоне слушают песни, которые исполняет жена Пике). Но как только недовольная Али забралась на выделенное ей место впереди (перекрестившись мысленно, потому что Суарес открыл в машине все окна и сразу дал понять, что на заднем сидении не притаился никакой Лионель Месси), Луис сразу же перестал напевать и улыбаться. — Привет, мы знакомы? — подозрительно спросил он, выразительно глядя на губы Али. Она скорчила рожу и потянулась к проводу, чтобы подключить свой телефон. — Али, ты уж прости, но… ты выглядишь странно, — честно и без обиняков заявил Суарес, мучительно краснея. — Никогда тебя такой не видел, тебе идет, конечно, но очень непривычно. — Да не юли, я знаю, что пиздец, — отмахнулась Али, роясь в плейлисте своего телефона и внутренне содрогаясь, заметив Everytime. — Просто решила попробовать, а она не отмывается, времени ковыряться уже не было. Надеюсь, Энрике меня не отправит умываться. — Это вряд ли, — усмехнулся Луис, заводя машину. — Скорее посмеется. Ты похожа на вампира, особенно с такой длиной волос. — У вампиров какие-то особые волосы? — Али чуть было не поперхнулась смешком. — Я скорее похожа на потрепанную женщину с пониженной социальной ответственностью, при всем уважении. — Если бы я тебя не знал, то решил бы, что ты напрашиваешься на комплимент, — рассмеялся Суарес. — А если серьезно, тебе очень идет. София видела твои фотографии с Золотого мяча и… — Луис, следя за дорогой, как-то умудрился заметить, как у Али изменилось выражение лица. — Упс, прости. Не стоило поднимать эту тему. Я все понимаю. Когда-то давно и ты вошла в мое положение. — Суарес намекал на их первый личный разговор, когда Лионель ушел за Неймаром, а Али и Луис обсуждали Чемпионат Мира. Как же давно это было… — Так что еще раз извини. Конечно, Суарес не совсем понимал, почему Али так дернулась при упоминании церемонии. Да никто не понимал, на самом деле, она ведь так и не решилась рассказать хоть кому-то о том, что ей пришлось пережить, сидя рядом с Лионелем и его женой. Али вспомнила свою поездку к Кришу и вздохнула. — Спасибо, что понимаешь, — сказала она. Голос звучал как чужой. — Не хочу вспоминать даже. Давай лучше о чем-нибудь хорошем поговорим. Под не слишком бодрые песни группы Rasmus, которую Луис, как выяснилось, никогда и не слышал, они добрались до базы, по дороге обсуждая все, что не касалось футбола. Луис рассказал про то, как классно провел Рождество с семьей в Сальто, подоставал Али расспросами, почему она не поехала отмечать его день рождения. Али успешно отбилась, наврав про страшную головную боль и кучу дел, вроде визита к своему агенту для дружеских посиделок и обсуждения каких-то там хитровыдуманных деталей контракта. Суарес сделал вид, что поверил, а Али сделала вид, что ее это ни капли не волнует. Но ладони все равно стали противно мокрыми, она даже чуть телефон из рук не выронила. Вовремя машина остановилась на парковке — Суарес, занятый рулем, этого не заметил. Они вышли из машины, причем Луис галантно забрал у Али рюкзак и совсем не галантно отказался его возвращать, пока они не дойдут до раздевалки. Али, не будь она в таком раздрае, могла бы заспорить, но промолчала, только посмеялась. И улыбалась до тех пор, пока не наткнулась взглядом на знакомый до боли под ребрами Рэнж Ровер. Как она не потеряла равновесие и не навернулась на ровном месте до перелома плюсневой кости — вопрос на миллион. Сохраняя непроницаемое выражение лица, Али двинулась вслед за Луисом, который продолжал рассказывать про то, как на его день рождения Дани Алвес принес огромный пакет замороженной вишни и настоятельно требовал у Софии поставить его в центр стола как главное блюдо. Рассказывал Луис в лицах, но Али толком не могла смеяться. Боялась, что застывшая на губах страшная помада потрескается, как черепица, и ее ранка на губе снова начнет кровоточить. Но лучше уж губа, чем сердце. Они неспешно добрались до раздевалки, но Али этот путь показался длинною всего в пять секунд. Она даже понять не успела, как они оказались у дверей. Луис вошел первым, но судьба решила подарить Али Альварес пару минут передышки — у нее зазвонил телефон. — Алло, да, я слушаю, — нервно, а оттого пискляво, сказала Али в трубку. — Привет! Ты на тренировке? — от загадочности Хосе уже блевать хотелось, если честно. — У меня для тебя сюрприз. Когда освободишься? — Я только приехала, не знаю, часа три-четыре. Потом еще вечером ехать. А что за сюрприз? — с наигранным любопытством спросила Али, отходя от раздевалки на безопасное расстояние, будто оттуда на нее могут кинуться львы. — Тогда я привезу его к тебе домой, как вернешься, увидишь. Интри-и-и-иги! — издевательски протянул Хосе. — Удачной тренировки! — Хосе, блин! — проорала Али в уже замолчавший телефон. Ее агент был в своем репертуаре, оставалось надеяться, что елку он ей не притащит. Больше тянуть было нельзя. Пока Али отиралась в коридоре, в раздевалку, пританцовывая, зашел Неймар, а сразу следом за ним Рафа, который тоже разговаривал по телефону. Али глубоко вздохнула, обтерла потные ладони о джинсы и решительно распахнула дверь (ведущую в ад, ни больше, ни меньше). Остальные одноклубники сразу же слились в одно ярко-розовое пятно. Али поджала кровавые губы и прошла к своему шкафчику. Лионель копался в сумке, и как только она вошла, поднял голову. Лицо у него было… типичным лицом Лионеля Месси. Серьезным. Собранным. Непроницаемым. Будто перед ним была не Али, а полевое ограждение или ярко оранжевый конус. Вещь, а не человек. Но все вдруг изменилось — внезапно и слишком быстро. Али растерялась и едва не поставила сумку мимо скамейки. Жалость. Она видела, как изогнулись его брови, как в глубине глаз цвета черного кофе мелькнула жалость. Он прочитал Али как неинтересную книгу, которую держат в уборной. Сразу же увидел, насколько сильно она сожалеет о вчерашнем. Тут же понял, что она готова рвануть к нему, несмотря на то, что раздевалка полна народу. Он был слишком проницательным — другим лидер Барселоны и быть не может. А Али была слишком собой, чтобы пытаться скрыть эмоции. С таким же успехом можно было руками ловить мыльные пузыри. Али попыталась отвернуться, но ее как будто примагнитило к смотрящему на нее в упор Лионелю. Он не сводил с нее глаз, она чувствовала это, но со стороны казалось, что он просто залип, задумался. Посторонний человек никогда бы не понял, куда именно смотрит Лео, потому что он не дал бы этого понять. Так и вышло: Неймар шлепнул Месси по плечу, подколол его, дескать, чего уставился в пространство. Ему и в голову не могло прийти, что смотрит он на Али. На Али, которая сгорала заживо в переполненной раздевалке. Дальнейшее смешалось — пришел Хави, который быстро переоделся, погнал всех на поле, подгоняя зазевавшегося Ивана, который ковырялся в телефоне. Али, как обычно, поспешила к выходу одной из последних. Лионель, заметив, что она собралась, двинулся сразу же за ней. Господи, Али была ни жива, ни мертва, пока шла к дверям. Спина окаменела, а лицо застыло маской из театра кабуки. Она не могла улыбаться, потому что внутренне умирала от страха. — Али, я… — раздалось за спиной. Она обернулась, слишком резко, чтобы выглядеть невозмутимой, но… — Али, Лионель, потом поговорите, Энрике ждет! — Хави слишком уж бесцеремонно вытолкал их из раздевалки и вышел следом. Он не отставал, шел прямо за ними по пятам, и Али и Лионелю ничего не оставалось, как просто переглядываться и хранить молчание, которое никто из них не мог нарушить. Тренировка превратилась в ад. У Али, теперь уже взаправду, а не как в истории, рассказанной Суаресу, начала болеть голова. Сначала виски, потом затылок, а к исходу четвертого часа уже вся голова была будто сжата стальным обручем. Но Али держалась — иначе было нельзя. Про сюрприз Хосе она забыла напрочь, стоило бутсе коснуться зеленого газона. Энрике ожидаемо не прокомментировал ни единым словом ее вызывающую помаду, только блеснул своими дурацкими зеркальными очками, пряча глаза. Было заметно, что ему смешно. Одноклубники, как было в случае с внезапной переменой прически Али, тоже ничего не сказали, но ей, на самом деле, не было до них никакого дела вообще. Али не видела мяча и цветных манишек. Она видела только Лионеля, который первые два часа упорно пытался остаться рядом с ней, чтобы перекинуться парой слов. В первый раз он подошел к Али, когда она занималась растяжкой, но и слова сказать не успел, как его позвал Энрике. Потом двусторонка, и Али, естественно, оказалась не в одной команде с Лео, а во время игры ни о каких разговорах не могло быть и речи. Творилось какое-то безумие: как только Али оставалась одна, и Лионель бросал хотя бы взгляд в ее сторону, она сразу же оказывалась кому-то нужна. Ей все время казалось, что на них все смотрят и видят, что между ними происходит что-то странное. Все видят и молчат, потому что произнести правду вслух равнозначно самоубийству. Лучше не признавать, что между двумя игроками Барселоны творится какая-то хрень. Барселона и так едва очухалась после перипетий между Месси и тренером. Хватит потрясений. Энрике объявил очередной перерыв. Али присела у бровки, скрестив ноги, и с наслаждением отпила воду из бутылки. Но на этот раз Лионель, крутившийся неподалеку, не стал пытаться подойти, а ушел в раздевалку. Али проводила его непонимающим взглядом и постаралась не показывать недовольства. До конца занятия было еще два часа, времени полно. Она была уверена, что несмотря на то, что вчера вечером она его оттолкнула, Лео доведет дело до конца. Будучи совсем не готовой, Али все равно этого хотела. Будто самоубийца, мечтающий, чтобы его сбила машина. В голове у нее была полнейшая каша, и как навести там порядок, Али не знала. Месси вышел из раздевалки, и Али сразу же поняла — что-то не так. У него изменилось лицо, в ее сторону он больше не смотрел, прошел мимо, хотя Али так и сидела совершенно одна, только в компании бутылки. Лео шел прямо к Энрике, который листал какие-то записи. При виде главного форварда команды лицо Лучо будто озарилось пониманием. Он, не дав Лионелю сказать и двух слов, закивал и улыбнулся. Они как бы без слов поняли друг друга. Месси обменялся с Энрике рукопожатием, а потом быстрым шагом ушел с поля. Никто в команде не выразил ни малейшего удивления. Али неожиданно почувствовала себя точно так же, как дома у Суаресов, когда они смотрели объявление номинантов на чертов Золотой Мяч — чужой на этом празднике жизни. Словно все знали, куда и зачем так внезапно ушел Лионель, все, кроме нее. — Хватит прохлаждаться, работаем! — позвал команду Лучо. Али встала с газона и в сердцах швырнула бутылку на траву. Голова болела просто нещадно. Али едва успела завернуться в полотенце, когда услышала, что в раздевалке надрывается ее мобильный. Чертыхнувшись, она распахнула дверь, выпуская наружу клубы пара. К этому моменту команда уже успела расползтись по домам, в раздевалке торчали только Неймар и Рафинья, которые смотрели какое-то видео на планшете. Али галопом пробежала мимо них, придерживая полотенце, покопалась в сумке и вытащила мобильный. Звонил Хосе. — У тебя полчаса на… давай…булками, быстрее… подъедет… пока, — Хосе тараторил, проглатывая слова, так что Али половины не разобрала. — Что? — Давай, все! Телефон угрожающе замолк. Али вздохнула так, будто на ее плече легла многовековая тяжесть истории. Хосе со своими фортелями начал ее задалбывать. Нет бы по-человечески объяснить, какой такой сюрприз ждет ее дома. — Случилось чего? — Неймар отвлекся от планшета, из которого доносились звуки выстрелов. Али помотала головой, взяла одежду и ушла обратно в душевую, чтобы надеть белье. Про Лионеля она пыталась не думать. Пыталась, но даже натягивая спортивное бра все равно думала. Но что толку ломать голову над загадкой, которую ты никогда не сможешь решить?

***

Али как ошалелая вывалилась из такси и заозиралась. Улица в это время была довольно людной, мимо то и дело проезжали машины, проходили мамочки с колясками или семейные пары. Али в очередной раз почувствовала себя обделенной судьбой, но тут же взяла себя в руки и твердо зашагала в сторону дома, где ее должен был ждать сюрприз от Хосе. Зная ее агента, можно было предположить, что там очередная елка или новая порция дизайнерских решений вроде подушки в форме задницы — от него всего можно было ожидать. С опаской открыв дверь квартиры, Али заглянула в прихожую. Никаких неопознанных объектов там обнаружено не было, нужно было продолжать исследование. Кошка не появилась, что было довольно странно. Али осторожно защелкнула замок и разулась — как ниндзя, не производя ни капли лишнего шума, чтобы не… — Сюрприз! — ТВОЮ МАТЬ! — Али заорала так, что у самой уши заложило, подпрыгнула на добрых полметра, выронив спортивную сумку. Лучезарно улыбающийся Криштиану даже не поморщился, только продолжал нагло стоять посреди коридора и прижимать к груди несопротивляющуюся кошку. — Что ты здесь забыл?! — сипло спросила Али, подбирая сумку и вывалившиеся из нее вещи. Криш меланхолично погладил кошку между ушей и ухмыльнулся. — Приехал с ответным визитом. Ты не рада? — Рада, конечно, но нужно предупреждать! Как ты вообще сюда попал? Криш широко улыбнулся, подмигнул, дескать, секрет, и на вопрос отвечать не стал. Али закатила глаза и пошлепала в гостиную, где стянула джинсы, оставшись в одной белой футболке. Незваный гость, естественно, поспешил следом за ней, так и не выпустив из рук своенравную кошку, которая сейчас почему-то молчала и не дергалась. — Чем будем заниматься? — полюбопытствовал Криш, никак не прокомментировав снятые джинсы. Али растерялась и замерла, держа в руках штаны. Последний их разговор с Криштиану закончился на грустной и тяжелой ноте, а теперь Роналду вел себя так, будто ничего не произошло. Не было никакой дисквалификации, расставания с Ириной — ничего не было. Такая разительная перемена пугала, поэтому Али решила не скрывать своих эмоций по этому поводу. — Ты… еще совсем недавно был… как бы это сказать… — Али замялась. — Разбитый? — совершенно спокойно подсказал Криш. — Да, именно. А сейчас… — Если бы тебя так встряхнуло, как меня после матча, то ты бы тоже стала адекватнее, — фыркнул Роналду. — Серьезно, когда тебя полощут на каждом углу, включая даже журналы по садоводству и сайты, продающие посуду, волей-неволей переосмыслишь свое поведение. Я не ребенок, Али, чтобы продолжать биться головой об стену. Я дал слабину, признаюсь, но надо двигаться дальше. — И быть умнее. — Именно. Они посмотрели друг на друга. Криш гладил кошку, а Али бросила джинсы на спинку дивана. Нужно было быть гостеприимной хозяйкой, предложить гостю перекусить и по-быстрому прибрать весь этот хаос в квартире. Боже, как стыдно… — Я помыл твою посуду, — неожиданно улыбнулся Криштиану, заметив, что Али оглядывает бардак в гостиной. — Я прилетел час назад, нечем было заняться. У тебя всегда такой хаос дома? — Времени нет на уборку, извини, — пробормотала Али, бочком продвигаясь в сторону спальни. Оказавшись за спасительной дверью, она наконец переоделась в домашние лосины и футболку, отчего почувствовала себя намного комфортнее, а то как-то неловко было стоять перед другом в одних трусах. Али попыталась кое-как оттереть влажной салфеткой помаду, но сделала только хуже — рот теперь напоминал рваную рану. Но она надеялась, что Криштиану все же будет джентльменом и не обратит внимания на ее не слишком приличный внешний вид. Выйдя из спальни, Али обнаружила Роналду в гостиной. Он устроился в кресле, включил телевизор, где по Multifutbol 1 показывали выпуск новостей, в котором обсуждался крайний матч Атлетико и Барселоны, тот самый, в котором Хиль Мансано направо и налево разбрасывался желтыми карточками, а Торрес наконец вышел на поле после трансфера обратно в Мадрид. Али замерла в дверях, глядя на свое собственное вспотевшее лицо, продемонстрированное на весь экран. Ее глаза, в которых будто отражалось сине-гранатовое море гостевой трибуны Висенте Кальдерон, были просто переполнены счастьем — она как раз поучаствовала в голе на девятой минуте и только встала с газона, отряхивая салатовую форму. Воспринимать свое лицо в телевизоре Али до сих пор было… странно. Она не то чтобы стеснялась — на разборах послематчевых косяков, на которых Лучо частенько включал записи матчей и тыкал маркером прямо в экран, она постоянно видела себя, — просто никак не могла уложить в своей голове тот факт, что она играет в Барселоне. Была в этом какая-то магия. — Говорят, вы Турана из Атлетико покупать собираетесь в перспективе, — мягко усмехнулся Криштиану, не отводя взгляда от экрана, где лицо Али сменилось сосредоточенным лицом Энрике. Али пожала плечами и плюхнулась на диван. — Не слышала об этом. Откуда информация из стана врага? — Ха-ха-ха, — вяло рассмеялся Криштиану. — Секрет. — Как и твой приезд? Роналду хитрюще прищурился и поиграл бровями, но опять промолчал. — Ладно, все, не буду больше допытываться, захочешь, сам расскажешь. Давай канал переключим… — Али потянулась за пультом, но в эту самую секунду на экране появился Лионель. Это был как удар под дых. — Я хочу тебе кое-что рассказать, уже очень давно, но не знаю, как начать, — Али сказала это так тихо, что Криштиану пришлось повернуться, отпустить кошку и пересесть к ней ближе. От его взволнованного и крайне озабоченного выражения лица Али замутило. Но сдавать назад было поздно. Чертов телевизор, чертово… все. — Хм, окей, видать, тебя здорово прижало, раз ты вот так с наскока. Начни сначала, — посоветовал Криштиану. — Что-то серьезное случилось? — Черт… Я ношу это в себе несколько месяцев, уже голова взрывается. А сейчас не могу даже предложение составить. Столько всего… Это просто пиздец. Теперь отступать было нельзя — сказал «а», говори «б», как говорится. Али знала, что Криш едва ли не единственный человек на всей планете Земля, которому она может доверить свою самую постыдную тайну, но все равно не могла подобрать слова, дабы объяснить ему, в какой заднице она оказалась по своей же собственной воле. А учитывая добропорядочность Криша… мог ли он адекватно и непредвзято воспринять то, что Али переспала с женатым? Сколько бы ни писали в газетах о том, что Роналду бабник, Али знала его с совершенно другой стороны. И вряд ли человек, который еще день назад так переживал из-за разрыва с девушкой, способен не осудить ее поступок. — Эй, ты меня пугаешь, — Криш взял ее за руку, и Али сразу же почувствовала, какие у нее мокрые ладони. Мерзко мокрые. — Я сама себя пугаю, — призналась она. — Пообещай мне, что после того, что я скажу, ты меня не возненавидишь. Это прозвучало как удар гонга в мертвой тишине. По лицу Криштиану скользнула пугающая тень паники. — Обещаю, — медленно произнес он. — Что ты натворила? — В декабре, после выхода в плей-офф кое-что случилось… между мной и еще одним… человеком. Я не могу объяснить даже сама себе, почему это произошло. Точнее могу, но не хочу. Я сама уже ничего не понимаю, все слишком усложнилось, и я не могу никак догнать, в чем причина такой резкой перемены… блин, я несу какую-то чушь. Ты можешь как-нибудь сам додумать? — последние слова Али почти простонала, пряча лицо в гадко влажных ладонях. Криштиану какое-то время хранил молчание, обдумывая ее бессвязные слова, а потом сказал то, что должен был. — Ты переспала с кем-то из команды.  И это был вовсе не вопрос. Половина признания была озвучена не ее ртом, что не могло не подбодрить. — Думаю, кивать бессмысленно, — невесело ухмыльнулась Али. — Да. Так и есть. — И теперь методом перебора я должен угадать, с кем. Или… — Криш сощурился, рассматривая сгорбившуюся на диване Али. — Сама рассказать не хочешь? Али нашла в себе силы только покачать головой — ну уж нет. Рассказывая Криштиану о подслушанном разговоре, она не смогла произнести его имя, теперь же было еще мучительнее. Ее пополам разорвет, и не в буквальном смысле. — Хорошо… — протянул Криш. — Теперь я буду произносить фамилии твоих одноклубников, и все это будет выглядеть крайне тупо. — Криш… — почти провыла Али, — хватит, пожалуйста! — Ладно, давай серьезно, — Роналду сел ровнее, теперь его большая широкая ладонь переместилась на ее плечо. — Если вот так вот с наскоку, то… не думаю, что ты стала крутить амуры с тем, у кого есть семья. А из неженатых у вас… Признание не своими словами грозило затянуться на целую вечность. У Али не было столько времени. У нее вообще больше ничего не было. Только горечь в горле и мерзкий комок стыда в груди. — Это Лионель, — она физически ощутила, как рвется пополам ее измученная душа. — Месси, мать его… Криш, я намного большее дерьмо, чем ты себе рисуешь. — Месси? — замогильным голосом переспросил Криш, глядя на Али так, будто у нее выросла вторая голова — Али повернулась к нему, в ужасе ожидая увидеть отвращение и пренебрежение, но ничего, кроме растерянности, не обнаружила. — Как так… — Криш запнулся. — Получилось? Вышло? Не знаю, как сказать даже… правильно, хотя что тут правильного… — В общем, он… никогда на меня не обращал особого внимания. Да, мы вроде как дружили, но вне поля пересекались всего пару раз. Ведь он… слишком зациклен на игре… — Али, — Криш стиснул ее плечо второй рукой, проникновенно заглядывая не просто в ее глаза, а в самое нутро. — Он не на игре зациклен, а на своей семье. Ты хоть понимаешь?.. — Я не осуждения от тебя хотела! — Али стало до слез обидно. — Я понимаю, все понимаю, до единого своего действия. Но от этого не легче! Я не могу уже носить это в себе… меня разрывает, изнутри ломает… почему он так себя ведет? Почему пришел тогда ко мне? Почему остался? Почему теперь… теперь он… — голос сорвался, Али всхлипнула раз, другой, а потом откровенно разрыдалась, уткнулась Кришу в светлую футболку, подвывая, хлюпая носом и задыхаясь. Ей казалось, что она умирает, сейчас превратится в слезы и выльется прямо на Криштиану, исчезнет без следа, впитается в светлый ковер своей гостиной. Боль впивалась в ее сердце миллионами тонких иголок. Она так давно хотела выплакаться, рассказать хоть кому-то о том, что произошло, что теперь, наконец произнеся вслух то, что так мучило, все еще не верила, что теперь на планете тех, кто знает о ее страшной ошибке, не двое, а трое. Она, Лионель и Криштиану. Тройка номинантов на Золотой мяч. Как же иронично. — Успокоилась? — тихо спросил Криш, прижимая шмыгающую носом Али к груди. Она сипло вздохнула, втягивая носом аромат ванили и сандала. — Да. У тебя мерзейшие духи, — фыркнула она. Роналду измученно вздохнул, но не стал возмущаться, видно, понял, что Али сейчас не до его замечаний по поводу его очередного детища. — Тогда давай ты закончишь реветь, — предложил он. — Только пообещай, что плакать не будешь. Не могу видеть тебя в слезах. Сразу забываю, что мы соперники. — Жопошник, — Али зловредно показала Кришу язык и вытерла нос. — Ладно. Короче, мы отмечали выход в плей-офф. Напились прямо на стадионе, Энрике впервые на моей памяти вышел из образа папаши и стал нормальным человеком, и все как-то расслабились… Я тогда была уставшая, как мул, решила в душ сходить. Предупредила Хави и свалила. А там уже… — Ну? — Не торопи меня! Я и так с трудом об этом говорю. Короче, я была в душе и тут он зашел… Я с трудом помню, как так вышло. Лео был мертвецки пьян или мне показалось… Не знаю, — Али запустила руки в волосы и уставилась в пол. — Это было… — Круто? Охуенно? Плохо? Али на секунду задумалась. — Странно. Вот, точно, странно. Будто это были не мы. Просто я и просто… он. Без имен. Потом он ушел обратно, а осталась в душе. Когда вышла, то поняла, что он уехал домой, — Али потерла покрасневший нос. — Мы виделись потом на тренировке. Криш, между нами так горело! Я боялась, что кто-то увидит. Ну нельзя было так притворяться. Он потом еще и ко мне приезжал… — Вы рисковые… — пробормотал Роналду. — Я об этом даже не думала. Вот не поверишь, когда к тебе поехала, то парилась и пряталась. А когда он посреди ночи заявился, да еще и машину возле моего дома оставил… я разве могла переживать? Ведь он был рядом. — У меня в голове не укладывается, — Криштиану (Роналду!) выглядел обескураженным. — Ты рассказываешь, а я не могу представить, что ты и Месси… Али его не слушала. Слова лились непрерывным потоком — она так долго копила их, держала в себе, что теперь остановить ее словесную истерику мог только асфальтовый каток. — Мы провели два вечера вместе. Два самых прекрасных вечера. Да, у нас больше ничего не было, но… мы ночевали вместе… — Стоп, — вдруг оборвал ее Криш. — Две ночи? И никакого секса? Вы спали один раз? Так не бывает. — Чего? — Али вытаращила глаза. — Не бывает, — уверенно продолжил он. — Мужчина и женщина, у которых уже была близость, не могут спать в одной постели и не заниматься сексом. — Могут! Мы почти… но Лео… он… он передумал, — как же трудно было мысленно возвращаться в ту ночь. — В последний момент. Потянулся за презервативом и… — Избавь меня от подробностей! — воскликнул Криш. — Давай дальше. После тех двух ночей вы общались? — Он пообещал приехать сразу после Рождества. Помнишь, ты звонил мне… я тогда осталась в Барселоне, ждала его. А он не приехал. Пообещал, но не приехал. — Вы созванивались? Али помотала головой и пошевелила пальцами. — Сообщения. — А, ну да… он же был не в городе. А дальше? — А дальше он… ну, во-первых, после второй ночи он уехал, даже не остался ночевать. Я тогда уснула очень рано, думала, что на тренировке мы хотя бы поговорим нормально, ведь у меня было такое чувство, что он просто сбежал и все… разговора не получилось. Потом было еще много всего, но я даже вспоминать не хочу. Он перестал со мной разговаривать после Рождества. Криш, его как подменили. Он ведет себя так, будто ничего не случилось. Будто… — Али в очередной раз запнулась. — Будто то, что было между нами, не имеет для него никакого значения. И наконец она произнесла то, что и так лежало на поверхности. — Вот, я это сказала, — признала Али. — Обмозговывала-обмозговывала, а правда — вот она. — Дела… — пробормотал Роналду, растягиваясь на диване. Али так и осталась сидеть у него в ногах и даже не попыталась пересесть хотя бы на кресло. — А можно вопрос? На что ты рассчитывала? Если бы… Месси не вел себя безразлично, то… что он должен был делать? Этот вопрос Али себе, кажется, не задавала ни разу. И правда: если не молчание, то... что? — Ты думала, что вы будете встречаться? — продолжал давить на больную мозоль Криштиану. — За спиной его жены, сына… боже, это ужасно. Ты прости, но я в таком шоке, что до сих пор не могу это осознать. — Вообще-то слышать от тебя такое странно, — вполголоса произнесла Али (хотя в тот момент больше говорила ее обида). — Столько слухов ходило про тебя, Ирину и твои романы. — Али, твою мать, и ты туда же? — ситуация принимала очень некрасивый оборот. Теперь разговор шел на грани фола. — Думаешь, имей я за спиной грязные похождения, то стал бы… все это вот так… — Криш растерял оставшиеся слова и потянулся за стаканом, стоящим на кофейном столике. — Принеси сок, пожалуйста, в горле пересохло. Ну, или воды. — Может, сразу цианистый калий? — не могла не огрызнуться Али. — Если только себе, — не остался в долгу Роналду. Они с ненавистью уставились друг на друга. Али внутри вся кипела от обиды. Ей не нужно было его осуждение, какого черта? Она могла довериться лишь ему, во всем этом гребаном мире, а он… — Али, прости, — Криш первым пошел на попятный, видимо, уловив флюиды злости Али. — Я действительно не ожидал такого поворота, такое трудно осмыслить, вот я и несу всякую чушь вместо того, чтобы тебя поддержать и посочувствовать. — Он сел и протянул руку, хватая ее за запястье. — Обещаю, с этого момента я буду беспристрастен. Неважно, кто он, важно, что это случилось с тобой и тебе плохо. А я своих в беде не бросаю. — С этим можно жить, — Али вытерла нос и попыталась улыбнуться. — Как думаешь… почему он такой? Почему-то отталкивает меня, то подходит так близко, что у меня просто нет ни единого шанса сбежать? — Он сомневается, — изрек Роналду после короткой заминки. — В Рождество что-то случилось, что-то, в корне поменявшее его отношение к тебе и вашему… ну, тому вечеру. Али похолодела и уставилась на свои ладони, которые покрылись испариной. — Ты думаешь? — Похоже на то. Я не думаю, что для него это ничего не значило, ведь после того, как вы… переспали, он продолжал поддерживать с тобой контакты, приезжал… нет, изначально все было иначе. А потом случилось Рождество, он все переосмыслил и наверняка с чьей-нибудь помощью. Али закрыла лицо ладонями, чтобы не видеть такого, блядь, проницательного Криштиану, который вот так просто резал правду-матку, от которой она бежала со всех ног с декабря. Все было просто как дважды два. Лионель провел время с семьей и понял, что Али ему не нужна. Нет, нет, это никак не укладывалось в голове! Слишком просто, слишком, слишком! — Мне не хочется жить, — прошептала Али, борясь с желанием снова броситься с рыданиями Кришу на грудь. — Понимаешь? Не хочу. Я устала. У меня нет больше сил. Я не могу смотреть на него, не могу с ним разговаривать. Вот и вчера, когда он пришел… — Стоп, что? — Он приезжал, хотел поговорить, наверное, я не знаю. Я его выгнала, — Али вспомнила, как дрожащей рукой указывала Месси на дверь и рвано вздохнула. — Не стала слушать. Не хотела его гребаных извинений. А сегодня на тренировке я ясно видела, что он хочет подойти, но не вышло… будто все было против нас двоих. А потом он опять уехал… он всегда уезжает, всегда. Но я сейчас понимаю, что умерла бы на месте, если бы этот разговор все-таки состоялся. — Ты боялась услышать правду, что он расскажет тебе о причинах своего поведения и окончательно тебя добьет этим, — продолжил Криштиану. Али смогла только еле заметно кивнуть. — Легче ломать голову и заливаться слезами, чем получить кулаком в лицо, — сказала она. — Я устала сходить с ума, но и правду услышать не готова. Или готова, иногда я так уверена в том, что выслушаю его, что готова бежать за ним сама. А иногда хочу оглохнуть и ослепнуть. Я веду себя как полная идиотка? — Нет, ты просто… влюбилась. Это все объясняет, — Криш наконец притянул Али к себе, крепко обнимая. — Хватит самобичевания. Я рад, что ты рассказала мне обо всем. Хоть ты и плачешь сейчас, но теперь тебе будет легче. Я сохраню твой секрет и всегда буду рад тебя выслушать. Советы нужны? — Нет, — подумав, сказала Али. — Никаких советов. Я все равно ничего сделать не могу, а предложения «выкинуть его из головы и жить дальше» тут не помогут. Так что… — Она отстранилась и посмотрела Роналду в глаза. — Огромное тебе спасибо. Пусть я реву, но мне и правда стало спокойнее. Держать это в себе было уже невыносимо. — Давай выпьем сока, — улыбнулся Криш. — Или тебе можно чего покрепче? — Нет, тренировка еще. Мне тоже сок. И я покурю наконец. — Фу! — Криш отпихнул ее от себя и отполз на другой конец дивана. — Гадость какая. — Сам ты гадость, — Али показала ему язык и ушла к балкону, но не стала выходить, а устроилась в дверях. — Мне помогает успокоиться. Они помолчали. Али курила, выпуская дым на улицу, а Криш сходил за соком на кухню и снова сел на диван. — А в Цюрихе ты тоже не из-за номинации парилась? — поинтересовался он. Али затянулась и кивнула. — Не могла на него смотреть. Они с Антонелой выглядели такими счастливыми, что я почувствовала себя ненужной. Поэтому сбежала и не поехала ни на какую вечеринку. Хотя теперь я думаю, что надо было остаться, доказать ему. Доказать, что я жива. Что я тоже, как и он, ничего не чувствую. — Иди давай сюда, — позвал ее Криш, как только Али затушила даже наполовину недокуренную сигарету. — Ложись. Али покорно улеглась на диван возле него, прижавшись спиной к его груди. Ощущения были довольно забавными — она никогда еще не находилась в такой ситуации с мужчиной, который не вызывал у нее сексуального интереса. — Поспи, — вполголоса попросил ее Роналду. — Тебе нужно отдохнуть. До вечерней тренировки еще есть время, так что отдыхай. Я побуду рядом. — Ты очень хороший друг, правда, — пробормотала Али, мысленно радуясь, что у нее такой огромный диван. — Месси полный идиот. Ты слишком хороша для него, — шепотом сказал Роналду, видя, что Али перестала бороться со сном и закрыла глаза.

***

— Криштиану! Криш, блядь! Роналду сонно потянулся, прищуриваясь и вытягивая длинные ноги, словно здоровенный кот. Али, уже полностью проснувшаяся, сердито смотрела на него через плечо. — Чего ты орешь? Доброе утро… то есть, день. Или почти вечер, сколько времени? — Я тебе дам почти вечер! Четыре часа уже. Но меня не это волнует. Что мне уперлось в спину, позволь спросить? Криш продемонстрировал свои идеальные зубы, зевнув во весь рот. — Мой член. Знаешь ли, у мужчин есть член между ног. Может, для тебя это и открытие, но… — Иди нахер! — Ну чего ты от меня хочешь? — обиженно проныл Криш, но с места не сдвинулся, что взбесило Али еще больше. — От тебя — ничего! А от твоего члена — чтобы он не тыкался мне в поясницу! — Ну уж прости, когда я спросонья, он всегда так делает. — Мать твою! — Али перелезла через Роналду и сунула ноги в тапки, все еще злясь про себя. Криштиану проводил ее взглядом и перевернулся на бок, намереваясь подремать еще чуть-чуть. Она не стала его дергать, в конце концов, это ей сейчас на тренировку — вечерние занятия в дни, когда тренировки двойные, всегда более интенсивные, чем утренние, но зато короче, так что дольше двух часов она на базе точно не проторчит. Завтра игра, так что Энрике не будет выжимать из своих футболистов все соки. На кухне Али на автопилоте заправила кофемашину, достала хлеб, чтобы сделать тосты, две большие кружки и… зависла. — Тьяго очень похож на тебя. — …Вечером? — …Рождество. — …Вместе? — В восемь… Кружки надсадно звякнули о столешицу, разрезая тишину на кухне. Али почувствовала, как по спине побежал табун мелких мурашек, противных, заставляющих до боли сжать кулаки. Отогнать ненужные воспоминания, затуманившие мозг, уже было невозможно. Оставалось только кулем свалиться на пол, как в то блядское Рождество, и начать рыдать, держась за многострадальную голову. Отдаться страданиям Али не успела — ее отвлек грохот и нецензурная брань, раздавшиеся из гостиной. Видимо, Криштиану соизволил посмотреть на часы. — Ты решила оставить меня без ужина и душа? Я планировал режим не сбивать и у тебя дома позаниматься, пока ты на тренировке, — Роналду появился в дверях, лохматый и заспанный. У Али снова екнуло сердце и воображение нарисовало в проеме совсем другую фигуру… — Я думала, ты будильник завел. Давай, шуруй в душ. Кстати, я первая, кто видит тебя таким растрепанным? — Нет, не первая, не гордись, — Криш пригладил непривычно кудрявые без геля волосы и потянулся, — я в душ, с тебя здоровая еда. И я не пью кофе. Али молча показала в спину Роналду средний палец, но Криш каким-то шестым чувством понял это и ответил тем же. Пока Криш был занят водными процедурами, Али заварила ему фруктовый чай, вытащила из холодильника все, что хотя бы отдаленно напоминало еду, а себе сделала тосты с джемом. Кусок в горло не лез совершенно, голова опять начала болеть, но таблетку Али есть не хотела, подспудно понимая, что причина боли вовсе не физическая усталость. После признания она так вымоталась, будто пробежала длиннющий кросс, поэтому и уснула. Криш опять же на каком-то ментальном уровне понял, что ей нужно отдохнуть и позволил Али поспать хотя бы пару часов. Но желаемой бодрости организму кратковременная дрема не подарила. Теперь Али была не только в растрепанных чувствах, но и растрепана физически. Роналду вернулся из душа в одних трусах и уселся за стол. Али молча подвинула ему чай и уткнулась носом в свой стакан со смузи, который сделала себе вместо кофе (капсулы для капучино так и остались внутри кофеварки). — Как ты? — спросил Криш, тонкими ломтиками нарезая ветчину. — Вижу, что не очень. Не пожалела о том, что рассказала мне? — Даже если бы и пожалела, у тебя что, есть машина времени или стиратель память из Людей в черном? — с тоской в голосе сказала Али. — Нет, на самом деле. Но мне теперь страшно. Ведь раньше знали только мы двое, а теперь еще ты… — Я по-твоему что, пойду в интернет сливать подробности твоей личной жизни? — недовольно спросил Криш, сооружая себе сэндвич. — Я — могила. Я никому ничего не расскажу, пусть меня пытают. Только главное, чтобы не щекоткой. Али фыркнула, выплевывая остатки смузи прямо в стакан. Криш мстительно рассмеялся и налил себе чай, от которого по кухне поплыл приятный запах тропических фруктов. — Я на тренировку буду собираться, ты найдешь, чем заняться? — спросила Али, поглаживая запрыгнувшую к ней на колени кошку. — Позанимаюсь, отдохну. Кино посмотрю. — Облачный атлас посмотри, — невесело рассмеялась Али. — Мы с ним его смотрели. Я соврала что не видела. — Зачем? — озадаченно спросил Роналду. — Дура потому что. Фильм хороший. — Я его видел, так что найду что-то другое. Ты давай в душ иди, а то опоздаешь. — Звучало так, будто Криш ее выпроваживает из ее же собственной квартиры. Али показала ему язык и запихала в рот почти половину тоста, который камнем осел в желудке. Как ехать на тренировку, она не представляла — стало вдруг не по себе, и тост был тут вовсе ни при чем. А вдруг кто-то видел, что Криштиану к ней приехал? Блядь, почему они вообще об этом не подумали? Заместив, что Али как-то побледнела, Криш отставил чашку. — Что опять? — осведомился он с таким видом, будто Али чрезмерно его утомила. — Я подумала, что, если спалят, что ты приехал в Барселону, да еще и после дисквалификации, нас расстреляют и даже не посмотрят на заслуги, особенно на твои. Ты же помнишь, что было в прошлый раз… — Да, ты рассказывала, — кивнул Криштиану. — Но мы с тобой не зря платим деньги нашим агентам. Они и не такие ситуации разруливали в своей жизни. Насчет твоего Хосе сказать точно не могу, но Жорже хлебнул дерьма. — Потому что работает с тобой, поэтому и хлебнул, — невесело усмехнулась Али. — Шучу, ладно, из меня черный юмор попер. Как теперь вообще на тренировку ехать, не представляю. — Из-за него? — Угу. Блин, теперь все наши разговоры будут съезжать на него? Я не переживу… — Али закрыла глаза и с несчастным видом сползла со стула. — Ладно, раз ты говоришь, что относительно твоего появления в стане врага все на мази, тогда я пойду в душ. Постарайся у окон не отсвечивать, пока меня нет, на всякий случай. Криш кивнул, снова принимаясь за сэндвич. Прохладный душ отрезвил Али, но не настолько, насколько хотелось бы. Она переоделась в привычные джинсы, футболку и олимпийку, назло Криштиану выбрав ту, что с эмблемой Барселоны, уж очень хотелось ей его побесить. Но, как и ожидалось, Роналду только нахально фыркнул, когда Али вышла из спальни со спортивной сумкой в руке. — Все, я поехала, такси вызвала, так что сиди тут. Кстати, как ты добрался до моего дома и тебя никто не заметил? Я не прошу деталей, но хоть чуть-чуть, — полюбопытствовала Али, зашнуровывая кроссовки. — Кстати, покорми кошку. — Покормлю, — кивнул Криш. — Меня привез шофер твоего агента, Тони или как его. Хороший мужик. — Святой мужик, — рассмеялась Али. — Он и меня возит. Прикинь, у него даже семья есть, удивляюсь, когда он успел, они с Хосе работают уже лет десять. И почти двадцать четыре на семь! — Давай иди, а то за опоздание получишь, двадцать четыре на семь, — подколол ее Криш. Али наконец закончила со шнурками, захлопнула дверь и резво сбежала по ступенькам.

***

— Куда несешься? Дома гости ждут? — Неймар дернул Али за футболку так сильно, что Альварес едва не свалилась на газон. Тренировка была в самом разгаре — они отрабатывали техничность и точность ударов. Так как до матча с Вильярреалом оставался всего день, тренироваться на силу было нельзя, так как на восстановление связок нужно достаточное количество времени. В основном, работали в парах, пасуя мяч друг другу в одно касание с обязательным ускорением с трех шагов. Али работала с Муниром, Неймар же совсем недалеко от нее катал мяч вместе с Лионелем. — Какие гости, ха-ха! — испуганно, а оттого и писклявым голосом ответила Али, улыбаясь так, что ранка в губе чуть не начала кровоточить. Дотошный бразилец не мог знать о том, что к ней приехал Криш, но его внезапное «гости ждут» напугало ее так, что она моментально упустила мяч, резво укатившийся за бровку. — Ну, а вдруг! — Неймар загадочно поиграл бровями, а потом приобнял Али за спину, не больно щипая бок. — Поспешишь — Реал Мадрид насмешишь. Это уже невозможно было выносить. Али треснула Джуниора и отпихнула его от себя, ворча что-то невнятное про «приставучих лохматых…». Неймар показал язык и вернулся к Лео, который отошел выпить воды. Они снова занялись работой, но у Али никак не получалось сконцентрироваться. Она несколько раз неловко упустила мяч, прежде чем Энрике крикнул, чтобы они поменялись партнерами. Сориентироваться Али не успела, поэтому оказалась прямо перед Лионелем без всякой защиты. Они переглянулись. Это поганое напряжение мешало сосредоточиться им обоим, но все же реальность, давившая на плечи, заставила их начать работать. Неймар и Мунир терлись совсем рядом, поэтому, что естественно, никакого разговора и состояться не могло — в очередной раз. Али сделала три шага назад — разбег, удар. Снова шаги, снова разбег. Месси следил за мячом и почти не поднимал глаз. Казалось, что он так занят отработкой ударов, что появись на месте Али стена — не заметил бы. Альварес в очередной раз угодила мячом в ограждение и выдохнула — за полчаса она вымоталась так, будто отбегала кросс. — Не мажь, — посоветовал Месси совершенно непроницаемым голосом. — Точнее целься, я не успеваю дотягиваться. Это прозвучало как издевка. Али вскинулась, собираясь сказать, что это он не может вовремя перехватить мяч, а не она промазывает, потому что он мешает ей своим присутствием, но наткнулась на темные глаза Лео и умолкла. У него прямо на лице было написано: «Лучше молчи». Али поджала губы и забрала мяч, подкатившийся к ее ногам. Стало противно, но как же она привыкла к тому, что Лионель постоянно обливает ее ледяной водой... Невыносимо захотелось к Криштиану, сесть, поплакать, посмотреть в его добрые глаза, а не стоять тут, под колючим взглядом Месси. Оказаться бы сейчас дома. Родные стены лечат, наконец-то Али стала чувствовать себя в своей квартире как в крепости, убрав все, что напоминало о Рождестве и том вечере. Видимо, от воспоминаний у нее изменилось лицо. Лионель опять прочитал ее как потрепанный журнал: его губы дрогнули, глаза прищурились. Он весь как-то подобрался, словно приготовился к прыжку. Сейчас, блядь, в горло ей вцепится. — Давай работать, — отрывисто произнесла Али, старательно не глядя на Месси, ограждение и сваленные за ним горой разделительные брусья привлекали ее гораздо больше. Лионель кивнул, и Али сделала три положенных шага назад. В горле першило. В раздевалку Али вернулась последней, по дороге чуть не сбив с ног кого-то из обслуживающего персонала клуба — засмотрелась в телефон, где высветилось сообщение от Криша. Португалец изнывал от тоски и после тренировки, о которой он говорил, пока Али собиралась на базу, и не знал, куда себя деть. Он прислал ей несколько жалобных сообщений, а потом и фото. В тот момент Али уже была в дверях раздевалки. С фотографии на нее смотрел несчастный Криштиану, развалившийся на ее постели в джинсах. У него было такое лицо, будто его бросили все — не только Ирина (плохая шутка!), а команда, семья и домработница вместе взятые. Не ной, я скоро преу! — написала Али, сделав две ошибки в слове «приеду». Роналду ответил только грустным смайликом. Она закрыла диалог, но фотка предательски развернулась на весь экран. Али открыла шкафчик и бросила мешающий телефон на скамейку, предварительно заблокировав. Рядом копошился Иван, который что-то не мог найти в своем шкафчике. На пол полетели чистые носки, какие-то пакетики и гель для душа. Али мельком глянула на бедлам и потянулась к верхней полке за толстовкой. — Блин, куда он девался… — озадаченно произнес Иван, ни к кому конкретно не обращаясь. Потом он чем-то пошуршал и… — Али, можно я позвоню? Она выглянула из-за дверцы шкафчика и похолодела — Ракитич держал в руках ее телефон. Телефон, в котором была открыта фотография Криштиану Роналду, валяющегося на ее кровати в компании кошки. В тот момент собственный потрепанный смартфон показался Али настоящей бомбой, начиненной шрапнелью. Как в замедленной съемке она смотрела, как палец Ивана медленно приближается к кнопке разблокировки, а потом также аккуратно нажимает на нее. Экран ожил, и Ракитичу осталось только черкануть по глянцевой поверхности, чтобы бомба наконец взорвалась. — НЕЛЬЗЯ! — не своим голосом гаркнула Али, молниеносно выскакивая из-за шкафчика, перепрыгивая скамейку и выхватывая у обалдевшего Ивана телефон. В мерно гудящей разговорами раздевалке будто выкрутили звук на минимум. Все взгляды были обращены к Али, как идиотской молодежной комедии, когда главная героиня делает какую-нибудь глупость, и на нее смотрят все, включая уборщиков школьных коридоров. Ощущения были отвратительными. Али почувствовала, как горят сначала щеки, а потом шея. Хотелось умереть от стыда или провалиться сквозь пол, чтобы не видеть этих откровенно недоуменных взглядов. Ей стало дурно, голова закружилась, а во рту появился противный привкус желчи. Она вернулась обратно к шкафчику, спина горела от чужих взглядов. Растерянный Иван развел руками и вполголоса попросил телефон у Маскерано. Ее трясло как в бреду. Али перебирала вещи, не понимая, что ищет. Руки не слушались, от страха свело желудок. Еще бы секунда и все. Нельзя этого допустить, ни в коем случае, никак и никогда. Никто не должен знать. Никому нельзя рассказывать о том, что связывает ее с Криштиану Роналду. Руководство клуба ее убьет, а команда поможет. А что подумает Лионель, и представить страшно. Али затрясло еще сильнее. Она кое-как покидала барахло в сумку, нацепила толстовку прямо на футболку, сунула ноги в кроссовки и стремглав вылетела из раздевалки, не сказав никому ни единого слова.

***

— Кусок кретина! — завопила Али, изо всех сил шарахая дверью. От оглушительного «мяу!» испугавшейся до полусмерти кошки, которая до ее громогласного появления мирно дремала в углу, заложило уши. Криштиану в ответ на ее вопль не издал ни звука. Не разуваясь, Али прошла в гостиную, где и нашла Роналду лежащим на диване. Он был без футболки, видимо, вылез из душа, и смотрел новости. — Ты совсем охренел? — уже тише осведомилась она, швыряя в Криша сумкой, которая приземлилась ему на живот. — Ракитич взял мой телефон и чуть не спалил меня! — А пароль ставить или блокировку нормальную не учили? — недовольно спросил Криштиану, спихивая сумку на пол. Она оказалась расстегнута, и на пол вывалились бутсы. Али пнула обувь ногой и уселась в кресло. — Как прошло? — многозначительно спросил Роналду, имея в виду вовсе не тренировку. — Не знаю… — Али почесала за ухом и собрала волосы в коротенький хвостик. — Мы не поговорили. Да он и не собирался. Как и я. Говорила же, что не хочу. — И что хочешь тоже говорила, — подколол ее Криш. — Понимаю, у тебя в голове полнейшая каша. Давай отвлечемся, поедим что-нибудь и посмотрим телевизор? Не хочу сегодня никакого интернета и работы. — Да, я тоже хочу переключиться, — вполголоса произнесла Али. — Мне кажется, что стоит мне оказаться рядом с ним, я начинаю сходить с ума и вести себя неадекватно. Представляешь, сегодня один или два раза упустила мяч, так он заявил, что я «неточно целюсь». Еще и смотрит так… — Как? — Будто я что-то ему сделала. Роналду прищурился. — А ты не сделала? — Да ну тебя, — отмахнулась Али. — Давай сменим тему, не могу уже о нем говорить. И так постоянно думаю, думаю, мысли по кругу гоняю. — Ты сама начала, — пожурил ее Криш. — Тебе нужно переключить внимание и сосредоточиться на чем-нибудь другом. Али обвела взглядом гостиную и вдруг вспомнила о початой бутылке красного вина, которая сейчас была бы очень кстати. — Отличная идея. Сосредоточусь на вине. — Фу! — Криштиану выразительно скривился. — Ненавижу. Ты пить собралась? Послезавтра игра. И ты в заявке! — Да плевать. Я имею право на отдых. — Отдых — это не бухло, — проворчал португалец. — Гадость какая. Али показала ему язык и резво сбегала за бокалом и бутылкой, в которой вина было чуть больше половины. Терпкий алкоголь уколол язык и приятным теплом распространился в желудке. Она вздохнула и откинулась в кресле, показавшемся ей чертовски удобным. Криш продолжал лежать на диване и сверлить взглядом пространство. — Я подумываю сказать Денису, чтобы он все же приехал… — протянула Али, разглядывая алое вино в бокале. — Что толку сидеть и убиваться. Вдруг что-то получится… что бы ты ни говорил насчет этого. Я помню, что ты считаешь, что мы не пара. — Не считаю я так, — фыркнул Криш. — Но это не мое дело так-то. Если хочешь — приглашай его. Но… — Но? — Если тебе так интересно мое мнение, то ты собираешься им воспользоваться. Чтобы выкинуть из головы Месси, — Странно было слышать, как Роналду произносит имя своего главного соперника. — А это не есть хорошо. Это отвратительно, если хочешь правды. Денис — хороший парень, честный и открытый. Нельзя так. Криштиану ее осуждал. Опять. У Али на глаза навернулись злые слезы. — Отстань, а, — Она залпом допила вино и налила еще. — Я хочу двигаться дальше! А не топтаться на месте. — Мне врешь, себе-то не ври, — скривился Криш, глядя на то, как Али расправляется с бутылкой. — Ты сама не знаешь, чего хочешь. Привяжешь парня к себе, а мы в ответе за тех, кого приручили, не забывай об этом. К тому же, нет ничего противнее ощущения, что твои отношения — фикция. Думаешь, не будет такого? Если у него и есть к тебе чувства, то у тебя их нет. И это не изменится, пока не пройдет достаточно времени, и ты не забудешь про вашу с Месси историю как страшный сон. Али молча выслушала тираду Криша, допивая второй бокал. От вина начинала плыть голова, но организм будто слетел с катушек, требуя еще. Голова хотела отключиться. Разум уже вымотался настолько, что Али не могла связно думать. — Ты кругом прав, — наконец сказала она. — И я все это прекрасно понимаю. Денис… он как скучная мозаика с минимумом деталей. И мне нужно будет еще выпить. Криш закатил глаза, но махнул рукой в сторону кухни. — Прошу. — Ты тут как хозяин, обжиться успел, — рассмеялась Али, поднимаясь с кресла. Оказалось, что в глубине кухонного шкафа притаилась еще одна бутылка вина и почему-то текила. Прикончив красное вино, Али принялась за белое. В итоге, закончив обсуждения Дениса, они с Криштиану все-таки перешли на футбол. До хрипоты спорили о том, перейдет ли Ройс в Баварию, о том, какие перспективы у Хамеса, получившего Пушкаша в этом году, в новом клубе, сиречь Реал Мадриде. Потом они переключились на Барселону, и Али получила порцию подколок относительно собственного шаткого положения из-за ее же глупости. Обижаться на Роналду не хотелось, Али выпила достаточно, чтобы расслабиться и не цепляться к мелочам. Когда бутылка опустела, Али прогулялась до ванной, пока Криш разговаривал по телефону с сыном. Вернулась она когда Роналду уже повесил трубку и снова включил телевизор, который они вырубили в середине разговора. Али подошла к дивану и обняла Криша со спины, уткнувшись ему в затылок. — Все-таки ты хороший друг… — прошептала она, шмыгнув носом. В голове клубился туман, ухватить хотя бы одну мысль за хвост не получалось. Неожиданно ее руки, скользнувшие на его грудь, были жестко перехвачены и остановлены самим Криштиану. — Немедленно прекрати, — сердито сказал он, и, потянув Али за руки, заставил сесть на диван рядом с ним. — Я тебе не нравлюсь? — прямо спросила Али, выкручиваясь из захвата и хватая со стола бокал, — Мне так хреново, Криш, я никому не нужна, — чуть не плача выдавила она, видимо, пытаясь вызвать в нем жалость и не позволить тем самым ответить «нет» на свой вопрос. Сомнения не настигли ее даже после полутора бутылок вина. — Вот именно, тебе хреново! — Криштиану был до отвращения трезв. — Ты мой друг! Да что с тобой вообще такое? — Я тебя хочу. — Ты совсем ебанулась? Криш смешно вытаращил глаза. Али зафыркала и снова полезла обниматься, но он снова оттолкнул ее. Али совсем неженственно съехала прямо на ковер, чудом не расплескав вино. — Нет, ты не понимаешь… Мне это нужно… пожалуйста. Криштиану решительно забрал у нее бокал и поставил на стол, оставляя на идеально чистом стекле мокрый след. — Ты выпила лишнего. Успокойся, пожалуйста! — Да нет же! — опять возмутилась Али. Ей так хотелось обычных человеческих эмоций, секса в конце концов! Почему он не может ей этого дать?! — Али, уймись! — Нет, — она вцепилась в руку Роналду и потянула его на себя. Но Криштиану все равно был сильнее. — Послушай меня. Во-первых, ты пьяна в стельку. Во-вторых, ты расстроена и зла, и перепихон с лучшим другом не приведет ни к чему хорошему! Али отпихнула руки Криша, кое-как встала и отошла в сторону с крайне обиженным видом. Роналду улыбнулся. — Не дуйся… У меня кончились аргументы. Я не хочу больше спорить и хватать тебя за руки. Мы друзья, и пользоваться твоим состоянием я не собираюсь. Это как-то чересчур, ты не находишь? — Не думала, что ты такой моралист… — отозвалась Альварес, покачиваясь возле окна и изо всех сил пытаясь стоять более-менее ровно. Как и у него, у нее закончились аргументы. — Господи, мне еще никто и никогда в такой манере не предлагал себя. Надеюсь, утром ты ничего не вспомнишь. Я предлагаю себя. Единственный человек, которому я доверяю, теперь невесть что подумает обо мне, точнее, уже думает. — Мне просто плохо, — тихо промямлила Али, пытаясь оправдаться. — Так, давай выйдем на свежий воздух, — Криштиану встал с дивана и направился на балкон. Пошатываясь, Али пошла за ним, по пути схватив из шкафчика бутылку текилы, которую ненавидела, хорошо хоть там плескалось лишь на дне. Но сейчас ей было все равно, что пить. Потом были остатки текилы. Они помирились, Али снова поплакала у Роналду на плече, он ее развеселил, они даже танцевали без музыки. А утром Али проснулась на диване в гостиной, заботливо накрытая пледом. С трудом вспомнив, что она вчера наговорила Кришу, Али застонала от стыда. Приставала, предлагала себя. А что было потом?! Ничего, в голове пусто. Какой позор!.. Жила-была Али, веселилась, играла в футбол, а потом влюбилась в Лионеля Месси. После часа бесплотных попыток обрести внутреннюю гармонию, Али вылезла из-под пледа и, держась за многострадальную голову, направилась в свой крошечный спортзал. Криштиану занимался на беговой дорожке и смотрел новости. — Привет. Как ты себя чувствуешь? — тон Криша был уж слишком елейным, и Али прекрасно понимала, малейшая ошибка — и он начнет издеваться. Если бы она помнила все, что ему вчера наговорила! Голова раскалывалась на части... — Отвратительно. Хочется умереть, — Али все еще едва стояла на ногах, поэтому ей пришлось схватиться за дверной косяк, чтобы не упасть, — Я пришла извиниться. Я не знаю, что на меня нашло. Мне очень стыдно. — Не волнуйся. Мы забудем обо всем. — Обо всем? И о том, что я чуть не раздвинула перед тобой ноги? — Али! Успокойся, проехали. — Спасибо, — она почувствовала облегчение. — У тебя нет причин стыдиться, ты ничего такого вчера не сделала. Я все понимаю, на то я и твой друг. Не бери в голову. Это алкоголь. — Да, да… — быстро проговорила Али, отводя глаза. — Ты будешь заниматься? — Нет, ты что. Я сдохну с перепоя. Пойду еще посплю. — На кухне апельсиновый сок. А вообще, твое состояние — это расплата за слизывание соли с моей руки! Кстати, я не верю, что пить текилу таким образом вкуснее. Али не помнила этого. Она лизала его руку? Ох, блядь, и как он позволил ей это? Черт, как она могла о таком забыть? — Я ничего такого не делала! — Да, да, конечно… — иронично согласился Криштиану. — А если и делала… я просто была пьяна. — Так делала или нет? — он не прекращал издевательств и намеков. — Нет… я не помню. Но даже если и делала. Ты же сам предложил забыть обо всем! — Больше не буду, обещаю, — Криштиану жестом закрыл свой рот на замок. В этот момент он выглядел, как хитрый пятнадцатилетний мальчишка. — Я пойду. — Как скажешь! Отдыхай, набирайся сил. У меня сегодня самолет. Радуйся, что тренировка у тебя вечером, помнишь? — Забудешь тут, — проворчала Али. Она добрела до дивана и закуталась в плед. Настроение было отвратительным, но состояние еще хуже.

***

Ближе к обеду появился главный виновник позора Али — Хосе Антонио Мартин. Он блистал новыми ботинками, белыми зубами и хорошим настроением. Несмотря на то, что с момента пробуждения прошло несколько часов, Али все равно чувствовала себя разбитой — голова болела, а настроение было хуже некуда. Ей казалось, что от чувства стыда она никогда теперь не избавится. Криштиану вел себя как джентльмен, но за обедом бросал на Али такие красноречивые взгляды, что ей хотелось утопиться в стакане с апельсиновым соком. — Привет футбольным звездам, — пророкотал Хосе, распахивая дверь в квартиру. Али в очередной раз отругала себя за то, что забыла забрать у своего агента ключи от квартиры. — Значит, вот так ты ко мне попал? — спросила она у Криштиану, который варил ей очередную чашку кофе. Роналду кивнул, не отвлекаясь от текущей из кофемашины струйки. — Здороваться не надо? — Хосе вошел на кухню прямо в обуви, но у Али не было никаких сил возмущаться и качать права. — Добрый день, — вежливо кивнул Криштиану. — Будете кофе? — Ага, — добродушно крякнул Хосе, усаживаясь на барный стул рядом с Али. Она мрачно покосилась на него, но здороваться не стала, не до того было. Ее гораздо больше интересовал сок и стремительно заканчивающееся время до тренировки. Оставалось три часа. А ей не полегчало ни на йоту. — Как время провели? Спасибо, — Хосе придвинул к себе чашку, которая предназначалась Али. Криш виновато посмотрел на Альварес и развел руками. Хосе заметил их переглядки и пододвинул кофе своей страдающей подопечной. — Ты в курсе, что женский алкоголизм не излечим? — съязвил агент. — С такими темпами мне придется лечить тебя в рехабе. Я знаю хорошее местечко… — Прибереги для себя, — огрызнулась Али. — Я просто перебрала, это одноразовая акция, так что отстань, будь другом. — Али правда выпила совсем немного, — встрял Криштиану. — Пару бокалов вина. Хосе сначала кивнул, а потом демонстративно ткнул пальцем в стоящие на полу три пустые бутылки. — Пару, но не бокалов. Ты как на тренировку поедешь? Али дернула плечом и промолчала. Большое дело, сейчас еще раз душ, больше витамина С. И никакой Хосе не помеха. — Кстати, хотел вас поздравить с удачной сделкой, — сказал Криш, усаживаясь за стол напротив Али и Хосе с двумя чашками. В одной был кофе для Хосе, а в другой зеленый чай. — Пятнадцатого числа ваш Торрес нам два мяча засадил. Из Кубка нас выбил. — А то, — довольно улыбнулся Хосе, щедро насыпая в чашку сахар. Али хотела сказать что-нибудь про сахарный диабет или жирный зад, но Хосе застучал по краям чашки ложкой, и Али ничего не оставалось, как заткнуть уши — звук отдавался в мозгу настоящими вувузелами. — Жорже говорил, что у вас ничего не получится, если честно, — мстительно добавил Криштиану, чем заставил Хосе перестать улыбаться. — Он тот еще жук. Наверное, жалел, что не смог провернуть такую крутую сделку своими руками. — Лапы прочь, Фернандо — мой целиком и полностью. А твой продавец дисков и диджей по совместительству молчал бы. Монополизировал португальский рынок, протащил Жозе в Челси, продал Фергюсону этого придурка Бебе и наварился миллионов на семь. — Что бы ни говорили, Жорже — честный агент. Никогда не требует лишних денег и довольствуется агентскими выплатами. — В отличие от Райолы, — скривился Хосе. — Даю голову на отсечение, он через год продаст Златана за неадекватные деньги куда-нибудь в Англию. — Не неси пургу, с чего бы англичанам покупать Ибру из Парижа? — Али все же пришла в себя и тоже влезла в разговор. — Да, к тому же, в Англии Райола уже пария — вы не забыли, как он Погба продал в Ювентус за такую маленькую сумму, за которую Ибрагимович бы даже со стула не встал? — И с Полем он что-нибудь придумает. Вы же видели, как он играет? Интересно посмотреть, как вы встретитесь с ним в финале Лиги Чемпионов в этом сезоне. Ну, кто-то из вас. Али закатила глаза и сползла со стула. — Я в душ. А вы тут дальше можете продолжать меряться писюнами и осведомленностью в трансферной кухне. У меня от вас уже голова болит. — Не от нас, а с похмелья! — прокричал ей в спину Хосе. Когда Али вышла из ванной с тюрбаном на голове, ее агент уже инструктировал Криштиану, который полностью оделся и сидел на диване в гостиной. Али довелось застать только последнюю часть разговора. — …никаких автографов. Пулей в машину, кепку на глаза пониже. В той части аэропорта, конечно, нет никаких журналистов, но лучше поберечь задницу, мало ли какие проныры будут ошиваться поблизости. Все ясно? — Ясно, — кивнул Криштиану. — Но меня Жорже предупреждал. Он обещал прилететь за мной, к слову. — Я в курсе, — Хосе сморщил нос, будто ему дерьмо на тарелке принесли вместо омаров. — Но я ему не доверяю. — Как вы вообще умудряетесь договариваться, — хмыкнул Криштиану. — Мне кажется, если вас закрыть в одной комнате, вы сожрете друг друга. — Друг мой, если нас с сеньором Мендешем закрыть в одной комнате и принести туда хороший скотч и сигары, то никто никого жрать не будет. Мы чудесно проведем время, и никто не пострадает. — Буду иметь в виду, — вяло пошутил Криштиану, заметив Али, которая зевала, стоя в дверном проеме. — О, тебе полегчало? — Жить буду, — Али стянула с головы полотенце и плотнее запахнула халат. — Ты уже все что ли? — Да, самолет уже ждет, так что пора ехать. Пока до аэропорта доберемся… — Криш развел руками. — Но мы еще увидимся? Он все равно вел себя странно. То ли присутствие Хосе его напрягало, то ли выходка Али впечатлила настолько, что Криш теперь не знал, как с ней разговаривать. Али себя возненавидела, но пересилила стыд: подошла к Криштиану и обняла его, уткнувшись носом куда-то ему в ворот свитера. — Спасибо, что приехал, — вполголоса сказала она. — Мне по-прежнему очень и очень стыдно. Я такая идиотка, каких свет не видывал. Криштиану хмыкнул, дождался, пока до Хосе дойдет, что надо бы выйти, и шепотом сказал Али на ухо: — Я не обижаюсь. Но стебать тебя буду до конца дней твоих. У Али камень упал с души, когда она услышала уже ставшие родными подколки. Значит, главную португальскую звезду всего лишь смущало присутствие Хосе. Надо же, Криштиану Роналду умеет смущаться. — Приезжай ко мне, как сможешь. Понимаю, что тебе сейчас трудно, так что я всегда рад помочь, — Криш потрепал Али по влажным волосам. — Успешной тебе тренировки. Когда за Роналду и Хосе захлопнулась дверь, Али стянула халат и поплелась в гостевую спальню, чтобы навести там хотя бы какое-то подобие порядка. Часы показывали половину второго, так что до тренировки оставалось два с лишним часа, которые можно было спокойно потратить на уборку и сборы. Эх, завтра игра, наконец-то у нее будет шанс проявить себя... Али застелила кровать пледом (спасибо Криштиану, который почти заправил за собой постель), взбила подушки и зачем-то улеглась. Просто полежать. Просто на пару минуток. Телефон остался лежать в гостиной. Будильник она, естественно, не завела.