Глава 3. V- значит Vыходной.
12 октября 2015 г., 14:07
«Мне так тяжело быть трезвым, Ничего не могу с собой поделать».
С аппетитом заедая голод сэндвичем, Тэхён в ожидании чуда водил мышкой по своему профилю в «League of Legends», и оно таки произошло. Юнги написал, что нашлось ещё пару жаждущих сыграть ребят, поэтому не против ли он их компании? Коктейль начал потихоньку менять тэхёново настроение с «унылое говно» на «боже, заткните этого парня немедленно, он слишком много пиздит», поэтому, не раздумывая, Тэхён просто поставил в чат невесомые плюсы. Он зашёл в свой специальный плейлист для игр и включил одну из любимых песен ― «Tut Tut Child — Hummingbird (feat. Augustus Ghost)», перемешав все остальные. Надев свои битсы, Тэхён поднял трубку в скайпе и уверенно полупьяно поздоровался. Звонок из трёх людей, не считая Тэхёна, но один из добавленных ещё был не на связи. ― Сейчас, минутку, он отошёл покурить, ― сказал парень, который представился как Хосок. ― А чё, мы и не спешим, ― сразу же послышался «крутой хриплый голос» Юнги. Режим этот он врубал при посторонних, и, в очередной раз услышав эти пафосные нотки, Тэхён еле-еле сдержал гоблинский смех, чтобы не сдать друга с потрохами, на что бы тот точно фальцетом начал орать нечто вроде: «Хули ты ржёшь?!». Но Тэхён берёг репутацию Юнги. ― Да я сейчас за Ари на миде всех порву! ― очень самоуверенно заявил Шуга, восхваляя девятихвостую лисицу-мага, и эту фразу Тэхён слышал уже раз миллиард, наверно. Тэхён успел подумать, что бахвальство Юнги снова приведёт их к эпичному провалу, но инвайт в пати принял. Они распределили роли, и Хосок многосложно вздохнул: ― Что-то долго он курит, напишу-ка я ему, парни. И пока в замедленном темпе шло ожидание подтверждения от последнего игрока, Тэхён успел сходить за вторым стаканом волшебного коктейля и перелистнуть пару надоевших песен, обнаружив «Pegboard Nerds x Misterwives — Coffins», он, довольный своей находкой, сделал очередной обжигающий разум глоток. Буквально минуту спустя к конференции присоединился последний участник. ― Добрый вечер. Ну что, поехали, ― произнёс бархатный голос, от которого Тэхён словил эстетический оргазм, потому что неожиданно между басом и той теплотой, за которой он неволей потянулся. Когда все представились реальными именами согласно очереди и никам, Тэхён узнал, что его странный фетиш зовут коротко и остро ― Чонгук. А Юнги деловито попросил новых знакомых написать свои ники в скайп, чтобы доставить в пати, и Тэхён тоже зачем-то написал. И не зря. Например, Хосок в сети ― «DanceMachine27». От недостатка скромности этот парень явно не пострадал, и Тэхёну что-то подсказывало, что он действительно профессиональный танцор. Правда, он сам не понимал, что именно. Какая-то подспудная мысль, видение, образ. Таких, как возможный Хосок, ― можно было увидеть на канале ютуба в подтанцовке самых крутых звёзд. Не факт, но вероятность. Зато никнейм Чонгука вытравил улыбку напрочь, застал Тэхёна врасплох и как-то бросился ознобом под воротник, замерев там холодным лезвием. «Homicidal Prince», что в переводе ― смертоносный принц. И тут же Тэхёна разбудил не менее смертоносный пленительный голос. ― Эй? Тэхён? Ты ещё здесь? Я говорю, что ник у тебя очаровательный, ― он подчеркнул это слово, а Тэхён опьянел ещё больше. ― Почему именно «Drunk Little Foxy»? Маленькая пьяная лиса. Время для увлекательных историй. Тэхён скривил улыбку и вымученно вздохнул. ― Когда я это придумывал, то был пьяным в говно и рыжим. Рыжим на спор. И смех Чонгука заискрился по неведомому расстоянию, прозвенев в наушниках и ввернув в кожу сотни мелких мурашек. Тэхён почему-то вспомнил, что когда-то говорила его бывшая. Уходя, она заявила, что Тэхён скорее станет геем, чем полюбит её по-настоящему. Да, с ней не сложилось, но, чёрт возьми, что за хуйня… Додумать он не успел, так как игра зашла на линию старта, она захватила так, что и хлебнуть коктейля стало некогда. А после и вовсе стало понятно, что с новыми игроками дела шли в гору и вообще — можно было бы собираться почаще. Так определённо веселее. Но Тэхёну сейчас больше хотелось собраться обратно в себя после ряда победных игр, после странной мысли о том, что Чонгука он может никогда не услышать вновь. Его слова побежали быстрее мыслей, когда он спросил у новых знакомых, а не хотят ли они подружиться там, пообщаться по скайпу, как полагается. Последовали мягкие, скорее даже шутливые отказы, и раздосадованный Тэхён пнул ногой ни в чём неповинную подушку; буркнув: «Ну и пошли вы», ― он распрощался со всеми и отправился спать. Наутро он удивлённо посмотрел в экран и нахмурился. Потому что у него в скайпе всё-таки было две новые заявки. И одна из них настолько радовала, что даже страшно становилось. Чон Чонгук, он всё-таки добавил его. У Тэхёна перехватило дыхание. Типичный выходной день, похожий на сотни других. Спустившись на первый этаж, Тэхён обнаружил, что его мама уехала по делам, оставив на кухонном столе завёрнутую в фольгу курицу и записку:«Тэхён-и, я поехала по делам, как проснёшься, обязательно покорми своего проглота и разогрей завтрак в микроволновке. Если что-то понадобится, позвони. P.S. Деньги на тумбе в прихожей».
Без айпода Тэхён никуда/низачем/никогда, вот и сейчас один наушник снова в ухе. Песня его сегодняшнего утра лёгкая и отрезвляющая «The Drums — Letʼs Go Surfing». И несмотря на лёгкое похмелье, утро начинает определённо радовать и казаться приятно солнечным, несмотря на хмарь за окном. Почесав затылок, Тэхён открыл шкафчик, где стояла коробка кошачьего корма. Кота долго ждать не пришлось: лёгкий скрип ― и он уже тут как тут, жалобно мяукает и трётся об ноги. ― Да подожди ты, Господи, ― обратился к животному Тэхён, легонько отталкивая того ногой от миски. ― Сейчас будет тебе еда. Кот недовольно зыркнул на него, но, приземлившись на пушистый зад, замер в ожидании. Закончив с кормлением Фридриха Третьего, а другого имени для жирного длинношерстного «британца» и не придумать, Тэхён запихнул курицу в микроволновку и открыл холодильник. В нём он не обнаружил ничего, что хотел бы сейчас съесть, поэтому просто достал открытый пакет апельсинового сока и маленькую молочную шоколадку. «Блин, опять апельсиновый, надо будет сказать маме, чтобы не покупала его так часто, надоел уже. Такими темпами скоро стану жёлтым», ― поворчал Тэхён в своей голове. Быстренько расправившись с едой, он прибрал за собой и отправился обратно в комнату. По пути к шкафу и заветному зеркалу пришлось подобрать раскиданные по всей комнате носки. ― Вот чёрт, скоро красить волосы опять, ― с негодованием пробурчал он, ставя рожицу и трогая не расчёсанную ещё шевелюру. ― Только недавно вроде красил. От избытка витамина С они так растут, что ли… Его мысли вдруг прервались дурацким пиликающим где-то в глубинах кровати рингтоном телефона. На экране высветилось «Ватник» и перекошенное смеющееся лицо Юнги. ― Слышишь, ты, блять, долго я должен тебе названивать, мистер президент? Я раз сто уже, наверно, набрал, оглох, сука, совсем? ― Прости, Юнги, я оставил телефон на кровати. Так что ты хотел? ― У меня вроде как выходной, а мы собирались сходить в кино на «Четвёрку», забыл уже, что ли? ― Блин, точно, ― Тэхён поцеловал рукой лоб в смачном фэйспалме. ― Я такой олень, совсем забыл. Ты уже билеты смотрел? Места-то нормальные остались? ― Я уже купил нам билеты, сеанс в пять вечера. Опоздаешь, будешь выкапывать свою голову из песка. ― Да понял я тебя, понял, не злись. Положив трубку, Тэхён рухнул на кровать. «Когда я успел так устать?» ― подумал он и закрыл глаза, сладко потянулся, затем дотронулся кончиками пальцев до живота, поправляя задравшуюся футболку. Но его ладонь не остановилась на месте и осторожно скользнула ниже… Прикусив губу, Тэхён подтянул вверх колени и развёл ноги в стороны, обхватывая член и представляя невероятно пошлые кадры, прокручивая те минуты, которые он провёл у компьютера, сгорбившись и цепляясь одной рукой за подлокотник. Обычно он успешно прятал стоны, оставляя воздуху только горячее дыхание. Ему нравилось думать о себе, таком развязном и доступном, потраченном на недорогие ленты с лесбо-порно актрисами. Они были такие нежные, такие гибкие, влажные и слишком настоящие в своей игре, чтобы быть в гиблом бизнесе и слизывать друг с друга сливки. А Тэхён уже облизывал пальцы и прогибался, медленно водя по пульсирующему члену и размазывая большим пальцем смазку по головке, он слегка надавливал, срывался на нечаянный стон и жмурился. Нужно быстрее, чтобы краснеть от этих неприличных звуков, чтобы чувствовать себя таким охуенно неправильным, грязным. Воспалённая тэхёнова фантазия рвала ему огнём мышцы, он запрокинул голову, рисуя на простыни складки, мягко щипал себя за соски и специально томно часто дышал, подставляя к голосу ещё чьи-нибудь воображаемые нотки. Такие, как были в том самом голосе. Такие, что неминуемо врезались в память. Мысль не к месту, и Тэхёну за неё было стыдно. Он задвигал рукой быстрее, поднимая бёдра выше, мучая губы клыками. Когда казалось, что вот-вот нагрянут его личные звёзды, оголившись до пояса, он сбавил темп, стянул джинсы до колен и встал на четвереньки. Почему-то так нравилось больше, так он чувствовал себя беззащитнее, пока светил ягодицами. Приливала кровь, становилось больнее, и Тэхён упал на живот, вбиваясь в смятый хлопок, он потирался и глухо басил в никуда, прикрывая оргазм. Едва отдышавшись, Тэхён взглянул на часы и ужаснулся: через пятнадцать минут Шуга будет уже возле его дома, а это значит, что нужно быстро бежать в душ и смывать с себя своё же грехопадение. Взяв ноги в руки, Тэхён принял душ, который оказался слишком холодным, но времени на переговоры с водой у него не было, так что, стуча зубами, он пулей выскочил из ванны, наскоро вытирая тело. Он схватил первую же попавшуюся пару боксёров, чистые носки, какую-то более-менее немятую серую футболку и чёрные джинсы. С головы на мягкий ковёр россыпью падали мелкие капли. Тэхён взял фен и быстро высушил свои непослушные платиновые волосы. Расчесав это безобразие, он взял небольшую сумку, кинул в неё телефон, айпод и кошелёк. Выдвинув мягким пинком Фридриха Третьего из своей комнаты, Тэхён закрыл дверь и поспешил на первый этаж. Деньги лежали там, где и сказала его мама. Надев осеннюю парку и запихнув сбережения в кошелёк, Тэхён шагнул к выходу, держа ключи в руках. Открыв дверь, он, не глядя, куда идёт, резко подался вперёд и тотчас же врезался в кого-то. Тэхёновы губы встретили чьи-то ещё, прохладные и мягкие. Подняв глаза, Тэхён увидел не на шутку шокированного Юнги, который замер в ступоре и, кажется, впервые не знал, что сказать и как реагировать. Когда он снимал любимую кожанку, день обязательно оборачивался чёрт знает чем. После минутного гробового молчания, Тэхёну прилетел несильный, но уверенный подзатыльник, заключавший в себе невысказанное «Смотри, куда прёшь!». Тэхён принёс тысячу извинений за свою рассеянность и неуклюжесть. «Господи, почему из всех людей на этой планете, я случайно врезался именно в Юнги, да ещё и в его такие приятные губы?.. Стоп, о чём я вообще думаю?!» ― прозвенело в тэхёновой голове. ― Слышь, ты там в астрал ушёл? ― не выдержав столь долгой паузы, спросил Шуга. ― Или мне тебе ещё раз врезать, чтобы мозги на место встали? Ты дверь закрывать будешь, не? ― Господи, д-да-да-да, я что-то забылся, ― заикаясь, ответил Тэхён. ― Что-то со мной сегодня странное творится. Возможно, стоило сварить кофе покрепче, а то я какой-то сонный. «Да уж, если сонный. Как же я не люблю ему врать, но не могу же я сказать, что притомился, лёжа на кровати и яростно надрачивая на лесби-порно из больной головы». Закрыв наконец дверь, Тэхён развернулся к Юнги и осмотрел улицу за его спиной. ― Э-эй, а где твоя любимая? Ты пешком, что ли? ― Ну да, сегодня мы с тобой очень пешеходы, так что я на своих троих, ― отрешённо произнёс Юнги, махнув рукой. ― Двоих, ― Тэхён вскинул бровь, смотря на Юнги в упор. ― Откуда ты, бля, знаешь? Может быть, у меня член как третья нога, ― заявил Шуга без ложной скромности, кроя оговорку чем угодно, но не признанием собственной ошибки. ― Чёрт тебя знает, придурок, ― вздохнул Тэхён и покрутил у виска, на что получил средний палец правой руки напротив. ― Пошли уже, а то опоздаем из-за тебя, тормоза. Юнги схватил Тэхёна за руку и потащил вниз по улице, совершенно не замечая удивлённые взгляды прохожих. Осенний город некстати был заполнен огромным количеством людей. Складывалось ощущение, что все решили последовать примеру и вышли проветриться. Яркие вывески так и зазывали зайти и что-нибудь купить, наступить на пятки хмурой меланхолии и слиться в единую музыку сеульского андеграунда. Удивительно, но погода благоволила, распогодилось: разыгралось довольное тёплое солнце, порвав тучи на редкие облака, от холодного ветра осталось лёгкое напоминание. Неожиданно гостеприимный ноябрь. ― Ты можешь уже отпустить мою руку, ― без задней мысли сказал Тэхён, когда они прошли так уже пару кварталов. Остановка. Заминка. Юнги будто проснулся ото сна. ― Ничего себе… я даже не заметил. Как-то неловко, ― нервно засмеялся он, высвободив большую тёплую ладонь. ― Я себя прям папашей каким-то почувствовал, который сына ведёт в кино. ― О да, отец года просто! ― засмеялся в ответ Тэхён. Время пролетело незаметно для обоих, большая часть пути позади. Разговор шёл плавно и непринуждённо, пока не наткнулся на риф в одном щекотливом моменте. ― Ты же видел финал «Show Me The Money 4»? Как я, блять, орал с выступления ЗиНо! ― улыбаясь во все тридцать два зуба, выпалил Шуга. ― Да я и смотреть-то ещё не начинал, ― пожал плечами Тэхён. ― Стоп, а что ещё за «ЗиНо» такой, что-то не припомню… ― Мозгами пораскинь, что ли. Это Зико и Мино. Некоторые бабы их шипперят вовсю, а когда они так делают, то объединяют два имени в одно, ― деловито пояснил Юнги. ― Ну мог бы и сказать сразу, не выпендриваться, ― буркнул Тэхён. ― Как будто я разбираюсь, что там к чему, я просто музыку слушаю. «Откуда у него такие познания?». ― Ой, ну и хер с тобой, пошли уже быстрее, а то опоздаем, ― похлопав Тэхёна по спине, выдохнул Шуга и прибавил шагу. В кинотеатр они влетели чуть ли не за пять минут до начала фильма. Пока Шуга распечатывал в автомате билеты, Тэхён взял им попкорн и спрайт, которые закончились ещё в середине сеанса. По окончанию они вышли с такими лицами, будто смотрели что-то адски лютое, а-ля «120 дней Содома», впечатлений — море, но ужасающе пустых. Первым тишину прервал Шуга. Его лицо выражало всю вселенскую грусть и разочарование. ― Вот скажи, дружище, на что я деньги потратил? Чувствую жёсткий наёб. Хотя, саундтрек был очень даже ничего, припевчик зашёл прям охуенно, запоминающийся такой. Надо будет загуглить. ― Ага, мне тоже понравился только саунд, ― поддержал Тэхён, и они с Юнги заговорщически переглянулись, как обычно бывает в то время, когда «ещё не вечер». ― Ну что, возьмём курс на клуб? ― приятельски спросил Шуга и почесал нос. ― Нужно выгулять тебя по-человечески, время-то ещё детское, а то ты дома сидишь и рисуешь свою вдохновенную хуятину всё время. ― Как скажешь, сахарная пьяница, ― подмигнув, съязвил парень и легко толкнул Юнги в плечо. ― Ах ты ж, сука такая! ― душевно протянул Юнги и прицелился дать пинка. ― Ладно-ладно, подъёб засчитан. Добравшись до бара, Тэхён первым делом стремглав помчался в уборную, ибо испитая жидкость требовала выхода и немедленно. Шуга сочувствующе посмотрел на этот полёт шмеля и направился прямиком к барной стойке. ― Добрый вечер. Американо, пожалуйста, и бокал Guinness, — Шуга сделал заказ и в поисках жертвы на сегодняшнюю ночь развернулся лицом к манящему телами танцполу. К моменту возвращения Тэхёна рядом с Шугой уже крутилась какая-то брюнетка с ярко-красными губами в крайне открытом чёрном платье. «Когда он только успевает?» ― сокрушаясь, подумал Тэхён, подходя к стойке. ― О, а вот и ты, я думал, ты там умер от переизбытка эмоций, ― поиздевался Шуга как можно громче и легко приобнял девушку. ― Это Эли, и она составит нам компанию на сегодняшний вечер. Ты же не против, да? ― Ха, а разве у меня есть выбор? ― отозвался Тэхён и галантно протянул леди руку, чтобы не поцеловать, но хотя бы показать манеры и записать пару очков на свой счёт. ― Ким Тэхён. ― Очень приятно, Тэхён, ― восторженно улыбнулась Эли, ласково пожимая его руку. ― Это моё, что ли? ― поинтересовался Тэхён, заметив рядом пивной бокал. ― Да, я заказал тебе твоё любимое, — одарил неожиданным дружелюбием Шуга, потягивая свой кофе и слегка поглаживая талию Эли. Вечер начался весьма спокойно, они пересели за угловой столик и беседовали о музыке, кино, книгах и всякой всячине, происходившей в молодёжной среде. Эли оказалась очень разносторонне развитой девушкой, с ней было о чём посудачить. Тэхён пропускал один бокал за другим, так как его лучший друг был очень увлечён новой знакомой и совсем забыл о его существовании. В конечном итоге Ким Тэхён просто-напросто упился. Сидеть на месте он уже не мог. Музыка долбила по ушам, заставляя его тело непроизвольно двигаться. Размахивания руками и ёрзанье по дивану в такт музыке выглядело достаточно забавно, учитывая, что сила
Примечания:
А вот и третья глава.
