Если любишь...

Я не лгу, говоря, что люблю я тебя, Но люблю для себя и ласкаю, губя. Ф. Сологуб

      — Марго, я хочу тебе все объяснить.       — Подожди, Андрей, ответь мне только на один вопрос. Яд — это тоже ты?       — Нет, Марго, не я. Клянусь тебе.       Я выглянула в коридор.       — Евгений Алексеевич, вызывайте полицию. И давайте без упоминания Андрея. Он не причинил вреда Гоше, и больше уже не причинит.       — Прежде, чем ты начнешь мне что-то объяснять, я хочу тебе кое-что сказать. Как-то я сказала Гоше, что я не от себя бегу, что нет у меня никакой сверхзадачи, просто все то, что с нами произошло, это наказание, это проклятье. Карина хотела, чтобы я почувствовала тоже самое, я стала бабой и влюбилась в Калугина. Он меня бросил. Миссия выполнена, все закольцевалось. Я провинилась, меня наказали. Понимаешь, Андрей, ты был послан мне в наказание. А знаешь, что он мне ответил? Он сказал, что все это было послано нам, чтобы мы изменились. Пойми, Андрей, Игорь был послан мне в награду за то, что я изменилась. Ты ведь сам мне сказал, правильно, заметь, сказал — у нас с тобой ничего не получится. Я много могла бы тебе сейчас сказать. Злого, обидного и жестокого. Но я тебе скажу только одно: когда я не хотела жить, когда я умирала без тебя каждое мгновение, меня по кусочкам собрал Игорь. Андрей! Между вами огромная разница — у тебя я была всегда и во всем виновата. Ты не заступался за меня даже перед другими людьми. С Гошей я поняла, что такое безусловная любовь. Для него я всегда самая лучшая, я всегда права, что бы я ни сделала, чтобы не натворила, он на моей стороне. И вот еще что… мы все время с тобой ссорились, с ним мы не ссоримся. С ним я спокойна. И если бы я попросила его то, о чем попросила тебя, он выполнил бы мою просьбу безоговорочно. Зная, что спасает меня для другого. Лишь бы мне было хорошо. А теперь можешь объяснять мне то, что ты хотел объяснить. А можешь не объяснять. Я и так все понимаю.       — Марго, я очень тебя люблю. Я хотел, как лучше.       — Для кого лучше? Для меня? Андрей, ты так ничего и не понял. И, наверное уже не поймешь никогда. Значит так, версия для окружающих- ты увидел, что аппарат отключен, понял, что кто-то хочет навредить Игорю и собирался включить аппарат. В это время Тамара Ивановна и вошла.       — Спасибо, Марго.       — Не благодари меня. Я делаю это не для тебя, для Алисы. Тебе же я никогда не смогу простить покушения на жизнь Гоши. Прощай. Надеюсь, что больше мы не увидимся.       — Марго, а как же ты? Как твой ребенок?       — Тебя это не касается.       Я резко встала и не оглядываясь пошла к двери. Я не знала, что буду делать дальше. Не знала, что будет со мной, с ребенком. Но одно я знала точно — страница моей жизни, где было вписано имя Андрея Николаевича Калугина, навсегда перевернута и забыта.

***

      Первым моим порывом было желание немедленно уехать домой, в Питер. Но это означало бы бегство и трусость. Это означало бы новое предательство и Марго, и моей любви к ней. Поэтому я решил поехать в гостиницу и обо всем еще раз подумать.       Я лежал на кровати в гостиничном номере и пытался собрать мысли в кучу. А ведь Марго права, права от начала до конца.       В моей жизни было три женщины: Катя, Наташа и Марго.       Катя… нежная, юная, мягкая и добрая… как мне казалось. Девочка из провинции. Неизбалованная и чистая… как мне казалось. Как же она быстро взяла меня в оборот, как быстро запрыгнула ко мне в постель, и сразу «забеременела», а через несколько дней после свадьбы «потеряла» ребенка. А потом все никак «не могла» забеременеть, пока я не нашел в ее тумбочке противозачаточное… А потом не хотела Алису. Так не хотела, что убить попыталась…       Почему я так верил каждому ее слову? Только лишь потому, что она умела играть слабость и притворно мною восхищаться? Да она крутила мною как хотела. Я был тряпкой в ее руках. Сейчас я вижу всю фальшь наших с ней отношений. Жаль, что так поздно.       Наташа! Маленькая, хищная, злобная… пиранья. Я что не видел, как она относится к людям? Видел! Не видел сколько зла и жестокости, сколько хитрости и алчности в этой девочке- женщине? Видел! Не видел, что это потаскушка, такая же, как ее мать? Да видел я, видел все! Тогда почему? Почему я был с ней? Даже в ущерб своей любви, даже в ущерб интересов Алисы??? И она вертела мною, как хотела и в ее руках я был тряпкой.       Почему? Господи!       И воздам каждому по делам его…*       Потому, что только таких женщин я и заслуживаю. Потому, что я не борец, не мужчина, я конформист. Потому, что с такими мне удобно. Думать ни о чем не надо, за тебя подумают. Решать ничего не надо, за тебя и решат. Удобно и спокойно. Правда потом это удобство выходит боком, но это ведь лишь потом.       Марго… Яркая, талантливая, красивая. Единственная, кто умел любить и ненавидеть от всей души и на полную катушку. Она слишком яркая, слишком талантливая и слишком красивая. Вот я и струсил.       Все, все от трусости. Наташа говорила о Марго гадость… и я верил. Зимовский звонил и говорил о Марго гадость и я ехал перепроверять. Я сомневался во всем, я все время выискивал в Марго недостатки. Потому, что понимал — я ее не стою. И вместо того, чтобы тянуться за ней, я пытался опустить ее до себя.       Ну, что же, теперь я все понимаю отчетливо.       Решено! Я остаюсь. И, если я понадоблюсь Марго, в любом качестве, я помогу ей. А если ее не станет… я и это приму.