Такки

       На моё удивление, Джексон Уиттмор оказался не таким придурком, как показалось с самого начала. Только вот, когда я высказала свою мысль вслух, он усмехнулся, мол, первое впечатление ошибочно, и совершенно ничего не ответил. Блондин добродушно предложил мне возглавить экскурсию по школе, причём подхватил меня под руки, не дождавшись согласия. Мои попытки были не услышаны, но я и не думала удивляться: отчего-то все это казалось мне давно привычным. Сказывалась ли на это моя достаточно долгая часть жизни в Лондоне я не знала, а потому и решила, что это неважно. «Дом там, где сердце», — говорила мама. И была абсолютно права, как и всегда.        Стыдно признаться, но до этого момента я не знала, что такое лакросс. Невозможно описать словами выражение лица моего нового знакомого, когда я призналась ему в этом, однако моментально появившаяся решительность на его лице заставила меня немного напрячься — мало ли что в голове у этого парня. Однако он всего-навсего привёл, точнее притащил, меня на их тренировку и попросил, лучше сказать приказал, дождаться её окончания, чтобы вместе пойти в столовую перекусить. Мне пришлось согласиться, ибо слоняться по пустым коридорам, не имея понятия, где и куда нужно идти, желания не было. И о своём решении я ни разу не пожалела: всю тренировку меня развлекали смешные ругательства тренера и весёлые разговоры парней на скамейке запасных, одного из которых я сегодня уже видела.        — Ты — новенькая, да? Потому что раньше я тебя здесь не видел. Ты не подумай, я не чертов сталкер и не высматриваю никого в толпе, просто тебя я бы определённо запомнил. И это не потому что ты одета как парень-подросток, честно-честно, — затараторил один из игроков, не выдержав моего присутствия на трибунах и повернувшись ко мне лицом. Его друг закатил глаза и промолчал, вновь уставившись на тренировку парней, проигнорировав стремление своего друга разговорить меня. И я как бы не отличалась особой молчаливостью или нелюдимостью, просто предпочиталась находиться в компании хорошо знакомых людей, к тому же избегала большие скопления народа, поэтому друзей завести шансов оставалось крайне мало. Наконец, когда я сообразила, что обратились ко мне, я ответила:        — Чарли, — и мило улыбнулась.        Видимо, парня этот короткий ответ на его многословность несколько обескуражил, ибо только так я могу обьяснить его удивлённое лицо и бегающие вправо-влево глаза. Друга же его моё поведение рассмешило: он весело посмотрел на меня, типо глазами благодаря за что-то, чего я явно пока не понимала, и снова вернулся в игру. Я на секунду перевела взгляд на поле. Ну, подумаешь, бегают они туда-сюда по полю с какими-то клюшками, напоминающими силки для ловли бабочек, перекидывают друг другу маленький мячик, пытаются забросить в ворота! Это же не футбол, даже не американский футбол — так, что-то наподобие и сильно отличающееся от него. Нахмурившись, я снова вернулась к изучению парней на скамье запасных, ибо моё зрение не было настолько хорошим, чтобы определить местонахождение капитана местной команды.        — О, круто, у тебя имя, как у парня, — высказался парень в родинках и тут же попытался исправиться, правильно поняв моё недовольное выражение лица: — И это не должно было обидеть тебя, точнее, я не хотел обидеть тебя этим, просто у меня так всегда бывает: хочешь сказать что-то нормальное, а получается какая-то лажа. Ну, ты понимаешь меня, я надеюсь?..        — Стайлз, заткнись. Достаточно было простого извинения. Когда ты наконец начнёшь разбираться в девушках? — покачал головой его друг и, повернувшись ко мне лицом, коротко представился: — Скотт Маккол.        — Так вот значит как тебя зовут: Стайлз, — широко улыбнулась я и скрестила руки перед грудью. — Ничего личного, парень, но я ни разу не слышала такого имени. Как будто кличка для собаки, прости за сравнение. Уж лучше меня будут звать как зовут, чем докапываться до чужого имени.        — А это и не настоящее имя, — гордо вскинул подбородок Стайлз, — но настоящее я тебе никогда не скажу, потому что ты недостойна знать его.        — Да я как-то и не горела желанием. Извините, — вежливо попрощавшись, я постаралась незаметно свалить со спортивного поля.        Однако судьба меня явно недолюбливала, сегодня уж точно, потому что сделать это не дали сразу три вещи, случившиеся со мной с разницей в пару секунд: - заметивший, что я хочу сбежать, Уиттмор отбросил клюшку-силки в сторону и ринулся в мою сторону с целью задержать-поймать-привязать к скамейке на трибунах (нужное подчеркнуть); - тренер, определённо недовольный моим финишем на километре, не ожидал увидеть меня на трибунах, а так как команда: «Всем играть в волейбол!» была мной успешно проигнорировала, не по моей, к слову, инициативе, то мужчина был намерен серьезно со мной поговорить и оглушительно засвистел, привлекая к себе внимание; - стоило мне повернуться на неожиданно раздавшийся звук, как в меня кто-то на скорости врезался, и я буквально должна была поцеловать пол, но этот кто-то вовремя изменил положение тел и с грохотом упал на траву, а я — на него. И какого было моё изумление, когда этим кем-то оказался тот самый незнакомый шатен, старательно скрывающий свои боевые травмы!        Наверное, я могла бы ещё долго на нем лежать, разглядывая его, но тихий, но вполне различимый хруст чьих-то конечностей привёл меня в чувство. Быстро вскочив на ноги, я растерянно заморгала:        — Эм...как ты? Цел, ничего не ушиб? Тут только что что-то хрустнуло, и я вот немного испугалась, да, — нервно пожала плечами и заткнулась под внимательным взглядом голубых глаз молчаливого собеседника. Сзади раздался злорадный смешок, и я даже знала его владельца, на фоне которого я чувствовала себя немного дурой. А чувство это я не любила совершенно. Парень осторожно поднялся с травы и отряхнулся, чуть покраснев под моим пристальным взглядом:        — Мне очень... — но договорить ему не дал появившийся из ниоткуда Джексон, рывком оттащивший его в сторону за шиворот, как нашкодившего котёнка. Краем глаза мне удалось различить перекошенное от злости лицо, поэтому я не стала дожидаться продолжения и ринулась к ним с попытками разнять.        — Тебе глаза для чего нужны, придурок? — чуть ли не рычал на бедного парня Уиттмор, злобно сверкая глазами. — Смотреть, куда прешь, не учили? Сейчас научу, мало не покажется.        — Отвали.        — Он не специально, — одновременно произнесли мы с ним, и Джексон замер. Он перевёл взгляд с парня на меня, словно спрашивая продолжения, и я быстро заговорила: — Да я сама виновата: не посмотрела, есть ли кто. Он меня тоже мог не увидеть — я же выскочила быстро, вот он и влетел. Тем более он мне упасть не дал и извинился, вот. А теперь отпусти его, пожалуйста, ладно?        Парни молча смотрели на меня и хлопали глазами. Если Уиттмор и ожидал от меня подобной речи и сейчас выглядел просто полувозмущенным-полунедовольным, не зная, что ему сделать в данный момент, то второй смотрел на меня, не скрывая недоверия и какого-то презрения. Он явно не повелся на мою защитную речь в его сторону, ибо я — совершенно незнакомый ему человек и тут ни с того ни с сего начинаю его защищать, когда он сам виноват, но смотреть на меня так и палить всю контору — это уже наглость! Как бы я ему ни не нравилась, можно было просто красноречиво помолчать, соглашаясь, а потом высказать мне в лицо все, что угодно. Не сказать, что мне было бы приятно это услышать, но все же разговор лицом к лицу без свидетелей был бы намного лучше ситуации, сложившейся сейчас.        — Уиттмор, какого черта? — заорал Финсток, возвращая всех в суровую реальность. — Потом будешь разыгрывать из себя рыцаря, а сейчас — бегом на поле, мать твою!        — Живи пока, — Джексон резко отпустил парня, и тот чуть ли не грохнулся на пятую точку, затем медленно, подобно самой настоящей змее, прошипел: — Ещё раз рядом с ней увижу, тебя родной отец не узнает. Ты меня понял, Лейхи?        — Джекс, прекрати, — вмешалась я, легко отталкивая блондина. Тот удивлённо посмотрел на меня, я нахмурилась: — Нельзя так разговаривать со своими одноклассниками — это неправильно и несправедливо! Мы обязательно поговорим об этом позже, а сейчас иди, пока тренер не стал ругаться. Я не хочу, чтобы из-за меня у кого-то были проблемы.        — Ты права. Мы поговорим об этом позже, — многообещающе произнёс блондин и, последний раз испепелив Лейхи на месте, побежал к замеревшей команде. О да, конечно, куда ещё могла смотреть компания парней, когда их предводитель отправился на разборки с другим парнем? Конечно же, на присутствующую на этих разборках девушку, пытающуюся предотвратить драку и растащить обоих петухов по разные стороны импровизированного ринга! А ещё и тренер довольно щурится, предвкушая какую-то гадость.        — Я справился бы и сам, — подал голос шатен, поправляя чуть задравшуюся футболку. Он выглядел нахохлившимся, как попугай в моем детстве: волосы были растрёпанны и толкали в разные стороны, глаза горели.        — А я и не спорю, — согласилась я. — Вот только согласись, что если бы не моё вмешательство, то сейчас вы бы уже морды друг другу били. Или как вы, парни, драку называете?        — В любом случае, — разозлился парень, — не нужно за меня заступаться. Я могу разобраться со своими проблемами сам. Ещё не хватало, чтобы какая-то девчонка меня защищала!        — Какая-то девчонка? — вспыхнула я, недовольно скрестив руки перед грудью. — Да ты хоть знаешь, кто я? Чемпионка лондонский соревнований по лёгкой атлетике, вот кто! Это тебе не мячик в ворота кидать, футболист несчастный.        — Я в лакросс играю, вообще-то, — исправил меня он с довольной ухмылкой и, засунув руки в карманы брюк, прошёл мимо, намеренно задев плечом.        Я возмущённо засопела. Нет, это нормально? Сначала влетел в меня, а теперь, когда я его спасла от разбитого ещё чего-нибудь, меня ещё и виноватой сделал! И ладно бы так, но он... Он... Он надо мной посмеялся!        — А ну стоять, — я ринулась за ним, намеренная продолжить разговор. — Ты не можешь просто так взять и уйти!        — Если ты не заметила, то я уже это сделал, — заметил парень и усмехнулся. Затем быстро оценил меня взглядом и хмыкнул: — Что, не можешь упустить такую возможность познакомиться со мной? Всего первый день в школе, за тобой на задних лапках бегает сам Уиттмор, а ты бегаешь за мной, чтобы поговорить. Это безумно мило с твоей стороны, вот только ты не в моем вкусе, извини.        — Ты что возомнил о себе, Лейхи? — рассмеялась я. — Что я бегать за тобой собралась? Ой, да сдался ты мне! Если я когда-нибудь и буду за кем-то бегать, то уж точно не за тобой. Тем более когда за мной, как ты выразился, на задних лапках бегает сам Уиттмор.        — Айзек, — продолжил улыбаться парень, весело глядя на меня. — Но, так уж и быть, ты можешь звать меня по фамилии, если она тебе так нравится. Я ничего против не имею.        — Раз уж ты разрешаешь, то это другое дело, конечно, — съязвила я, закатив глаза. Парень тихо рассмеялся, и я не смогла не заметить, что у него красивая улыбка. И в общем-то сам он был достаточно привлекательным молодым человеком, чем он, как я поняла, умело пользовался.        Мои размышления прервал звонок с урока, донесшийся со школы. Все быстро засеменили, чтобы переодеться, парни сворачивали удочки и медленно расползались в разные стороны, подгоняемые злым тренером.        — Увидимся, Чарли, — кивнул мне Айзек и быстро скрылся в толпе болтающих парней, гурьбой идущих в сторону своей раздевалки. Я удивлённо посмотрела ему вслед, пытаясь вспомнить момент, в который назвала ему своё имя, однако в голову ничего не шло. Очевидно, он слышал, что кто-то из парней, а это мог быть только Джексон, называл меня по имени и запомнил. Нужно узнать.        — А теперь мы серьезно поговорим, Чарли, — поймал меня за локоть капитан школьной команды по лакроссу и потащил в сторону школы. — И от этого разговора ты никуда не денешься, даже не надейся.