Приключения блонди в Кэртиане

*Сайд-стори Оскар/Рене* Сейчас у них была любовь. Но долго же пришлось ее строить, долго и мучительно, через непонимание, страдания, взаимные насмешки, желание порвать всё и навсегда и уйти. Когда проект исследования временно-пространственных скачков и других миров был закрыт, Юпитер отдала приказ утилизировать весь второй вариант линии Ам. Впрочем, выяснилось, что из десяти представителей линии пять погибли при неудачных преодолениях тоннелей и два – в мирах, где чужаков замечали и убивали сразу, не разбираясь. Двое числились пропавшими без вести – позже Рене подозревал, что они тоже нашли себе возлюбленных в тех мирах, куда попали, и решили оборвать все связи с Амой. Он один вернулся – потому что еще на что-то надеялся, еще думал, что сможет заниматься исследованиями, даже пусть в другой сфере. Однако дома его ждал простой конверт с письмом, которое сообщало, что на приведение в порядок всех дел ему дается неделя, после чего его ждет утилизация. Рене отчаянно хотел жить. Еще не терял надежды вернуться в Кэртиану, увидеть Рокэ, убедить его, что проклятия нет… Хотел жить. Чувствовал, что еще не сделал всё, о чем мечтал… Именно эта жажда привела его к Зверю Фоксу. Рене был в курсе, почему столь высококвалифицированный врач для фурнитуров вылетел из Эос – на свою беду, Оскар влюбился в Доминика Лагата, тогдашнего главу Мидаса. Юноша не знал или просто не хотел принимать во внимание, что у Амиры Розена звериное чутьё на чужие чувства, а соперников он терпеть не будет, даже просто невинных тайных воздыхателей. Впрочем, Фокс невинным и наивным мальчиком не был, и за изгнание из «святилища» отомстил – сначала прикрыв преступника, которого Розен выслеживал годами, а затем махинациями на Черном Рынке, некоторые из коих серьезно ударили по делам главы Танагуры. И Рене был уверен, что Фокс не откажется от такой рисковой авантюры, как спасти назначенного на утилизацию блонди. Тем более если сам блонди прилагается в качестве оплаты труда. - Не дергайся, тушканчик! Мы еще вставим нашей железной мамке-Юпе по самые гланды, - ответил Фокс, когда Рене встретился с ним в его логове в Цересе и изложил ситуацию. Блонди не просчитался – «плата натурой» была самым весомым аргументом. Они спаслись. Хотя, учитывая нехватку времени, пришлось просто перевести часть денег на левый счет, а гораздо большую часть оставить без надежды когда-нибудь снять, и валить почти в никуда. Остановки на каких-то федеральских или нейтральных планетках, вечный страх быть пойманными… Наконец Оскар узнал, что на Хюррем-130 поменялась власть, и победившим религиозных фанатиков молодым энтузиастам нужны ученые и технологи. «Давай, дёрнем в страну проигравшего джихада, суслик! Рахат-лукум, шербет и прекрасные гурии ждут нас. Но не расслабляйся, помни, ты почти замужем, и первая брачная ночь еще впереди». Надо признать, Оскар был умелым и внимательным любовником. Но его шутки до и после любви Рене часто бесили. Их первую ночь Фокс обозвал «процессом добровольно-принудительной дефлорации». А чего стоили другие выражения! «Сплетемся щупальцами», «совершим последовательность движений для достижения оргазма», «отдадим друг другу супружеский долг». Конечно, Оскар делал всё, чтобы их жизнь на новом месте обустроилась не хуже, чем на Амой. Именно он торговался с правительством «родины номер два», добывал редкие препараты для строящейся с ноля генетической лаборатории, упорно воевал с еще сопротивляющейся «старой фракцией» и помогал объединить новые кадры. Рене ценил заботу и пытался отблагодарить за нее, как мог – а в глубине души всё равно тосковал по кэналлийскому герцогу. И всё-таки кризис в их отношениях неизбежно наступил. Спор из-за какой-то мелочи, вовсе даже не касающейся их лично, перерос в грандиозный скандал с припоминанием друг другу всех обид и всей затаившейся боли, будь то причиненной по умыслу или без. Рене собрал вещи и ушел из дома. Сначала ночевал в лаборатории, потом у ассистентки – хорошенькой и веселой Гюльнары, давно уже положившей глаз на начальника. Несколько месяцев он даже не разговаривал с Оскаром вне деловых встреч, - пока любовника не привезли в его клинику в критическом состоянии. «Ехал пьяный на гоночном каре, не справился с управлением. А до того его видели с каким-то амойским беженцем. Говорили они недолго, кажется, тот человек сообщил господину Фоксу неприятные новости… Господин Фокс пил целую ночь, а под утро поехал кататься по скоростной трассе…». Беженца Рене вскоре увидел сам. Это был молодой оникс, покинувший Амой, потому что Юпитер узнала о его романе с сильвер, служащей в СБ. - Я ведь ничего личного ему не говорил… мы только о политике разговаривали… я и сказал, что должность главы Мидаса недавно занял Гидеон Лагат, генетический сын Доминика. - Как же так? - Доминик Лагат погиб. Теракт в Мидасе… какой-то фанатик, вроде тех, что когда-то заняли Церес, подорвал здание, в котором происходила деловая встреча. Тогда никто не выжил. - Ты просто не знал, что связывало Оскара с этим блонди. - Смутное время было год назад… Слишком много смертей для Синдиката. Консул Минк погиб, обстоятельства только его наследнику сообщили, да и то подозреваю, что не все. Амира Розен покончил с собой. Одни говорят, что попал в немилость к Юпитер, другие – что любил Доминика и не мог жить без него. Старший Зави еще жив, но его обязанностями уже больше занимается наследник. Тогда в Мидасе еще были несколько группировок повстанцев, «Стальной Крис» размазал их по стенке, ужас что происходило. С такой жестокостью расправился, что Юпитер несколько раз его наказала. В общем, после такого он поднялся, но прежним уже не будет. Вот и новости. Мило, ничего не скажешь… Рене несколько суток бодрствовал в операционной, а потом в реанимации, собирая Оскара чуть ли не по кусочкам. Переливание крови, швы, наращивания, протезы, комплексы препаратов… Он возрождал Фокса, как феникса из пепла. Еле-еле придя в сознание, Оскар увидел Рене у своей койки и прохрипел: - Не дури, златогривка. Можешь не стараться, всё, кирдык котенку. - Ты выживешь. Тобой занимаюсь я лично, лучшие препараты, технологии – нелегально купленные амойские… Фокс резко оборвал его: - Технологии… Да фигня это, лошадушка моя. Жить-то мне незачем. За что цепляться? Доминика нет, ты от меня ушел… всё, не парься, вали в Кэртиану, ищи своего Рокэ… Рене упал на колени у его кровати, прижался щекой к его ладони. - Оскар, мать твою, цепляйся за жизнь! Забыл я Рокэ, понимаешь ты!... я ТЕБЯ люблю… * Вот так… Они выживали, и любили, и как-то приросли друг к другу, и не обижался уже Рене на «златогривку» и «сплетемся щупальцами». Но отказаться от Рокэ теперь он не мог. Даже зная, что Рокэ уже в кого-то влюбился. Даже зная, что им суждена только одна эта ночь. - Катце, я еду к Рокэ. Завтра я вернусь, но сегодня ты мне не помешаешь. Нынешний глава Черного Рынка только кивнул: - Не держу. С Оскаром говорить – или не говорить – будешь сам. Твой выбор.