Безумные. Право на убийство.

Покинуть город, как ни странно, не становится трудным делом. Путь, который выбрал Джейсон, был направлен на самые малолюдные улицы. Центр и прилежащие окрестности ловко объехал, тем самым избегая эпицентра. Меры предосторожности. Но даже они, к сожалению, не могли полностью скрыть охватившей провинцию вакханалии. Трупы повсюду, везде, где только можно. Транспортные средства переворачиваются, падают. Словно балерина, исполняющая пирует и не удержавшая равновесия. Взрывы, стрельба, вопли ужаса и наслаждения одновременно долетают с разных сторон. Но главное - кровь. Её целое море. На асфальте, зданиях, траве и деревьях. И от этого всемирного потопа невозможно скрыться. Никак. Свернув налево на перекрёстке, замечаем вдали католический храм в готическом стиле. У входа стоит беснующая толпа в рваном тряпье и весело гогочет, отплясывая дьявольские танцы. Атеисты и еретики. Поначалу нам неясно, чему они так радуются, но проследив за взорами некоторых из бесчинствующих, становится понятно. Так вот, лучше бы не видели. Не могу представить, как им это удалось, но на самый высокий шпиль благословенной постройки, насаженный, словно на кол, висел человек. Судя по чёрному платью, рясе, святой отец либо любой другой представитель духовенства. Сути не меняло. Вздёрнут так, что острый конец выходит через голову, награждаясь багряными потёками, целясь в пасмурное безоблачное небо. Гримаса ужаса и невыносимой муки и после смерти сохранилась на лике жертвы. Уста приоткрыты, застыв в немом крике. Из поврежденных, обезображенных порезанных очей лениво плывут алые струйки, падая на тёмную крышу. - Боже! - шепчет Барберри, с неверием глядя ввысь. - Вот тут Всевышний явно не причём, - сухо добавляю я. - Тогда куда он смотрит? - юноша со злостью и нотками отчаяния бьёт кулаком по рулю. Хороший вопрос. Действительно. Где же ты, Господи? Почему позволяешь миру рушиться, а своим творениям убивать друг друга? Стремишься тем самым покарать род людской за его грехи? Но не слишком ли радикальным и жестоким методом? И не будешь нам помогать? А может, просто о нас забыл? Страшные, неправильные мысли, но цепляющие за живое и не отпускающие. Парень ещё крепче цепляется за руль, замедляя движение. Осторожно касаюсь его плеча, стараясь отвлечь внимание на себя. Срабатывает. Он поворачивается в мою сторону. - Поехали дальше. Ему всё равно ничем уже помочь не сможем. Сжав губы в тонкую полоску, Джейсон молчит, но вместо согласия даёт по газам и этого вполне достаточно. Вскоре, кварталы сменяет широкая трасса, а вывеска с надписью: Добро пожаловать в Милк - Рок! Город справедливости и доброты (не удерживаюсь от усмешки: весьма иронично, не так ли?) остаётся позади. Впереди - километры пути, бесконечная зелень растительности и неизвестность. Заманчивая перспектива.