Глава 3.
14 октября 2015 г., 20:41
27 мая 1987
Дни шли один за другим, и со временем Тоби привыкла к очередному присутствию Кобейна в ее жизни. Они виделись почти каждый день на их репетиции, Белл была их главным слушателем, т.к сама немало смыслила в роке. Курт терпеть не мог делать так, как ему говорят, но к словам Тоби прислушивался, внимательно смотрел на нее, когда она пыталась что-то объяснить или показать ошибку в тексте или музыке. Никто кроме них самих не знал, что у них за плечами дикие отношения, полные зависимости, безумных вещей и милой нежности. И, несмотря на то, что прикидываться незнакомцами оказалось довольно тяжело, и Курту, и Тоби нравилось, что их совместная маленькая жизнь осталась для обоих чем-то особенным для того, чтобы делиться этим со всеми.
Дела у группы шли довольно хорошо. Их музыка нравилась людям, а песни трогали души людей. Что еще надо музыкантам, пытающимся открыть свой собственный мир? Курт очень много работал. Иногда он звонил друзьям в три часа ночи и подолгу разговаривал с Кристом, подбирая нужные слова в песне или мелодию. Когда же к телефону подходила Тоби, он здоровался и молчал. Девушка сонно прикрывала глаза и присаживалась на стол.
- Курт, скажи уже что-нибудь, - просила она.
Но молчание продолжалось. Спустя несколько минут Курт говорил сухое: «Спокойной ночи, Тоби, до завтра». После он бросал трубку. Белл прекрасно знала этого человека, и подобные замашки не были для нее странностями, так что на следующее утро они разговаривали как ни в нем не бывало. Сидя на небольшом матрасе и попивая пиво в их маленькой комнате для репетиций, они смотрят перед собой, не глядя друг на друга, тихо говорят, как недавно узнавшие друг друга люди, с кучей тайн, еще не рассказанных. Еще не изведанных.
- Как дела, Курт?
- Хорошо, а как твои, Тоби?
- Прекрасно, ведь сейчас мы примем, и все будет хорошо, верно, Курт? Скажи, что все будет хорошо.
Ее веки тяжелеют, и она закрывает их, слабо сжимая руку Криста, что сидит рядом. По их телам пробегает теплая долгая волна. Боль, тревоги, грусть, чувство вины: все уходит. Новоселич уже не спешит возмутиться по поводу того, что Тоби назвала его другим именем. Тоби уже не важно, что руку ее держит Курт, а не Крист, как ей казалось.
