Accident

Устроившись в углу дивана, Артур перелистнул последнюю страницу фотоальбома. На его лице появилась улыбка. Мерлин, сидевший на полу у камина, не мог видеть, какая именно фотография вызвала у него такую реакцию. Но он и так знал. Это был снимок, который Мерлин сделал в Рено за неделю до землетрясения. На нем были изображены Мерлин и Моргана. Улыбаясь во весь рот, они держались за руки. На самой Моргане была ковбойская шляпа Мерлина, а на руке деревянный браслет. – Красивый браслет. Ты его носишь, – заметил Артур. – Когда мы были в Рено, я купил Моргане браслет на день рождения и заказал монограмму с ее детской кличкой. Нужно было немного подождать. И чтобы не проводить время впустую, мы решили пойти на площадь. Там Моргана попросила кого-то нас сфотографировать. Артур склонился над фотографией, пристально ее разглядывая. – Она выглядит такой счастливой! – Так и есть. Агравейн, отец Мордреда, уехал из Эалдора. «Бафф и Флафф» начал приносить прибыль. Все складывалось замечательно. – Но это не продлилось долго, – заметил Артур, захлопнув альбом. – Нет. Природа вмешалась в нашу жизнь. Они начали просматривать фотографии после ужина, как только Мордред уснул. Мерлин был готов просидеть так всю ночь. С Артуром оказалось удивительно легко и интересно общаться. А еще ему нравилось просто наблюдать за ним. С самого начала вечера Мерлину не давал покоя один вопрос, и сейчас он решил, что пришло время задать его: – Почему ты, когда рассматривал фотографии матери, ничего не спросил о ней? – А что спрашивать? – пожал Артур плечами. – Она прекрасно выглядела. Молодо. Гораздо моложе, чем отец. – Неудивительно. Его грызет совесть. Артур засмеялся. Мерлин ожидал от него чего угодно, но только не такой реакции. – Что смешного я сказал? – Ничего, – Артур покачал головой. – Такие слова могла бы произнести бабушка. Коротко и ясно. Именно так она всегда выражалась. Кстати, она имела дар предвидения и предсказала судьбу каждому члену нашей семьи. Мерлин поглубже закутался в одеяло. Холодный вечерний воздух проникал через трубу камина, около которого он сидел, и заставлял его ежиться. – И что она вам напророчила? – Отцу она предсказала, что нечистая совесть однажды настигнет его. Ему не понравились ее слова. – И теперь ты знаешь, почему, – заметил Мерлин. Артур аккуратно положил фотоальбом на кофейный столик и растянулся на диване во весь рост. – Да уж. – А как насчет тебя и твоих сестер? – Начнем с Софии. Бабушка говорила, что она найдет свою половину и обзаведется большой семьей. И она оказалась права. Ты бы видел их с Ником. Они так счастливы! А насчет Елены… Бабушка сказала, что она рождена счастливицей, которой в жизни все дается легко. – Это так? – У нее прекрасный жених и успешная компания. Может быть, и так. – А что было предсказано тебе? Артур резко встал, с его лица исчезли все следы улыбки. Мерлину стало тревожно от такой перемены настроения. – Ничего серьезного, – сказал он. – Пойду приму душ и переоденусь. Что бы бабушка ни предсказала Артуру, он решил хранить это в секрете. – Ты можешь воспользоваться душем наверху, – сообщил ему Мерлин. – В ванной комнате внизу его нет. – Почему бы тебе не установить его? При таких умелых руках, как у тебя, это не составит труда, – Артур подошел к нему и подал руку. – Когда у меня появится свободное время, душ я обязательно установлю, – заверил его Мерлин, принимая помощь. Когда они поднялись по ступенькам, Мерлин указал в сторону спальни. – Я буду там. – Какую пижаму ты носишь? – игриво поинтересовался Артур. – Я не… – Знаю, – подмигнул он. – Именно поэтому и спросил. – Очень остроумно. – Мерлин подтолкнул его к ванной. – В виде исключения сегодня я что-нибудь надену. Пока Артур мылся, Мерлин выбрал то, что с горем пополам могло заменить пижаму: безрукавку и шорты. Затем вспомнил о необходимости застелить бельем диван для Артура. Это действительно было необходимо, иначе тому хватило бы ума прийти к нему в спальню. Мерлин сбежал вниз по ступеням. Ему хотелось как можно скорее застелить диван. И желательно до прихода Артура, поскольку невозможно оказаться в комнате, где одновременно присутствуют кровать и этот человек. Слишком опасная комбинация. – Могу я увидеть твою татуировку? Мерлин чуть не подпрыгнул – так неслышно он подкрался. А Артур продолжил: – Я уже видел верхушку, когда в мастерской ты возился с «тойотой». Изображение черное и на очень интересном месте. – Извини, нет. Это очень личное. Я сделал ее после того, как закончил одну вещь, над которой работал несколько лет. Татуировку не видел никто, кроме Морганы. Артур вступил в комнату, и Мерлин забыл, как дышать. – Не стесняйся, Меерлин, – интимно прошептал он, подходя ближе. – Покажи ее мне. От его шепота температура в комнате резко возросла. Или это только кажется? Мерлин попятился, почти ненавидя себя за неспособность справиться с трепетом. Но он не мог не признать, что ему нравятся подобные ощущения. – Нет, я ничего тебе не покажу. – Тогда расскажи, над чем ты работал. – Иди за мной, – сказал Мерлин, проскальзывая мимо Артура в дверь. – Только оставь дверь гаража открытой, чтобы я услышал, если Мордред позовет меня. – Мы идем в гараж? Мерлин оглянулся через плечо, издал смешок и босиком прошлепал через кухню к гаражу. Медленно открыл тяжелую деревянную дверь, стараясь, чтобы она не скрипнула и не разбудила Мордреда. Затем наощупь добрался до лампы и включил ее. Артур уставился на то, что открылось его глазам. На то, что было радостью и гордостью Мерлина. – Разве он не хорош? – сказал он, любовно поглаживая сияющий капот красного «мустанга», на котором был нарисован черный дракон. Артур восхищенно присвистнул. – Да! Модель шестьдесят пятого года. – Медленно приблизившись, он наклонился над колесом и почти робко притронулся к ободу. – Какие совершенные линии. Его восторг наполнил Мерлина счастьем. – Я нашел ее на свалке. Машину раздавили трактором и оставили там, как ненужное железо. Все еще поглаживая обод колеса, Артур поднял на него глаза. – Ты восстановил раздавленный трактором раритетный «мустанг»? Оценка его мастерства была для Мерлина всего дороже. – Таковой была моя жизнь перед тем, как появился Мордред. Я посвящал этой машине все выходные. Тебе нравится цвет? – Очень! – с жаром воскликнул Артур. – Ты и мотор перебрал? – А то! Правда, пришлось повозиться. Мне помог один друг. – Мерлин приподнял капот. – Смотри, как все внутри блестит. Артур встал и подошел к нему так близко, что почти прижал Мерлина к машине. – Ты такой же красивый, как этот «мустанг». Сердце Мерлина поскакало неровным галопом. Колени ослабли. Чтобы не упасть, ему пришлось схватиться за выступающие части машины. – Зачем ты это делаешь? – ухитрился он задать вопрос. – Я целый день мечтал тебя поцеловать, – просто сказал Артур. В тот же момент он прижал Мерлина к себе и впился в его губы поцелуем. И Мерлин вмиг стал податливым и разомлевшим. Из груди Артура вырвался хриплый стон. Он укусил Мерлина за шею и потянул кожу, из-за чего тот часто задышал и еле слышно постанывал сквозь стиснутые зубы. И эти звуки сводили Артура с ума. Он на мгновенье отстранился, его взгляд метнулся к кабине красного «мустанга». – Как насчет заднего сиденья? Оно достаточно широкое. Мерлин попытался сделать вид, что шокирован предложением. Хотя идея выглядела очень привлекательной. – Только не в этой машине. Ни за что. – Тогда пойдем в дом. На кухне они остановились. Вынудивший их к этому поцелуй был глубоким и долгим. – Я-я не смогу… – с трудом проговорил Артур, – долго держаться! – И не надо, – рассмеялся Мерлин. Мерлин закусил губу. Ощущение удовольствия стало почти невыносимым. Когда рука Артура коснулась пояса его шорт, Мерлин застонал в голос. – Я все-таки хочу увидеть татуировку, – прошептал ему на ухо Артур. Татуировку он разглядывал довольно долго. – Дракон, – наконец сказал он. – У моего парня вытатуирован дракон. Его парня? Может быть. На сегодня или на неделю. – Я не являюсь чьим-либо парнем. – Это правда. Ты принадлежишь только себе, Мерлин Эмрис, – его голос был хриплым от страсти, но в нем читались нотки нежности. – И это в тебе мне нравится больше всего. Руки начали путешествие по телу. Мерлин запрокинул голову, выставляя на обозрение бледную кожу, которой не преминул заняться Артур. И именно этот момент выбрал Мордред, чтобы начать плакать. Артур последовал за Мерлином, побежавшим наверх. Вся его сущность кричала о продолжении. Но страстный парень, стонавший в его объятьях, исчез. Его место занял заботливый отец. Сейчас Артур был готов проклинать маленького демона, прервавшего их любовную игру. Но весь его гнев испарился, когда он увидел личико мальчика, сморщившееся от крика. Малыш требовал Мерлина. А Мерлин уже стоял у кроватки, нашептывая ребенку что-то ласковое. Плач постепенно смолкал. – Ему нужна бутылочка, – сказал Эмрис. – Я принесу. Но он протянул Артуру крохотное тельце. – Лучше покачай его, а я сейчас вернусь. Не успел тот ответить, как у него на руках оказался хнычущий младенец. – Ладно, я справлюсь с этим. – Артур сел в стоящее в углу кресло-качалку и неловко прижал мальчика к груди. Он до сих пор не мог понять, как так случилось, что спустя каких-то несколько минут вместо красивого Эмриса в его объятиях оказался недовольный младенец. – Эй, ребенок, – он погладил его по шелковистым волосам, подражая Мерлину. – Ты выбрал очень неудачное время, чтобы потребовать свою бутылочку. Мордред поудобнее устроился у него в руках, и Артура охватило странное чувство. Он назвал бы это чувством целостности. Хотя, если честно, ему больше нравились ощущения, которые он испытывал, целуя Мерлина. Но и это было не хуже. – Ты, наверное, почуял, что внизу происходит что-то важное, да? Мальчик закряхтел. Потом вздохнул. – Не волнуйся, ребенок. Я не планирую забирать его у тебя. Или тебя у него. – Артур осторожно подвинул головку Мордреда и задумался. Что для него значит Мерлин Эмрис? Он хочет его. Испытывает вожделение к этому умному, цельному и интересному парню. Конечно, Мерлин нравится ему. Но в основном его ведет знакомое, контролируемое и здоровое сексуальное желание. Только очень сильное. С самой первой минуты их встречи ему захотелось заняться с ним любовью. И сегодня вечером Артур был так близко к этому! Мерлин уже был готов… – Вот и я. Артур резко вскинул голову при звуках голоса. Мерлин стоял перед ним с бутылочкой и детским одеяльцем в руках. – Я сам дам ему молока, – сказал Артур. – Мы так удобно устроились. Не нужно его тревожить. Мерлин не стал с ним спорить, просто протянул ему бутылочку. Затем осторожно приподнял мальчика и закутал его в одеяло. Артур ожидал, что следующим его действием будет поцеловать ребенка в лобик. Но Мерлин удивил его. Его губы мягко коснулись его губ в коротком поцелуе. Удивление Артура возросло еще больше, когда Мерлин положил голову ему на колени. Артур почувствовал ответственность за двух находившихся рядом людей. Таких удивительных мужчин, доверившихся ему. Двух мужчин, чья судьба была у него в руках. И могла быть изменена одним росчерком пера. Если Мерлин действительно небезразличен ему, он получит то, что хочет. Право на усыновление Мордреда. Внезапно ощущение дежа-вю пронзило его. Оно было таким острым, что Артур захлебнулся воздухом. Он уже сидел так когда-то. Правда, на месте Мерлина. Это его голова покоилась на коленях. Коленях женщины, которая держала ребенка. Он вспомнил. От рук матери пахло цветами, когда она гладила его по голове. Артур ожидал вспышки боли, которая мучила его двадцать лет. Но боли не было. Он больше не ненавидел мать за то, что она бросила их семью. Он исцелился. А это значит… это значит, что дело было только в ненависти. Нет нужды разрушать маленькую семью ради неправильно истолкованного предсказания. Оно уже свершилось. Исцеление принесло знание того, что мать действительно любила их. И помог ему понять это именно Мерлин. Он должен отплатить ему за этот щедрый дар. – Мерлин, – тихо прошептал Артур, стараясь не разбудить задремавшего Мордреда. – Я подпишу документ. Парень поднял голову и недоверчиво прищурился. – Из-за того, что ты хочешь переспать со мной? Артур рассмеялся: – Хочу, конечно. Но подпишу не из-за этого. Я сделаю все возможное, чтобы Мордред остался с тобой. – А как насчет твоих сестер? Что, если они будут против? – Не будут. Мы умеем прийти к согласию по важным вещам, поскольку всегда были очень близки друг к другу, – он наклонился и осторожно вытащил бутылочку из кулачка уснувшего мальчика. – Но если придется идти и против них, то я пойду. Мерлин выпрямился, стоя на коленях перед ним и Мордредом. Осторожно взял в ладони его лицо. Артур закрыл глаза, наслаждаясь его прикосновением. – Мне жаль, Артур, если я причиню новую боль твоей семье. – Моя бабушка сказала, что я был рожден, чтобы поступать правильно. – А ты знаешь, что правильно в нашем случае? – Да. Мордред должен остаться с тобой. – Спасибо. Между ними уютно дремал младенец. Артур испытывал совершеннейшее довольство, неведомое ему раньше. – Нет, спасибо тебе, – прошептал он Мерлину. Тот только кивнул и потянулся к ребенку. – Я сменю ему памперс и уложу в кроватку. Моя комната дальше по коридору. Я буду там через две минуты. Намек был более чем прозрачный.