Каждый день, каждую ночь чувствую себя дураком...

      POV Джексон       А если он заметил? Нет, этого не может быть, я же в куртке.       Фак, точно! Я-то думаю, чего так жарко, надо снять. Хотя бы расстегнусь.       Будем считать, что он не заметил, но я оттолкнул его... Что по этому поводу сказать? Как оправдаться?       Думай, Джекс, думай, голова не для ношения коллекции снэпбэков дана...       Ладно, с этим что-то на ходу разберусь.       Эрекцию-то куда деть?! Всё из-за этого придурка... Зачем он так со мной? Зачем полез обниматься с такими сияющими глазами?       Был бы он девушкой, я бы не мучился и завалил бы его, нет, начал добиваться хотя бы, все эти цветы и подарки... Это же изи, но он парень, сука, прелестный, но парень... И не похоже, что интересуется представителями своего пола... Хм, хотя... Он и о девушках особо не говорил, у него вообще были отношения? Надо узнать.       *стук*       Это ещё кто? Неужели... Марк? Нет, только не это!       – Выходи, я видел, что ты в в куртке в душевую забежал, неужели в верхней одежде под душем стоишь?! Выходи немедленно, я на свидание опаздываю! – голос принадлежал, к счастью, кому-то другому.       *стук повторился, но теперь намного сильнее*       – Эй, я же слышу, что вода не включена. Открой дверь, зимогор!

***

      Джексон толкнул отворённую дверь, его испуганные глаза встретились с заинтересованным прищуром Ки. Старшекурсник, что крепко сжимал розовую косметичку и не менее розовое полотенце, был немного возмущен, и, быстро оценив замешательство и смущение на лице блондина, поинтересовался с немалой толикой участия:       – Эй, что произошло?       – Ничего... – такой ответ не удовлетворил Кибома, и, окинув блондина целиком, он заметил бугорок.       – Шёл бы ты, друг, в комнату свою...       – Не могу...       – А туалет чем не вариант? Минутное дело, пф... Чего как школьник смущаешься, дело-то естественное, молодой же организм... А душ нечего занимать, чай не в собственной хатке живёшь! Всё, выметайся, руки вымыть не забудь, – и разноцветная макушка скрылась за многострадальной дверью.

***

      Совершив нехитрое и необходимое действо, Джексон вернулся в комнату, где уже заждавшийся Марк разобрал пакеты из магазина и накрыл на стол. Без слов было видно, что он ждёт хоть какого-то объяснения.       Джекс шумно выдохнул и виновато озвучил первое, пришедшее на ум:       – Я просто вспомнил, что Эмбер попросила занять деньги срочно, вот и убежал... Мало ли что...       – О... А что случилось?       – Я не знаю, забыл спросить, потом узнаю... Это же Эмбер, вечно у неё что-то намечается.       – Ага.       Взволнованный парень заметно расслабился, осознав, что в его безобидную ложь поверили. Туан действительно верит ему, а он воспользовался этим. Чувство вины накатило. Паршиво. Но что бы произошло, если бы Марк узнал истинную причину его побега? Понял бы? Принял бы? Нет... Точно нет, тогда бы их общение прекратилось.       Джексон бы признался, что для него было бы не столь затруднительно, имея он хоть малейшие шансы на взаимность. Но это же Марк... Милый и тихий Марк, что об отношениях, наверное, только в книжках читал или в кино видел. А про гомосексуальные, интересно, он знает... Как относится...       – Так хорошо, что ты пива купил, чего не садишься? – Туан отметил странноватое поведение Джексона, обычно, возвращаясь из университета, тот не ждал и намёка приглашения к столу – тут же мчался к старенькому, но всё-таки работающему холодильнику.       Джексон обернулся, натягивая убедительных размеров улыбку. Ему предстояло на протяжении неизвестного количества времени играть роль весёлого мудака, что ещё несколько дней назад так ему подходила.       Он тут же шумно плюхнулся на стул напротив Марка, что сидел и мысленно благодарил соседа за разговорчивость, которая обеспечила их комнату мультиваркой. Просто её прежняя обладательница – Луна выходила замуж за весьма состоятельного человека, которому такое общажное приданое было ни к чему. Соседки особого желания оставлять её у себя не изъявили, тут Джекс, общающийся с подругой Луны, и подоспел с мастерски сделанными щенячьими глазами. Сегодня Марк потушил говядину, о которой так давно мечтал.       Через сорок минут мясо и нехитрый овощной гарнир были съедены, первые пивные бутылки опустели, и карие глаза под розовой чёлкой заметно опьянели. Ван же держал себя в руках, да и с одной бутылки его никогда не вело, в отличии от кое-кого другого. И чем больше этот парень напротив пьянел, тем больше Ван позволял себе смотреть на него. Зрелище было поистине очаровательное: Марк жаловался на преподавателя, забраковавшего его доклад, поминутно выпячивая нижнюю губу, и вообще, он говорил. Говорил много, что породило в Джексоне желание набухивать соседа при каждом удобном случае, чтобы просто слышать его голос более тех нескольких слов, которыми его одаривали исключительно по делу.       – А со сколькими девушками ты встречался? – неожиданно спросил Ван, разомлевший первокурсник захлопал ресницами, едва расслышав вопрос.       – Э-э-эм, ик, да я и не встречался... – Джекс вздохнул, теперь осталось хорошо продумать последующие вопросы, но его прервали: – А, нет, с Наён же, ик, но это так было, недолго, несерьёзно. Она замучила меня, ик, и я согласился... А потом я уехал. Что-то мне надо умыться...       Туан медленно поднялся и, не закрывая дверь, поплёлся к умывальнику, быстро взбрызгнув раскрасневшееся лицо, направился обратно, но сзади его кто-то окликнул, этим человеком оказался Минхёк.       – О, да ты, я вижу, наклюкался? По какому случаю пьянка? – столь ненавистный голос достиг слуха Вана, он незамедлительно дёрнулся к парочке, но, подумав, он остановился, вцепившись в дверной косяк до побеления костяшек.       – Я контрольную точку написал очень хорошо...       – Молоде-е-е-е-е-ец!!! – Минхёк положил руку на плечи Марка, что был чуть ниже его, а внутри Джекса заполыхало синим пламенем.       Спустя несколько секунд брюнет приблизился к уху Туана и начал шептать, после чего Марк, то и дело шатавшийся, засмеялся. Ван не разозлился, услышав это, нет. Он расстроился, ведь человек, к которому он начинает испытывать прежде не виданные чувства, не так счастлив в его обществе...       Но с чего Джексон решил, что вечный улыбака Минхёк заинтересован в чем-то большем в отношении Марка, чем простая мальчишеская дружба? Всё просто: Вану так подсказала интуиция, в которой он ни разу не усомнился, что помогала ему на протяжении всего жизненного пути. Он мог ошибаться в ответах теста или в кнопках тех или иных устройств, но вот в людях – никогда. Он видел их насквозь, видел их стремления и предпочтения, только чрезмерно закрытые составляли сложность для этой способности. По крайней мере, он так убедил себя.       Не в силах больше терпеть любовные муки Джекс надел наушники и включил плеер, колошматя по кнопке громкости. Он не хотел слышать ни шушуканья, ни смеха.       Спустя несколько минут он буквально давился сладким алкогольным пойлом под нытьё и проклинал себя, что не купил напитки покрепче.       John Legend – Tomorrow       Пытаясь отвлечься от мыслей и всё глубже в них путаясь, Ван не заметил, как сосед вернулся в их комнатушку и подошёл к нему. Только положив руку на всклокоченные светлые волосы, Туану удалось привлечь внимание парня, что вздрогнул и тут же выдернул наушники из ушей.       – Почему ты пил без меня? Я ж не так долго ходил... – этот насмешливый взгляд кажется чертовски милым, надутые губы довершают образ. Был ли его сосед и прежде таким ходячим учебником по очарованию, Джекс не знает; но сейчас ему необходимо перевести дух.       Джексон уткнулся в живот Марку, хотелось ещё обвить его талию, но это было бы несколько трудно списать на алкогольное опьянение.       – Да ты ужрался, друг, – от смеха живот начал подрагивать. Вану захотелось снова заглянуть в глаза соседа, что он и сделал. – И ты уже сонный, давай-ка спать. Джексон, поднимайся...       Но Ван просто закрыл глаза, продолжая сидеть на стуле. Туан вздохнул и, обхватив его, поставил на ноги. Но довести до кровати такого мускулистого парня оказалось не по плечу человеку, что ещё совсем недавно страдал из-за недоедания, а сейчас пребывал подшофе; Джекс начал падать на свою кровать, он утянул Марка за собой, не приходя в сознание.