Финишная прямая

Она бы подумала, что нескольких часов в шаттле, проведённых наедине с Доктором, было достаточно для того, чтобы обсудить многое из того, что требовало обсуждения. Но события были всё ещё слишком недавними, и раны были слишком свежи. Несмотря на слабый проблеск оптимизма с момента контакта с ТАРДИС, настроение в шаттле царило тяжелое, полное напряженности и волнения. Они по-прежнему впадали в неловкое молчание, которое затягивалось всё сильнее и сильнее по мере того, как каждый погружался в свои мысли. Роза обнаружила, что пристально изучает его, и если он и заметил это, то никак не отреагировал и ничего не сказал — он, казалось, вообще почти ни на что не реагировал в данный момент. И это беспокоило её. Она видела отблески того, кем он когда-то был — проблески, дающие ей надежду, что он всё ещё где-то там, что он не полностью для неё потерян. Он всё ещё был Доктором, и этого не смогла изменить даже та женщина. Но она постаралась на славу. Он всё ещё был жив, но Розу огорчали те перемены, которые она видела в нём. Доктору, который всегда устанавливал зрительный контакт со всеми и с каждым, сейчас, казалось, с трудом удавалось смотреть в глаза даже ей. Он был тих и подавлен, и ничего не осталось от его обычной энергии и энтузиазма. Он вздрагивал, если она повышала голос или слишком быстро касалась его, хотя он явно пытался контролировать эти реакции. Однако они были инстинктивными. Роза понимала, что за два с половиной месяца ему пришлось приспосабливаться просто для того, чтобы остаться в живых. И к несчастью, это длилось достаточно долго, и некоторые из этих действий вошли в привычку. Она понимала это, потому что с ней было всё то же самое. Она не могла полностью ослабить бдительность. Не могла позволить себе полностью расслабиться, даже когда прошло время, даже когда они почти приблизились к своей цели. Доктор ещё ни разу не подошёл к ней так, чтобы она этого не увидела, но она была уверена, что отреагировала бы плохо, если бы это случилось. Тюрьма научила её всегда быть готовой защищаться, и даже хотя с Доктором она чувствовала себя так безопасно, как ни с кем другим, её тело отказывалось снять оборону. У неё было такое чувство, что пока они не окажутся внутри ТАРДИС и по-настоящему вдали от этой части галактики и этого временного периода, она не сможет полностью расслабиться. Физически она наконец-то ощутила на себе последствия предыдущего дня. Несмотря на то, что она не была сильно ранена, все её мышцы болели с того раза, когда женщина швырнула её на пол после того, как толкнула её. Разные части тела болели с разной интенсивностью, и она начала осознавать, сколько раз за последнее время ей доставалось. Руки тоже болели сильнее, чем она бы согласилась признаться Доктору. Но они исцелятся, она была в этом уверена. Она ничего не ела со времени последнего обеда в тюрьме и не спала, кроме того момента, когда она задремала на шаттле, на котором они прилетели. Действительно ли всё это произошло лишь день назад? Чувствовалось, как будто прошла целая жизнь. За это время она обрела Доктора, но потеряла Мишель. Женщина умерла, и они сбежали. Так много всего произошло за такое короткое время. Это было удивительным. Что же касалось физического состояния Доктора, Роза не могла быть ни в чём уверена. Она не осмелилась выяснять слишком много об его ранах, кроме тех, какие видела. Но она видела, что ему было больно. Он каким-то образом мог бежать тогда, когда они выбрались из плена, но она не могла забыть того, как он прихрамывал до этого. И она знала, что его с силой ударил солдат прямо перед побегом. Это уж точно не могло исцелиться так быстро. И всё же она могла только надеяться, что вред был поверхностным и что его довольно легко будет исправить с помощью ТАРДИС. Если бы ещё душевные раны можно было бы так же просто залечить. Она знала, что они оба были на грани в душевном плане. Она не могла вообразить, о чём он думал или что испытывал, но знала, что ей ещё предстоит полностью осознать всё то, что произошло с ними. И она всё ещё не позволила себе отреагировать на смерть Мишель, и она была абсолютно уверена, что вопрос был не в том, будет ли у неё нервный срыв, но когда именно он будет. Всё, что она могла, — это пытаться держаться до того как… ну, если честно, она не знала, сколько ещё ей нужно продолжать держаться. Потому что нужно было ещё столькому случиться. Что она собиралась делать? Как она собиралась помочь ему? Она совсем не была уверена. Потому что это отличалось от всего остального. Она думала, что видела худшее тогда, когда его забрали и пытали люди, чьих имен она всё ещё не знала. Не думала, что всё станет когда-нибудь так же плохо. Но она ошибалась. Это было хуже. Физически он был в лучшем состоянии, но душевно… это было совсем на другом уровне. И она думала, что понимает, почему. Если рассуждать метафорически, он был сломан за те десять дней. Быстро и жестоко, как если бросить стакан на пол. Разбить на множество осколков, с громким звуком. Тем не менее это было быстро, и куски были достаточно большими для того, чтобы заново склеить их. То, что произошло с ним за эти месяцы, было не осколками. Его размалывали на кусочки. Медленно и постоянно. Не за один раз, не громко и не жестоко. Просто медленно и без устали. Но когда что-то размалывают, кусочки намного мельче. И их почти невозможно собрать воедино. Ей больше не нравилась эта метафора. В данный момент Доктор сидел за пультом управления, но она видела, что он включил автопилот и казалось, был очень далеко отсюда. Прижав колени к груди, он словно пытался сделаться настолько незаметным, насколько возможно. Эта поза не казалась удобной даже на чуть-чуть, и его лицо было искажено болью, но он явно не намеревался её менять. Он выглядел бледным и вымотанным, глядя куда-то вперёд, но явно ничего не видя перед собой. Потерявшись в собственных мыслях и воспоминаниях. Она бы хотела знать, что сказать ему. Хотела бы знать, как это исправить. Хотела бы знать правильные слова, правильные действия. Он был настолько погружён в себя и подавлен, и она не понимала, как достучаться до него. Ей удалось вытащить его из эмоционального бастиона, который он соорудил за эти месяцы, но он всё ещё был настолько ранен и настолько далёк. Он реагировал на её слова или прикосновения, но, несмотря на всё это, он держался на большем расстоянии, чем когда-либо. Отталкивал её, когда не прижимал её к себе. Одновременно желая и боясь контакта, словно не мог понять, что он хотел или в чём нуждался. Дистанцирование стало для него единственным способом выживания в эти месяцы, методом самозащиты умом и телом. Сейчас он снова был с ней, вдали от той ситуации, но его инстинкты остались на том же уровне — защитный механизм, который ему пришлось выработать. Это было похоже на то, как она себя чувствовала. Умом она понимала, что прошло всего лишь несколько месяцев с Фракса, с того времени как они с Доктором путешествовали в ТАРДИС, счастливые и полные духа приключений. Но для неё как будто прошла целая жизнь. Она ощущала себя совершенно другим человеком в сравнении с той девочкой, которая ступила на землю Фракса, и идея жить нормальной жизнью (или тем, что считалось нормальной жизнью, когда путешествуешь в ТАРДИС) ощущалась странной и чужой. Она вздохнула, напомнив себе, что просто нужно делать шаг за шагом и не спешить. Они смогут восстановиться. Она должна продолжать в это верить. Мишель верила в это, и Роза не собиралась подводить подругу. — Я могу почувствовать её, — сказал Доктор, вновь выдернув Розу из её размышлений. Это было его первое слово на протяжении больше чем часа. Она повернулась и увидела, что он поднял голову, хотя и оставался сидеть скрючившись в своем кресле. Его глаза расширились и были полны каким-то восторгом. — ТАРДИС. Я её чувствую. — Слава Богу! — прошептала Роза с облегчением. Он отчаянно в этом нуждался. Она знала, что ТАРДИС была ключевой составляющей его восстановления. — Она далеко, — добавил он. — Очень слабо, но… — Он прикрыл глаза и крепко обхватил колени руками. — О, Роза… это она! Роза не могла сдержать улыбки, видя это. Он всё ещё был так же напряжён, всё ещё в защитной позе. Но что-то чуть-чуть сместилось. Словно небольшая часть его — та, отсутствие которой она не замечала до сего момента, — встала на своё законное место. Она понимала, что этот контакт был очень слабым. Телепатическая связь Доктора зависела от расстояния, а они даже еще не прибыли на планету, где находилась ТАРДИС, не говоря уж о том, чтобы приблизиться к самой ТАРДИС. Но это было первое эхо, и Роза не могла даже вообразить, насколько большим облегчением это было. Она ничего не сказала, чтобы дать ему возможность полностью сосредоточиться на том, чтобы достичь ТАРДИС. Вместо этого она протянула руку и коснулась его руки, с восторгом отметив, что он почти не колеблясь развернул свою руку и сжал её ладонь. После этого всё словно стало двигаться быстрее, и совсем скоро они уловили проблеск чего-то впереди. Спустя минуту Роза осознала, что они наконец-то приближаются к какой-то планете. — Это она? — спросила Роза. — Да, — кивнул он. Он взглянул вниз на панель навигации. — Джанту, — прочёл он вслух. — Никогда не слышал это название. — Но ТАРДИС действительно здесь? — Это то место, куда указывают координаты, — сказал он. — Но почему именно там? — спросила она, не в силах удержаться от вопросов, раз уж они снова разговаривают. — Что такого особенного в этой планете? — Ничего, насколько я могу судить, — ответил он, пожав плечами. Его внимание было полностью сосредоточено на панели управления — он готовился отключить автопилот. — ТАРДИС не представляла для неё ценности, так как она не могла попасть внутрь. Из того, что я смог узнать, она просто намеревалась бросить её где-то. Избавиться от неё. Конечно же, она так и не сказала мне, где именно. Но судя по этой карте, — сказал он, делая что-то на экране системы навигации — что-то, что, говоря простым языком, увеличило масштаб экрана, — это на пути между Фраксом и Голафом. У Розы заняло секунду, чтобы вспомнить, что Голаф было названием планеты, где его держали в плену. — Получается, это всё равно что выбросить что-то на обочину по пути домой? — Именно так, — кивнул он. — Она не хотела тратить время на то, чтобы свернуть с пути. Не ради этого. Несмотря на то, что шаттл двигался очень быстро (это было необходимо, чтобы покрывать огромные расстояния в космосе… Роза как никогда раньше почувствовала признательность за умение ТАРДИС материализовываться в нужном месте. Это экономило уйму времени), казалось, прошла вечность, прежде чем они приблизились к планете. Но в конце концов Доктору пришлось снизить скорость и начать подготовку ко входу в атмосферу планеты и к посадке. Роза наблюдала за ним с тревогой, заметив, что ему стало сложнее унять дрожь в руках. Это волновало её, и она могла только надеяться, что причиной этого были переутомление и недостаток питания, а не что-то более серьёзное. Дисплей выдал им некоторую информацию о планете, лежащей внизу, а именно то, что она была обитаема, а сила тяжести и состояние атмосферы были безопасны как для людей, так и для тайм лордов. К сожалению, не было никаких данных ни об истории планеты, ни о том, что их могло там ожидать. Роза не могла подавить всё нарастающее чувство тревоги, когда они начали снижение. Они не знали, что это была за планета. Никто из них не был в состоянии защитить себя, и они летели практически вслепую. Они искали синюю будку на целой планете, полной неизвестных опасностей, и Роза не могла не вспомнить о том, что случилось в прошлый раз, когда они ступили на незнакомую планету. На Фракс. Доктор на секунду встретился с ней взглядом, и она увидела в его глазах отражение собственных страхов. Но он лишь коротко кивнул и снова обратил всё внимание на то, чтобы плавно продолжить снижение. Несмотря на то, что ему это давалось с трудом, он умудрялся вести корабль, который плавно парил над незнакомыми пейзажами и городами. Роза задержала дыхание, молясь и надеясь на то, что планета не окажется враждебной. Что они смогут просто найти ТАРДИС и улететь, не поднимая шума. Она не могла не протянуть руку назад и не нащупать пистолет, который Доктор дал ей. Свой он выбросил ещё до того, как они вошли в шаттл, но она не смогла оставить их без защиты. И теперь она не могла отрицать, что была благодарна тому, что так поступила. Но она не могла не думать о том, что об этом подумает Доктор. Наконец она увидела, что они были сверху над координатами, которые дала им ТАРДИС, и она могла только надеяться, что эти координаты точны. Когда они пошли на снижение, она увидела то, куда вели координаты, и не могла удержаться от возгласа. — Это же… — Шшш… — сказал Доктор явно жестче, чем намеревался. Она поняла, что он отчаянно пытался удержать управление при этом последнем маневре и не мог позволить себе отвлечься. Так что она задержала дыхание и не шевелилась, пока не почувствовала, как шаттл коснулся земли. — У тебя получилось! — воскликнула она, и Доктор оторвался от пульта управления с выдохом облегчения. — Да, — сказал он тяжело дыша, выглядя скорее удивленным. Он отключил двигатели, и они наконец-то перестали вибрировать. Наступила пугающая тишина. Долгое время Доктор не двигался, пытаясь перевести дыхание и успокоиться. — Ты в порядке? — Я буду, — тихо ответил он, потирая виски так, словно у него болела голова. Роза снова выглянула из окна, рассматривая открывшийся ей вид. — Это же… свалка? — Похоже на то, — устало сказал он. — Она оставила ТАРДИС на свалке?! — вскричала Роза, чувствуя, как её захлестывают гнев и негодование. Она сама не ожидала, что мысль о том, что ТАРДИС была выброшена словно мусор, приведёт её в такую ярость. — Похоже на то, — повторил он, с трудом поднимаясь на ноги. Роза тоже встала с кресла и направилась к задней части — туда, где была дверь шаттла. — Но… но… — Не стоит недооценивать свалки, — сообщил он, подойдя к ней. — Когда я в первый раз подобрал спутников с Земли, они нашли меня на свалке. — Ты серьезно? — М-хм-м, — кивнул он. Она расстроилась, заметив, что он облокотился о корпус шаттла. — Доктор… — Я в порядке, — сказал он. — Давай найдем ТАРДИС. — Мы не знаем, что там снаружи, — не смогла не отметить Роза. Доктор посмотрел на неё. — Что ещё может случиться? — спросил он устало. Розу расстроили эти слова, потому что обычно это он говорил ей, что не следует искушать судьбу подобными комментариями. Она увидела, как Доктор посмотрел на пистолет в её руке, а потом перевёл взгляд на неё. Но он не стал возражать. Роза не знала, почувствовала ли она облегчение из-за того, что он промолчал, или же она хотела бы, чтобы он возразил. — Просто держи его вне поля зрения, пока мы не убедимся в реальности угрозы, — вот и всё, что он сказал. — Нет нужды заводить врагов без необходимости. Роза не помнила, когда в последний раз была так напугана, ступая на неизвестную планету. Но она понимала, что Доктору нужно добраться до ТАРДИС прежде, чем он свалится с ног. Так что она крепче сжала оружие и сделала ещё один глубокий вздох. Её сердце забилось сильнее. И она открыла дверь шаттла.