История одного Клона

Каждый Экзамен на Чуунина — это масштабное мероприятие. Когда сотни молодых шиноби собираются в одной деревне, первыми их встречают стражи ворот, записывающие и регистрирующие новоприбывших. Нормальных среди прибывающих не бывает — это общеизвестный факт. Однако даже так среди юных дарований встречаются крайне колоритные личности — от тех, чей экзотический наряд способен посоревноваться с Зеленым Зверем Конохи, до тех, в чьей психической уравновешенности становишься крайне неуверенным. Одной из таких групп была команда деревни Дождя Первым, видимо, шёл Лидер команды — это был беловолосый мальчишка с большими шоколадными глазами. Нижняя часть его лица была скрыта под респиратором. В остальном его внешний вид был более чем стандартный: черная форма и болотно-зеленого цвета жилет с широким воротом. Болотный являлся общим у всей команды и, похоже, являлся маскировочным. Впрочем, это мало чем помогало. Особенно второму — видимо, самому старшему голубоглазому парнишке. Он был на голову выше своих сокомандников. Какого цвета волосы у этого юноши было более чем непонятно, ибо их скрывала цветастая шапка-растаманка. Левый глаз тоже был скрыт за неизвестным джонинам прибором — скорее всего, для слежки на расстоянии. В отличие от первого, жилет он не носил, предпочитая плащ от дождя. Зато руки его были облачены в перчатки без пальцев. Сей кадр не был тих и задумчив, как их лидер, и постоянно цеплялся к полыхающей недовольством и злобой девушке. Самой младшей и маленькой из их команды. И вот она… Встречающие даже не сразу поняли, что она куноичи. Черные волосы, отдающие каким-то смоляным оттенком, были забраны в низкий широкий хвост, свисающий с правого плеча и прикрывающий правую часть лица девочки благодаря двум фиолетовым заколкам. Алые глаза и достаточно бледные черты лица были подчеркнуты вульгарно ярким макияжем. Ее еще толком не сформировавшуюся фигуру плотно облегало длинное зеленое кимоно с широкими неудобными рукавами. При каждом шаге девочка цокала по булыжной мостовой высокими деревянными гэта, а от палящего летнего солнца ей приходилось скрываться под бамбуковым зонтиком. Сумки с оружием или чего-то подобного не наблюдалось и в помине. Как эта малышка собиралась сражаться — оставалось полной загадкой. — Седьмая команда Амегакуре но Сато: Сора Асва, Дара Тсуда и Юме Широ? — мальчик в респираторе кивнул. — А где ваш?.. Вопрос повис в воздухе, потому что в этот момент ближайшие кусты зашуршали и из них показался растрепанный седоволосый мужчина с ярко малиновыми глазами. Одет он был в стандартную форму джонина и серый жилет. И первым его словом было: — Шлю-ю-юха! — За базаром следи, педобир!!! — девочка со всей силы врезала Хидану зонтиком по башне, нокаутировав его обратно в кусты. Встречающие джонины выпали в астрал от такого отношения между предполагаемым сенсеем и, собственно, кохаями. *** Этот дегенерат всю дорогу доставал меня пошлыми шуточками на тему внешнего вида. Самое обидное, что он говорил чистую правду, ибо, как было сказано ранее, на моей маскировке Акацуки оторвались по полной. Даже Сасори, поставивший мне нужные закладки, чтобы я, не дай бог, не сказала о себе в мужском роде. И блять, я теперь даже думаю о себе в женском! После каждой такой мысли в реальной жизни меня так перекашивает, что люди шарахаются. Потому что это вымора-а-а-а-аживает! Это выбешивает. Это… Хочу кого-нибудь убить. Желательно Хидана — его не жалко. Даже Вторая Половина и тот втихую ржал у меня в голове, что уж говорить о «сокомандничках». Поэтому приходилось на людях молчать большую часть времени. Чувствую себя пидорасом! Но маскарад есть маскарад, и стоило признать, что среди других генинов мы не слишком-то и выделялись. Шиноби дождя никогда не славились силой, кланов в стране не было и подавно. Этим и объяснялся тот факт, что правильного понимания о том, как должен выглядеть настоящий ниндзя, не имелось. Чаще всего амегакурцы совмещали в себе две профессии: основная, помогающая заработать на жизнь, и вторая — шиноби, чтобы эту самую жизнь сохранить. На Чуунин Шинкен шли неохотно и буквально силком. На каждый экзамен набиралась стандартные 7 команд. И желательно середнячком, чтобы сильно не выделяться и не привлекать к себе внимания. Слишком хорошо Великие Страны поставили на место решившую заявить о своих правах Аме во время Второй Мировой Войны. *** Уже у самого порога гостиницы, в которую нас должны были расселить, я не выдержала и под недоуменные восклицания своих «сокомандников» в пару прыжков забралась на верхушку электрического столба, раскинувшего по бокам свои опасные путы. Это было не самое высокое место, но даже так, оно открывало вид на столь знакомые и при этом никогда не виданные прежде просторы. Коноха. Она была куда более прекрасной, чем в воспоминаниях Итачи. Удивительно красивая деревня, окруженная с трех сторон диким непроходимым лесом, несущим за собой запахи самых дивных растений, яркими вывесками и домами, тонущими в зеленой гуще. Она не шла ни в какое сравнение ни с одной из других деревень, бывшими лишь жалкими подделками и копиями той первой и единственной, что с душой была создана двумя Величайшими людьми своего поколения. Там, внизу, в лабиринте тысячи улиц, по мостовым идут по своим делам, куда-то спешат или же просто гуляют обычные люди: гражданские и дети, мечтающие стать сильными и знаменитыми шиноби. Этих ниндзя можно увидеть на крышах то тут, то там, подобно птицам свысока наблюдающим и оберегающим маленьких, неоперенных и беззащитных птенцов. Впрочем, даже защитники бросают взгляды на лики тех, кто поклялся оберегать деревню ценой собственной жизни. Эх, вот бы Аме была столь же красивой как эта деревня. Конохагакуре но Сато — место, чье Величие и Великолепие понимаешь, как только прибываешь сюда. Место, которое мой брат считает собственным домом, несмотря на все грязные тайны, что творятся в корнях могучего древа. Место, где гений клана Учиха встретил своего лучшего друга и познакомился с замечательной девочкой Лили. Место, по которому Итачи скучает до сих пор. Так почему же мне оно кажется таким чужим? Легкий летний бриз, всколыхнувший листву ближайшего дерева, показался мне удивительно холодным, заставившим в мгновение ока продрогнуть меня до костей. — Эй, Ю! Хватит ворон считать! Давай, спускайся с небес на землю! Сора нам уже комнаты заказал! — из окна на третьем этаже наполовину высунулся, наполовину вывалился недовольный Дейдара, на голове которого была все та же цветастая шапка. Ох, только бы не заржать в голос! Не ржать, кому говорю! «А ему все же очень идет. Похож на монашку, которой всучили дурман-траву...» Поздно! Улицы Конохи сотряс дивный девичий хохот, после которого я чуть не скопытилась — перестроенные на более высокую и «женственную» тональность связки едва выдержали подобное надругательство над собой, потому теперь они попытались самоубиться — А в чой-то за блядушник нас поселили? Помнится, я в одном таком недавно побывал. Ох и много тогда полегло еретиков! — Хи-дан! Если вдруг окажется, что я зря переодевалась и устанавливала эту чертову закладку, клянусь, ты не только достоинства лишишься! Хотя поселили нас действительно достаточно скромно. Все расходы по расселению брала на себя деревня, организующая Шинкен. Но на этом ее задачи чаще всего и оканчивались. Гостиница была скромной, с двухразовым питанием, не изобилующем оригинальностью. Номер был общим на всех, но с достаточно большими окнами, выходящими на оживленную улицу и единым сан.узлом. Расположенный у дальней стены шкаф с футонами прилагался. — Да не бесись, детка. У нас целых два дня до этого дурацкого экзамена. А пока можно и балду погонять! Последователь Джашина снял жилет и пинком ноги отправил его подальше от себя в дальний угол комнаты, тем самым обозначив свою территорию. Сасори уже стелил футон ближе к двери — ему единственному из нас не нужно ни спать, ни есть, ни даже мыться. В отличие от того же Тсукури! Вот эту заразу хрена с два прокормишь! Жрет за четверых, и не толстеет! Мы переглянулись с Дейдарой, постоянно теребившим собственные руки (ртам было неудобно в перчатках), и подрывник быстро занял место у окна. Гррр! Ну и ладно! Не больно-то и надо! — Нас? Да. А вот тебе нужно будет заполнить все документы о нашем участии и взять допуски. Чем ты и займешься, — Сасори проводил взглядом меня, нагло плюхнувшуюся рядом с окном и начавшую с «интересом» разглядывать улицу. — Ну, ебать вашу мать! — Живо. — Иди-иди! Для тебя это вообще наказание, ага! — блондин тоже выглянул в окно, приметил ближайшую кафешку и быстренько испарился из номера, пока еще не стемнело. На всю операцию была выделена неделя. Два дня перед началом экзамена и еще пять для второго тура, чтобы найти и захватить джинчурики, пока они находятся вне поля зрения АНБУ. Мне же давалась полная свобода действий на это время. И, ками, как было мало этого самого времени! Что можно сделать за два дня? Ни-че-го! Совершенно ничего! — Юме, пойдешь гулять? — я на мгновение повернула голову в сторону Сасори и помотала головой. — Нет, Сора-чан. Неохота пока что. *** Кукольник кивнул сам себе и вышел. Сидеть без дела он не любил, а пройтись по Конохе не помешает. Иметь план Деревни всегда полезно при отступлении, а разбросанные по всей территории Акацуки, каждый по-своему, но собирали информацию. Как о самом экзамене, так и о положении Конохи в целом. За день много не насобираешь, но вполне достаточно для тех, кто намеревается свалить отсюда до конца недели. Так что гулял Скорпион красных песков до полной темноты, пока шумные, залитые светом улицы не опустели и вместо ярких и теплых лучей солнца не зажглись менее яркие, но куда более разнообразные неоновые вывески. Слежки за собой он не заметил. Да и вряд ли она вообще была. В Деревню прибыло слишком много чужаков, и если к каждому из них приставить слежку, то при всем желании никаких АНБУ не хватит. В отличие от гостиниц. Когда Сасори вернулся, он застал весьма интересную картину. Футон, на котором сидела Юсаги и шаманила над своим зонтом, стоял в углу практически под окном, заставив Дейдару слегка потесниться. Вот, значит, где в комнате находится слепая зона. Кстати, напарнички тоже были тут и разговаривали. В первый момент, Кукольник даже не поверил своим глазам и тем более ушам. Два самых взрывных по характерам нукенина Акацуки (не считая ее неофициального члена) вели светскую, высокоинтеллектуальную беседу. Кому расскажи — не поверят. — Взрывные печати всегда проигрывали кунаю, таково моё мнение. Согласен, взрыв — это искусство и всё такое, но если смотреть в суть, то взрыв хорош для отвлечения внимания, для фокусировки боя на чём-то одном. В бою он играет лишь посредственную роль, в то время как кунай универсален. От банальных растяжек до оружия ближнего боя. Сегодня был явно день сюрпризов — Дейдара смолчал, когда упомянули взрыв. Кукольнику даже стало казаться, что он не так фанатичен в своих искусствоведческих убеждениях, как пытается всем доказать. — Но ты не станешь отрицать, что взрывы эффективны в любом бою и составляют достойную конкуренцию сюрикенам и кунаям по части кровопролития? Порез можно залечить, порезанные связки зарастить, а вот вырванный взрывом кусок плоти надо ещё найти, обработать и сделать это в короткие сроки — никогда ведь не знаешь, сколько ты времени проведёшь в бою. Опять таки, оторванные конечности, как и более обширные повреждения мягких тканей существенно увеличивают шансы на победу… И вроде бы все логично, но… услышать подобное от этих двоих, без споров, матов и угрозы жизни окружающих казалось чем-то сверхъестественным. И казалось еще страшнее, чем если бы здесь слышался мат и взрывы Неожиданно голос подала Юсаги. — Обломайтесь, теоретики, будущее за древковым оружием. Три пары глаз в недоумении устремились на девушку, что выставила зонтик перед собой на подобии копья. — Древковое позволяет держать противника на расстоянии, при этом оставляя за тобой слово, ведь тебе-то достать до противника не проблема. — Но в ближнем бою она бесполезна! — практически хором осадили Юсаги сокомандники. — Пропустил удар, открылся и ты — труп, ведь расстояние начинает играть против тебя! Зонтик раскрылся, скрыв маленькую девочку от трех крикунов. — Хидан, ты рассекаешь с косой, но при этом говоришь мне о её минусах? Тебе ли не знать, что при грамотном подходе к бою своим оружием у тебя просто не будет слабых мест? Сократили расстояние? Отлично — коса превращается в шест, а то и вовсе в дубину. В общем, граждане, ваши взрывы и кунаи нервно отсасывают у древкового, смиритесь… — Ходишь с мечом, а рассказываешь о пользе кос и копий! — К сожалению, специальный отряд не подразумевает ничего длиннее ниндзято. Минус древкового в том, что скрытое убийство с ним не прокатит. Чему моего братика научили — тем и пользуюсь. — И что, ты во всем идентична брату? — Хидан, пододвинулся поближе к объекту своего интереса, заглядывая за так называемую баррикаду. — Ну, за исключением сисек, характера и пары неактивных фишек? — Во всем, за исключением сисек, характера и пары неактивных фишек, — зонтик захлопнулся. — Юме, — позвал Сасори, прерывая так и не начавшийся разговор и привлекая к себе внимание. Взгляд кукольника на мгновение скользнул к окну. Сорока махнула рукой, как бы давая команду к спокойствию. — Говори спокойно. Они не услышат, если особо не орать. Комната выходит на оживленную улицу, а ближайший наблюдательный пункт только через дорогу. Подойти ближе не получится технически. — Сколько? — Всего двое. Меняются постами раз в два часа. Сменятся, скорее всего, ближе к часу ночи. — Почему так «быстро»? Юсаги пожала плечами, скорчив рожицу. — Это вы во вражеской деревне, а не они. Зачем выматывать и без того мизерное количество АНБУ на своей территории? Да и к тому же, что может быть страшного в генинах? Если другие деревни что и затевают, то только с помощью джонинов. Рискует исключительно Хидан. Стоило признать, что Лопоухой виднее. Будучи клоном Итачи — бывшего капитана одного из отрядов скрытых убийств и операций Деревни Скрытой в Листве — она обладала не только всеми знаниями и способностями АНБУ, но и знала все их тактики, тайны и стратегии. — А у остальных что? Как оказалось, особо полезной информации, к сожалению, не собрал никто. Дейдара набил брюхо барбекю в ближайшей кафешке через дорогу и сообщил, что все только и знают, что трындеть о трех командах первогодок, едва закончивших Академию и выдвинутых на участие в экзамене. Хидан пожаловался, что в заднице он видел эту макулатуру, и что действительно, среди участников развлекательного шоу встретились такие имена, как Собаку но Гаара из Сунагакуре но Сато и Узумаки Наруто из Конохагакуре. Обнаружить данных лиц в деревне или гостинице пока что не удалось. На этом маленькое собрание было окончено. После полуночи Юсаги приподнялась на своем маленьком лежбище, подтянула к себе зонтик и, открутив маленькое, едва заметное донышко, достала из него небольшой свиток. Как оказалось, с запечатанной в нем формой Сороки. — Надеюсь, ты не настолько глупа, чтобы надеть маску? — тихо спросил Сасори, которому сон, в отличие от всех остальных, был не нужен. А лежать без дела больше шести часов, притворяясь спящим, было, мягко говоря, неприятно. Он не любил ждать. И не любил заставлять ждать себя. То, что у Лопоухой в этом деле своя роль, было понятно с того момента, как она открыла рот на собрании. И то, что времени у нее было крайне мало, тоже явственно бросалось в глаза. Всего два дня. А потом второй тур и они покинут Коноху. — Как говорил бывший семпай аники — под маской я прячу еще одну маску, — фыркнула Юсаги расправляя бывший до этого подогнутым ворот майки и натягивая его до глаз. Не узнать в этом образе Итачи все равно было бы достаточно проблематично, но это было куда менее заметно, нежели полноценная форма АНБУ одного из бежавших нукенинов. Маски у АНБУ имели особое значение, и каждому полагалась своя. Даже после смерти одного из отряда, никто из новых или старых членов не имел права брать её. Поэтому шиноби, разгуливающий по Конохе в маске Учиха Итачи, был бы крайне… подозрительной личностью. Размышляя об этом, Сасори последил за тем, как маленькая воровка выскользнула из открытого окна — только полуприкрытые занавески едва шелохнулись, да шуншин чуть слышно резанул слух. «Пусть делает, что хочет», — решил для себя кукольник, — «пока это не мешает нашей миссии».