Жертвоприношение

      Когда Лофт появился в комнате, полностью одетый, лишь обнажённые ступни сверкали наготой, Тор старался не пялиться, ведь ничего хорошего из этого не выйдет.       — Позавтракаешь? — поинтересовался громовник, указав подбородком в сторону подноса, что стоял на прикроватной тумбе. Локи заправил чёрные пряди за уши и положительно кивнул. Бог грома торопливо прикрыл постель, маг хмыкнул и отмахнулся.       — Перестань, — попросил брат, уселся на постель и с интересом посмотрел на обед, который для него принёс Тор.       Жареная курятина и овощи на вид выглядели потрясающе. Лофт без раздумий принялся за еду, наследник удовлетворенно выдохнул и уселся в кресло у окна подальше от мага. Он молчаливо наблюдал за поведением принца, терпеливо дождался, пока Лофт закончит и заговорил:       — Ты ведь не уйдёшь? Теперь, когда знаешь причину моего поведения.       — Послушай, — глубоко вздохнув, ответил маг. — Пройдёт немного времени, и ты станешь царём, выберешь для себя жену и царицу, да и я, возможно, кого-то приглашу замуж, то, что произошло, останется нашим маленьким секретом.       Тор слушал и хмурился, такой расклад его вовсе не радовал. Лофт это заметил, поэтому постарался перевести в шутку.       — У ванахеймского царя, я слышал, две очаровательные дочери-красавицы.       — Какое мне дело до его дочерей, я хотел знать не это, ты не ответил, — Тор старался не грубить и не беситься, главное - не вспылить в очередной раз. — Ты останешься в Асгарде? Или без моего ведома в очередной раз пропадёшь?       — В данном вопросе ты мне не указ, — надменно бросил маг, показывая, что власть Тора - всего лишь иллюзия. — Я волен поступать так, как считаю нужным…       — Ну разумеется! — громовник резко поднялся на ноги, энергично всплеснул руками. — Ты всегда поступаешь как хочешь! И, нет, ты ни о чём не жалеешь! Надо и мне брать с тебя пример, делать то, что захочу…       Одинсон опасно понизил голос и сделал пару угрожающих шагов в сторону брата, тот напрягся, высоко задрал голову, наблюдая за изменениями, которые произошли с Тором, он не мог себя контролировать, и если прежде Лофт и в самом деле предполагал, что виной тому характер брата, сейчас ему начинало казаться, что дело вовсе не в этом.       — Ну сделай, — без усмешки серьёзно бросил Лофт. — Посмотрю, на что будущему царю хватит ума.       — Не провоцируй меня! — выпалил Тор.       — Хотел знать, останусь ли я в Асгарде, так знай, мой ответ - нет, — Тор изменился в лице, он, конечно, ожидал именно такой ответ, но решительно не был к этому готов, но Локи, как видно, тоже потерял всякое терпение, отрывисто продолжая свою речь. — Похоже, что я хочу закончить свою жизнь с переломанными костями и вывернутыми внутренностями в подземных камерах?! Да я с большей радостью в Мидгарде буду возделывать землю, нежели останусь здесь, каждую минуту ожидая, что любое моё неосторожное слово вызовет твой гнев!       Наследный принц резко попятился, он не ожидал такой правды.       — Я бы не стал! — возмутился Тор. — Какого ты мнения обо мне?!       — Не стал бы?! А когда увидишь меня в обществе другого мужчины, не станешь? Или женщины? Моей невесты, например.       — Я бы не стал, — снова повторил сын Одина, сам уже не будучи уверенный в собственных словах.       — Я вижу тебя насквозь, Тор, и ничего хорошего твоё отношение ко мне не предвещает, — пророческим тоном возвестил Лофт, он медленно поднялся с постели брата и добавил. — Спасибо за помощь и беспокойство. Верни ключ от моей комнаты.       Скрепя сердце, Тор протянул ключ, Лофт забрал его осторожно, словно опасался близкого контакта. Громовник не остановил, когда Локи двинулся в направлении двери, лишь беспокойно вздохнул. Чем больше он пытался выяснить отношения с братом, тем сложнее всё становилось. Маг видел в нём угрозу, не то чтобы оправданно, но громовник действительно не контролировал себя, а из этого ничего хорошего, как сказано, не выйдет. Остаток дня Тор старательно пытался не искать встречи с братом, а вечером невольно стал свидетелем пылкого разговора между братом и отцом. Двери отцовского кабинета были чуть приоткрыты, и, расслышав гневный грохот голоса царя, громовник помедлил и, остановившись у самых дверей, прислушался.       — Не смей ставить под вопрос моё решение! — снова повысил голос верховный ас, послышался тихий вздох Локи, Один добавил. — Завтра жду тебя на утреннем собрании совета и имей в виду, Хеймдаль не откроет тебе мост. Это надо же было удумать, только вернулся из похода с победой и снова исчезнешь в далёком мире. А главное в каком! В Мидгарде, среди смертных! Не позволю!       — Отец…       Локи попытался возразить, но Один стукнул кулаком по столу, от чего Тор чуть было не подпрыгнул на месте. Отец всегда внушал громовнику уважение и трепет, Локи, напротив, любил отца нежной девичьей любовью и, казалось, понимал, сколь терпелив их отец к желаниям некогда дочери, однако, как видно, после перерождения отношение отца ко второму сыну изменилось.       — Посмей ослушаться и увидишь, что будет, — отец опасно понизил голос, от чего даже Тору стало не по себе. — Узнаю, что твои ноги ступили на земли смертных…       Один замолчал, громовник не сразу понял почему, казалось, угроза в его голосе очевидна, и он даёт Локи самому домыслить, что будет. Тор ощутил застывший в воздухе страх и растерянность, она была похожа на тонкие вибрации, колебания, исходящие от брата. Одинсон не совсем понимал, но сопереживал им, эти эмоции находили в его душе отклик.       — Ты понял меня? — резко бросил Один.       — Да, отец, — обречённо прошелестел маг. — Могу быть свободен?       — Иди, — уже более спокойно согласился царь, и Тор в ужасе хотел отскочить от двери, однако выглядело бы это недостойно, он тут же взял себя в руки и, резко постучав, не дождавшись ответа, прошёл в кабинет.       — Тор? — удивился верховный ас, взглянув на визитёра.       Бог грома озадаченно глянул на Локи, словно бы не ожидал увидеть его здесь. Маг поднял глаза на брата, но не вспыхнуло во взгляде ненависти и злости, скорее, вся его поза и взгляд говорили о сокрушённых надеждах.       — Я Локи искал, — тут же сориентировался громовник, Один чинно кивнул.       — В таком случае, идите, — отозвался царь. — У меня есть ещё дела. И завтра жду вас обоих на собрании совета.       Тор кивнул, Лофт ничего не ответил, прошёл к дверям. Одинсон бросился вслед за ним, стоило только им оказаться в коридоре, громовник хотел было схватил мага за руку, чтобы тот снова не создал иллюзию, тогда неизвестно, где его искать. Но маг не колдовал и даже не обратил внимания на то, как Тор потянулся к его руке, однако не коснулся и уж тем более не схватил, прикасаться было боязно.       — Всё в порядке? — поинтересовался Тор, справедливо полагая, что сам Локи не заговорит. От звука его голоса он вздрогнул, но как-то не правильно, словно ему причинили боль. — Локи?       — Зачем ты меня искал? — монотонно поинтересовался брат, не делая и малейшей попытки взглянуть на громовника.       — Просто, — Тор пожал плечами, и Лофт резко остановился, громовник случайно задел его плечо своим, нечаянно толкая, но вовремя успел сориентироваться, ухватил за тонкую талию, потянув на себя, не позволяя упасть. — Извини.       Тор тут же отпустил брата, не причиняя ему дискомфорт, маг развернулся к нему и отвёл взгляд, размышляя о чём-то, казалось, его захватили ужасающие думы, взгляд наполнился опасениями и жутким страхом.       — Значит, искал ты меня просто так? — заключил маг без всякого энтузиазма, Тор снова пожал плечами. — В таком случае, я хочу остаться один.       Тор не успел ничего сказать, Локи резко развернулся и пошагал прочь. Одинсон не стал преследовать. Тем более после того, как отец столь грубо разрушил все надежды Локи на скорое отбытие из Асгарда. В душе Одинсона закипал праведный гнев, Один едва ли отказал бы ему, расскажи маг о поступке Тора этим утром.       На ужин Локи не явился, Фрига справилась о том, где сын, но отец лишь недовольно хмыкнул и не стал развивать эту тему. Тор быстро отужинал и вышел из-за стола. Не к добру это. Громовник уверенно направился в библиотеку, чутьё подсказывало, что брат там.       Библиотека всегда напоминала Тору другой мир, не похожий ни на один, на уровне с вселенским спокойствием, царившим там, в воздухе ощущалась опасность, не такая, как на поле битвы - открытая и агрессивная, но затаённая и пытливая. Воин миновал порог, плотно затворил за собой дверь, заметил ключи в замочной скважине и решительно запер двери. Тор огляделся, у каждого стеллажа располагались стеклянные светильники с энергетическими камнями, от них исходил яркий белый свет. Книги на стеллажах так и замерли в ожидании страждущего, готового открыть их, того гляди, и сами бы прыгнули в руки желающего их прочесть. Громовник тихо прошёл мимо стеллажей у входа, словно продвигался по лабиринту, наугад поворачивая то на право, то налево. Наконец, он добрался до своей цели, в самом сердце библиотеки располагались широкие читальные столы, где можно было расположиться с десятком книг и без спешки изучить их. Тор осторожно разглядывал брата со стороны, тот резко оттолкнул очередную книгу и, устало вздохнув, потёр глаза.       — Должно же быть хоть что-то? — вопрошал он у молчаливых фолиантов. — Хоть что-то!       Тор вздрогнул, когда прямо перед его носом одна из книг выскочила со стеллажа и рухнула на пол у самых ног. Сердце громовника пропустило удар, он замер как каменное изваяние, с ужасом уставившись на книгу в чёрном переплёте. Локи появился через какие-то пару секунд, выплыл из-за стеллажа.       — Что ты здесь делаешь? — недовольно поинтересовался маг, однако перевёл взгляд на книгу, что лежала на полу, и озадаченно добавил. — Это ты уронил?       Тор отрицательно покачал головой, воодушевлённый подобным ответом Локи тут же нагнулся, поднял книгу и снова исчез за стеллажами. Тор выдохнул, то, что брат не накинулся на него с обвинениями, уже не так плохо.       — Ты пропустил ужин, — констатировал громовник, оставив своё раскрывшееся укрытие, и вышел к читальным столам. Локи словно и не замечал его, уставился в свою книгу, прочитывая и листая страницы. — Ты в порядке?       Маг не отвечал, он вовсе не был в порядке. То, что он успел прочесть, не утешало его. Если верить источникам, ему не место в этом мире, он умер, действительно умер и не должен сейчас расхаживать среди живых, его место в царстве Хель. Но сила Малекита — разрушительная, мстительная и абсолютная нашла прибежище в единственном живом теле, пригодном для симбиоза подобного толка. Мало того, часть этой силы, не нашедшая свободного места в одном носителе, проникла в Тора. Теперь же, когда энергия угнездилась в двух разных сосудах, она снова живёт и «дышит», чувствует родство. Локи тоже ощущал это родство, но сперва не придал ему особого значения, ведь он так же испытывает чувства к своему брату, они простые и понятные, отзывчивые. А вот другая сторона — энергетическое совпадение: энергия, разделённая на двоих, действует под властью эмоций носителя.       И хуже всего, пожалуй, то, что Локи, скорее всего, не способен всерьёз сопротивляться Тору и его влиянию, он ведь родное существо, маг не может идти против него, что до громовника, агрессия может сделать своё дело.       «Нечего терять, так ведь? — задался вопросом маг. — Я уже мёртв».       Локи резко остановился на одной из страниц, его внимание привлек старинный текст. Только сейчас он ощутил, что Тор выжидающе стоит у него за спиной. Громовник нагнулся над плечом мага и тоже уставился в книгу. Практически одновременно они оба читали один и тот же текст.       «Старинные энергетические потоки, древние, как сам Свартальвахейм, имеют гибкую структуру, способность напитывать живую органическую материю, вступать в связь с другими энергиями и силами. Подобные энергии способны к резкому всплеску и обновлению угасающей жизни в существе. Так же тёмные энергии на уровне со светлыми способны возродить окончательно мёртвое существо, как на уровне передачи генетических кодов в потомках, так и в возбуждении жизни мёртвого существа. Тёмные энергии способны проникать в царство тьмы — царство Хель. Возможное разделение потоков производится соразмеренно в двух существах по схеме: высокая концентрация и низкая концентрация. Разделение гармонично лишь тогда, когда оба существа находятся в определённом близком взаимодействии. Отдалённость повлечёт за собой деструктивность. Заметка философа Свартальвахейма — Амиля».       — Это альвийский язык, или мне просто почудилось? — понизив голос, прогудел Тор над ухом брата. Локи покивал. — Я прочёл, а ты?       — Я тоже, — настороженно проговорил Лофт. — Вот только я не знаю древней альвийской письменности, она очень сложная в прочтении, во всяком случае, не знал до этой минуты.       — Стоит ли уточнять, что я тоже не знал, — отозвался бог грома, выпрямившись. Он сделал шаг в сторону, чтобы не вызывать у Локи лишних отрицательных эмоций. — А вот о чём стоит сказать, так уж точно о том, как я реагирую на твоё желание покинуть Асгард. Я бы сказал, резко и деструктивно, ведь именно об этом шла речь в заметке Амиля? Так это проявляется?       — Рад, что ты умнеешь, — выдавил из себя шутку Локи, но ему вовсе было не смешно. — А я вот живу в долг.       — Что за чушь! — резко выпалил Тор и, уверенно подвинув стул, уселся рядом. — Жизнь тебе подарил не Малекит, а его сила, энергия безэмоциональна, разве нет? Энергия нашла в тебе убежище, но это ты прежний, почти. Эй, всё будет в порядке.       Тор без намёков на что-либо опустил свою горячую ладонь на колено мага, от чего тот едва ощутимо вздрогнул.       — Не бойся меня, — попросил Тор, бросил торопливый взгляд на раскрытую книгу, в которой словно бы искал поддержки. — Просто не уходи, не избегай меня, и всё будет хорошо. Если верить тому, что написано, соблюдая эти несложные условия, мы вполне сможем избежать разрушительных последствий.       — Я опасаюсь, что этим не ограничится, — прошелестел Локи, не будучи уверенный в том, чего следует ожидать.       — Ну что ты заладил, — выдохнул Тор, подвинулся ближе, подцепил брата за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. — Я не причиню тебе вреда, я не посмею, мы родные, мы же братья. Я готов даже видеть тебя в обществе твоих фаворитов и не посмею препятствовать твоему браку с любой красавицей девятимирья. Только останься со мной…       Тор ослабил хватку на подбородке брата, нежно огладил тонкие губы подушечками пальцев и скользнул по щеке, успокаивая Локи, даря ему надежду. Согревая его сердце своей заботой и пониманием. Тор действительно готов на всё ради него, ради их родства и этой связи, которая, впрочем, теперь будет существовать лишь как эфемерное облако, окружающее братьев. Громовник заметил, как смягчились черты лица, как дрогнули губы в попытке улыбнуться, Локи согласно кивнул, но наследнику и этого показалось мало.       Он решительно добавил:       — Пусть всё будет как прежде, я не хочу, чтобы ты скрывался от всех и от меня. Будь собой, ведь ты всегда делал то, что хочешь, это правильно, теперь я понимаю это. Тебя ничто не должно сковывать.       — Не хочу прогневать будущего царя, — Лофт опустил глаза, усталость навалилась на него тяжёлым грузом. — Так что быть прежним теперь для меня недоступно. Оставь меня, пожалуйста, я не сбегу, зная, какое наказание последует за этим.       Тор нахмурился, отнял ладонь от лица брата, но уходить не собирался.       — Что тебе сказал отец? — осторожно поинтересовался воин. — Ты же знаешь, он не причинит тебе вреда, ты его кровь — любимая дочка.       Громовник резко замолчал, понимая, что случайно ляпнул глупость, но Локи только печально усмехнулся и отрицательно покачал головой.       — Теперь уже нет, — заметил маг, отворачиваясь к столу, ладонь Тора безвольно соскользнула с его колена. — Если ослушаюсь его приказа, меня посадят под замок, буквально как предателя.       — Он не поступит так с тобой, — попытался уверить громовник, Локи равнодушно закрыл книгу и уставился в сторону на один из стеллажей, он не верил в увещевания. Теперь Тор понимал, почему маг так поник, его разом лишили права выбора, которое прежде было непреложным. Маг чувствовал гнёт власти над собой и ощущал себя бесправным. — Я не позволю.       Маг резко обернулся к нему. Громовник тут же спохватился.       — Я понял, — Тор примирительно поднял руки. — Я оставлю тебя одного, я не буду мешать. Но знай, что в любой момент ты можешь прийти ко мне.       Тор решительно поднялся со своего места и удалился, не оборачиваясь, не заставляя мага нервничать. В его сердце зажёгся тёплый согревающий огонь, он не даст Локи в обиду даже отцу. Никому. ***       Собрание совета, состоявшееся на следующий день, не многим отличалось от сотни таких же до него. Обсуждалась военная стратегия, политика, оснащение армии, отношение с союзниками. Но если прежде Один не допускал детей до некоторых тем, сейчас для них открылась неприкрытая жёсткая политика без прикрас. Как и положено, Тор и Локи присутствовали на собрании, участвовали в обсуждении и, к пущему удивлению Одина, сели рядом. Верховный ас, разумеется, не стал бы приводить свою угрозу в действие, но Локи необходимо было как-то подстегнуть, дать понять, что детские игры закончились.        Один ждал от своих наследников обдуманных зрелых решений, а не легкомысленных порывов. После возвращения из Свартальвахейма прошла неделя. Локи не дёргался в присутствии Тора, не бродил призраком по замку и даже явился поучаствовать в тренировочном бою. Громовник с мальчишеской радостью встретил его на площадке, ожидая, что тот сразится с Сиф или с кем-то ещё из воинов. Но Лофт бросил вызов ему, своему брату. Схватка между ними была динамичной, горячей, наблюдатели не на шутку разволновались, не решают ли какой-то конфликт принцы под вуалью «дружеского» боя? Наблюдавший за схваткой Вирави подал знак одному из воинов, ясно давая понять, что без вмешательства Одина братья не закончат. Меч Тора всё равно что горел в его руках, со свистом разрезал воздух в опасной близости от Локи. Тот ловко уходил от удара, в нужный момент противостоял, перекрещивая мечи, скрежет стали словно музыкальные перезвоны доводил принцев до безумия.       Троица воинов и леди Сиф с откровенным опасением наблюдали за схваткой. Ничего подобного не видел ещё никто. Казалось, с закалённых в цвержьих подвалах цепей сорвались два мощных огненных великана. В своей битве оба горели необузданным огнём, но с лёгкостью отражали удары друг друга, обдавая жаром всех присутствующих на тренировочном поле асов. Сиф с замиранием сердца наблюдала, как клинок Тора проскальзывал совсем рядом, едва не задевая плотное одеяние Локи, и как Тор ловко успевал ставить блоки. Очередной удар: Тор выбивает клинок Лофта, и его собственный оказывается прямо у горла брата. Локи растягивает губы в улыбке, его грудь вздымается от частого дыхания.       — Отыграешься? В рукопашную? — предлагает громовник, понизив тон голоса, и опускает меч. Делает шаг навстречу. Локи улыбается, отрицательно мотает головой.       — В следующий раз, — отзывается маг и дружески похлопывает брата по плечу, на Торе отлично смотрятся чёрный кожаный жилет и штаны, что обтягивают его мощные ноги и бёдра, высокие сапоги со шнуровкой, плотно обтягивающие голень. Бугры мышц на руках и открытая шея покрыты блестящим потом, маг ловит себя на слишком пристальном внимании к этим нюансам.       — Не задел? — с опозданием интересуется Тор, оглядывая мага, хочется ощупать его, чтобы убедится в целостности. Однако, он не решается, столько асов вокруг. К счастью, Лофт не ранен, его кожаная туника цела, руки и ноги закрыты от взгляда, лишь нежная шея белеет в разрезе ворота-стойки.       — Нет, — маг улыбается и понижает голос. — А ты горяч, впечатлил весь двор своей силой, теперь от поклонников отбоя не будет.       Локи засмеялся, Тор не стал возражать или соглашаться с подобным заключением, ему сейчас хотелось принять ванную и лучше всего холодную. Единственный, кого он хотел — это своего брата. Гибкого и горячего. Каждый раз, когда наследник приглядывался к кому-то, намереваясь пригласить в свои покои, перед мысленным взором возникал образ перерождённого мага. С этим как-то надо справляться. Локи между тем оглядывается по сторонам, асы замерли, словно ожидали, что Тор вот-вот снова набросится на свою жертву.       — Представление окончено! — громогласно возвестил наследник.       — Это точно, ты меня загонял, — деланно и недовольно оповестил маг. — Надо бы освежиться.       — Это верно, не помешает, — кивнул Тор, и оба, не сговариваясь, последовали к замку, оставляя ошарашенную публику в молчаливом недоумении. Как раз в тот момент между колонн показался всеотец, вид у него был разгневанный, однако, только завидев улыбающихся принцев, которые шли в его сторону рука об руку, взгляд его принял озадаченную окраску.       Царь недовольно взглянул на воина, что прислали за ним. Тот недоуменно прошептал:       — Они готовы были убить друг друга…       Непререкаемым жестом Один заставил аса замолчать.       — Что вы тут устроили? — сдержанно поинтересовался Один, когда сыновья, завидев его спокойно, подошли ближе. Оба всё ещё тяжело дышали, и, судя по виду, схватка распалила их не на шутку, однако они не спорили и не кидались оскорблениями, как можно было ожидать.       Громовник спокойно посмотрел на отца, ровно как и Локи — не было в его взгляде той невообразимой грусти и обиды, когда царь запретил покидать Асгард. Принц был весел и энергичен.       — Тренировочный бой, — взял слово Тор.       — Тренировочный? — переспросил царь, внимательно разглядывая принцев. — У некоторых асов сложилось впечатление, что вы намерены убить друг друга.       Локи улыбнулся, посмотрел на брата, Тор пожал плечами, что можно сказать на это?       — Такое бывает, — нашёлся с ответом Тор. — Ложное впечатление. Ты простишь нас, отец, нам бы освежиться?       — Конечно, — кивнул Один. — Всё в порядке? Локи?       — Да, — отозвался маг, не утруждаясь объяснением деталей.       «В порядке? — подумал про себя Лофт. — Это как посмотреть».       — Ну ладно, — согласился с подобным положением дел Один и пропустил братьев.       Принцы вели себя странно, но в остальном радовали царя, казалось, они наконец повзрослели и помирились. Единственное беспокоило всеотца — сила, которую сыновья получили в Свартальвахейме. Как она повлияет на них, ведь такой энергетический поток не мог просто затухнуть в их телах и разумах? Проявит ли энергия свой взрывной характер или же пока будет умиротворённо ждать удобного момента?       Перед обедом Один расспросил жену о том, не замечала ли она что-то странное в поведении детей, та лишь пожала плечами. Локи, по её мнению, ничуть не изменился, ровно как и Тор, который лишь странно поглядывал на брата, хотя об этом Фрига решила умолчать. Царь обратился к Хеймдаллю, поинтересовался о передвижениях Локи и Тора, страж радужного моста сообщил, что в последнее время не стремился наблюдать за принцами, однако когда пытался найти того или другого своим вездесущим взглядом, ему это не удавалось.       — А сейчас? Прямо сейчас, видишь их? — спросил Один у Хеймдалля.       Страж огляделся, но так и не смог уловить Тора или Локи, поэтому отрицательно покачал головой. Царь поблагодарил верного хранителя и отправился в замок. Он подоспел как раз к обеду, где уже собралось всё семейство и приближённые воины, друзья наследника. Локи сидел рядом с Тором, увлечённый своими думами, маг ковырял в тарелке вилкой без особого энтузиазма. Громовник перекинулся парой фраз с друзьями, а Один и Фрига общались между собой. В завершении трапезы отец попросил Локи задержаться, но Тор настоял на своём присутствии, царь не возражал.       — Я хотел узнать у тебя, Локи, почему Хеймдалль не видит тебя? — поинтересовался отец, Тор напряжённо перевёл взгляд на брата.       — Это альвийский щит, — просто ответил маг. Тор знал об этом.       — Понятно, — кивнул верховный ас и повернулся к Тору. — А почему он не видит тебя?       Тор опешил, глаза его удивлённо округлились, он сразу метнул взгляд на Локи, но тот, искренне недоумевая, пожал плечами.       — Хеймдалль не видит Тора? — удивился Локи, громовник задумался, он и сам об этом не подозревал.       — Возможно, из-за перехода силы, — предложил свою версию Тор, однако посвящать отца в детали их с братом открытия не стал. — Она ведь имеет один источник.       Один покивал, соглашаясь с наследником, и более не стал расспрашивать сыновей. Остаток дня каждый из них занимался своими делами. Действующий советник Бронтей обучал Локи, которого находил интересным собеседником и учеником, а обучением Тора занимался самолично Один. Многое им предстояло узнать о поведении, которое должно вскоре стать отличительной чертой королевской семьи, где нет места легкомысленным порывам, дурачеству и бахвальству своей властью. Принцы с готовностью слушали своих наставников, но у обоих было на этот счёт и своё мнение, которое они держали при себе. Ближе к ужину Фрига попросила Бронтея оставить её наедине с Локи, советник охотно согласился, не имея привычки перечить царице. Фрига предложила магу прогуляться по саду, они заглянули в их излюбленное уединенное место, уселись на скамью, царица огляделась по сторонам, словно боялась, что их подслушают.       — В чём дело? — настороженно спросил маг. — Мам, всё в порядке?       — Я слышала о том, что вы устроили сегодня на тренировочной площадке, — строго начала царица, Лофт удивлённо вскинул брови. — И мне ваше поведение очень не нравится. Скажи, это из-за женщины?       — Что? — Локи рассмеялся в голос, взял руки матери в свои. — Разумеется, нет! Я ещё не совсем адаптировался в этом вопросе.       Царица облегчённо выдохнула, но следующий её вопрос несколько смутил принца.       — Он груб с тобой?       — С чего ты взяла? — удивился Лофт. — У нас с Тором всё отлично, мы даже не ссоримся, с чего ему быть грубым.       — Прости моё любопытство, — Фрига улыбнулась. — Один сказал, что ты хотел покинуть Асгард.       — Это был глупый порыв, — отозвался маг. — Теперь я этого не хочу. Мама, к чему этот разговор?       — Обещай, что если Тор проявит к тебе неуважение и грубость, я тотчас узнаю об этом, — в тоне асиньи слышалась строгость. — И, умоляю тебя, не спорьте из-за женщины!       Локи покивал, дал обещание поделиться с ней тем, что ей внезапно стало так интересно. Он старательно успокаивал мать, но, честно говоря, не понимал, с чего она вдруг об этом заговорила. После ужина Локи попросил зайти в свои кабинеты отец, он тоже хотел поговорить. Собственно, это был не столько разговор, сколько просьба простить его за то, что Локи наслушался от него в тот раз. Маг не держал зла, их с Тором открытие решило ход этого противостояния между Локи и отцом. Теперь Лофту не нужно было куда-то сбегать. Тор не причинит ему вреда, если не почувствует, что тот отдаляется. Таким образом, братья могли держать в узде разрушающую силу, однако Локи обеспокоил разговор с матерью. Почему она интересовалась о женщине? ***       Наука управления царством давалась Тору не то чтобы тяжело, но и не так легко, как хотелось бы. У него было своё мнение на счёт некоторых тем, которые отец категорически не хотел обсуждать. Пришлось оставить споры на потом, день и без того показался громовнику утомительным. Прислужник, которому Тор одним только прикосновением обещал незабываемую ночь, попался ему на глаза, когда накрывали ужин, но следом в зал вошёл Лофт и приковал к себе внимание наследника. А после ужина ему и вовсе не хотелось кого-то приглашать к себе. Тор злился от того, что Локи был недоступен, хотя и был рядом. Очень близко.       Сквозь беспокойный сон Тор услышал, как закрывается дверь, поворачивается ключ в замочной скважине. Громовник резко открыл глаза, темнота тут же отступила, на прикроватной тумбе зажглась одна из свечей, наследник тут же вскинулся, садясь в постели. Поздним гостем был не кто иной, как Локи. Тор сперва облегчённо выдохнул, а затем напрягся. Локи?       — Локи, ты что здесь делаешь? — хриплым со сна голосом поинтересовался ас, подтянул одеяло, прикрывая бёдра. За окном было ещё темно, и, скорее всего, Тор спал всего ничего — пару часов. Вот только громовник понятия не имел, с какой целью пожаловал братец в столь поздний час.       — Гуляю по ночам, — ухмыльнулся маг и подошёл ближе, скользнул взглядом по торсу брата, сглотнул и продолжил. — Надо поговорить.       — Ночью? — поразился Тор, так и хотелось сказать, что ночь - не время для разговоров. — До утра не терпело?       — Хватит ныть, а? — попросил Лофт, сбросил тапочки и забрался на его постель. Тор чуть посторонился, уступая брату место. Странно было снова видеть мага у себя в спальне, тем более, что громовник спит голый, а в непозволительной близости тот, кого невообразимо хочется уложить на лопатки и… Тор помотал головой, отгоняя горячие мысли.       — Так о чём разговор? — Тор облокотился на спинку изголовья постели, Лофт сложил ноги в позу лотоса и выжидающе посмотрел на брата. Словно то сам должен был догадаться о цели визита, но Тору со сна ничего в голову не приходило. — Что? Я тебя не понимаю.       — В последнюю неделю после возвращения ты оказывал кому-то знаки внимания публично? — маг опустил ладони на свои колени и выглядел вполне спокойным, будто собирался медитировать в чужой спальне.       — Не понял? — смутился громовник, ничего подобного он не мог припомнить. — Это допрос?       Лофт возвёл глаза к потолку.       — Какая ерунда приходит тебе в голову! — усмехнулся Локи. — Ты что не можешь ответить мне на простой вопрос? Меня интересует твоё внимание к женщине, остальное можешь опустить.       — А причина-то есть допрашивать меня? — гнул свою линию Тор. Наследник опасался, что брат вспылит и тут же покинет его покои, так и не дождавшись ответа на свой вопрос. Однако, маг не сбежал. Напротив, поведал о том разговоре, что у них состоялся с матерью, Тор внимательно его выслушал, задумался и, наконец, ответил на вопрос. — Я не думаю, что проявлял к кому-то столь открытый интерес, может, перекинулся парой вежливых фраз и только. Не до того мне было, дела у меня.       Локи кивнул, Тор не прятал взгляд и едва ли обманывал его.       — Почему она вообще решила, что мы будем биться из-за женщины? — задал риторический вопрос Лофт, однако, при этом поглядывая на Тора, словно тот знал ответ. — Нет, с одной стороны, конечно, есть в этом некоторая логика, из-за чего ещё можно такое устроить.       Локи рассмеялся, легкая хрипотца в его голосе лишь придавала ему загадочности и магнетизма.       — Что именно устроить? — не понял Тор.       — Тренировочный бой, — хмыкнул Лофт. — Это было…       Маг задумался, а Тор постарался медленно и спокойно выдохнуть, от звука этого глубокого голоса громовник заводился не на шутку, словно тонкие пальцы прошлись между его ног, с ювелирной точностью посылая жаркие волны прямо в пах.       — Локи, — недовольно выдохнул наследник. — Ты бы шёл спать, а?       — Ну простите, что отвлёк ваше королевское величество от медвежьего сна, — маг всплеснул руками. Тор не стал отвечать на подначку, которая ему была совсем не по вкусу. Не нравилось громовнику, как Лофт постоянно марал титул будущего правителя, словно насмехаясь над ним и его мнимой властью. Тор недовольно засопел, улёгся обратно и повернулся на бок спиной к Локи.       — И свечи затуши, — бросил бог грома через плечо, Локи завозился позади него.       — Ухожу, — оповестил маг, Тор уже понадеялся, что на этом визит окончен, ведь Локи не стоит надолго оставаться рядом с ним.       Однако маг продолжил свою тираду:       «Ну разумеется, ты будешь дрыхнуть как северный медведь, а я - опять дрочить в одиночестве. Небось, уже весь дворец покрыл, утомился поди!».       У Тора глаза на лоб полезли от такого откровенного даже не хамства — упрёка. Сон окончательно куда-то пропал.       Громовник тотчас повернулся и рыкнул в спину Локи:       — Что ты сказал?!       Лофт обернулся.       «Глаза, говорю, у тебя красивые и губы».       Услышал Тор, совершенно ошалев от подобного заявления, которое явно исходило от Локи, вот только губы его не двигались.       — Ухожу, сказал же, ухожу, — торопливо добавил маг вслух.       Принц снова отвернулся, ухватился пальцами за ключ, а Тор подскочил с постели и рванул к нему, да с такой быстротой, что и сам не понял, как это вышло. Всем телом прижался к нему сзади, одной рукой обхватил за талию, а другую опустил поверх ладони, что сжимала ключ.       — Ты чего это? — как ни в чём не бывало поинтересовался Локи, и, судя по всему, мыслей на этот счёт у него не было, однако голос его предательски дрогнул, как бывает, когда раскрывается сокровенная тайна, и остаётся только признать это.       — Скажи ещё раз о моих глазах, — прошептал громовник у самого уха. — И про губы тоже.       — Откуда ты!.. — Локи весь напрягся от возмущения. Но Тор не дал ему опомниться, тут же развернул брата лицом к себе, Локи не сопротивлялся, позволяя себе задержаться в покоях принца. — Откуда ты?..       Повторный вопрос уже во второй раз не был озвучен до конца. Тор приник к тонким губам. Где-то в глубине души он готов был встретить сопротивление и сломить его, но не грубостью, с Локи так нельзя. Его надо брать по-умному, теперь громовник начинал это понимать, брат ничего ему не должен и прогибаться под него не намерен, а значит, наследник должен изменить своё отношение к нему, если хочет… если действительно хочет остаться братьями. Наверное, это глупо - думать, что возможно, будучи любовниками, оставаться ещё и братьями, но именно этого хотел бог грома.       Тонкие губы открылись для Тора, впуская его горячий язык, Локи жадно отвечал ему, не сдавал позиции, при этом громовник прижал его к деревянному полотну всем своим телом, позволяя прочувствовать жар его желания. Локи же скользил ладонями по его бокам, цеплялся за бёдра, прижимая к себе. Тор отстранился от губ мага только тогда, когда выпил весь воздух, Локи вскинул на него глаза, потемневшие от необузданного желания, природу которого он не в силах был анализировать в данный момент. Громовник хитро улыбнулся, облизнул губы, прошёлся пальцами по щеке, на бледной коже мага выступил едва заметный румянец.       — Я слышал твои мысли, — запоздало сказал Тор, объясняя природу этого стихийного нападения на Локи. — Мог бы сказать, что хочешь…       — Вот ещё! — перебил маг, презрительно фыркнув. — С тобой разговаривать хуже, чем с каменной глыбой. К тому же, я думаю, смогу обойтись и без твоих подачек, кого-нибудь подыщу для себя, более понятливого.       — Обманщик, — восторженно выдохнул Тор прямо в губы Локи, а сам уже потянулся к застёжкам на тунике. — В этот раз тебе понравится, обещаю.       — Какой самоуверенный, — буркнул Лофт, однако не пытался вырваться, он приник к богу грома губами, прикоснувшись к мускулистому плечу. Тор ухмыльнулся, наслаждаясь победой, Локи сдавался, так Тору показалось. Однако его губы скользнули по плечу и шее, и, достигнув мягкой мочки, Лофт прошелестел в самое ухо наследника. — И что же ваше непревзойденное высочество сделает, чтобы впечатлить меня? Это тебе не прислугу в свои покои зазывать, они-то побоятся тебе перечить.       — В этот раз я точно знаю, что ты мой, и спешить не буду, вся ночь впереди, — ответил Тор и, ловко перекинув брата через плечо, словно дикарь потащил к постели.       В этот раз Лофт остался доволен, свою горячность бог грома умерил: подготавливал его долго и умело, не поскупившись на предварительные ласки. За что был вознагражден несдержанными стонами и жалобным скулением гордого братца. Локи потонул в горячем плену чужой спальни, выгибаясь навстречу горячим губам и скользящим внутри пальцам. Тор растягивал его долго, даже слишком, доводя до сумасшествия и дрожи во всём теле, и был похож на мощного льва с золотистой гривой, устроившись между стройных ног. Маг тщетно пытался оттолкнуть брата, упираясь в его влажные от пота плечи, громовник чувствовал подступающий оргазм Локи, и с урчанием, как показалось принцу, проглотил его семя. И снова Лофта вышибло из реальности, до потери сознания он провалился в горячую золотую пелену, которая через какие-то мгновения стала окрашиваться тьмой. Яркий золотой свет закружил вокруг тёмных источников, сплетаясь с ним в одно целое, и Локи вынырнул из сжимающейся вокруг него воронки. В один миг к нему вернулось чувство реальности, физические ощущения. Тор толкался в него медленно, но сильно, покрывая поцелуями вспотевшую шею, Локи понял, что судорожно прижимается к нему, вцепившись мёртвой хваткой.       «Мой, ты только мой».       Прогремело в ушах мага, разливаясь по всему телу горячим нектаром. То, что источником этого посыла был Тор, не вызывало сомнения, но слова эти не были произнесены вслух.        Локи прижался к брату ещё сильнее, ментально отвечая: «Твой».       Тор сорвался на быстрый резкий темп, словно утверждая свои права на брата. Локи был вовсе не против.