Что делать, если режутся клыки?

      Утром Эрза проснулась от слабых толчков в области плеча, но сознание соизволило побывать в девичьей голове лишь на несколько мгновений. Нахмурившись, и для себя решив отогнать дурной сон, мешающий спать, она повернулась на другой бок, предварительно промычав что-то нечленораздельное. На это Джерар недовольно хмыкнул и снова потянулся к девушке с точно-поставленной целью вывести её из мира фантазий. Ранее будить спящих людей ему не приходилось, вампиры спали несколько иначе - без снов и со способностью просыпаться в нужное время. А девушка мало того, изредка что-то бубнила себе под нос, так ещё и выходить из мира сновидений не собиралась. Про то, как ночью она сжала его руку, не желая отпускать, он уже молчал.       — Отстань, — прикрикнула в пустоту сонная девушка, откидывая руку Джерар, который попытался пробудить её с помощью щекотки.       — Вставай, время уже без пяти шесть, — он наконец поймал момент секундного озарения Эрзы и, не медля ни секунды, взвалил на её плечи слегка приукрашенную информацию.       Естественно, до встречи оставалось ещё около получаса, но чтобы ненароком не опоздать, ему пришлось испробовать метод испуга.       — Так рано? — привставая на локте и протирая свободной ладонью заспанные глаза, спросила девушка. — Нам же к восьми.       — К восьми? — уточнил Джерар. — Ты что-то перепутала, Лаксус точно говорил...       Договорить ему не дала Эрза, неожиданно схватившаяся за голову.       — Точно, ты же Джерар, — чрезмерно эмоционально вскрикнула она очевидную вещь. Тут Фернандес окончательно потерял всякий смысл между предложениями, сказанными девушкой, и уставился на неё так же, как обычно смотрят психиатры на душевнобольных пациентов. — Представляешь, я думала, что это всё мне приснилось. Вернее, мне сейчас приснилось, будто я попала в другой мир, а потом прозвонил будильник и оказалось, что всё пережитое — это только страшный сон.       — Почему страшный? — от греха подальше отбрасывая остальные сомнительные места в её короткой истории, заинтересовался вампир. С одной стороны его немного позабавила первичная реакция спутницы, но вдруг случайно вспомнив их общие моменты, он напрягся, ожидая объяснения к некрасивому слову «страшный».       Эрза на несколько мгновений впала в ступор и затуманенным взглядом провожала в далёкий путь чёрные круги перед глазами. Она даже сладко потянулась, разминая мышцы спины, но на вопрос так и не ответила. Хотя по её резко поалевшим щекам Джерар прекрасно понял, что она не только поняла его вопрос, но даже ответ уже успела подыскать, только вот озвучивать почему-то не собиралась.       — Там были странные вещи, — уклончиво ответила Эрза, уже роясь в своей сумке.       — Оно и понятно, — резко бросил разозлившейся Джерар.       Удивлённая его реакцией она чуть не выронила из рук расчёску, которой собиралась привести волосы в более-менее приличный вид. Но искажённой лицо вампира её озадачило куда больше, чем, допустим, его вчерашние мечтания, и уж тем более какие-то запутанные, влажные волосы. И чего такого обидного она сказала?       — Эй, с тобой всё в порядке? — пребывая в некотором смятении, Эрза пододвинулась ближе к Джерару и протянула руку, намереваясь пощупать его лоб. Ладонь была тут же отброшена в сторону, а сам вампир уже виновато смотрел на собеседницу. — Да что происходит? То ходишь, будто в облаках летаешь, то теперь вообще огрызаться начал! И драться, — добавила она уже чуть тише.       — Прости, тебе не стоит меня сейчас трогать, — отвернувшись произнёс Джерар.       Эрза резко выпрямила спину и снова было дотронулась до него, но вовремя вспомнила о выдвинутых им рамках, которых ночью почему-то не было. Вспомнив недавние события, она смутилась своего поведения и одновременно с этим возмутилась его извинениями. То есть целоваться с ним можно, а трогать строго-настрого запрещено. Между прочим, вчера она без проблем могла прикоснуться к нему, даже ладонь ночью сжала, а он не возражал.       — Ну, знаешь, тогда и тебя нельзя меня трогать, — холодно бросила Эрза и схватила расчёску, слишком сильно начав водить ею по волосам. Обидеться — она не обиделась, просто играла определённую роль. Обиженная Эрза вела себя несколько иначе, а сейчас просто хотела знать, как скоро Джерар сдастся и скажет её величеству полное предложение, где чётко аргументирует к чему это было и зачем.       — Сейчас рядом со мной небезопасно.       Еле сдерживая на лице строгую мину, так как наружу рвалась победная улыбка, Эрза повернулась к Джерару, заодно демонстрируя две не совсем аккуратные косы. Она хотела как-нибудь остро пошутить, но ничего интересного в голову, как назло, не пришло и, ни капли не расстроившись, спросила напрямую:       — В каком это смысле?       — Я сплоховал, — через несколько секунд ответил Джерар, ладонями взъерошив свои волосы. — Только ты сильно не пугайся, выдержка у меня ещё имеется.       «Как можно не испугаться, когда тебя говорят не пугайся?» — подумала Эрза, решив не озвучивать своим мысли. Её, как нормального человека, насторожили подозрительные предостережения вампира, но, чтобы таки услышать истинную причину, пришлось сказать, что она вовсе не страшиться неизвестности. Главное, чтобы он не заметил напряжение, словно тески сковавшее её тело.       — Ну? — поторопила она.       — Я, как какой-то новичок, не взял свою сыворотку. Ты, возможно. заметила, что вампиры спокойно ходят и не пытаются всосаться в твою шею? Ведь в тебе активно бьётся сердце, перекачивает кровь, — Эрза непонимающе нахмурилась, но кивнула. — Так вот, мы не перешли на траву и не поменяли свои принципы. Просто эти ампулы являются прекрасными заменителями крови — не такие ароматные, скорее даже противные, но зато избавляют нас от нужды гоняться за людьми. Съев сыворотку, мы можем свободно питаться человеческой пищей без всякого ущерба для здоровья.       — То есть ты изголодался по крови? — уточнила Эрза. Вампир согласно кивнул. — И всё?       Если бы Джерар сейчас ел, то непременно бы подавился и умер. Но умер от неожиданности. Да нет — выжил, но сидел бы, точно настоящий живой труп.       — В этом нет никаких проблем, выпей у меня, — невозмутимо предложила Эрза, уже приготовившись снять натянутую ранее кофту. Косички очень кстати спрятали её покрасневшие уши из которых вполне мог бы идти пар, как из только что вскипевшего чайника. Ведь она тоже вскипела, но только немного в другом смысле.       — Спасибо, конечно, но нет, я не буду пить твою кровь — это повлечёт за собой только отрицательные последствия, — предельно удивился Джерар столь откровенному предложению Эрзы поделиться кровью с оголодавшим вампиром. Конечно никто не запрещал баловаться деликатесом, протекающим по человеческим венам. Многие даже содержали у себя дампиров, которым щедро платили в обмен на «кровавые» услуги, но везде есть свои минусы. — Тем более у этого есть определённые нюансы, я себя никогда не прощу, если посмею выпить твоей крови. Это хуже предательства — запомни.       Эрза пару раз моргнула и посмотрела на Джерара, как обычно смотрят на очень надоедливого учителя.       — И как тогда сейчас будешь разбираться?       — Позаимствую у командира.       — Ну и дурак, — высказалась Эрза и поползла к выходу из палатки, даже не посмотрев на Фернандеса, который благоразумно пропустил реплику мимо ушей.

***

      — А вот здесь обитают озёрные нимфы — лимнады*, — монотонно, будто читая лекцию, а не рассказывая что-то интересное, произнёс Лаксус. Можно было бы подумать, что Дрейар скучает, но это было не так, прогулка по лесу доставляла ему неимоверное удовольствие, в особенности радовала зависимость от него остальных вампиров.       Эрза попыталась разглядеть через густые заросли это самое озеро. Чего уж говорить о прекрасных лимнадах, если невозможно рассмотреть гладь воды? Старшекурсник продолжал вести свои нравоучения, иногда подкрепляя их примерами, а потом просто махнул рукой на неслушающих и предложил спуститься поближе. Тут Эрза резко заинтересовалась историями Лаксуса и вернулась в строй, пристроивший впереди.       Сапоги окончательно испортились и их оставалось выкидывать, но зато она смогла спуститься по илу к озеру. Конечно, назвать это болото озером можно было только в темноте, и то лишь с натяжкой. Однако, несмотря на свой небольшой размер и мутный цвет, оно выглядело удивительно красиво. Эрзе сразу вспомнились детские сказки про русалок и она невольно залюбовалась красивыми сердцевидно-овальными зелёными листьями, над которыми возвышались крупные белые бутоны.       На самом деле они весь день потратили на бесполезные скитания по лесу, что за это время уже успели наступить сумерки, а «озеро» было первым местом, стоящим внимания. Благо потемнело незначительно и разглядеть мелкие детали природы было вполне возможно.       — Немного же тут места, — возмутился один из студентов, остановившись позади Эрзы и командира. — Смотрите, там же нимфа!       Все сразу же уставились в направлении вытянутой руки вампира и попытались рассмотреть через камыши противоположного берега названную мифическую деву. Как на зло, высокая ветвистая ива, обвалившаяся давным давно и обросшая другой растительностью, значительно загораживала некоторые участки, препятствуя дальнейшему изучению местности.       — Да, это моя знакомая, — протянул Лаксус, видимо, заметив деву, — она учится в соседней академии.       Студенты разочарованно загудели, за что поймали на себе осуждающий взгляд Лаксуса:       — Вы как учитесь, что даже про нимф толком ничего не знаете?       Эрза, воспользовавшись шумихой, спустилась к самому берегу, по пути ободрав кофту. Лимнаду она видела неотчётливо и, дабы поближе рассмотреть её, решила на немного залезть в воду, примерно по щиколотку. Поможет, конечно, не сильно, но она хотя бы попытается. Предварительно потыкав палкой в трясину, Эрза шагнула вперёд и опустилась немного ниже, чем ожидала. Так как она себя считала — а все поддерживали, — смелой и независимой от чужого мнения, она сделала ещё несколько маленьких шагов, опираясь на ту же палку и свободной рукой развела камыши в стороны.       — Оу, — выдохнула она от неожиданности, когда перед ней оказалась эта самая лимнада, сверкающая в полумраке своими большими глазами.       Она выглядела загадочно и в основном этим поражала многих людей. Её бархатистая, будто светящаяся изнутри кожа, немного отдавала изумрудным цветом, а холодный вопросительный взгляд прожигал до косточек. А на её мокрой голубой шевелюре удобно устроился венок из лилий и кувшинок.       — Джувия хочет такое же, — склонив голову набок, произнесла нимфа. От необычного, глубокого голоса Эрзу передёрнуло, и она принялась рассматривать на себе что-то, что могло бы привлечь лимнаду.       — Думаю, она говорит о твоём кольце, — предположил ниоткуда взявшийся Джерар.       Джувия согласно кивнула.       Насупившись, Эрза подняла ладонь и стала изучать кольцо, которое надела просто потому, что оно у неё было. Она даже не помнила где и когда его купила, или кто его ей подарил. Серебряное с синими и чёрными камнями, образовывавшими две линии разных цветов, которые сплетались между собой, словно нити ДНК.       И почему ей понравилось это кольцо только сейчас, когда раньше она его даже не замечала?       — Ну, можешь забрать. — Кольцо легко поддалось ловким пальцам Эрзы и уже совсем скоро лежало на её ладони.       — Джувия может взять его себе? — её глаза расширились от удивления, а вода вокруг забурлила, что Эрза мгновенно ощутила приятное тепло в ногах.       — Да.       — Благодарю, — нимфа промурлыкать эти слова, плавно и мягко, словно кошка, которую впервые погладили за ушком. Изящно выхватив кольцо у Эрзы, она прижала его к сердцу и начала заметно бледнеть. — Джувия обязательно отплатит вам, но позже.       — Что с тобой? — шокированная Эрза не стала стоять на месте и попыталась схватить лимнаду за прозрачную руку, но Джерар помещал: сжал её плечи и практически насильно вывел из болота.       — Нельзя находиться в воде, когда рядом растворяются лимнады, — пояснил он, как неразумному ребёнку, прежде, чем Скарлетт успела вытащить наружу своё возмущение. — тем более нам пора возвращаться на нашу стоянку, ещё немного и совсем стемнеет.       — А где остальные? — принимая руку Фернандеса, которую он любезно предложил на крутом подъёме с болота, спросила Эрза. Спускаться ей было гораздо легче.       — Разошлись. Мне пришлось взять ответственность за наши жизни на себя.       — Понятно, он только тогда согласился оставить?       — Нет, — пожал плечами вампир, — согласился он в обмен на твой разговор с нимфой, а ответственность только для галочки.       Дальше они разговаривали об прошедшем дне и тут узнали, что их мнения значительно расходятся. Джерару больше понравилась первая половина, а Эрзу приятно удивила вторая, правда, потом неприятно: по темноте идти было противно. Она пару раз наступила во что-то мягкое и липкое, а потом, скептично пытаясь промыть подошву обуви влажной травой, уже придумала в каком мешке будет выкидывать многострадальные сапоги. По дороге встретилась ароматная земляничная поляна, и Эрза уговорила Джерар задержаться, чтобы собрать горсточку дикой земляники. Она кислила, будто кусалась, но после была такой сладкой, что веки опускались в блаженной истоме. Вампиру оставалось только верить своим глазах и вдыхать спелый ягодный флёр.       Всё, что было набрано посильным трудом, было так же и съедено по дороге к палатке.

***

      — Спать, — бойко произнесла Эрза, выходя на знакомую поляну.       — Спать? — удивился нисколько не уставший Джерар.       Девушка хотела сказать, что она не вампир и не обладает большей половиной нужных качеств (или даже всеми). Не столь вынослива, как они, не так быстра, но говорить словно разучилась — язык видимо соперничал с камнем в тяжести, и Эрза лишь пожала плечами, мол, я не знаю, оно само так хочется.       — А что это у тебя в волосах? — поинтересовался Фернандес, заметив что-то лишнее.       Он подошёл ближе и, лукаво усмехнувшись, тут же извлёк из тёмной косы кривую ветку.       — Опять, — монотонно сказала Эрза, еле сдерживаясь от широкого зевка. — Ничего страшного, дома голову помою.       — Да, ты действительно сильно утомилась. Лучше иди спать. Я приду потом, — снисходительно обрисовал возможную ситуацию для сонной девушки вампир.       Эрза согласно кивнула, подошла к Джерару и легко коснулась его губ, оставляя на них кислый привкус недавно съеденной земляники.       То, что только-только она проделала самостоятельно и без всяких провокаций, Эрза осознала несколько минут спустя. Покраснев везде, где только можно, она поджала губы и, пробормотав «спокойной ночи», быстро скрылась в недрах палатки, оставляя стоящего в оцепенении Фернандеса наедине с темнотой.