Распад

Невозмутимо пройдя в зал, где уже шло собрание, Джотаро занял одно из свободных мест в последнем, ближнем к выходу ряду. В течение какого-то времени он не переставал коситься на двери, но ни через пять, ни через пятнадцать минут Какёин в них не показался. Еле дождавшись окончания нудного собрания, Куджо поднялся с места, поправил ослабленный шарф и собирался было выйти из зала, но вдруг расслышал окликнувший его по фамилии голос. Обернувшись, он увидел старосту, которая отбилась от стайки своих подруг и через толпу спешно пробивалась к нему. Джотаро нехотя заставил себя дождаться, пока Такама подошла к нему вплотную. – Какёин-кун разве.. не был на собрании? – озадаченно уточнила она. Джотаро тчкнул. – А ты его здесь видишь? Девушка с беспокойством на лице оглянулась. – Но.. с ним ведь.. всё в порядке? Сощуренным взглядом смотря на старосту сверху вниз, Джотаро чувствовал, что та вызывает у него ещё большее раздражение, чем обычно. – Эй, Сайя! Такама обернулась и через ряд стульев увидела махавшую ей подругу, рядом с которой, держа руки в карманах и ухмыляясь, стоял Юичи. – Секимура-кун хочет о чём-то с тобой поговорить! Куджо снова пересёкся взглядами с Юичи и, стиснув зубы, развернулся к выходу. – Спроси у этого выродка. Он забросил портфель за плечо и уверенно зашагал к двери из зала. Легко сумев оторваться, он почти первым вышел из школьных ворот и свернул в направлении своего дома. Через десять минут пути Джотаро остановился на повороте улицы, где находился дом Какёина. Он задумался и прикинул целесообразность попытки построить разговор заново, но вынужденно признал, что спешный повторный разговор мог сделать только хуже. Даже если ему и казалось, что он сам уже успел остыть, за Нориаки он на этот счёт уверен быть не мог. Выдохнув, Куджо мысленно принял решение связаться с ним по телефону позже, чтобы согласовать завтрашний отъезд, и снова двинулся с места. Его собственный дом ещё у самых ворот показался Джотаро непривычно тихим, несмотря на то, что после уезда Джозефа, Сьюзи и Полнареффа к разнице он был готов. Он переступил порог и, зайдя на кухню, нашёл причину такой мёртвой тишине в записке, которую оставила ему на столе мать, отправившаяся по магазинам. Цокнув языком от вида нескольких нарисованных сердечек внизу записки, Куджо открыл холодильник и достал тарелку с оставленными со вчерашнего вечера жареными креветками. С тарелкой в руках он опустился за стол и, перебирая в голове мысли одну за другой, практически не осознавал того, как машинально ел. Когда тарелка опустела, он ещё какое-то время сидел на месте, прежде чем резко выдохнуть и выйти из кухни в коридор. Пройдя к тумбочке с телефоном, он достал визитку Фудживары из ящика, снял трубку и набрал номер. Но после 10 длинных гудков в динамике стали раздаваться только короткие, и Куджо вынужденно опустил трубку на рычаг. Снова изучив карточку, он нашёл на ней ещё один, короткий номер. Значившаяся рядом подпись "справочная служба" заставила Джотаро вспомнить регистратуру на первом этаже здания института и скривить губы: звонить туда ему хотелось в последнюю очередь. Он со вздохом понадеялся, что врач, как и в прошлый раз, просто спит и не слышит телефон, и опять попробовал дозвониться по первому номеру. Но ответа не было и на этот раз, и он всё-таки набрал справочную. В ней ответили почти сразу. – Национальный исследовательский институт. Чем могу вам помочь? Куджо готов был ручаться, что трубку взяла та же девушка, которая с подозрением осматривала их с Какёином в вестибюле неделю назад. Но не мог отрицать и того, что большинство женских голосов звучали для него абсолютно одинаково. – Как мне связаться с лабораторией Фудживары Хидэки? – проговорил он, глядя на имя на визитке. – ..Кто его спрашивает? – подозрительно уточнил голос. В том, что девушка была той самой «Хитоми-тян», Джотаро уже не сомневался. – Согласно графику, у Фудживары-сенсея сегодня выходной, - после провисшего в ответ молчания добавили на том конце трубки. Куджо сжал зубы. Он признавал, что врач действительно мог быть где-то вне дома и работы, но после того, как он почти пятнадцать минут на кухне решался на этот звонок, такой расклад дел его не устраивал. Не говоря в трубку ни слова, он перевернул визитку на ту сторону, где был написан телефонный номер. Номер, по которому он звонил в прошлый раз, ночью. И на который врач не отвечал в 4 часа дня. И при этом не был на работе. Закравшееся предположение заставило Куджо резко сдвинуть брови. – Мне нужен его домашний номер, – он резко выдвинул ящик тумбочки и стал искать ручку. – Пожалуйста, скажите, кто его спрашивает, - упрямо повторила девушка. – Пациент, у которого будут проблемы, если я сейчас же с ним не свяжусь, - повысил голос Джотаро и, найдя шариковую ручку, перевернул визитку. – Справочная служба готова взять за это ответственность? Всего через несколько секунд девушка сдалась и послушно продиктовала найденный домашний номер врача. – ..И всё-таки, оставьте свои контактные данные, чтобы мы могли-… Куджо уже нажал на рычаг и сбросил связь с институтом. Сравнив записанные цифры с теми, что он набирал прежде, он вполголоса выругался: те в самом деле различались. А значит, во время своего прошлого звонка он дал жалобам сонного Фудживары сбить себя с толку и заставить его считать, что он звонит на домашний телефон. Который никто бы и не стал прописывать на рабочей визитке. После того, как Джотаро набрал только что раздобытый им номер, трубку взяли с третьего гудка. – Фудживара, слушаю. – «Звоните, если что вдруг»? Но только в рабочее время, ха? – сходу фыркнул он, припоминая врачу его же фразу. Моментально узнав чужой голос, Фудживара утомлённо вздохнул. – Слушай, откуда у тебя столько энергии на раздражение? Может, дело в кофе? Какой ты там пил тогда, не подскажешь? – Мне не до шуток. – Я тоже сейчас не шутил, - заметил врач. – Ладно, проехали. Что у вас там? Что-то срочное? – Да, - Куджо обернулся в коридор, будто убеждаясь, что он по-прежнему в доме один. - Что можно сделать с болью от инъекций? В трубке послышался сочувствующий вздох. – Сильно сносит? – Он готов был до крови расцарапать себе руку сегодня. – Выходит, ещё не особо… – «Не особо»? – нахмурив брови, Джотаро неосознанно повысил тон голоса. – Его выворачивает. Пусть даже и всего на 5-10 минут. Фудживара будто бы учтиво молчал, давая ему выговориться. – И ему и без этого хватает проблем отовсюду, - процедил Куджо. - Что сделать, чёрт возьми, чтобы как-то заглушить хотя бы это?! Врач резко вздохнул. – Эффект от инъекций никак заглушить нельзя, - отчеканил он, заставляя Джотаро стиснуть зубы. – Вам и так повезло, что, как я понял, боль нарастает постепенно. А значит, без желания содрать с себя кожу и выблевать внутренности может и обойтись. Куджо оцепенел и не мог найтись с реакцией. – .. Без чего? – Я предупреждал, что просто не будет, - уже чуть аккуратнее заметил Фудживара. – Мне жаль твоего друга, и я бы хотел, чтобы ему можно было помочь как-то по-другому. Но других вариантов нет. Джотаро до лёгкого треска пластика сдавил ладонью телефонную трубку. – Если хочешь ему помочь, направь лучше свои усилия на эти остальные «проблемы отовсюду», - посоветовал врач. – Я и так пытаюсь, - проскрежетал Куджо. – Но я не могу просто развести руками всё, что происходит. А оно валится одно за другим. Фудживара вздохнул в третий раз. – Боль от сыворотки ничем унять нельзя. Прости, парень. Я не садист и предложил бы анальгетик сразу, если бы он мог помочь. Но это не тот случай. Джотаро сжимал губы и молчал. – Приступы как, были? – попытался сменить тему Фудживара. – Один. – Когда? – Вчера. Я, - Куджо прикрыл глаза, - ..затянул с инъекцией. – Ну, ты молодец, что тебе ещё сказать, - незлобно фыркнул врач. – Ладно, в этом всём есть свой плюс. Помнишь, я говорил, что перебарщивать с веществом не стоит и в какой-то момент инъекции можно прекратить? Джотаро гмкнул. – Так вот, можете запросто отслеживать по болевой реакции. Она – побочный эффект сопротивления клеток, так что когда они измотаются, травиться больше не стоит. Как только боль от инъекций прекратится и приступов не будет – можете расслабиться. Чуть обнадёженный, Куджо снова согласно гмкнул. – Остаётся только надеяться, что это случится побыстрее, - вздохнул Фудживара. – Давайте знать, как и что. Номера у тебя есть, так что разве что из-под земли не достанешь. Хотя.. даже на этот счёт уже сомневаюсь. – На визитке номер лаборатории, так? – уточнил Джотаро, держа ту в руках. – А чего ж ещё. Куджо сдвинул брови. – В прошлый раз я звонил около полуночи и-... – И я спал, - закончил за него врач. – В лаборатории. Мне нужно было дождаться, пока обработаются кое-какие данные для анализа клеток. Днём у меня всё рабочее время расписано, поэтому с сывороткой приходилось разбираться по ночам. «Случайно» выводя из строя камеры при этом, между прочим. Удивлённо промолчав с несколько секунд, Джотаро всё же решил прояснить до конца. – Значит, институт действительно никак не связан с Фондом? – А ты думал, что я пошутил? – хмыкнул Фудживара. – В институте на мне скучные, обычные исследования, которые приходится проводить, чтобы как-то зарабатывать себе на жизнь. А вот работка для Фонда уже чисто из личного любопытства и интереса. – Но за них ведь тоже платят. – Тем, кто в штате – тем да. Но в штат вход только особо выдающимся специалистам, по приглашениям. Я для них так, фрилансер-волонтёр, - он вяло усмехнулся, - ну и «хороший знакомый» того, кто в Фонд в самом деле попал. Куджо сомневался, стоит ли развивать тему дальше, но Фудживара решил за него. – Так, всё, меня уже меланхолить от этого разговора начинает, замяли. Ты всё узнал, что хотел? Сделав медленный вдох, Джотаро так же неторопливо и неслышно выдохнул. – Последний вопрос, - он по привычке, просыпавшейся в нём каждый раз, когда ему нужно было говорить что-то неудобное, коснулся свободной рукой козырька. – Если предположить, что в состоянии приступа телом управляет подсознание, - Куджо прикрыл глаза, - насколько сильно мысли и поступки могут быть искажены влиянием клеток? Фудживара какое-то время молчал. – Это его альтер-эго с тобой такой информацией поделилось? – уловил суть дела врач и не стал вдаваться в подробности. – Да. Послышавшийся в трубке звук был похож на почесывание затылка. – Не могу сказать точно, насколько сильно, парень,- признался Фудживара. – Ты говорил, он там от любого раздражающего фактора с катушек сходит? Ну, вот ты и прикинь навскидку: если парадом правда заправляет подсознание, то в своем обычном состоянии твой друг подавляет эмоции примерно с половиной силы того, как проявляет их во время приступа. Остальную часть его экспрессии припиши клеткам. Как и, скорее всего, линию и стиль поведения в целом. Куджо на время замолк. – И избавление от влияния клеток не избавит от подавленных эмоций, - спустя несколько секунд с напускным спокойствием подытожил он сам. – Ты не делаешь это вопросом потому, что исчерпал последний, или потому что понимаешь, что это очевидно? – усмехнулся врач. – Естественно, нет. Без клеток к нему просто вернётся контроль, который поможет ему держаться в рамках и с которым он не будет вызверяться на всех, как это любишь делать ты. Джотаро даже не отреагировал на брошенную в его сторону подколку. – Ну? Теперь всё? – Да, - всё ещё не до конца переварив услышанное, заставил себя ответить Куджо. – Тогда с тебя в следующий раз пятьсот йен за консультацию, - хмыкнул Фудживара. – Сколько у вас осталось инъекций? – Шесть штук. – Надеюсь, что на шестой-седьмой оно поуляжется, - выдохнул врач. – Удачи. И передавай там -… чёрт, как твоего приятеля зовут, кстати, напомни? Вместо того, чтобы ответить прежде привычным для себя образом, Джотаро запнулся, а после осторожно произнёс чужое имя. – Нориаки. Врач гмкнул. – Передавай ему, чтобы держался. Оно того стоит, в конце концов. – Да, - Куджо разжал пальцами козырёк. – Стоит. Врач первым положил трубку и Джотаро, медленно отняв ту от уха, опустил её на рычаг и с минуту стоял на месте. Наконец неспешно отойдя от телефонной тумбы, он вернулся на кухню, чтобы забрать оставленный в ней портфель и пройти к себе в комнату, но услышал стук во входную дверь. Щёлкнув языком, Куджо развернулся обратно, мысленно готовясь к потоку мыслей, который повесит на него Холли, только переступив порог. – Начерта покупать столько всего, чтобы потом самой не откры-… Он запнулся на полуслове. Со спешно наброшенным шарфом, криво застёгнутым пальто, в карманах которого он держал обе ладони, Какёин тщетно пытался поджать разбитую в кровь нижнюю губу и уже абсолютно апатичным, в отличие пышущего яростью всего два часа назад взглядом смотрел в сторону. Свежая и размазанная дорожка крови была видна на подбородке и шарфе, а под растрёпанными волосами на висках были заметны желтоватые пятна только проступающих синяков. – Пройти можно? – сдержанно спросил Нориаки. Отойдя в сторону, Джотаро дал Какёину зайти в дом и, закрыв дверь, остановился прямо перед ней. – Холли-сан дома? – Нориаки, стоя напротив, обернулся и выгнул шею, вглядываясь в коридор. – В магазинах. Какёин выдохнул. – Ясно, хорошо. Одной из ладоней Нориаки стал что-то искать в кармане пальто, в то время как Куджо, который не сводил с него взгляда, уже не выдерживал и открыто скрежетал зубами. – Чтоб я ещё раз тебя послушал, - процедил он и хрустнул пальцами обеих рук. – Нужно было переломать этой мрази пару костей ещё там, в уборной. Какёин не реагировал и не отвлекался от кармана. – Как он тебя выцепил после собрания вообще? Где ты был целый грёбаный час? Нориаки по-прежнему отстранённо копошился в пальто. – И какого чёрта ты сам его не придушишь наконец? Куда девается эта твоя гордость, с которой ты отстраняешься от моей помощи, когда тебя избивает какой-то мелкий ублюдок?! – Это был мой отец, Джотаро, - вскинул-таки лицо Какёин. – Предлагаешь мне дать отпор и отправить на больничную койку собственного отца? Брови Куджо подскочили в удивлении, и он молчал с дюжину секунд. – Ты всё это время был дома? – Да. – И им уже позвонил кто-то из школы? Нориаки отрицательно качнул головой. – Отец рылся у меня в столе и нашёл билеты в Саппоро, - он достал левую руку из кармана и показал на ладони клочки бумаги, на которые были разорваны купленные им день назад билеты. – Один из них твой. Вернув обрывки билетов обратно в карман, Нориаки поправил всё той же левой рукой взлохмаченную прядь, упавшую ему на лицо. – Думаю, ещё есть шанс его восстановить. Если ты пойдёшь на станцию прямо сейчас и скажешь, что-… Какёин прервался и застыл, глядя Куджо за спину, в проём открывшейся двери. Обернувшись, Джотаро увидел свою мать, которая, не отрывая взгляда от Нориаки, выронила на пол один из бумажных пакетов с продуктами. – Какёин-кун, твоё лицо… - она спешно опустила на пол второй пакет и подошла к стушевавшемуся Нориаки. – ..Я в порядке, Холли-сан, правда, не стоит волно-... Холли моментально обернулась в сторону сына. – Дорогой, только не говори мне, что вы снова пору-.. Нориаки тут же поспешил прервать её серьёзный тон голоса. – Нет-нет, перестаньте, это.. – он запнулся, не зная, стоит ли продолжать объяснения, - ..Джотаро здесь ни при чём. Поверьте. Холли обернулась к нему. – Но.. Какёин-кун, что тогда-.. Она вдруг сама не закончила вопрос и, застыв на месте, дала между всеми ними повиснуть неловкой тишине. Спустя почти половину минуты Холли уверенно взяла Какёина за левую руку. – Джотаро, будь добр, отнеси пакеты на кухню, хорошо? Куджо сконфуженно пронаблюдал за тем, как его мать увела Нориаки за собой по коридору в гостиную, и обернулся к оставленным у порога пакетам. Взяв оба в руки, он прошёл на кухню и, оставив их на столе, направился в гостиную. – Холли-сан, в этом нет ничего серьёз-… – Тч-ч-ч. Тише, - с домашней аптечкой в руках, она опустилась на диван рядом с Какёином и, аккуратно прикладывая вату, стала стирать следы крови с его губ. Хоть Нориаки и чувствовал себя неловко, перечить Холли он был не в силах и молча дал ей закончить. Но уверенно замахал левой рукой, когда увидел упаковку цветных пластырей. – Нет-нет, не нужно, правда. – От синяков они всё равно не спасут, - фыркнул Куджо, со скрещенными на груди руками подпиравший спиной стену у двери. – Я обработала их мазью, они должны сойти быстрее, - проговорила Холли и, разочарованно взглянув на зелёный пластырь, который она уже держала в ладони, опустила его обратно в коробку. Снова подняв голову вверх, она с заботливой улыбкой поправила пряди чужой растрёпанной рыжей чёлки. – А если расчесать волосы, то ничего и не будет видно. Не больно ведь? Нориаки, поджимая нижнюю губу, мотнул головой, и Холли мягко улыбнулась. Но, опустив взгляд на до сих пор спрятанную в кармане правую руку Какёина, обеспокоенно свела брови. – ..Покажи мне, пожалуйста, свою правую кисть, Нориаки-кун. Тот сперва моргнул, удивившись обращению по имени, а затем медленно выдохнул и с прикрытыми глазами нехотя достал из кармана правую ладонь. Когда он протянул её вперёд, и Холли взялась за запястье, его лицо едва заметно исказилось от боли. – В чём дело? – напрягся Куджо, отклонившись от стены. – У него растяжение, - прощупывая руку и глядя на чуть сморщившееся лицо Какёина, проговорила Холли. – Несильное, кажется, но, – она сочувственно качнула головой, - это правая рука, а у вас ведь тест в понедельник… Сжав пальцы в кулаки, Джотаро проследил за тем, как его мать достала эластичный бинт и начала осторожно, но крепко перевязывать запястье упирающегося взглядом в диван Нориаки. – Он сможет ей писать через два дня? – уточнил Куджо после почти минутной повисшей в гостиной тишины. Холли неуверенно вздохнула. – Не знаю, дорогой. Надеюсь, что да, - она закрепила концы бинта, подоткнув их под уже наложенный слой перевязки, и подняла взгляд на Какёина. – Постарайся сильно не напрягать руку, чтобы до экзамена она-.. – Это не важно, Холли-сан, - устало улыбаясь, качнул головой Какёин. – Спасибо за перевязку, правда. Но не стоит так из-за меня беспокоиться. – «Не важно»? – вскинула брови сбитая с толку Холли, - Но ведь-… – Все продукты так и стоят на кухне в пакетах, - прервал её Джотаро, оттолкнувшись от стены и приблизившись к дивану. – И испортятся к чертям, если ты сейчас же не сложишь их в холодильник. Поняв достаточно прозрачный намёк сына, Холли вздохнула, отставив аптечку на журнальный столик сбоку от дивана, поднялась с места. – Как бы там ни было, я рада, что ты с нами пообедаешь, - уже у выхода из гостиной обернулась она и приподняла уголки рта. Куджо проводил мать взглядом и обернулся к сидевшему перед ним Какёину. – Ты не собираешься сдавать экзамен? Нориаки пожал плечами. – К чему это теперь. Плавно опустившись на место, где только что сидела Холли, Джотаро не произносил ни слова. Но как раз этим своим молчанием и давал понять, что ждёт, пока Какёин скажет что-то сам. Тот заговорил только через несколько минут. – Отец нашёл билеты вчера вечером. А сегодня утром позвонил в школу и узнал про заявление, - Нориаки пустым взглядом смотрел в пол. – Он требовал изменить регистрацию на другой университет, но бумаги уже выслали, поэтому ему отказали. Я понял, что всё паршиво, как только переступил порог дома в коридор, где стояли и он, и мать. Но.. в такой ярости я видел отца впервые. Джотаро какое-то время молчал. – А что мать? – В истерике повторяла, что отказывается считать такого «грязного обманщика» своим сыном. И в том, что она молча стояла в стороне, пока отец прикладывал меня к стене, это неплохо проявлялось, - Какёин говорил с таким пугающим безразличием, будто его это не касалось. – Даже если я поступлю в Саппоро, они не согласятся оплатить обучение – в этом я теперь более чем уверен. А если на следующей неделе им позвонят ещё и из учсовета, не представляю, что вообще будет. Куджо стиснул зубы и снова не решался ничего говорить. Через полминуты он почувствовал, что Нориаки поднимается с дивана, и повернул голову в его сторону. – Я зашёл только чтобы предупредить, что на завтра тебе нужен новый билет, - проговорил Какёин. – Извинись за меня перед Холли-сан. Я правда не хотел, чтобы она видела меня в таком состоянии. Мышцы лица Нориаки чуть дрогнули, когда он опустил правую руку обратно в карман пальто. – Куда ты собрался? – свёл брови Куджо. – Домой, - ровно ответил Какёин. – Они знают, что кроме как к тебе идти мне некуда. И если я не вернусь – и отец, и мать нагрянут сюда. А этого я не хочу больше всего, - он качнул головой. – Вас с Холли-сан это никак не должно касаться. Поэтому лучше я уйду сам. – Тебя только что избил твой отец, - поднявшись с дивана, Джотаро встал во весь рост, - а ты хочешь вернуться и дать ему шанс продолжить? Когда Какёин только пожал плечами в ответ, Куджо не выдержал и со злостью схватил его за левое предплечье, заставив посмотреть на себя вверх. – Мы, кажется, договаривались, - сощурил взгляд он. – Никакого больше наплевательского и безразличного отношения к тому, что с тобой происходит или может произойти. – От того, что я начну сейчас беспокоиться или злиться, ничего не изменится, - проговорил Нориаки, без тени страха или смятения, абсолютно пустыми глазами упираясь в чужое лицо в ответ. Куджо сцепил зубы. – А кроме того, для злости, отчаяния или чего-то ещё я слишком устал, - прикрыл глаза Какёин. – И поэтому ты считаешь, что лучше полностью на всё наплевать? Нориаки снова поднял взгляд вверх и чуть свёл брови. – Я не считаю, что что-то лучше, - низко проговорил он. - Я абсолютно никакого «лучше» в том, как всё сложилось, не вижу. Вообще. Мои реакции и решения – это просто всё, на что я сейчас способен. В голосе и взгляде Какёина так и не появилось никаких эмоций – и от этой пустоты Куджо было тяжелее, чем от увиденных им несколько часов назад боли и гнева. – Раз на большее ты сейчас не способен, - спустя время негромко проговорил он и поднял взгляд, - то правильные реакции и действия за тебя буду выбирать я. Нориаки с вялым непониманием на лице вскинул бровь. – Зачем тебе это всё? – он вздохнул и прикрыл глаза. – Если ты до сих пор цепляешься за то обещание и ответственность возиться со мной, Джотаро, то-… – Я не цепляюсь ни за какие обещания - отрезал Куджо. – И я не твои грёбаные родители, чтобы считать тебя обузой и источником проблем, с которым нужно «возиться». Поэтому просто уйми свою гордость и дай мне, чёрт возьми, тебе помочь. Какёин почти с минуту молча вглядывался в чужие глаза, но кроме решимости не мог разглядеть в них ничего другого. Он выдохнул. – ..Что ты предлагаешь? – Ехать в Саппоро и сдавать экзамен, - не раздумывая ответил Джотаро. Какёин какое-то время молчал. – У меня нет с собой ни вещей, ни денег, ни школьного удостоверения, по которому меня пустили бы на экзамен, - качнул головой он. – Всё это нужно забирать из дому, а-… – А с помощью стэнда забраться на второй этаж через окно для тебя не составит проблемы. Какёин хоть и выглядел немного сбитым с толку таким предложением, но оспаривать его правдивость не стал. Джотаро тем временем поддёрнул манжету и взглянул на часы. – После шести стемнеет, будет безопаснее. Возьмёшь свои вещи, и пойдём на станцию, - уверенно проговорил он. – Во сколько поезд? – Завтра в 10:20. – Он ежедневный? Нориаки не понимал, к чему он клонит. – Да. – Значит, успеем разобраться с билетами и выедем сегодня. Глядя на него снизу вверх, Какёин моргнул, и на его лице впервые за весь разговор, наконец, промелькнула искра удивления. – Но тест ведь в понедельник. – Раз ты не можешь оставаться ни дома, ни здесь, то уехать – оптимальный вариант, - кратко пояснил Куджо. Нориаки ещё какое-то время не сводил с него взгляда, но вскоре и только что возникшая слабая искра в его глазах потухла, и он с прежним безразличием пожал плечами. – Ладно. Джотаро не был в восторге от такого ответа, но был благодарен хотя бы за то, что ему не пришлось тратить время на уговоры. – Поедим и выйдем к твоему дому, - добавил он, направляясь к выходу из гостиной. – Я соберу вещи, а ты прикинь, что нужно будет взять тебе. После того, как он вышел из гостиной, он направился к кухне, где хлопотала с овощами Холли. Та, заметив задвинувшего за собой изнутри дверь сына, отложила нож в сторону и обеспокоенно поджала губы. – Неужели это правда сделали его родители, дорогой? – вполголоса спросила она. Куджо удивлённо вскинул бровь. Гостиная была на достаточно немалом расстоянии от кухни для того, чтобы из неё можно было услышать недавний негромкий монолог Какёина. – Как ты узнала? – Мне просто.. – она неуверенно замялась, - ..показалось, что он будто бы скривился, когда я назвала его по фамилии. Сам Джотаро не был уверен, что на лице Нориаки проскользнуло что-то подобное, но в способностях своей матери читать эмоции других он не сомневался. А её резкий переход на имя получил вполне логичное объяснение. – И я чувствовала, что что-то не так ещё вчера. Когда разговаривала с его матерью, - добавила Холли. – А папа упоминал её странные холодные фразы из их разговора тогда, когда он объяснял причину вашего отсутствия. Но всё же... – она закачала головой, - я бы никогда не подумала, что-… – Его избил отец, - ровно проговорил Куджо. – Не мать. – Но она ведь могла вмешаться! – не выдержала Холли. – Просто стоять и смотреть – ещё хуже! И к тому же, как можно такого «отца»-…! – Уймись, - шикнул Джотаро и кивнул на дверь. Холли тут же виновато поджала губы, вздохнула и понизила голос. – Ты сказал ему, что он может оставаться здесь, сколько захочет, верно? Куджо опустил руки в карманы брюк. – Мы выедем в Саппоро сегодня. – Сегодня? - Холли в искреннем недоумении округлила глаза.- Но вы ведь говорили, что экзамен в понедельник. Как вы будете двое суток-…? – Переночуем в гостинице, - прервал её Джотаро. – Нам нужно сосредоточиться на подготовке, а не на заскоках его родни. Куджо сжал пальцы, умалчивая то, что стресс вообще представлял для Какёина прямую угрозу. – Но я бы могла поговорить с его родителями, и, возможно, мы бы со всем разобрались, - попыталась встрять Холли. – С ними невозможно разобраться, - отрезал Джотаро. – А послать их отсюда к черту я могу и сам, но спокойнее ему от этого не станет, - он сжал зубы. – Ему просто к чертям нужно этого всего не видеть и быть от них подальше. Холли, поджав губы, какое-то время стояла молча, а после прикрыла глаза и выдохнула. – Ты прав, дорогой, - она вскинула голову. – Но вы хотя бы пообедаете? – Да. Мы уйдём после шести, - кивнул Куджо и развернулся было к двери. Но, не открывая её, добавил: – И не говори с ним об этом всём. Он не хочет ни чтобы ты знала подробностей, ни чтобы волновалась из-за него. Ясно? С мягкой, но грустной улыбкой на губах Холли кивнула. – Ясно, милый. Я верю, что вы справитесь вдвоем. И.. – она прикрыла глаза и ещё сильнее расплылась в улыбке, – мама безумно рада, что ты теперь так ей доверяешь! Куджо скривил губы, не зная, как в должной мере возразить, и простоял на месте молча с несколько секунд. Но вышел из кухни, так ничего и не сказав.

***

– Порядок? – вскинул бровь Куджо, когда Нориаки с помощью стэнда спустился на землю за ограждение своего дома. – Если им можно назвать прокрадывание в собственную комнату через окно, то да, - сухо отозвался Какёин, державший левой рукой небольшую дорожную сумку. Джотаро, который по-прежнему чувствовал себя странно от почти безжизненного звучания чужого голоса, промолчал. Он не мог не признавать того, что у Нориаки действительно было достаточно причин, чтобы быть в таком полураздавленном состоянии. И ничего, что вмиг изменило бы ситуацию или хоть как-то облегчило бы его бремя, сам Куджо сделать не мог. Поправив на плече подаренный матерью рюкзак, он кивнул подбородком на освещённую фонарями улицу. Какёин искоса бросил взгляд назад, на тёмное окно своей комнаты и на свет в двух окнах на первом этаже, и, развернувшись, двинулся по дороге следом за успевшим сойти с места Джотаро. Они дошли до станции чуть меньше, чем за полчаса и не произнесли за всё это время ни единого слова. Взяв у Нориаки те клочки бумаги, на которые были порваны их билеты, Куджо в одиночку отправился к кассе. Когда через несколько минут он вернулся обратно, в его руках уже было четыре билета. – Те, что были на завтра, согласились восстановить и поменять на сегодняшний рейс. И два я взял на вечер понедельника, заранее, - пояснил он. – Их и так оставалось немного, и только в сидячий вагон. Нориаки равнодушно смотрел на него в ответ и ничего не говорил. Смысла в том, чтобы тоже ехать в Саппоро, он до сих пор не видел. – До поезда почти два с половиной часа, - Джотаро поднял глаза на стену с часами на вокзале. – Мы-… – Подождём здесь, - закончил за него Какёин, давая понять, что возвращаться в поместье Куджо и снова чувствовать всю ту заботу, которой окружала его Холли, ему неловко. Ожидавший как раз такого ответа, Джотаро кивнул и оглянулся. Найдя взглядом освещённую невысоким фонарём лавку у здания станции, он приблизился к ней и опустил на неё рюкзак. Нориаки подошёл следом и, поставив сумку на землю, опустился на холодную деревянную поверхность лавки. По привычке пошарив руками по карманам гакурана, Куджо нашёл в одном из них подаренную Полнареффом пачку Gauloises. Выудив из неё сигарету, он стал щелкать бензиновой зажигалкой, которая упрямо не срабатывала. – Дай мне одну. Наконец вызвав на фитиле искру и прикурив сигарету, Джотаро изогнул бровь и покосился на протягивавшего в его сторону левую руку Нориаки. – Ты же не куришь. – Сейчас хочу. Куджо сжал свою сигарету зубами, достал из пачки еще одну и вместе с зажигалкой протянул её Какёину. Тот благодарно кивнул. Чуть запрокинув голову вверх, Джотаро глубоко затянулся и, поднеся руку ко рту и отняв сигарету, выдохнул серое облако в прохладный вечерний воздух. Немного погодя, он снова приблизил сигарету к губам, снова сделал затяжку и, прикрыв глаза, резко выдохнул ещё более густой клуб дыма в небо над собой. Тишину, на пару с дымом наполнявшую воздух, рассекали только звонкие щелчки зажигалки. После третьей затяжки Куджо открыл глаза и взглянул вниз, на Нориаки, который сжимал губами по-прежнему сырую сигарету и отрешённо щелкал не срабатывавшей зажигалкой. Без лишних раздумий Джотаро наклонился, поднёс ко рту фильтр и приблизил свою сигарету к кончику чужой. Какёин медленно поднял на него взгляд, и Куджо, молча глядя на него в ответ, сделал неторопливую затяжку, заставляя несколько миллиметров серого пепла загореться живым оранжевым светом. Те несколько секунд, в течение которых искры огня передавались с одной сигареты на другую, они оба просто продолжали смотреть друг другу в глаза. После того, как Нориаки опустил веки и затянулся, Джотаро выпрямился и пронаблюдал чужой плавный медленный выдох дыма уже с высоты своего роста. – Спасибо – пробормотал Какёин и тут же стряхнул на землю пепел, которого успело скопиться немало из-за продлившегося дольше, чем нужно, соприкосновения с чужой горящей сигаретой. Куджо кивнул, отошёл к стене в паре метрах от лавки и, откинувшись к ней спиной, снова сделал затяжку.

***

Оказавшись в их двухместном купе, Куджо опустил кожаный рюкзак на нижнюю полку и поднял взгляд на вторую, сверху. Какёин тем временем поставил сумку на пол у небольшого окна и, тоже подойдя к полке, стал расстёгивать гакуран. – Будешь спать? – уточнил Джотаро. – Не знаю, если получится, - закончив с пуговицами, Нориаки повесил гакуран на крючок у закрытой двери, забрался на верхнюю полку и повернулся лицом к стене. – У меня в сумке тот сборник для подготовки, - негромко проговорил он. – Можешь его взять, если хочешь. Куджо гмкнул и наклонился к чужой сумке, почти сразу найдя лежавшую сверху книгу. С ней в руках он сел на нижнюю полку и прислонился спиной к стенке тихо тронувшегося поезда. Несколько минут он просто бесцельно пролистывал страницы, не чувствуя, что сам в состоянии на чём-то сосредоточиться. – После тех пятидесяти дней было бы естественно вообще не воспринимать всё, что сейчас происходит, как проблемы, верно? От послышавшегося голоса с верхней полки Джотаро перестал листать страницы. Но не стал ничего говорить, рассчитывая, что Какёин скажет что-то ещё. – Мы каждый день были в такой опасности, после которой всё остальное должно казаться сущими пустяками, - действительно продолжил Нориаки. – Когда за спиной что-то подобное, ничто другое не должно выбивать землю из-под ног. Но... – он запнулся и выдохнул, - ..почему мне кажется, что тогда было проще, чем сейчас? Выдержав паузу, чтобы убедиться, что Какёин договорил, Куджо выдохнул и сам. – Каким бы ненормальным всё тогда ни было, мы могли что-то с этим делать. Даже если мы не всегда полностью управляли ситуацией, мы хотя бы знали, что можем напрямую повлиять на происходящее. Силой или умом. И знали, что исход зависит от нас. Он опять ненадолго замолчал. – Сейчас от тебя почти ничего не зависит. И ты мало что можешь сделать или изменить сам, - Джотаро крепче сжал пальцами обложку сборника. – Как и я. Нориаки молчал достаточно долго, чтобы Куджо успел подумать, что тот не ответит вообще. – Может, глупо с нашей стороны вообще пытаться строить нормальные жизни, – наконец сухо усмехнулся Какёин. – Может, Полнарефф прав, и после того, что происходило в прошлые два месяца, вернуться к обычной жизни и обычным проблемам для нас уже невозможно? Джотаро прикрыл глаза. – Ты хочешь так думать? Тишина продлилась с половину минуты. – ..Нет. Не хочу. Куджо снова отмолчался, а затем перелистнул страницу. – Тогда у нас есть повод пытаться ещё. Столько, сколько нужно.