Because You're Mine (Потому что ты мой сын)

      Следующим утром Сири проснулся перед рассветом. Его половинная доза зелья сна без сновидений помогала ему избавиться от страхов и кошмаров, но он ненавидел его использование. Он терпеть не мог любое проявление своей слабости, а необходимость в помощи со сном он считал слабостью. Он принял душ и оделся в джинсы и футболку, черканул отцу записку, в которой указал, где его искать, схватил свою метлу и направился на поле, едва солнце выглянуло из-за горизонта. Он чувствовал, что не летал целую вечность. Стартовав, он испытал необыкновенно прекрасное ощущение свободы и легкости. Легкий ветерок отбрасывал его беспорядочные волосы с лица и приятно охлаждал кожу. Сири лениво летал вокруг снова и снова, просто наслаждаясь ощущением полета на метле, реагирующей на его малейшее прикосновение. После некоторого времени, потраченного на освоение новой метлы, он решился на выполнение более сложных маневров. Он делал привычные для него бочки, петли, попытался сделать несколько штопоров вокруг стоек ворот, но ему стало не по себе из-за своего пустого желудка, и этот трюк он решил отбросить. Он даже успел несколько раз выполнить финт Вронского. Он летел вдоль земли, стоя на древе метлы. Он слегка наклонил левое колено, и древо чуть-чуть накренилось, заставляя метлу подниматься в воздух. Взлетев на пятьдесят футов вверх, он выровнялся и продолжил лететь стоя. Это быстро вызвало у него страх падения. Сердце заколотилось, едва он подумал о том, что может случиться, если он нечаянно поскользнется и упадет. Северус замер у входа на поле. «Чем, черт возьми, он думает, что он делает?» — эти мысли возникли в его голове, как только он посмотрел на Сири. Он не решился кричать и тем самым пугать его. Так бы он точно убил Сири. Сердце Северуса будто застряло в горле, когда он наблюдал, как его сын исполняет на своей метле танец со смертью. Почему мальчик не летал сидя? Северус кипел от злости. Он поспешил к камере хранения и достал свою собственную метлу. Когда он стартовал, Сири сел и камнем полетел вниз, прямо навстречу земле. Прежде, чем стало слишком поздно, он вышел из пике и сразу же начал подниматься в воздух, на пятьдесят футов, сто. Он несколько минут висел, уцепившись одной рукой за древо метлы, а затем сделал круговую петлю и увидел лицо своего отца, быстро приближающегося с другой стороны поля. — Ты спятил? — вскричал Северус. — Не больше, чем обычно, — ответил Сири со злобным оскалом. — Ты напугал меня до чертиков своей эквилибристикой! — сказал ему Северус. — Круто, да? — спросил Сири. Северус парил, уставившись на своего сына с открытым ртом. Он не мог понять, зачем Сири нужно было так рисковать. Его сердце все еще бешено колотилось от страха. — Эй! Ты серьезно? Ты беспокоился обо мне, да? — спросил Сири. — Да! Всем, о чем я мог думать, было то, что могло произойти из-за одного твоего неверного шага! — Мне жаль, — вздрогнул Сири. — Я не хотел напугать тебя. Просто только это могло заставить меня ожить как следует. Испытать острые ощущения, чтобы подавить страх перед НИМ. Северус кивнул. — Хорошо, на этот раз я успокоился, только, пожалуйста, не будь больше таким безрассудным. Я не выдержу, если потеряю тебя, тем более сейчас, — признался отец. — Папа, ты не потеряешь меня. Ты же знаешь, что я летаю так не один год, — упрекнул его Сири. — Да, и всегда это знал, — сказал Северус, когда он повернул метлу параллельно Сири и они вместе полетели вокруг поля. — Но за последний год я изменился. — Насколько? — поинтересовался Сири. — Я впустил тебя к себе, открыл свои стены, снял свою маску, — объяснил он. — Я позволил тебе узнать свои чувства, и просто… — он вздрогнул. Сири кивнул. — Ладно, отныне нет высшему пилотажу, — злобно усмехнувшись еще раз, он добавил: — При тебе, разумеется, — сказав это, он предусмотрительно отлетел подальше. Они промчались вокруг поля еще несколько раз, а затем долго летали над озером, просто наслаждаясь временем, проведенным вместе. Когда они вернулись в замок, было почти время обеда. Они провели на улице с ее ярким солнечным светом все утро, и мальчик чувствовал себя замечательно. В тот день у Сири была сессия с Соней. Он удивился, когда понял, что на самом деле ждал этого с нетерпением. Он ломился от целой массы разнообразных вещей, которые он хотел с ней разобрать: судебный процесс и судья Прайс, позволившая ему использовать музыку; утро, только что проведенное со своим отцом; Джуно и «материнский» вопрос; Аврорское обучение и его нетерпение снова увидеть профессора Люпина и Сириуса. Сири пробился в башню профессора Дамблдора. Забираясь все выше и выше, он ощущал все большую духоту от жары. Соня уже была в комнате, когда он вошел туда. Окна были открыты, но как это обычно бывает к концу июля, они не сильно помогали в борьбе с нагретым воздухом. — Мерлин, здесь так жарко! — пожаловался Сири. — Почему бы нам не пойти на улицу, в тенистое место? — предложил он. — Прекрасная идея, я за! — охотно согласилась Соня. Сири плюхнулся на траву в тени исполинского дуба рядом с озером. Соня села рядом с ним и приготовила свое перо и пергамент. — Да, это гораздо лучше! — Сказала она, глубоко вздохнув. — Нет. ЭТО гораздо лучше! — возразил Сири, взмахнув рукой и вызвав два высоких стакана тыквенного сока со льдом. — Ты прав. Намного лучше! — согласилась она, сделав глоток. — Ты кажешься очень веселым сегодня, — заметила она. — Да, — усмехнулся он. — Провел все утро, летая на метле, в основном с папой. Это было здорово. — Замечательно. Вы не имели такой возможности в последнее время. — Да, мы были слишком заняты, — задумчиво произнес он. Соня ждала. Она знала, что он готов был сказать намного больше. — Думаешь, я в шоке от вчерашней левитации в зале суда? — спокойно спросил он. — Нет. Я так не думаю. Все скорее были обеспокоены твоей безопасностью. Я знаю, что твой отец был очень напуган. Он довольно долго не мог добраться до тебя. — Мне было стыдно, — признался он. — Я ненавижу то, что я не умею контролировать свою магию. Я ненавижу, что я никогда не знаю, чего ожидать, когда я стану огорчаться. — Это придет, Сири, — успокаивающе произнесла она. — Нужно просто дать себе время. — Думаешь, адвокат Вернона будет использовать это против меня? — спросил Сири. — То, что твой дядя рассказал ему о твоих «странностях»? — спросила Соня. — Именно, — кивнул Сири. — Все началось перед тем, как я достиг возраста, с которого начал осознавать свои действия. Если бы кто-то все объяснил мне тогда, возможно, это бы как-то помогло. Я даже не знал, что я был причиной всех странностей, зато я был в курсе своей вины и особенно в курсе наказаний, которые следовали за ней! — Понимаю, — тихо ответила она. — Было бы неплохой идеей рассказать твоему адвокату об этих проблемах. Таким образом, он будет подготовлен заранее. Сири кивнул и сказал: — Могу ли я спросить кое-что? — Спрашивай, — улыбнулась она. — Что ты почувствовала, когда Доктор Эй сама назвала себя моей «мамой» вчера? — осторожно спросил он. Соня задумалась. Ей показалось, что Джуно сделала это в отчаянной попытке помочь мальчику, но когда маневр сработал, она как-то не особо задумывалась об этом. До этой минуты. — О Боже, Сири, да у тебя талант задавать провокационные вопросы! — рассмеялась она. — Я думаю, что более важен вот какой вопрос: что почувствовал ТЫ? Что ТЫ думаешь? Ты уже нашел ответы? Сири уставился на озеро. Что же он мог почувствовать? Всем, что он когда-либо хотел иметь, была настоящая семья, любящие его родители. Да, у него был отец, но ведь ему нужна и мать, не так ли? Доктор Эй была готова стать ему лишь подругой. Она не хотела становиться для него матерью. Почему? И мог ли он представить себе, чтобы его мамой была не она? Но Доктор Эй заполнила пустоту в его сердце, и он не чувствовал, что это было просто дружеское ощущение. У него были друзья, хорошие друзья. Он знал, что чувствовал по отношению к ним. Но он не чувствовал, что Доктор Эй беспокоилась о нем лишь потому, что они провели столько времени вместе. Разве это не материнская любовь? Когда она заботится о тебе. Ласково обнимает тебя, когда ты плачешь, поглаживает тебя, пока ты не успокоишься. Держит тебя за руку в трудную минуту. Распахивает свои двери, чтобы дать тебе безопасное место, когда ты нуждаешься в этом. Целует твою голову, когда говорит «спокойной ночи». Это ведь признаки настоящей матери? Если это так, тогда да, он бы сказал, что чувствовал ее своей матерью. Может, не по крови, но по кое-чему другому, столь же мощному, как… Любовь. Она была с ним все это время. Она исцелила его раны, но на самом деле сделала гораздо больше, чем могла. Она держала его за руку, пока его отец рассказывал ему правду. Она обнимала его, когда он испытывал слишком сильный шок. Каждую ночь она целовала его в лоб, говорила «спокойной ночи». Да, он чувствовал, что у него была мама. — Я думаю, что люблю ее больше, чем друга, — тихо признался он. — Я думаю, что по своим чувствам к ней скорее ощущаю ее моей матерью, чем подругой. И намного больше, чем моим врачом. — Ты говоришь, что ты «думаешь», — тихо сказала Соня. — Это звучит как если бы ты не был полностью уверен в своих чувствах, Сири. — Она заботилась обо мне, Соня! — разразился он. — Она до сих пор это делает! Как мать могла так поступить? Почему она сказала, что не хочет быть моей мамой? — он, наконец, выдал то, что действительно беспокоило его, и Соня улыбнулась. — Она действительно так сказала? — Она сказала, что она не хочет, чтобы я называл ее «мамой» и что она не пытается заменить мне маму, — печально произнес он. — И ты воспринял это, как будто она не хочет быть твоей матерью? — мягко спросила Соня. — Сири кивнул и уставился на озеро, пытаясь заставить слезы вернуться обратно. — Сири, посмотри на меня, — сказала Соня, нежно притянув к себе его лицо. — Подумай о том, ЧТО она сказала. Она не хотела, чтобы ты называл ее мамой. Она не пытается заменитьтебе маму, — сказала Соня. — Она не говорила, что она не хочет быть твоей мамой. Ведь так? — Нет, не говорила, — сказал он, засияв. — Но тогда в чем проблема? — Боюсь, что единственной, кто может ответить тебе на этот вопрос, является Джуно. Тебе придется спросить ее об этом, — улыбнулась Соня и похлопала его по плечу. — Спасибо, доктор, — улыбнулся он в ответ. — Я чувствую себя намного лучше. — Хорошо, — радостно сказала она. — Что еще произошло? — Эээ… ты слышала, что судья Прайс разрешила мне слушать музыку в суде? — Да, и я думаю, что это ужасно мило с ее стороны, — ответила Соня. — Я должен сделать что-то приятное для нее в ответ, да? — Спросил он. — В данном случае было бы уместно хорошее благодарственное письмо, — предложила она. — Я думаю, можно украсить строчки красивыми цветами. — Не знаю. Думаю, что украшение строчек уже будет выглядеть как попытка повлиять на судью. — Ах, да. Я и забыл. Думаю, сделаю простую записку. — Что это за Аврорское обучение, о котором я слышала? — Спросила Соня. — Ну, мы на самом деле не будем готовиться на Авроров так, чтобы работать ими, — начал Сири. — Ну, разве что Драко, а остальные более или менее будут заниматься этим, чтобы изучить некоторые боевые навыки, тактику, защитные амулеты и тому подобное. Я знаю, что мы с папой пойдем еще дальше, чтобы отработать некоторые техники рукопашного боя. — Вау! Ты боишься? — Спросила она. — Чего? — не понял он. — Испытать это на практике. — Неа. Я боролся с Волдемортом в течение многих лет, — сказал Сири. — На этот раз Я буду наносить ему удары. Сейчас у меня есть причина, чтобы сражаться с ним, — сказал он ей с ожесточенным выражением лица и огнем, блистающим в его изумрудных глазах. — Твой отец, — догадалась она. — Да, но не только это. Я чувствую, что у меня есть будущее, повод победить в этой войне и смысл жизни, — произнес он едва ли не шепотом. Соня погладила его по спине и подумала: «Бедный ребенок. Он повидал слишком много ужасов в своей жизни. Он был беззащитным в своих встречах с Волдемортом! Просто подумать страшно, как ужасно это было. Он был всего лишь ребенком, а уже сражался с темными силами всю свою жизнь. Он действительно спаситель волшебного мира». Она чувствовала силу, поднимающуюся в нем, как приливная волна. — Я никогда не говорил тебе! — воскликнул он, засияв вновь. — Мой Крестный — руководитель нашей подготовки. И… э-э… профессор Ремус Люпин также будет помогать ему! — Твой Крестный? — поинтересовалась Соня. — Да, Сириус Блэк, — пояснил он. — Сириус Блэк — твой Крестный? — пискнула она. — Да. — Боже мой! Я слышала рассказы о нем! — Большинство из них, вероятно, правда. Кроме одного, — сказал он с гневом, мерцающим в его глазах. — Он никого не убивал. — Я знаю, я читала об этом, — ответила она. — Какая ужасная ошибка. — Да, хорошо, что Артур Уизли реабилитировал его, как только стал министром магии, — сказал Сири. — Сириусу было дано свое испытание, после которого все прояснилось, но Червехвост сбежал. — Мы должны надеяться, что его поймают, — сказала Соня. — Мы возьмем его, когда сделаем Волдеморта, — уверенно поклялся Сири. — Я голоден. А что насчет тебя? — Умираю с голоду, — призналась она, поднимаясь на ноги. Когда они оказались в школе, она спросила: — У тебя есть какие-нибудь планы на субботу? — На данный момент нет, а что? — Хочешь провести день со мной? — Как одну большую сессию? — Воскликнул он, многозначительно подняв брови. — Нет, глупенький! — засмеялась она. — Я хочу, чтобы ты как следует отдохнул и расслабился. Когда-нибудь бывал в торговом центре? — Нет, — ответил он со странным выражением в глазах. — Прости, — сказала она, кладя свою руку на его. — Все нормально, — ответил он. — Это не твоя вина. Так что там есть, в торговом центре? — оживился он, сменив тему. — Ой, да все, что угодно. Есть куча разных магазинов, по которым можно пройтись; одежды, украшений, игрушек, музыки, видео. Есть аттракционы, кинотеатры и рестораны всякого рода. — Звучит очень заманчиво, — ответил Сири. — Я поговорю с папой, дабы убедиться, что у него нет других планов. — Просто дай мне знать, — попросила Соня, после чего они вошли в Большой зал на ужин. Северус уже сидел во главе стола вместе с профессорами МакГонагалл и Дамблдором. Он посмотрел вверх, и тут массивные двери распахнулись. Небольшая улыбка украсила его лицо, когда он наблюдал, как его сын подходит к столу. Он сразу же отметил, что Сири как будто внезапно изменился в лучшую сторону. Было ли это его воображением, или Сири действительно стал чуть выше? Его плечи немного увеличились в ширине? Северусу казалось, что, подходя к столу, Сири скользил так же, как и он сам. Его шаги были более целеустремленными и жизнерадостными. Сегодня они казались еще более размашистыми. Что-то изменилось, это стало ясно без слов, и Северусу, без сомнения, понравилось то, что он наблюдал. Он увидел в своем сыне силу и мощь. — Добрый вечер, — поздоровался Сири со всеми присутствующими, заняв свое место рядом с Северусом. Теперь, когда летние каникулы были в самом разгаре, замок был почти пуст, и они все могли свободно уместиться за одним столом. Соня села рядом с Сири, поприветствовав всех, кто уже сидел там. — Северус, у тебя есть планы на Сири в субботу? — спросила она, не в силах ждать. — Нет, если мне не изменяет память, — ответил он, взглянув на Сири. — У тебя нет никаких планов на субботу? — Нет, сэр, — ответил Сири. — А почему тебя волнует этот вопрос? — поинтересовался у нее Северус. — Я спрашиваю вот почему: если ты не возражаешь, Северус, я хотела бы взять Сири в Лондон, в торговый центр на весь день, — пояснила Соня. Северус метнул в нее острый взгляд. Он не был уверен, что это хорошая идея. Сири все еще не мог справиться с чувством паники от находящихся поблизости личностей в незнакомых местах, особенно с толпами людей. — Сири, ты и впрямь этого хочешь? — спросил Северус, решив довериться выбору своего сына, чтобы знать, был ли он к этому готов. — Да. Я никогда доселе не бывал в торговом центре, — произнес Сири с энтузиазмом. — Соня расписала его так, что он звучит как отличное место, чтобы туда пойти. — Очень хорошо, — сказал Северус. — Он весь твой, Соня. — У нас есть дата, Сири, — усмехнулась она. — Сири, завтра мы отправимся в Гринготтс и снимем тебе кучу денег, — сказал сыну Северус. Сири кивнул, но вдумчивый взгляд пересек его лицо. — Папа, деньги в хранилище Поттеров… — начал он. — Принадлежали Джеймсу, Сири, — мягко сказал Северус. — Ой, — тихо ответил Сири. — В таком случае, я полагаю, что должен вернуть туда то, что я уже использовал. — Нет, Сири, — ответил Северус. — Джеймс оставил все тебе. Это твои деньги. — Почему он оставил все деньги мне? — удивленно спросил Сири. — Он очень любил тебя, Сири. Ты был ему как сын, — объяснил Северус. — У него не было родственников, которым он мог бы завещать эти деньги, поэтому он оставил все тебе. Сири замер в оцепенении. Он не знал, как ему чувствовать себя. Во-первых, он был глубоко тронут, и слезы наполнили его глаза. Он проглотил их и попытался сосредоточиться на еде. Это было трудно, так как для начала нужно было проглотить довольно большой комок, который образовался у него в горле. Северус несколько минут смотрел, как его сын борется со своими эмоциями. Он обнял Сири одной рукой и притянул его к себе в теплом объятии. Он протянул вторую руку и нежно погладил Сири по голове. — Ты в порядке? — Прошептал он. — Да, просто чувствую себя очень благословенно, — признался Сири. — Это не та эмоция, к которым я привык. Соня, наблюдавшая за этой сценой, погладилa руку мальчика. — Ты прекрасно справляешься, Сири, — улыбнулась она. *** День пятницы выдался ярким, солнечным и жарким. Сири, как обычно, проснулся первым. Этим утром он почувствовал какое-то озорство. Решив, что прошло слишком много времени с тех пор как он последний раз «разыгрывал» своего отца, он сформировал новый план. Он устроит отцу «рефлекс-тест». Он на цыпочках пробрался на кухню и взял один из деревянных стульев с прямой спинкой. Он украдкой прошел к двери спальни Северуса и припер к ней стул, поставив его под углом так, что верхняя часть спинки едва соприкасалась с дверью. Когда его отец откроет дверь, то стул упадет в комнату. Его отец «пройдет» тест, если поймает стул, прежде чем тот ударится об пол. Сири сел в кресло лицом к двери, открыл свой «Ежеквартальный квиддич» и начал «читать». Вскоре, он услышал движение отца по ту сторону двери. Сири не смог сдержать ухмылку на лице. «Вот смеху-то будет!» Он был уверен, что его отец не имел опыта с «магловскими» подколами. Сири получил свою долю их, так что ему было из чего выбирать. Дадли всегда устраивал какие-то новые пакости для него. Мысли Сири сделали его мрачным, и улыбка сошла с его лица. Он оттолкнул их в сторону и сосредоточился на том, что должно произойти сейчас. Ручка двери повернулась, и Северус показался из-за нее в обычном виде «всегда готового человека». — Авария! — крикнул Сири в тот момент, как стул полетел на пол. Северус попытался поймать стул, когда тот начал падать к нему, но опоздал на мгновение. Сири расхохотался. Сказать, что Северус был немного смущен, было вопиющим преуменьшением. Он гордился тем, что умел сохранять контроль при любых обстоятельствах. Только не в тех случаях, когда над ним насмехался ребенок. Он бросился к Сири. — Вы за это заплатите, мистер! — рассмеялся он. Он схватил Сири вокруг талии, когда тот попытался броситься от него наутек. Оба начали кататься по полу, задыхаясь и вытирая слезы со своих глаз. Отдышавшись, Северус спросил: — Ты уже завтракал? — Неа. Я ждал тебя, — ответил Сири. — Что ж, приятно видеть, что ты проводишь свое время с пользой, — саркастически произнес отец. — Да, но я бы сказал, что твои рефлексы немного заржавели, — сказал ему Сири со злобным блеском в глазах. — Хорошо, я буду работать над этим, — ответил Северус, вдруг став серьезным. — В чем дело? — спросил Сири, заметив внезапное изменение. — Я просто подумал, что нам на самом деле надо вырабатывать рефлексы. Мы должны оттачивать подобные навыки. Мы будем нуждаться в них, когда нам придется уворачиваться от проклятий. Я также думаю, что отныне присоединяюсь к твоим утренним тренировкам, — добавил Северус. — Означает ли это, что теперь я должен тебя ждать, или ты собираешься пораньше поднимать с постели свой ленивый зад? — игриво произнес Сири. — Мы будем летать поочередно, договорились? — Договорились. После завтрака Северус воспользовался возможностью обсудить поездку в Лондон. — Сири, ты уверен, что ты готов столкнуться с толпой? — Его отец выглядел обеспокоенным. Сири же даже не задумывался об этом. — Я и не подумал о толпах, — признался он. — Это прозвучало так заманчиво для меня. Дурсли предпочитали не брать меня с собой, когда они куда-то девались. В очередной раз, простая констатация факта его сыном вызвала в душе Северуса глубокий укол вины. — Прости меня, Сири. Если бы я получил хоть малейший намек на то, что там творилось, я забрал бы тебя оттуда намного раньше. — Папа, цитируя одного великого человека: прекрати уже извиняться за каждую проклятую мелочь, черт возьми! Я никому не позволю извиняться за ошибки прошлого. Никто ни в чем не виноват! — Ладно. Мы просто прекратим этот разговор. Мы никогда не сможем договориться. И, Сири? — Да? — Следи за языком, — улыбнулся Северус. — Ну извини. Я пытался сделать замечание, — усмехнулся Сири. — Ты его СДЕЛАЛ, — поправил сына отец, усмехнувшись в ответ. — Теперь ты готов отправиться в Косой переулок? — Да, сэр, — ухмыльнулся Сири, сдвинув глаза в сторону и игриво вращая ресницами. — Перестань, дурачок! — рассмеялся его отец. Когда они пару минут спустя двинули к выходу из замка, Сири спросил: — Так сколько денег я должен взять? — Даже не знаю, что и сказать. Я не слишком знаком с современным курсом магловских денег и все такое. Я крепко увяз в волшебном мире, — признался Северус. Все мысли Сири были заняты денежным курсом. Он думал, что галлеон равнялся примерно двадцати фунтам, но он не был уверен, как это свести к фактической стоимости всех покупок, которые он намеревался сделать. «Хватит ли мне сто фунтов? Или лучше взять пятьсот?» Он пришел к выводу, что лучше взять побольше, ведь, если что, он всегда может вернуть оставшуюся часть обратно. — Думаю, я возьму двадцать пять галлеонов и обменяю их, — сказал он. — Это много? — спросил Северус. — По магловским деньгам это будет около пятисот фунтов. Это число может показаться большим, но я не знаю, что сколько стоит, так что не могу сказать точно, хватит мне этого или нет, — попытался объяснить Сири.  — Понимаю, — сказал Северус. — Мы довольно бестолковы в этом, не так ли? — Боюсь, что да, — признался Сири. — Я всегда могу вернуть деньги обратно, если возьму слишком много. — Или сохрани их в своей комнате, если они тебе понадобятся, — предложил Северус. В школе они не испытывали никаких проблем с деньгами. Для них все было предусмотрено. Это было частью зарплаты Северуса как профессора. Они провели добрую половину дня в Косом переулке. Северус пополнил запасы ингридиентов для некоторых зелий, в которых он нуждался. Сири провел целый час в магазине «Все для Квиддича», разглядывая новое оборудование для обеспечения безопасности, демонстрирующееся на прилавках. Зайдя в «Дырявый котел», они заказали себе сушеную рыбу, чипсы и сливочное пиво. Сири начал чувствовать себя немного неловко от взглядов людей в переулке и в пабе. Он предположил, что это из-за судебного слушания, но он также знал, что некоторые до сих поражались, видя его в обществе профессора зелий. Это были, конечно, студенты младших курсов, которые еще не до конца понимали странную перемену в отношениях между двумя этими людьми. Все привыкли к противостояниям между «Гарри Поттером» и профессором Снейпом. Но не к этой кажущейся на вид дружбе. Северус заметил, что это доставляет сыну ненужный стресс и тихо произнес: — Ты хочешь уйти отсюда? — Да, — прошептал Сири так тихо, что Северус едва расслышал его. — Ладно, пойдем, — мягко сказал Северус. — Ты уверен, что готов к этой поездке с Соней? — спросил он еще раз. — Я думаю, там будет лучше. Это будет менее заинтересованная толпа. Здесь, в Косом переулке, все знают, кто я такой, — объяснил Сири. — Вернее, они все знают Гарри Поттера. Северус кивнул. — Ты достаточно спокоен для трансгрессии или мы должны сесть на поезд? — Нам лучше сесть на поезд. Я немного рассеянный, — признался Сири. — Это будет хорошая поездка. Потому что мы сможем походить по Хогсмиду, — Северус улыбнулся. — Заодно это будет хороший вечер для прогулки. Потребовалось немного времени и несколько попыток, но Северус сумел втянуть Сири в разговор. Как только Сири поборол разочарование и расстройство из-за его воображаемой слабости, поездка пошла в более приятной атмосфере. Сири рассказал Северусу, что Соня сообщила ему о торговом центре. Северус сказал ему, какие вести он слышал от Сириуса и Рема. Они будут в замке в течение недели. Сири с нетерпением ждал встречи с ними. Он не видел своего Крестного с тех пор как Северус забрал его из дома Дурслей. Работа Блэка в качестве Аврора не давала ему особой передышки. Было уже поздно, когда они вернулись в замок. Сири был исчерпан. Он плюхнулся на свою кровать и уснул в течение нескольких минут. Северус сидел перед камином в своей гостиной, с бокалом вина в руке. Его мысли были сосредоточены главным образом на его сыне, но и другое лицо маячило перед ним. Он не разговаривал с Джуно со вчерашнего дня. Он с удивлением обнаружил, что скучал по ней. Вскоре он потерялся в мыслях о ней. Он подошел к камину, бросил щепотку пыли в огонь и тихо произнес: — Джуно Эскулэйпиус. Ее лице мгновенно появилось перед ним. — Привет, Сев, — улыбнулась она. — Здравствуй, Джуно, — он улыбнулся в ответ. — Я хотел поинтересоваться, есть ли у тебя планы на завтра? — Не более, чем делать обходы утром. Почему ты спрашиваешь? В чем дело? — Я подумал, что ты, возможно, захочешь скрасить одиночество мастера зелий? Сири отказался от моего общества в пользу Сони и поездки с ней в торговый центр, — рассмеялся он. — Зависит от того, на что вы намекаете, — сказала она. — Да ни на что я не намекаю, — устало ответил он. — Я просто соскучился по тебе. Она почувствовала небольшое волнение, связанное с его неуверенностью. Она осмелилась подумать… «возможно». — Я думаю, что смогла бы вытерпеть твою компанию несколько часов, — сказала она с развязной ухмылкой на лице. «Немного жизни», мелькнуло в ее мыслях. — Я рад. Какое время наиболее подходящее для тебя? — Спросил он. — Я должна вернуться с работы к двум, — сообщила она ему. — Да, можешь подходить к двум часам, но учти, что я могу немного задержаться, если возникнут какие-то непредвиденные обстоятельства, хорошо? — Думаю, да, — кивнул он. — Увидимся завтра, после работы. — Спокойной ночи, Сев, — улыбнулась она, в восторге от мысли, что она увидит его после того, как вернется домой с работы. — Спокойной ночи, Джуно, — сказал он, и ее лицо исчезло с легким хлопком. Он заснул с улыбкой на устах. *** Вскоре после завтрака, Сири и Соня трансгрессировали в тихом углу с внешней стороны огромного здания, каких Сири в большом городе еще не видывал. Соня повела его внутрь, и ему пришлось буквально заставить себя держать рот закрытым, чтобы не выглядеть идиотом. Соня с большим удовольствием наблюдала за его реакцией на все, что он видел. Он испытывал восторг пятилетнего ребенка, опустив руку в брызги от фонтана. Они загадали желания, когда бросали монетки в бассейн. Они решили сначала обследовать одну сторону торгового центра, и посетили каждый магазин, который вызывал у Сири интерес. Он купил новую магловскую одежду, в которой остро нуждался. Его рост в шесть футов два дюйма был довольно большим для последней одежды, что у него была. Он купил несколько пар джинсов, пару черных брюк, а также пару серых. Еще он купил темно-зеленую рубашку и рубашку бледно-голубого, почти пастельного цвета, прикинув, что они будут хорошо сочетаться с приобретенными им брюками. Он также купил новые ботинки, кожаную куртку и футболку на заказ в специальном магазине, в котором быстро могли сделать все, что бы вы ни захотели. Это была стильная черная футболка с золотым тиснением, на передней стороне которой красовалась надпись «Догони меня, если сможешь…», а на спине было написано «Я — Ловец». Магловский продавец не получил объяснений по поводу того, что означали эти надписи, но, в принципе, его обязанностью было выполнять заказ, а не «спрашивать». Соня втайне от Сири купила ему еще одну зеленую футболку с надписью «Поцелуй Ловца», быстро спрятав ее в сумку. Она планировала преподнести ее в качестве подарка на его день рождения на следующей неделе. После того как с покупками было покончено, Соня показала ему, где они могли на время оставить свои покупки, и они отправились наслаждаться другими развлечениями в торговом центре. Спустя некоторое время Сири проголодался и они направились в ресторанный дворик. Они купили себе гамбургеры и чипсы, и Сири выпил свою первую в жизни диетическую колу. Ему понравилось ощущение легкого жжения по пути напитка в его горло. Наевшись досыта, они направились обратно в торговый центр. Они зашли в магазин игрушек, где Соня показала ему, как играть с радиоуправляемой машиной. Он быстро освоил это занятие. Затем они пошли в ювелирный. Сири увидел, как молодая женщина увлеченно прокалывает себе уши. Он протянул руку и ущипнул себя за мочку уха, задумавшись. — Тебе было больно при этом? — спросил он Соню. — Не так уж и больно, — призналась она. — Все закончилось очень быстро. Немного пожгло, но на деле это пустяки, — улыбнулась она. Он кивнул в ответ и посмотрел на разнообразные ювелирные украшения, представленные в магазине. — Как думаешь, Соня? — Спросил он. — Я вот полагаю, что папа впал бы в истерику, если бы я проткнул себе уши. — Обычно парни прокалывают только одно ухо, Сири, — улыбнулась Соня. — Что касается реакции твоего папы, я, по правде говоря, не знаю. Но думаю, что он бы смирился с любым твоим выбором, — он кивнул, продолжая рассматривать более широкий ассортимент сережек. Он взял в руки одну, похожую на клык, что носил Билл Уизли. — Что скажешь? — спросил он, подняв сережку вверх. — Фу! — сказала она, сморщив нос. Она со смехом подобрала одну в форме молнии и протянула ему. — Определенно НЕТ! — ответил он. — И вообще, может быть, я для начала немного подумаю, прежде чем принимать решение. — Мудро сказано, Сири, — согласилась Соня. Их последней остановкой в этот день стал зал игровых автоматов. Сири знал, что его двоюродный брат частенько бывал в таких местах. Он слышал, как Дадли и его друзья обсуждали игры, в которые они играли. Сири стоял рядом с молодым парнем, который играл в пинбол. Пальцы мальчика летали по клавишам, заставляя маленькие флипперы внутри экрана двигаться.Те, в свою очередь, подбрасывали небольшой шарик, что отскакивал от бамперов, которые загорались ярким светом и звенели. Сири отметил, что каждый раз, когда шарик попадал в бампер, количество очков, набранных мальчиком, увеличивалось. «Я бы тоже так смог!», подумал Сири, глядя на игру. Когда мальчик окончательно потерял интерес и ушел, он сказал Соне, что хотел бы попробовать сыграть. Она бросила жетон в щель, и Сири пришел в восторг. Его пальцы летали над клавишами, заставляя флипперы ударять по маленькому шарику. Его зрительно-моторная координация, отточенная в играх по квиддичу, сохраняла шарик в игре намного дольше предыдущего мальчика. Соня была взбудоражена. Это выглядело круто! — Сири, да у тебя настоящий талант в этом деле! — взволнованно произнесла она. Вскоре все большее число людей заметило молодого человека с длинной косой. Он играл в эту игру дольше, чем любой из них когда-либо видел прежде. Сири был сильно сконцентрирован на игре и не замечал толпы. Соня осмотрелась вокруг и обеспокоилась, зная, что толпа была в слишком опасной близости от Сири. Она ненавидела думать о том, что может случиться, если он осознает их присутствие. Она хмуро смотрела на тех, кто подходил достаточно близко для того, чтобы невзначай коснуться Сири, и ее взгляд действовал довольно эффективно; до тех пор, пока один невероятно массивный подросток не задел рукой плечо Сири, тем самым испугав молодого человека. Фирменный сине-белый оборонительный луч Сири заставил подростка полететь задом наперед. Сам Сири шмякнулся об пол, подняв руки над головой, и крик вырвался из его груди. Соня незаметно использовала свою палочку, чтобы разбить игровой автомат и ввести людей в замешательство, а затем немедленно поспешила к Сири на помощь. Таким образом, она создала впечатление, что игровой автомат стал причиной переполоха. Она мягко шептала Сири на ухо, пытаясь успокоить его, но он увяз в своем кошмаре и, свернувшись в клубок, повторял «Нет. Нет. Нет. Нет. Нет», снова и снова… На другом конце города, в просторной квартире Джуно, Северус сидел на диване, уставившись в огонь. Джуно сидела, крепко прижавшись к нему, подобрав под себя ноги и положив голову на его плечо. Их ужин был съеден, а беседа, начавшаяся еще днем, завершилась ранним вечером. Теперь они были довольны просто наслаждаться обществом друг друга. Северус нежно поцеловал ее в голову. Ее волосы пахли персиками. Она наклонила голову назад и взглянула на него. Он посмотрел вниз, погрузившись в ее глубокие голубые глаза. Их губы встретились в неуверенном поцелуе. Знакомый разряд пробежал вдоль его позвоночника. Джуно улыбнулась и приблизила к нему свое лицо. Он продолжал просто смотреть на нее. Она подняла руки вверх и потянула его голову вниз для еще одного поцелуя. Когда он слегка провел языком вдоль ее нижней губы, она позволила ему войти дальше, и поцелуй углубился. Северус вздрогнул, а когда Джуно издала слабый стон, он почти провалился в нее. Его тело дрожало. Он хотел ее. Нет. Он нуждался в ней. Эта мысль его удивила. «Она нужна мне!» Он восхищался этим где-то в отдаленном уголке своего разума. Вместе с тем, в его голове начало возрастать непонятное волнение, которое он попытался списать на все эти новые откровения, но явно что-то другое пыталось вернуть его к действительности. Он постарался игнорировать эту мысль, но она была настойчива. Он прекратил разведку ее рта, застыв на месте. — Сев? — произнесла Джуно в замешательстве. Он аккуратно усадил ее на диван и поднялся, ощутив что-то неладное. — Сев? — Повторила Джуно. — Что-то не так, — ответил он. Он закрыл глаза и решительно очистил разум. Имя «Сири» ворвалось в его сознание. — Что-то не так с Сири! — воскликнул он со страхом в голосе. — Что? — Воскликнула Джуно. — Я чувствую, с ним что-то случилось, — он схватил ее за руку, поднимая с дивана и заставляя направиться к двери вместе с ним. — Где они могут быть? Ты знаешь? — Да, — ответила она, испытывая волнение за них обоих. — Тогда указывай путь. Мы должны найти Сири, — судорожно произнес он. Они трансгрессировали невдалеке от торгового центра и как можно скорее ворвались внутрь. Вскоре их внимание привлекла толпа, собравшаяся возле игрового автомата, где были Соня и Сири. Северус бесцеремонно растолкал толпу, окружившую его сына. Сири все еще кричал в своем кошмаре, а внешний вид Сони указывал на признаки того, что она неудачно пыталась прикоснуться к нему. У нее была разбита губа, а немного выше на ее лице образовался синяк. В ее глазах стояли слезы, когда она пыталась дотянуться до него. Северус подполз к Сири и начал говорить низким успокаивающим голосом:  — Я здесь, Сири. Ты слышишь меня, сынок? Успокойся, все хорошо. Я пришел сюда, чтобы помочь тебе. Давай, Сири, я отвезу тебя домой. Там ты будешь в безопасности, — Северус просто использовал непрерывный поток слов, пытаясь утешить молодого человека. Скоро Сири перестал кричать и просто еще несколько раз прошептал «Нет. Нет. Нет». Северус протянул руку и дотронулся до лица Сири. — Сири, посмотри на меня. Папа с тобой, сынок. Все хорошо, все хорошо, — Сири открыл глаза и, почти сразу узнав своего отца, выпрямился, а Северус обнял его в попытке оградить от любопытных взглядов толпы. Он помог ему подняться на ноги и Сири зарылся лицом в шею Северуса, когда они проходили мимо расступающихся перед ними людей. Джуно спросила, не пострадал ли кто-нибудь. Подросток, который коснулся Сири, сказал, что он в порядке, а больше никто особо не пострадал. — Что произошло? — Спросила Джуно. — Что-то в игровом автомате с игрой «Пинбол» как будто ударило нас током! — взволнованно выдохнул подросток. — Вы случайно не знаете, с тем парнем все будет хорошо? Он действительно испугался! — С ним все будет в порядке. Эта машина должна быть проверена прежде, чем пострадает кто-либо еще, — сказала Соня. Она и Джуно покинули игровой зал. Уходя, Джуно взглянула на счет, застывший на экране неисправного теперь автомата и ахнула от изумления. — Это Сири набрал столько? — Прошептала она. — Да, он привлек внимание толпы этим счетом, — ответила Соня. — Так что произошло на самом деле? — Подросток, с которым ты сейчас разговаривала. — Что? — не поняла Джуно. — Прикоснулся к нему, — пояснила Соня. — О, мой бедный мальчик! — Воскликнула Джуно. Соня подняла бровь. — Твой бедный мальчик? Джуно, нам нужно серьезно поговорить, но для начала давай позаботимся о Сири, — они догнали Северуса и Сири, которые ждали их снаружи. Все четверо быстро трансгрессировали в квартиру Джуно. Северус на всякий случай удерживал Сири. Оказавшись в помещении, Сири мигом рухнул на диван. Он дрожал с головы до ног. — Сири, выпей это, — Джуно протянула ему пузырек. — Что это? — поинтересовался он. — Успокоительное зелье, дорогой, — ответила она. Он кивнул и залпом проглотил микстуру. Соня поспешила в ванную. Она не хотела, чтобы Сири увидел, что он натворил. Она исцелила синяк и разбитую губу, ополоснула лицо и вернулась к своему пациенту. — Сири, ты в порядке? — Спросила она. — Да, — ответил он, с несколько остекленевшим взглядом. — Я не люблю, когда меня трогают люди, чужие, я имею в виду. — Я знаю, дорогой, — сказала Джуно. — Ты хотел бы отдохнуть здесь некоторое время или отправиться домой прямо сейчас? — Я хочу домой, — прошептал он. Северус кивнул и снова притянул его к себе. — Ладно, Сири, мы заберем тебя домой и ты сразу ляжешь в постель. У тебя выдался непростой денек! — О, нет! — Воскликнул Сири. — Наши вещи все еще в торговом центре! — Мы заберем их, дорогой, — пообещала Джуно. — Мы завтра же привезем их в замок. — Спасибо, Джуно, — сказал Северус, взяв ее за руку. — Не стоит благодарности, Сев, — ответила она с тоскливым взглядом в глазах. Коснувшись ее лица напоследок, он произнес: — Увидимся завтра, — его темные глаза светились огнем, который прожигал отверстия сквозь ее душу. Она увидела горящие в нем желание, страсть и тоску. Она провела его пальцами по своей щеке.  — Утром, как можно раньше, — пообещала она. Сири взглянул на них с любопытством. Они вели себя довольно странно. Соня окинула их сознательным взглядом. Она не могла сказать, что чувствовал Северус, но Джуно она знала очень хорошо. И ее подруга была определенно влюблена. Соня была в этом уверена. Она поймала взгляд Сири и хитро подмигнула ему. Осознание озарило его лицо, и он улыбнулся и подмигнул в ответ. Северус и Сири трансгрессировали к воротам и подошли к школе. — Так что ты чувствуешь к ней? — неожиданно спросил Сири. — Она мне нравится, Сири. Очень, — спокойно ответил Северус. — Ты расстроен? Я знаю, ты испытываешь небольшую ревность. — Ты имеешь в виду, она тебе нравится как «больше, чем подруга»? — допытывался Сири. — Думаю, да, Сири, — признался Северус. — Хочешь сказать, что ты влюбился в нее? Северус оценил свои чувства. «Влюбился ли я?» В последний раз это было так давно, что он уже и забыл, как распознавать подобные чувства. — Честно говоря, я не знаю, Сири, — признался он. — Скажем так, я заинтересован, сильно заинтересован в Докторе Эй. — В Джуно, — поправил Сири. — Да, — ответил Северус. — Что я слышу? — Теперь я буду называть ее Джуно, — пояснил Сири. — Понятно, — ответил Северус. — Хочешь использовать ванну перед сном? — Да, хочу, — признался Сири. — Помоешь мне голову? — Конечно, — сказал Северус, похлопав его по спине. Сири отстранился. — Прости, Сири, — сразу сказал Северус. — Я сделал это любя. — Я знаю. Я привыкну, — мрачно улыбнулся Сири. — Просто это займет некоторое время. После того как Сири приготовился ко сну, Северус принес ему зелье сна без сновидений. Сири остановился на половине флакона. — Сегодня вечером тебе лучше выпить полную дозу, сынок, — посоветовал ему Северус. — Ненавижу его, — пожаловался Сири. — Я знаю, но после того, что случилось сегодня, тебе наверняка понадобится полная доза, — мягко пояснил Северус. — Ты прав, — согласился Сири, осушив флакон. Он уснул прежде, чем его голова коснулась подушки. Северус устроил его поудобнее на кровати и слегка укрыл одеялом. Он погладил сына по щеке, отметив, насколько мирно тот выглядел, когда спал. Беспокойные линии вокруг его глаз и губ исчезли. Он выглядел таким молодым, слишком молодым, чтобы проходить через все это. Северус наклонился, нежно поцеловал его в лоб и прошептал: — Спокойной ночи, сынок. Он пробрался обратно в гостиную. Он слегка испугался, когда понял, что был в комнате не один. — Джуно! — Воскликнул он. — Как он? — сразу спросила она. Северус улыбнулся. — Сама посмотри, — он взял ее за руку и повел в комнату Сири. Она села на постели мальчика и провела рукой по его щеке. «Он выглядит таким умиротворенным во сне», подумала она. Она нежно поцеловала его в щеку. Она разгладила одеяло на его груди, как делала это много раз прежде. — Ладно, с ним, вроде бы, все хорошо. А как насчет тебя? — Спросила она. Северус потянулся к ней и обнял ее. Ее руки сомкнулись на его ребрах, когда она обняла его. Глубокий вздох вырвался из его груди. — Мне уже лучше, — признался он. Их губы встретились в нежном поцелуе, который вскоре становился все более и более страстным. Он отстранился и произнес: — Мы не можем этого делать. — Почему нет? — спросила Джуно, растерянно и немного с болью. — Наверно, потому что мы в спальне моего сына, который также находится здесь в данный момент, — сказал он с улыбкой. Они вернулись в гостиную и провели несколько долгих мгновений в объятиях друг друга. — Я должна идти, — сказала Джуно, на деле не особо желая покидать его. — Я рад, что ты приходишь сюда ради нас, — признался он. — Меня и Сири. — Я всегда буду приходить сюда ради вас, — пообещала она. Он выпросил у нее еще один долгий и страстный поцелуй, прежде чем она покинула его теплые руки. — Увидимся утром, — прошептала она. — Утром, — повторил он. Она освободила свою руку из его и тихо ушла. *** Следующим утром она прибыла к ним еще до того как проснулся Сири. Это было прекрасно, поскольку это дало ей и Севу время, чтобы обсудить, как провести день со «своим мальчиком» и насладиться чашечкой кофе. Джуно настаивала на том, чтобы устроить пикник, а Сев снова хотел полетать. Сири вошел в кухню под звуки смеха, когда его отец и Джуно готовили завтрак. Он был безумно счастлив. Два человека, которых он любил больше всего на свете, наконец были вместе с ним, и он давно с нетерпением ждал этого дня. Они наслаждались пикником из жареного цыпленка, картофельного салата и лимонада. Еще были пирожные на десерт. Джуно все время дразнила Северуса, называя его «беспокойным», когда он, по его словам, приходил в ужас от выходок Сири на метле, так что Северус призвал Сири показать Джуно, что он имел в виду. И Сири показал ей высшую эквилибристику, стоя на своей метле высоко в воздухе. Хоть это ее и тревожило, но это не выглядело так ужасно, пока он не взялся исполнять финт Вронского. У нее было жуткое видение: что им приходится собирать его по частям после того как он сталкивается с землей. Он смеялся над ними обоими, сомневавшимися в его квалификации. — Я делаю это на протяжении многих лет! — настаивал он. Они спокойно провели вечер в своей квартире. Включив музыку, Сири решил расслабиться. Чем позже становилось на часах, тем больше он думал о дне грядущем. Завтра они вернутся в суд. Во вторник наступит его очередь, и от этого он был напуган до смерти. Он выбросил дурные мысли из головы и сосредоточился на музыке. Профессор Флитвик добавил в их коллекцию несколько более спокойных произведений, и вскоре Сири почувствовал, что сон начинает обгонять его мысли. Поднимаясь и потягиваясь, он сказал своему отцу, что хочет спать. — Спокойной ночи, Сири, — тихо сказал Северус. — Сладких снов. — Нет. Никаких снов, — ответил Сири. — Я использую зелье сегодня вечером. Мне нужен хороший ночной сон, по крайней мере, в ближайшие пару ночей. — Сегодня тебе лучше взять половину дозы, Сири. Тебе необходимо принять полную дозу завтрашним вечером и, возможно, следующей ночью. Мы же не хотим переборщить с ним, — сказал Северус. — Ты прав, я об этом как-то не подумал, — признался Сири. — Спокойной ночи, папа. — Увидимся утром, сынок, — некоторое время спустя, Северус выпил свою половину дозы зелья, чтобы заверить себя хорошим ночным сном.