Because You're Mine (Потому что ты мой сын)

Когда новости о суде облетели магическую Британию, внимание толпы превратилось в кошмар. В следующий понедельник стало еще хуже, чем до этого. На первой странице «Ежедневного Пророка» действительно красовался заголовок «Мальчик-Который-Выжил — сын Пожирателя смерти!» Специально для Сири, ему и Северусу разрешили доступ в здание суда через отдельный вход, предназначенный для судьи, чтобы избежать давления со стороны людских толп. Несмотря на предпринятые меры предосторожности находились люди, которые пытались хоть одним глазком взглянуть на него. Сири слышал их шепот. «Это он?» «Посмотрите на его лоб, там есть шрам?» «Ты действительно думаешь, что это настоящий Гарри Поттер?» «Сибилла сказала мне, что его фамилия даже не Поттер!» Сири шел почти вплотную с Северусом. Его отец быстро провел его через вход. Сири повернулся к нему лицом и взялся за его руки. — Все нормально, сынок? — Спросил отец. Сири лишь кивнул, обеспокоенно оглядываясь. Они пробрались в зал заседаний через короткий коридор. Сегодня Сири вновь было не по себе. Он сделал мысленную заметку сообщить об этом Джуно. Возможно, ей удастся как-нибудь помочь ему. Они заняли свои места. Отныне Северус сидел вместе с Сири, публично демонстрируя его родительское право. Марти поприветствовал их мрачной улыбкой. Этот день не обещал быть легким. Оба медицинских работника будут давать показания. Они также должны будут представить суду фотоснимки травм мальчика. Сам Сири видел их, но мысль о том, сколько других людей увидит их, сдавливала его голову дополнительной психологической нагрузкой. Осознание того, что взгляды всех присутствующих будут устремлены на него, уже было поводом для беспокойства, но Сири старался показывать окружающим очень хороший контроль над собой. Конечно, он был прощен за свой прошлый поступок, но это было сделано скорее из жалости к нему. В общем, мальчик достаточно натерпелся. Судебный пристав призвал зал суда к порядку и представил судью. — Мистер Дэвис, у нас сегодня достаточно много показаний. Пожалуйста, представьте суду вашего первого свидетеля, — приказала она. — Благодарю вас, Ваша честь. Я вызываю к трибуне Поппи Помфри, — Сири сделал глубокий вдох и подбодрил ее небольшой улыбкой, когда она присягнула на правду. — Мадам Помфри, — начал Марти. — Сообщите, пожалуйста, суду род вашей деятельности. — Я квалифицированный помощник колдомедика. — Где вы работаете? — Я занимаю должность медсестры школы чародейства и волшебства Хогвартс последние сорок лет, — ответила она. — Каковы ваши обязанности как таковые? — Спросил Марти. — О, забота о типичных травмах, связанных со школой, полной необузданной молодежи; ободранные колени и локти, иногда сломанные кости, боли в животе, лихорадки и случаи тоски по дому, — ответила она с небольшой улыбкой. — Спасибо, мадам Помфри, — сказал Марти. — Теперь, не могли бы вы рассказать нам о тех событиях, свидетелем которых вы оказались вечером третьего августа прошлого года? — Конечно, — согласилась она. — Я поняла, что произошло что-то серьезное, когда услышала, каким тревожным голосом профессор Снейп звал меня из коридора. Сначала я была лишь в курсе того, что он нес чье-то тело. Честно говоря, я не была уверена, мальчик это был или девочка. Когда он приблизился, я увидела, что это подросток мужского пола, но не более того. Он был неузнаваем из-за ран и крови, покрывавшей его лицо. Я приказала Северусу разместить мальчика на кровати, снять с него одежду и накрыть его простыней. Я пошла собирать все, что мне нужно было для оказания помощи. Я была в шоке, когда поняла, что это был Гарри… э-э… Сири. Прежде чем сделать надлежащую оценку его повреждений, я должна была оказать ему первую помощь. Она не намного улучшила его состояние. Я исцелила незначительные травмы, какие могла, влила ему в рот необходимые зелья; в основном болеутоляющие и помогающие уснуть, — она сделала паузу и отпила воды из стакана. — Какова была степень травм мистера Снейпа, мадам? — спросил Марти. — Из того, что мне удалось диагностировать, у мистера По…э-э, простите, мистера Снейпа имелись многочисленные порезы и ушибы; вывих правого плеча; три сломанных ребра, одно из которых, как я предположила, прокололо легкое; перелом челюсти; перелом правой руки; перелом левой ноги и несколько по-настоящему серьезных ножевых ранений. Большинство колото-резаных ран имели заражения, а одна из них была свежей и по-прежнему сочилась кровью, — она вновь прервалась. Марти несколько минут расхаживал перед ней туда-сюда. — Было ли еще что-нибудь, что вам довелось обнаружить? — наконец заговорил он. — Да. Мистер Снейп был в шоке от потери крови. Также налицо были явные признаки недоедания. Он также был без сознания, как я уже говорила. Северус нервно посмотрел на Сири. Взгляд мальчика был направлен перед собой в одну точку. Он весь дрожал, но, казалось, держался. Северус опустил руку на плечо Сири и прижал его к себе в быстром объятии. Сири взглянул на него, сосредоточился и коротко улыбнулся. — Вы сказали о своих подозрениях по поводу сломанного ребра, которым могло быть проколото легкое. Можете ли вы пояснить для нас, по каким признакам вы это определили? — попросил Марти. — Да, сэр. Во-первых, у мистера Снейпа было затрудненное дыхание, намного хуже, чем от просто сломанного ребра. Ситуация стала еще более очевидной, когда мистера Снейпа вырвало кровью. Это указывало на довольно серьезные повреждения внутренних органов, — объяснила она. — Я знала, что я неквалифицирована для лечения таких видов травм. Я сообщила профессору Снейпу о необходимости дополнительной помощи. Я знала, что мы не могли переносить молодого мистера Снейпа. Его травмы были слишком тяжелыми. Я была удивлена, что он пережил трансгрессию до ворот Хогвартса. Я сделала подробный отчет о травмах, в меру моих знаний, конечно. Профессор Снейп взял его в больницу Святого Мунго и заручился помощью доктора Эскулэйпиус. — Есть ли что-нибудь еще, что вы хотели бы добавить к вышесказанному? — спросил Марти. — Да, еще одна вещь. Это случилось, когда я была уже в курсе травм молодого мистера Снейпа, а именно в момент его первого припадка. У него было несколько подобных эпизодов в течение последующих месяцев. Первые были следствием его физического состояния, более поздние эпизоды были спровоцированы психическими травмами. По моим сведениям, он ими больше не страдает, — добавила она. — Вы смогли определить, что было использовано для причинения мистеру Снейпу телесных повреждений? — спросил Марти. — Ну, у меня нет доказательств. Я могла только предположить это по тому, что осталось на теле мистера Снейпа, — ответила она. — Продолжайте и расскажите поподробнее о своих наблюдениях. — Колотые раны были довольно большими и глубокими, вызванными проникновением ножа в тело, его скручиванием и последующим выведением из тела, — мрачно произнесла она. Одновременный вздох прошел по нескольким зонам зала. Сири вздрогнул от этого, как будто в него попали чем-нибудь. — Там были рубцы, как будто нанесенные тростью или ивовой ветвью, все признаки говорили о чем-то подобном, а размеры его синяков указывали на то, что его топтали ногами. На теле также имелись порезы в виде острых углов, указывающие, что они были нанесены каким-то острым холодным оружием, таким как пряжка ремня. Немного меньшее количество синяков указывало на то, что они были нанесены довольно большим кулаком, — она глубоко вздохнула, прежде чем раскрыть дальнейшие наблюдения. — Одной вещью, в которой я уверена вне всяких сомнений, было то, что его тащили, сдавив ему горло. Оно было почти продавлено. Доказательства этого выражались в виде очень отчетливых отпечатков пальцев на его горле. Я сделала фотографии. Они там, вместе с другими сделанными в ту ночь снимками, — заключила она, кивнув на стол с доказательствами. Возмущение на повышенных тонах разразилось в зале суда. Сири ушел в себя, став еще более замкнутым, но он, казалось, сохранял достаточно хороший контроль. Северус постоянно потирал его спину успокаивающими круговыми движениями. Время от времени он негромко бормотал ему ободряющие слова прямо в ухо. Судья Прайс потребовала порядка. Она изо всех ударила молотком. Зал успокоился значительно раньше, чем она заговорила. — Мистер Снейп… Сири. Вам нужно несколько минут, чтобы собраться? — мягко спросила она. — Да, мэ… Ваша Честь, — ответил Сири едва ли не шепотом. Судья объявила тридцатиминутный перерыв и Сири вскочил на ноги. — Мне надо подышать свежим воздухом, — немного судорожно произнес он. — Ладно, давай выйдем в парк, — согласился Северус. Когда они проходили мимо Вернона, он смело посмотрел Сири в глаза и кивнул с ехидной улыбкой на лице. Сири замер как вкопанный и уставился на своего дядю. Заметив это, Северус закрыл Сири собой, выведя его из прямой видимости Вернона. — Ты хочешь этим что-то сказать? — процедил он, злобно глядя на Вернона. В глазах Вернона промелькнула вспышка страха, и он отвел взгляд подальше. Северус медленно направился вперед, чтобы сказать еще кое-что, но Марти опередил его. — Мерлин, ты должен напомнить своему клиенту о том, чтобы он не производил никаких действий, от которых несовершеннолетний будет чувствовать себя под угрозой, — произнес он. — Мистер Дурсль ничего не сделал и не сказал мистеру Снейпу, — невозмутимо ответил Мерлин Флетчер. — Нет, Мерлин, я не слепой, я видел, как он кивнул мальчику. Что подпадает под категорию угроз, а его улыбка также была не особо доброжелательной. Мальчик воспринял это как угрозу. Его реакция ясно говорит об этом. — Я приму это к сведению, — согласился Мерлин. Он исподлобья взглянул на Вернона и начал яростно шептать ему на ухо, без сомнения, в очередной раз напомнив ему оставить Сири в покое. Северус взял Сири за руку и вывел сына из здания суда. Они были немедленно окружены толпами людей. Северус взял в одну руку ладонь Сири, а второй прикрыл его лицо от посторонних взглядов, и они бегом бросились на улицу. Марти взял на себя зевак и СМИ, согласившись ответить на несколько вопросов. К разочарованию толпы, ни один из ответов, что он дал, не внес никакой ясности. Вместо того, чтобы отправиться в парк, Северус трансгрессировал на несколько кварталов от здания суда. Они вошли в небольшое кафе, где он заказал для них обоих чай. Он добавил щепотку сушеной ромашки из флакона в сумке, что он обычно носил, скрыв в своем плаще. Это поможет им обоим успокоиться. Он также вручил Сири еще один флакон и велел ему выпить это. Это была доза успокоительного зелья, и Сири выпил его с благодарностью. Он ощутил эффект в течение нескольких минут и сконцентрировался на своем отце. — Спасибо, — тихо сказал он. — Всегда пожалуйста, — ответил Северус. — Я горжусь тобой, Сири. Ты сумел сохранить контроль там. Это очень здорово. — Да. Я думаю, это довольно хорошо. Я был близок к потере контроля. Я очень расстроился, услышав все это о себе. В то время как он сидел и улыбался мне в лицо! — вырвалось у Сири. — Как он мог улыбаться? Неужели я настолько ужасен, что он счастлив после того, что он со мной сделал? — Сири, ты не ужасен! Он сошел с ума! Я удивлен, что он не попытался использовать свою невменяемость в качестве защиты! — сорвался Северус. — Послушай меня, Сири. Ты не ужасный. Ты хороший человек; отважный, верный, честный и сострадательный. У тебя есть много, много людей, которые любят тебя. Не позволяй своим параноидальным родственникам заставлять тебя сомневаться в себе. Ты ведь знаешь, что они ошибались насчет тебя. Не так ли? — спокойно спросил Северус. — Я работаю над этим, отец, — тихо сказал Сири. — Я всю жизнь хочу с этим разобраться. Это все, что я когда-либо знал. Мысль о том, что я с детства для них «больной» прочно засела в моем сознании, и мне потребуется много времени, чтобы избавиться от нее, — признался он. — Я понимаю, — признал Северус. — Пей свой чай. Мы скоро должны вернуться. Когда заседание возобновилось, пришло время для перекрестного допроса школьной медсестры. Мерлин Флетчер испробовал все, чтобы ее смутить, но с треском провалился. Он попытался исказить ее показания, пытался заставить ее признать, что Сири был естественно склонен к несчастным случаям. Школьные записи показывали, что он провел больше времени в лазарете, чем в студенческих классах. Она держалась превосходно, смущая его и стреляя во все его надуманные аргументы, как снайпер на стрельбище. Мартин Дэвис с восхищением смотрел на нее, когда она занимала свое место. Она подмигнула ему и сжала плечо Сири, проходя мимо мальчика. Ее перекрестный допрос продлился до обеда, и они должны были вернуться в зал суда через два часа, когда придет очередь Джуно. Сири и Северус трансгрессировали в больницу Святого Мунго, где они встретились с Джуно и провели перерыв вместе. Они наслаждались обедом в кафе под открытым небом. Солнце приятно согревало голову и плечи Сири. Северус настаивал на том, чтобы он принял очередную дозу успокоительного зелья. Он рассказал Джуно о его головной боли. Спросив про его симптомы и когда они появились, она решила, что это был просто стресс и дала ему легкое болеутоляющее зелье, чтобы он использовал его в такие периоды. Время перерыва пролетело для них слишком быстро, и им пришла пора возвращаться в зал суда. Мартин Дэвис вызвал к трибуне Джуно, а судебный пристав зачитал ей присягу. — Доктор Эскулэйпиус, у вас есть действующие лицензии колдомедика и специалиста интенсивной терапии. Верно? — начал Марти. — Да, сэр, — ответила она. — Вы также квалифицированный хирург? — Да, я специализируюсь на особо трудных повреждениях внутренних органов. — В настоящее время вы работаете в больнице Святого Мунго. Правильно? — Спросил Марти. — Да, в течение семи лет, — ответила она. — Спасибо, доктор, — сказал Марти. — Пожалуйста, расскажите нам своими словами о событиях, которые произошли в конце дня третьего августа, начале четвертого августа прошлого года и далее. Джуно кивнула и принялась говорить. — В ту ночь в больнице была моя смена. Поздним вечером профессор Снейп прибыл в отделение неотложной помощи. Он выглядел сильно взволнованным. Я заметила, что его одежда была в крови, но быстро поняла, что эта кровь не из его раны. Успокоившись, он протянул мне медицинский отчет, что сделала мадам Помфри. Он пояснил, что является профессором в школе Хогвартс и что один студент нуждается в помощи колдомедика, но не может быть доставлен в больницу. Все ранее перечисленные травмы, о которых рассказала мадам Помфри, были отмечены в докладе, но больше всего меня обеспокоили признаки внутреннего кровотечения из-за пробитого легкого и судороги, которые могли указывать на возможное повреждение головного мозга. Я сразу же решила оказать ему медицинскую помощь, оставив своих пациентов на попечение доктора Джошуа Альтаира. Я заверила профессора Снейпа, что соберу все необходимое и прибуду в школу, как только смогу. Я дала ему дальнейшие инструкции насчет того, как облегчить состояние пациента. Они не могли сделать большего, кроме как держать его в тепле и покое. Я сказала профессору, что мальчику можно немного приподнять голову и тем самым облегчить его затрудненное дыхание. Я подчеркнула, что нужно приподнять его лишь ненамного, чтобы предотвратить дальнейшие травмы. Я собрала полную хирургическую бригаду и все хирургическое оборудование, которое могло понадобиться нам. Так как Хогвартс не располагает современными удобствами, такими как электричество, все должно было быть волшебным и взятым с собой. Я взяла на помощь интерна, четверых основных медицинских сестер и запасную для подмены. Я также привела нескольких санитаров. Они должны были соорудить операционную и помогать с установкой и переноской оборудования. В их обязанности также входило переносить Сири с места на место. Когда они соорудили в одном из отделов лазарета операционную для одного пациента и больничную палату, я начала свое первичное обследование, — она сделала глоток воды и глубокий вдох. Она улыбнулась Севу и бросила взволнованный взгляд на сжавшуюся фигуру Сири. — Я была в ужасе при виде того, что предстало моим глазам, когда я впервые приоткрыла простыню. Сири выглядел, как если бы с него содрали кожу. У него было множество порезов на груди, животе, ногах. Мадам Помфри уже видела процессы заживления некоторых из них, но это могло занять слишком много времени, так как они были нанесены магловским оружием. Я подтвердила, что фотографии были сделаны. У него были схожие отметины на спине и сзади на ногах, — она замолчала, когда несколько фотографий оставили папку и поплыли вокруг зала суда. — Сири, — тихо сказал Северус. — Сосредоточься, успокойся. Верни фотографии на место, сынок, — фотографии поплыли обратно в папку. — Простите, Ваша честь, — тихо извинился Сири. — Вам требуется еще один перерыв, мистер Снейп? — Спросила она. — Или, возможно, ваша музыка? — Я послушаю музыку, спасибо, — ответил он. Он щелкнул запястьем, и раздался мягкий, тихий звук колыбельной. Убедившись, что Сири успокоился, Джуно продолжила. Северус потер сыну спину, а Сири закрыл глаза, пытаясь погрузиться в музыку и заглушить голос Джуно. — Его тело было покрыто жуткими синяками, которые сошли с него очень нескоро. Я решила, что он действительно страдал от каких-то внутренних повреждений. Я заметила опухоль в груди, которая меня потревожила, так как она нарушала нормальную функцию его сердца. У него также было пробито легкое. Я не смогла выявить оставшуюся часть внутренних повреждений, пока не увидела их. — Увидели их? — переспросил Марти. — Да, мне срочно нужно было провести операцию. Мистер Снейп потихоньку начинал умирать, — ответила она. — Каковы были ваши мысли в тот момент? — Честно говоря, я не думала, что он сможет перенести эту операцию, — тихо призналась она. Марти кивнул и жестом указал ей продолжать. — Эта, первая операция, продлилась более шести часов. У него были повреждены многие органы, но особенно пострадало его сердце. Я сделала все, что было в моих силах, надеясь, что я успела сделать это вовремя. Я зашила его грудь и поместила его в кому, чтобы предотвратить любые сбои в процессе исцеления, — пояснила она. — Сбои? — не понял Марти. — Судороги, — коротко ответила Джуно. — Исцеление получалось наиболее эффективным, в случае, когда его тело оставалось неподвижным. Я не могла допустить последующих судорог и тем самым рисковать. Это убило бы его наверняка. — Как долго он пробыл в коме? — спросил Марти. — Три недели, — ответила она. — Осознавал ли он тогда что-нибудь? — Нет. Прошла еще одна неделя, прежде чем он стал полностью сознательным. — Полностью сознательным? — Я позволила Сири прийти к «осознанию». Я хочу сказать, что хоть он все еще был без сознания, теперь он мог чувствовать боль и, возможно, слышать, что происходит вокруг него. Мне нужно было его понимание, чтобы быть в состоянии оценить, насколько быстро шло его выздоровление. Я однако, действовала осторожно, чтобы свести его боль к минимуму, — пояснила она. — Были отмечены подозрения на повреждение головного мозга. Вы нашли какие-нибудь подтверждения этого? — спросил Марти. — Нет. Я была рада отметить, что на этот раз не обнаружилось никаких опасных для жизни физических повреждений, хотя было очевидно, что его голова получила несколько ударов, — сообщила она. — Спасибо, доктор. Продолжайте, пожалуйста, — попросил Марти. — В первые двадцать четыре часа мне пришлось несколько раз спасать жизнь мистера Снейпа. Его сердечный ритм давал сбои. Мне пришлось потратить много усилий, чтобы сохранять постоянный ритм. Временами его сердце останавливалось, и мне приходилось начинать сначала, — она снова замолчала, но ее рот был открытым. На сей раз пустой стул парил над их головами. Присяжные были взволнованы, но было ли это страхом от неконтролируемой магии или беспокойством за Сири, можно было только догадываться. — Сири, — мягко сказал Северус еще раз. — Поставь стул на место. Стул продолжал плавать над головами. Глаза Сири были закрыты, а на его лбу бисером выступил пот. Он медленно покачивался. — Возьми себя в руки, сынок, — прошептал Северус. — Давай, соберись. У тебя хорошо получается, — он положил руку на плечо Сири. Глаза мальчика распахнулись, и он дернулся от прикосновения. При этом стул грохнулся на пол. Судья решила объявить еще один короткий перерыв. После перерыва Джуно продолжила. — Мне пришлось сделать Сири несколько операций. Что касается исцеления, то худшее было позади. Я хотела удалить все шрамы Сири, но он отказал мне. Он решил сохранить едва ли не самый худший из них. Я поначалу не понимала причин его решения, но я рада, что он это сделал. Он хотел бы, чтобы вы увидели то, что было сделано с его телом. Я сфотографировала все шрамы, перед тем как удалить, чтобы вы увидели их. Сири согласился показать свой шрам сегодня в суде, но только если помещение будет очищено от всех, кроме судьи, присяжных, адвокатов, его отца, меня и его самого. Это возможно? — спросила Джуно, взглянув на судью. — Это разрешено правилами. Тех, кого не назвали, попрошу на время покинуть зал суда, — объявила судья, ударив молотком. Мерлин Флетчер потребовал, чтобы Вернону тоже разрешили остаться и судья по закону должна была разрешить это, в то же время она разъяснила, что это не должно каким-либо образом сказаться на хрупком состоянии молодого человека. Сири и Северус прошли к свидетельской трибуне и дождались, пока неназванные люди покинут комнату. — Мистер Снейп, вы уверены, что хотите сделать это? — тихо спросила судья. — У нас есть фотографии. — Уверен, — твердо заявил Сири. — В конце концов, защита утверждает, что снимки могут быть подделаны. Какие доказательства в данной ситуации могут быть лучше, чем оставшиеся на теле? — спросил он. Кажется, никто не пропустил ни единого слова. — Действительно, — согласилась судья Прайс. Сири снял пиджак, сложил его и положил на скамью свидетелей. Сняв галстук, он отправил его туда же. Его пальцы дрогнули, когда он расстегивал рубашку, но он отказался от помощи Северуса. Медленно стянув рубашку, он сложил ее и положил поверх пиджака и галстука. Джуно взяла его за руку и тихо спросила, готов ли он. Он кивнул и обернулся. Старшина присяжных, миниатюрная женщина с рыжими волосами, выдохнула и быстро потеряла сознание. Марти бросился к ней, дабы убедиться, что с ней все впорядке. Несколько других присяжных также выразили шок. Шрам был почти такой же ужасный, как некоторые свежие раны, что они видели на фотографиях. Это был довольно большой кусок искореженной плоти над поясом брюк, около трех дюймов в диаметре. Он был блестящим, как рубцовая ткань, а края его были неровными, так как исцеление проходило неравномерно. Сири закрыл глаза. Он знал, что его дядя смотрит на него и его терпение лопнуло, когда он услышал, как тот фыркнул от смеха. Мерлин Флетчер был готов убить своего клиента. Он устал напоминать мистеру Дурслю, что в его ситуации лучше держать рот на замке. Неожиданный взрыв разрушил каждый стеклянный элемент в зале суда. Окна выбило, и все стекло посыпалось вниз, на ныне пустые скамейки. Стекло нескольких портретов на стенах лопнуло, и они попадали вниз. Стаканы и кувшины с водой попросту рассыпались. Крики раздались со стороны сразу нескольких человек, но ни один из них не превзошел по громкости визга Вернона Дурсля, когда он повис в воздухе. Глаза Сири оставались закрытыми. Он стоял на месте, напрягшись и сжав кулаки по бокам. Он слегка дрожал — то ли от усилий в своих действиях, то ли от реакции на смех дяди. — Сири, не трогай его, дорогой, — тихо сказала Джуно. — Ты выше этого. Ты всегда был выше. Не давай сейчас воли этим мстительным чувствам. — Она права, сынок, — тихо добавил Северус. — Это не самое лучшее решение. — Мистер Снейп, — сказала судья. — Я знаю, что вы не хотели вредить мистеру Дурслю. Очевидно, что за все эти годы вы могли бы отомстить ему любое количество раз. Вы, конечно, достаточно могущественный волшебник. Тот факт, что мистер Дурсль здесь и в крепком здоровье показывает, что вы не хотите причинять ему боль. Не разочаруйте меня и постарайтесь вернуть все обратно. Когда она это сказала, Вернон медленно и осторожно опустился в кресло. Все вздохнули с облегчением. Зал суда перестал выглядеть разрушенным, когда каждый осколок стекла соединился друг с другом и вернулся на свои места. Каждое оконное стекло, портреты, кувшины и стаканы вновь стали целыми, после чего Сири открыл глаза. Джуно помогла ему надеть рубашку и застегнула ее. Он пожал плечами в пиджаке, отказавшись от галстука, и вернулся на свое место. Северус протянул ему еще один пузырек с успокоительным зельем, чему Сири был несказанно благодарен. — Сири, мне жаль, что вам приходится терпеть это, — виновато сказала ему судья. — Я знаю, что это очень травматично для вас и вы делаете все возможное, чтобы сохранять контроль. Вы хорошо держались ранее, учитывая вашу ситуацию. Пожалуйста, не беспокойтесь о каких-либо последствиях. Ничего не будет, — заверила она, взглянув на Мерлина Флетчера. Сири кивнул и заговорил: — Спасибо, Ваша честь. Могу ли я поговорить с… подсудимым? — спросил он. — С какой целью? — поинтересовалась она. — Я хотел бы лично извиниться перед ним за свое поведение, — пояснил он. Брови судьи скрылись в волосах от удивления, но она позволила ему это, в любопытстве узнать больше об этом молодом человеке. — Я искренне сожалею о своих действиях. Я поддался минутной слабости и мне жаль, если я напугал тебя, — сказал Сири Вернону. — Ты просчитался, урод, — выплюнул Вернон. — Твой маленький трюк только теперь стал доказательством того, что у нас было отчего опасаться тебя! — ликующе произнес Вернон с безумным огоньком в его глазах. Вся краска отхлынула от лица Сири. Марти даже не смог придумать возражение, так как данный эпизод не являлся частью судебного процесса. Но Северус смог! Он вскочил на ноги и в один миг пролетел через всю комнату. Опершись кулаками о стол подсудимого, он встал нос к носу с Верноном. — Даже если Сири и применял магию по отношению к тебе, то, разумеется, без вреда для здоровья. Ты и твои близкие достаточно здоровы, даже слишком. Я не вижу никаких доказательств в поддержку твоего заявления о том, что мой сын заслужил то, что с ним случилось! — прокричал Северус. Вернон поднялся, и его лицо стало пунцовым, когда он в ответ закричал на Северуса. — Маленький урод натравил питона на моего сына! Он надул мою сестру, как воздушный шарик! Я мог бы в любое время отказаться от непутевого, но я держал его в своем доме все эти годы! — Так-то оно так, но разве твой сын и твоя сестра ничего не сделали или не сказали, чтобы спровоцировать его? Он не злой человек! — кричал Северус. Судья подумала, что этот обмен любезностями начинает напоминать театральное представление и поняла, что ей придется навести порядок. Она ударила молотком и тихо произнесла: — Мистер Снейп, пожалуйста, вернитесь на свое место. Сири, вы тоже. Я ценю ваш жест к своему дяде. К сожалению, он не был так милосерден к вам, как вы к нему, — добавила она, глядя на стол защиты. Мерлин Флетчер почувствовал, что проигрывает сражение. Мартин Дэвис продолжил допрос после того, как отец и сын вернулись на свои места. — Доктор Эскулэйпиус, вам, очевидно, пришлось временно оставить работу. Скажите, насколько долго продлилось восстановление мистера Снейпа от полученных травм? — Долгие месяцы. Он фактически начал свою физиотерапию до того, как стал достаточно хорош, чтобы вставать с постели. Больше всего времени отняло исцеление его сердца. Громадными усилиями вылезая из постели и постояв несколько минут, он выматывался до необходимости поспать несколько часов. — Как долго он стоял? — спросил Марти. — Сначала — менее пяти минут, — ответила Джуно. — Он стоял, не делая шагов, просто стоял менее пяти минут, отчего ему требовалась пара часов сна? — недоверчиво спросил Марти, желая, чтобы присяжные получше услышали. — Да, сэр, — ответила Джуно. — Сколько времени прошло, прежде чем он смог вставать с постели на любой срок? — спросил он. — Далеко после Рождества, перед весенними каникулами в школе, — ответила она. — Когда Сири вышел из-под вашей опеки? — В середине мая, когда я выдала ему справку о выписке. — Вы сказали, мистер Снейп нуждался в физической терапии? — напомнил Марти. — Да. Он начал с того, что пока оставался прикованным к постели. Ему нужно было восстановить свою силу после нескольких месяцев простого лежания на больничной койке, — пояснила она. — Ему не пришлось учиться заново какой-либо деятельности? — Слава Богу, нет. Напомню, что у него не было зафиксировано никакого повреждения головного мозга. Все было нормально, как физически, так и эмоционально. — Как долго ему требовалась эта физиотерапия? — спросил Марти. — Пару месяцев, но он вырос до такого уровня, что научился наслаждаться своими тренировками, которые он продолжает и по сей день, — ответила Джуно и улыбнулась Сири. Он послал ей небольшую улыбку в ответ. — Теперь, насколько я знаю, вы не психиатр, но вы были свидетелем нескольких психологических проблем при лечении мистера Снейпа. Я хочу обсудить это сейчас. Марти подождал, пока Джуно приготовится, а затем продолжил: — Каким было состояние мистера Снейпа, когда он впервые пришел в сознание? — спросил он. — Он казался очень ранимым. Это выглядело, как будто он изголодался по любому мало-мальскому выражению нежности или любви. Даже находясь без сознания, он реагировал на нежное слово или прикосновение, — поведала Джуно. — Так что, ваши наблюдения указывают на то, что он не получал от родственников нормальной любви? И это давило на него? — уточнил Марти. — Да, определенно, — согласилась она. — Это изменилось? — О, да! Многие люди очень любят Сири. Он набирает уверенность и силу от любви и ласки, что он получает от своего отца и многих друзей, — радостно произнесла она. — Вы чувствуете, что он пройдет через все эти испытания, непосильные для обычного человека? — спросил Марти. — Это займет время. Он получает профессиональную помощь, а также заботу семьи… эээ, отца и поддержку своих друзей. Я думаю, что он восстановится и в конечном счете с ним все будет в порядке. Он очень сильный молодой человек и он выиграет эту битву. — Спасибо, доктор, — сказал Марти, предоставив ее Мерлину для перекрестного допроса. Марти и несколько других людей были ошеломлены, когда тот сказал: — У меня нет вопросов к данному свидетелю, — они были потрясены еще больше, когда он не оставил за собой право вызвать ее позже. По какой причине он это делал? Он знал, что тем самым вызвал бы еще большее сочувствие к мальчику, разрушив все надежды на жалкое оправдание его подзащитного по всем пунктам обвинения. — Очень хорошо. На сегодня достаточно, — объявила Прайс. — Наше заседание возобновится завтра, в девять часов утра. Сири и Северус вышли через дверь со стороны судьи. Она уже поджидала их в коридоре. — Сири, я бы хотела поговорить с вами наедине, если позволите? — сказала она, вопросительно наклонив брови в сторону Северуса. — Конечно, — кивнул он. — Сири, я подожду тебя здесь, — Сири кивнул и вошел в кабинет судьи. Она велела ему присесть и отдохнуть. Он сел, нервно потирая руки о брюки и рассматривая кабинет. — Я хотела бы поговорить с тобой о твоих вспышках в суде, Сири, — начала она. — Простите! — извинился он. — Я работаю над этим, но пока мои успехи невелики. Она подняла руку, чтобы остановить его тираду. — Сири, я просто хотела похвалить тебя за невероятный контроль, продемонстрированный тобой сегодня! Я думаю, что при таких обстоятельствах твой контроль был впечатляющим. Ты держался очень достойно. Я была впечатлена твоей способностью исправлять свои ошибки. Я заметила, что поначалу твой отец просил тебя исправляться, но потом ты сам заставил себя это сделать. Возможность исправления собственных ошибок — это очень сильная магия, особенно без использования палочки. — Простите за то, что я не использую ее. Я постараюсь запомнить, что отныне лучше пользоваться палочкой, — пообещал Сири. — Я знаю, как это пугает некоторых людей. — У меня нет проблем с бечпалочковой магией, — заверила она его. — Тебе не нужно беспокоиться о себе. Теперь что касается завтрашнего дня, — продолжила она. — Ты чувствуешь, что готов или тебе бы хотелось получить день отдыха? — Я готов. Завтра можем продолжить. Но вот в среду у меня день рождения. Я хотел бы в этот день отдохнуть от суда, если у меня есть выбор, — сказал он, улыбаясь ей. — Есть, молодой человек. В среду выходной. У меня вдруг появились неотложные дела в другом месте, — усмехнулась она. — И с днем рождения! — Спасибо, Ваша честь, — благодарно ответил он. — Я хотел бы пригласить вас на чай с пирогом, но у меня такое чувство, что я буду обвинен во взяточничестве или чем-то подобном. — Скажу тебе по секрету, — заговорщически произнесла она. — Можешь угостить меня пирогом здесь, перед судом в четверг. Я никому не скажу, если ты сделаешь это! — подмигнула она. Сири усмехнулся и согласился стащить для нее один кусок пирога. — Хорошо. Беги! — приказала она. — Не заставляй отца ждать. Шагнув в коридор, Сири встал как вкопанный, уставившись на интересную сцену перед ним. Видит Бог, его отец и его подруга заслужили стоять в страстных объятиях друг друга, но не в таком же месте! Сири откашлялся, и они отлетели друг от друга как пара подростков, попавших на отца девушки. — Впредь не позволяйте мне останавливать вас! — усмехнулся он, когда прошмыгнул мимо них и они наконец вышли на улицу, к яркому вечернему солнцу.