Because You're Mine (Потому что ты мой сын)

Когда на следующее утро Северус вошел в лазарет, он с удивлением обнаружил, что Гарри был полностью одет и сидел на стуле рядом с кроватью. Остатки его завтрака все еще лежали на прикроватном столике. Все внимание Гарри было приковано к книге, лежащей на его коленях. — Доброе утро, Гарри, — поздоровался с ним Северус. — Отвали! — крикнул ему Гарри, не отводя взгляда от книги. — Я вижу, вы чувствуете себя лучше, — саркастически произнес Северус, не пропуская ни одной детали от обиды. Гарри молчал, переворачивая страницы и продолжая читать, как будто он все еще был один. — Готовы ли вы продолжить свои занятия? — спросил Северус. Гарри только сердито зыркнул на него и вернулся обратно к своей книге. Северус наблюдал за ним несколько минут, размышляя, как ему поступить в этой конкретной битве. В конце концов, он решил прибегнуть к жесткому прессингу. Он протянул руку и вырвал книгу с колен Гарри, объявив: — Десять баллов с Гриффиндора за необращение внимания! Гарри ухватился за книгу, едва не задев его, и крича: «Отдай!» Северус лишь приподнял бровь и положил книгу вне зоны досягаемости мальчика. — Я надеюсь, что вы приготовили все, чтобы выполнить практическое задание по этой главе? — сказал он. — Могу ли я не сомневаться, что вы готовы? — Гарри еще раз сердито посмотрел на него, но не сделал никаких комментариев. — Где ваши ингредиенты и ваш котел? — спросил Северус, оглядываясь вокруг и не замечая их. Гарри скрестил руки на груди и продолжал молчать с каменным выражением лица. — Десять очков с Гриффиндора за то, что не готовы к занятию, — фыркнул Северус. Он видел, что Гарри все сложнее сохранять спокойствие в этой битве. Это было прекрасно, еще один маленький толчок — и парень взорвется. Северус ждал и наблюдал за выражением лица Гарри. — Откройте учебник на странице с вашим зельем, чтобы прочитать для меня список ингредиентов, — потребовал Северус. Гарри молчал, но его кровь кипела. — Вы слышите меня, мистер Поттер? — вкрадчиво спросил Северус («Превосходно!», подумал он про себя). Гарри просто уставился в пол, желваки на его скулах яростно заходили ходуном, когда он крепко сжал зубы. Он отказался отвечать. Северус медленно досчитал до десяти и улыбнулся про себя, когда нанес Гарри последний удар. — Десять очков с Гриффиндора за вашу наглость! Гарри было достаточно. Он вскочил на ноги, вытянув руки по швам и сжав кулаки, и крикнул: — Прекрати! Ты высказал свою точку зрения, ну и отлично! Почему ты не можешь просто оставить меня в покое? — Вы студент, не так ли? — спокойно спросил его Северус. — Я полагаю, вы хотите выпуститься из школы вместе со своими однокурсниками? — напомнил он Гарри и оскалился, глядя на него. Он наблюдал за тем, как Гарри переваривает эту информацию. Удовлетворенный увиденным, он продолжил. — Правильно, я вижу, что вы это сделаете. В таком случае, приступим? — произнес Северус деловым тоном. Гарри лишь кивнул и обошел вокруг Северуса. Он подошел к «операционной» и проскользнул внутрь. Он появился оттуда спустя мгновение, неся свой котел, все ингредиенты и свой учебник. Он пробрался обратно к своему стулу и довольно быстро сел на него. Северус отметил, что его сын дрожит от напряжения, но предпочел не показывать беспокойства. В глубине души он знал, что Гарри ни за что не захочет признавать дискомфорт, и он никогда не оценит жалости от кого-либо по отношению к нему. — Готовы? — тихо спросил он. Гарри кивнул, признавая поражение. — Хорошо. Зачитайте мне список ингредиентов, — приказал он. Он очень хорошо знал, что нужно было для этого зелья, но так он мог по крайней мере услышать, как Гарри разговаривает с ним в некоторой степени нормальным тоном. Гарри прочитал короткий список ингредиентов: — Сок пиявки, сушеные глаза рыбы фугу, сушеные глаза черных жуков, дробленая яичная скорлупа австралийского опалоглазого дракона, и любая добавка того цвета, в который вы пожелаете изменить свои глаза, — закончил он. Когда Гарри зачитывал каждый ингредиент из списка, Северус доставал его и ставил рядом с собой, чтобы убедиться, что у его сына это есть. Добавку «Цвет глаз» он вытащил из кармана своей мантии. Он освободил от вещей одну из прикроватных тумбочек и установил на ней котел Гарри. Когда все было готово, он отошел в сторону, чтобы позволить Гарри начать работу. Гарри перечитал ингридиенты по списку еще раз и перепроверил, что он имел надлежащее число материалов, разложенных перед ним. Он отмерил нужное количество каждого из них и растолчил все сушеные ингредиенты в мелкий порошок. Он бросил каждый ингредиент в свой котел, когда подошел к нему. Затем он добавил сок пиявки и перемешал зелье. Ему пришлось выждать десять минут, прежде чем опустить в зелье цветовую добавку. Он взял флакон, что принес Северус. На нем не было никакого ярлыка, и Гарри почувствовал маленький укол нервозности от этого. Он вдруг очень сильно начал беспокоиться о том, какого цвета будут его глаза. Он знал: что бы ни случилось, он должен будет иметь такие глаза в течение двадцати четырех часов, прежде чем они примут привычный зеленый оттенок. Гарри пристально наблюдал за зельем, когда добавил последний ингредиент и перемешал варево. Зелье изменило цвет с неприятного на вид серо-зеленого мутного на самые красивые синие оттенки, которые Гарри когда-либо видел. — Ваше зелье блестяще-синее, Гарри? — спросил Северус с другого конца комнаты. — Да, — ответил Гарри, стараясь говорить как можно меньше слов своему отцу. Северус пересек комнату и заглянул в котел. — Цвет кажется правильным, а также текстура. Очень хорошо, Гарри, — произнес он и добавил: — Десять очков Гриффиндору, — перед тем, как вернуться на другую сторону кровати и сесть на стул. — В то время как вы будете ждать, пока зелье настоится в течение стандартного часа, я бы хотел, чтобы вы двинулись дальше и прочитали следующую главу в вашей книге, — приказал он. В последний раз с опаской покосившись на свой котел, Гарри сел и открыл учебник на «Оборотном зелье». Небольшая улыбка искривила его губы, когда он начал читать. Спустя час, он нервно зачерпывал свое зелье в пробирку. Он взглянул на своего отца, который старался твердо удерживать «маску» на своем лице. «Очень хорошо!», подумал Северус про себя. Гарри медленно поднял флакон к губам. «Ну, в этом нет ничего опасного!», подумал он про себя, когда отбросил голову назад и выпил свое зелье. На вкус оно было довольно приятным, решил он, и надеялся, что это был хороший знак. Внезапно, его глаза почувствовали себя «порхающими», это слово подходило как нельзя лучше для описания его ощущений. Гарри чувствовал себя немного тошнотворно, когда его зрение стало нечетким. Он быстро сел и потряс головой, пытаясь очистить свое зрение. — Ты в порядке, Гарри? — спросил Северус чуть-чуть обеспокоенным голосом. — Да, сэр, — спокойно ответил мальчик. — Просто немного голова кружится. — Это нормально, — успокоил его Северус. — Просто закрой глаза, и головокружение пройдет. Гарри закрыл глаза и откинулся на спинку стула. Вскоре, чувство дезориентации прошло, и порхающее ощущение угасло, он приподнялся и открыл глаза. Он оглядел комнату. Его плохое видение не изменилось и он по-прежнему нуждался в очках. Он встал и медленно пересек комнату, чтобы посмотреть на себя в большое богато украшенное зеркало, висящее на одной из стен. Глубоко вздохнув, он подошел поближе и взглянул на свое отражение. Он ахнул от того, что увидел. «Я, должно быть, сделал что-то не так!», подумал он. «Мои глаза все еще зеленые, но мои зрачки!» — Профессор? — Гарри нервно позвал Северуса. — Что-то не так. Мои глаза не изменили цвет, но мои зрачки стали серебряно-змеиными! — Гарри посмотрел на свое лицо повнимательнее. Северус появился в зеркале, глядя на него через плечо, с твердой ухмылкой на лице. — Чт… что вы наделали! — воскликнул Гарри. — Да. Ты оставил выбор за мной, Гарри, — зашипел ему на ухо Северус. — Я выбрал этот цвет. Да, и двадцать баллов Гриффиндору за отлично выполненную работу и дополнительные пять за демонстрацию такой преданности Слизерину. На сегодня вы свободны, — бросил он через плечо Гарри, после чего зашагал прочь из комнаты. Гарри был в ярости! «Я должен буду выглядеть вот так двадцать четыре часа!» Он подумал, что это слишком жестоко. Он продолжал смотреть на свое отражение в зеркале. «Зачем он сделал это со мной?», удивлялся он сам себе. «Какой был смысл? Что он хотел этим доказать?» К сожалению, он не получил никаких ответов. Нехотя вернувшись к котлу, он привел комнату в порядок. Он свалил свои принадлежности и учебник в котел и запихнул его в угол. У него не было занятий по зельям в течение нескольких следующих дней. У него оставалось время до обеда и он задумался, как ему потратить это время. Он чувствовал себя немного опустошенным от чересчур напряженного утра. Он полагал, что может растянуться ненадолго в постели и отдохнуть. Он также рассматривал возможность выполнить некоторые из его укрепляющих упражнений. В конце концов, этот вариант одержал верх, он переоделся в треники и начал разминку. Он почти закончил свою обычную тренировку, когда Рон вошел в комнату. — Привет, Гарри! — Поздоровался он со своим другом. — Привет, Рон! — проворчал Гарри в ответ, продолжая поднимать небольшой груз своими ногами. — Ты проголодался? — Спросил Рон. — Я подумал, что мы могли бы пообедать с тобой… Гарри, что, черт возьми, случилось с твоими глазами? — Выпалил он от неожиданности. — Это мой «дорогой папочка» решил так подшутить, — ответил Гарри с сарказмом. — Что он сделал, заколдовал тебя? — Воскликнул Рон. — Нет. У меня был практический урок сегодня. Я выбрал «Сири Ролосерус» как свое зелье, и сдуру предложил ему самому выбрать цвет. Он выбрал это! — Гадкий, грязный мерзавец! — Прорычал Рон. — Как долго будет продолжаться действие зелья? — Спросил он с любопытством. — Оно продлится двадцать четыре часа, — сказал ему Гарри. — Знаешь, Гарри, — неуверенно начал Рон. — Я не защищаю Снейпа или что-нибудь в этом роде, но они выглядят круто. Гарри задержался у зеркала, чтобы посмотреть на свое отражение еще раз. — Да, они довольно злые, это правда! — Согласился он с усмешкой. — Я вернусь через несколько минут. Мне нужно принять душ. Рон кивнул и сел на кровать. Гарри схватил свою одежду и направился в ванную в конце комнаты. После быстрого душа, он почувствовал себя немного взбодрившимся. Он засунул голову в кабинет доктора. — Доктор Эй? — спросил он. — Да, Гарри? — ответила она, не поднимая глаз от бумаг. — Я чувствую себя довольно хорошо сегодня. Как думаете, я могу спуститься в Большой зал на обед вместе с Роном? — спросил он. Она подняла на него свой взгляд, удивившись, что он уже чувствовал себя хорошо для этого. — Это далеко отсюда. Ты уверен, что хочешь пойти туда? — спросила она, поднявшись и обойдя вокруг своего стола, чтобы поговорить с ним. — Да, я хочу этого. Кроме того, со мной пойдет Рон, — заверил он ее. — Хммм… ну, ладно, но… Гарри! Что случилось с твоими глазами? — ахнула она. Он немного усмехнулся и пояснил: — Профессор испортил мое зелье. Я полагаю, он так шутит! — Кажется, ты воспринял это довольно хорошо, — сказала она, с блеском в глазах. — Да, но вы же знаете, что я не смогу обойтись без возмездия! — он нахально ухмыльнулся, и она хлопнула его по руке, когда он отпрыгнул подальше. — Иди в Большой зал, Гарри, — сказала она ему. — Приятного аппетита! — Он таким и будет, — сказал Гарри. — Это будет бесподобно, впервые за долгое время выбраться отсюда! — Я уверена, что все будет хорошо, — согласилась она. — Просто хочу убедиться, что ты вернешься сюда и отдохнешь! — Я так и сделаю. Я обещаю, что буду хорошо спать, как послушный мальчик! — произнес он дразнящим детским голосом. Она усмехнулась и покачала головой, вернувшись на свое место. Она сделала пометку в графике Гарри: «Добровольно покинул палату сегодня». Это определенно был хороший знак. Двери Большого зала распахнулись, но не слишком много людей обратили на это внимание. Сначала несколько студентов возле двери перестали разговаривать. Гарри пробрался и сел на свое обычное место у стола Гриффиндора, что заставило молчаливую волну студентов последовать за ним. Профессор Дамблдор был первым человеком с преподавательского стола, кто заметил его. Северус оказался вторым. Гарри улыбнулся директору, а Северус молча уставился на сына. Профессор Дамблдор встал и собрался произнести небольшую речь в адрес всех собравшихся в зале. — Могу ли я привлечь Ваше внимание, пожалуйста? Для меня великая честь объявить, что мистер Гарри Поттер сегодня вернулся к нам! С возвращением, Гарри! — весело сказал он, возвращаясь на свое место. Наступило недолгое молчание, прежде чем приветственный рев раздался в огромной комнате. Студенты и преподаватели в едином порыве встретили его аплодисментами, хлопками, свистом (Симус), топаньем ног и стучанием по столу. Гарри был тайно в восторге от приветствия, но втянул голову в плечи, когда на него нахлынул ярко-красный румянец. Большинству студентов, которые увидели его глаза, показалось, что они выглядели довольно круто, и вскоре он расслабился и позволил себе немного насладиться вниманием. Они с Роном моментально съели все, и даже треть десерта, прежде чем встать из-за стола и вернуться обратно в лазарет. — Хочешь сыграть в волшебные шахматы, Гарри? — предложил Рон. — Да, мне нужно чем-то развлечься после отличного обеда! — сказал Гарри. Они сыграли четыре шахматных партии. Гарри одержал только одну победу. Когда Рон увидел, как Гарри пытается подавить зевок в середине дня, он решил оставить своего друга, чтобы тот отдохнул. — Эй, ты выглядишь уставшим, Гарри, — заметил Рон. — Да, у меня выдался довольно насыщенный день, — сказал Гарри. — Почему бы тебе не отдохнуть до ужина, а Миона и я придем сюда, и поужинаем с тобой? — Предложил Рон. — Да, это отличная идея, Рон, — согласился Гарри, подавляя очередной зевок. — Ладно, увидимся позже, приятель! — Рон махнул рукой, направляясь к двери. Гарри уснул в течение нескольких минут. Он даже не шелохнулся, когда Джуно подошла и сделала свою обычную проверку его пульса и дыхания. Она с обеспокоенностью отметила несколько нерегулярное сердцебиение. «Может быть, это было слишком много и слишком быстро», задумалась она, смотря на то, как он улыбался во сне. «Хотя он определенно хочет, чтобы это происходило намного чаще», также отметила она. Северус был раздражен, и это мягко говоря. Его целью было оставить Гарри на сутки в постели. Последним, что он ожидал увидеть и услышать, был его сын, его друзья и то, что большинство студентов кукарекали о том, как «круто» смотрелись его глаза. «Черт побери!», пробормотал он про себя. — Тебя что-то беспокоит, Северус? — прошептал Альбус. — Не то, чтобы я не справляюсь, сэр, — пробормотал он. — Мальчик полон сюрпризов, не так ли? — мягко засмеялся Альбус. — Не то слово! — слегка улыбнулся Северус. Он не мог показать, что он злится или расстраивается от того, что очень долго не может найти контакт со своим сыном. Он с самого начала не был уверен, что это произойдет после того, как он раскроет правду, или если он откроет свое сердце, отдав сыну все тепло и любовь. Он был готов ждать Гарри столько, сколько потребуется. Его сын был достаточно умен, чтобы вот так просто сделать шаг навстречу ему. Северус не хотел больше совершать никаких ошибок. В прошлый раз он потерял из-за ошибки свою жену, своего лучшего друга, и чуть не потерял своего сына. Оставшаяся часть его дня была свободна от занятий и он решил остановиться в лазарете. Ему было любопытно посмотреть, как Гарри отреагирует на то, что он придет туда во второй раз за день. Когда он вошел в палату, то встретил не ту картину, которую ожидал узреть. Увидев Гарри смеющимся и энергичным во время обеда, он был удивлен, как мальчик мог крепко спать в своей постели. В пурпурной тени четко просматривалось его бледное лицо. Его щеки были слегка порозовевшими. В тот момент Джуно прижимала стетоскоп к его груди, а ее пальцы лежали на его запястье, проверяя пульс. — Что случилось? — спросил Северус, бросившись к ней. Джуно, не ожидающая такого внезапного появления, подпрыгнула на месте от неожиданности. — Ох, Северус! Ты меня напугал! — Ответила она, повернувшись. — Я просто проверяю его как обычно, — пояснила она. — Я хотела удостовериться, что он не взял на себя слишком многого сегодня. — Ну? — спросил Северус. — И каков ваш диагноз, док? — Конечно же, он снова перестарался сверх меры. Все-таки еще не пришло время позволять ему такие нагрузки, — грустно улыбнулась она. — Он был морально готов запрыгнуть обратно в привычное положение вещей, но его организм — это отдельная история, особенно его сердце. — Не хватает выносливости, — добавил Северус. — Точно. Он будет немного разочарован в следующий раз, — сказала она ему. — Так как я собираюсь удерживать его здесь, хоть ему это не понравится. — Что ты хочешь этим сказать? — спросил Северус, поправив одеяло на Гарри, и они перешли к ней в кабинет. — Сегодня я позволила ему спуститься в Большой зал на обед, — сказала она. — Да, я видел его, — сказал Северус. – Он, казалось, был очень взволнован. — Вот из-за этого могут возникнуть проблемы, — вскоре ответила Джуно. — Это слишком большая нагрузка для его организма. Я не могу позволить ему сделать это снова. — Как долго ему придется пробыть здесь? — спросил Северус с беспокойством в голосе. — Может, неделю, может, две, — спокойно ответила она. — Я собираюсь активизировать его терапию, хотя… К этому он готов, но он совершенно не готов вернуться к нормальной учебной деятельности, — пояснила она. — Ты права, — хмуро улыбнулся Северус. — Он будет не в восторге от этой новости! Они просто сидели в течение нескольких минут, потерявшись каждый в собственных мыслях. Джуно заговорила первой. — Я видела, что ты сделал с его глазами, — просто сказала она. — Была ли конкретная причина для этого? — Спросила она. С коротким смешком, он ответил. — Вообще-то, я пытался возвысить себя над ним. — Зачем? — Спросила она. Лицо его стало жестким, а глаза засверкали гневом. — Потому что, когда он злится, то, по крайней мере, смотрит на меня. Он хотя бы так признает меня! Джуно сочувственно посмотрела на него. — Прости, Сев. Он вздохнул, его гнев прошел. — По крайней мере, когда он злится, то не может держать язык за зубами, и хотя бы орет на меня. — Нездоровые отношения нельзя затягивать надолго, — укоризненно произнесла она. — Ну, я полагаю, мы должны хоть с чего-то начать, — устало возразил он. — Хочешь чаю? — Спросила она. — Да, это хорошая идея. Они спокойно обсуждали события дня и наслаждаясь чаем и обществом друг друга, когда Гарри просунул голову в дверь. — Доктор… — он осекся, увидев отца и уставившись на него. — Я хочу пойти на ужин. — Гарри, зайди и присядь на минутку, — попросила она. Гарри заметил, что она не выглядела счастливой. «О, Всевышний! Плохие новости», подумал он. — Что случилось? — сказал он вслух. — Я не хочу показаться тебе слишком строгой, Гарри, но я не могу позволить тебе спуститься в Большой зал в ближайшее время, — сказала она, ожидая взрыва, который всегда ожидался от него, когда ему говорили, что он «не может» сделать что-либо. — Что? Почему? — закричал он. — Отпустите меня на ужин! Почему я не могу больше туда пойти? — Все просто, Гарри, — тихо сказала она. — Твой организм еще не готов к таким нагрузкам. — Вздор! — крикнул он. «Его голос звучит так же, как мой!» Северус удивился сам себе, изо всех сил пытаясь скрыть внезапное желание ухмыльнуться от уха до уха. Он отпил немного чая, чтобы восстановить силы, стараясь при этом не смотреть на своего сына. — Гарри, я серьезно, — мягко сказала Джуно. — Это было слишком много. Твои органы испытывают серьезную нагрузку, в частности, твое сердце. Оно все еще выздоравливает, Гарри. Оно было повреждено больше всего, и для его восстановления тебе нужно какое-то время оставаться здесь. Гарри трясло от досады. — Я схожу с ума, лежа здесь! — разглагольствовал он. — Я хочу что-то делать, если уж я собираюсь надолго застрять здесь, — закончил он. Джуно кивнула, сказав: — Ладно, я подумаю над этим и посмотрю, что я смогу придумать для тебя. Он кивнул, и его внимание переключилось на Северуса. С немного злой, но абсолютно хитрой улыбкой, он сказал, указывая на глаза: — Спасибо за спецэффекты, профессор! Все думали, что это выглядело действительно круто. Я ведь поначалу хотел, чтобы завтра наступило как можно скорее. А в итоге мне даже понравилось, особенно то, как отреагировали девочки! — Он побрел прочь, махнув Джуно рукой. Они услышали злой смех, когда он плюхнулся на свою кровать. — Мальчишка! — сказал Северус, сделав еще один глоток чая. Джуно, однако, было трудно обмануть. Она поймала смеющийся огонек в глазах профессора.