Нежданный подарок

Схватки были сильными. Никакого сравнения с тем, что она чувствовала неделю назад. Сейчас они точно настоящие. Теперь уже недолго, подумала Мередит. - Похоже, ты ранняя пташка, — прошептала она, обращаясь к ребенку в своем животе, — как и твоя мама. Она взглянула на дверь, испытав мгновенное желание вернуть Дерека, но заставила себя подавить малодушный порыв. Ее первое решение было правильным. Она все сделает сама. - Представления не имею, каков твой папа, кроме того, что он сексапильный и напористый. Очень сексапильный, — прошептала она как раз перед тем, как новая волна боли накрыла ее. У нее перехватило дыхание. Пришлось подождать минуту, прежде чем появились силы добраться до стола и телефона. Несмотря на прохладу в комнате, ее лоб покрылся испариной. По крайней мере ребенок любезно подождал конца приема, подумала Мер, набирая номер приемного покоя Мемориальной больницы. Трубку подняли после второго гудка. - Приемное отделение. Чем могу вам помочь? Мередит скривилась, чувствуя приближение новой схватки. Можете родить за меня, подумала она, едва дыша. - Это доктор Мередит Грей. Думаю, мне пора воспользоваться палатой, которую я зарезервировала. Прежде чем женщина ответила, Мер услышала стук клавиш. Очевидно, медсестра набирала ее имя, вызывая информацию из банка данных. - Сейчас, доктор? - О да, определенно сейчас. Мередит положила руку на живот, как будто это могло облегчить боль. Так вот что такое настоящие схватки. Нельзя сказать, что очень приятно. - Здорово! Я выиграла пари! — услышала она радостный возглас на другом конце провода. Мер смутно догадывалась о существовании этого пари с того самого дня на прошлой неделе, когда у нее были ложные схватки. — Извините, доктор. Я немного возбудилась. Никогда раньше ничего не выигрывала. Мередит выдавила смешок и подумала, не присесть ли, но отвергла эту идею. Если она сядет, то вряд ли сможет встать без посторонней помощи. - Ничего. Приятно узнать, что я озарила чей-то день, хотя на вашем месте я бы не стала забирать выигрыш прямо сейчас, — ей казалось, что она вот-вот разродится, но она прекрасно понимала, что все не так просто. — Ребенок может оказаться медлительным и решит потянуть до завтра. Дружелюбие женщины вылилось в болтливость. - Ничего подобного, доктор. Только не ваш ребенок. Всем известно, что вы все делаете быстро. Вот почему все медсестры вас любят. Вы не тянете резину. Моя сестра работает в родильном отделении; по ее словам... Мередит стиснула зубы, подавляя крик. Она едва слышала, что ей говорят. Голова кружилась, и она заставила себя сосредоточиться на голосе. - Сестра? Женщина перестала болтать. - Да, доктор? - Я буду в больнице через несколько минут. — Необходимо поймать Агнес или кого-нибудь из медсестер, пока они еще не ушли. Больница всего лишь в квартале отсюда, но в таком состоянии ей не дойти и вряд ли она сможет вести машину. — Может, чуть позже. Мередит еле выдавила последние слова и выронила телефонную трубку, вцепившись в край стола и пытаясь преодолеть нахлынувшую слабость. Трубка скользнула в мусорную корзинку. Самая сильная схватка, подумала Мередит, когда боль охватила ее стальными клещами. Мир вокруг затянулся молочно-белым туманом. Или это ее поглотил туман? Нет, она сейчас точно упадет в обморок. Струйка пота побежала по позвоночнику, прилепив намокший халат к спине. Господи, не дай мне потерять сознание! Ничего не замечая вокруг, она с трудом дотянулась до трубки, положила ее на место и вдруг с удивлением обнаружила, что Дерек стоит рядом. Споря с самим собой, Дерек прошел весь коридор до лифта и только тогда решил вернуться. Он подчинился интуиции, а интуиция никогда прежде не подводила его. - Послушай, я не приму отказа, — сказал он, обращаясь к ее спине. — Я хочу дать имя этому ребенку. О Господи, опять он. Мне сейчас только споров не хватает. - У ребенка будет имя, — проскрежетала она сквозь сжатые зубы. — Мое. Дерек положил руки ей на плечи, чтобы повернуть лицом к себе. Халат под его пальцами был влажным. Мелькнула мысль, что в комнате не жарко. Почему же она потеет? - Мередит, я хочу жениться на тебе. Я хочу жениться, пока ребенок не родился. Она не сопротивлялась, потому что у нее не было сил, и позволила ему повернуть ее. - Слишком поздно. Она была мертвенно-бледной и потела. Он автоматически прижал ее к себе, испугавшись, что она упадет. - У тебя схватки? - Точно подмечено, Шерлок, — прошептала она. — Теперь я понимаю, почему редакция так ценит твой острый ум. Новая волна боли накрыла ее, пронзив насквозь остро отточенными лезвиями. Она чуть не захныкала, но в последний момент подавила стон. - Да, у меня схватки. Следующее ощущение заставило ее взглянуть на ковер. Прямо у ее ног расплывалось маленькое, почти незаметное влажное пятно. Лопнул плодный пузырь. Мередит глубоко вздохнула. - Это я как врач говорю. Дерек попадал и не в такие переплеты, хотя роды принимать ему никогда не приходилось. И от подобной перспективы ему стало не по себе. Однако он постарался говорить спокойно: - Тем больше причин сделать из тебя порядочную женщину. Мер закатила глаза — и не только от боли — и постаралась дойти до двери, но ноги не слушались. - Ты не говорил мне, что старомоден, Шепард. — В ее голосе мелькнуло отчаяние, и она крепко вцепилась в его руку, чтобы не упасть. - Ты не спрашивала. Разжав пальцы, Мер облегченно вздохнула. Отпустило немного. Если повезет, следующие несколько схваток будут не такими сильными. Ей необходимо лишь несколько минут, чтобы добраться до больницы, больше ничего. Только чуть-чуть времени. Не такая уж большая просьба, правда? Тело ответило, что, может, и выполнит ее. Беря на себя контроль за ситуацией, Дерек обхватил ее за талию. - Ладно, пошли. Мередит не любила, когда ею командовали. Кроме того, она не собиралась брать с собой Дерека. - Пошли куда? Она издевается или пытается что-то доказать? - В больницу. Ты рожаешь. Она невольно улыбнулась. - Спасибо, что ты мне об этом сказал. Иначе я бы ни за что не догадалась. Он оглянулся, пытаясь найти ее сумочку, ничего не увидел и решил не тратить время. В больнице Мередит наверняка все знают, а ее медсестры позаботятся о мелочах. Дерек осторожно повел ее к двери, укорачивая шаг, чтобы приноровиться к ней. - Ты всегда такая раздражительная? Да, подумала Мер, должно быть, именно такой она выглядит со стороны. - Только когда рожаю. — Она не собиралась извиняться, но в глазах появилось виноватое выражение. — Послушай, ты не должен возиться со мной. Кто-нибудь из медсестер отвезет меня. Это всего в квартале отсюда. Внезапно она вздрогнула и замолчала. Только гордость удержала ее от того, чтобы не скорчиться от боли. Эта женщина упряма как мул. В другое время он бы нашел ее упрямство стимулирующим, даже забавным. Но не сейчас. - Позволь мне побаловать себя. Я всегда хотел иметь повод промчаться по Ньюпорту. - Один квартал? Чудесно. Ты собираешься превратить мои роды в автогонки? Ей хотелось выйти из кабинета уверенно, как всегда, но не получалось. Она едва передвигала ноги, хотя и не желала в этом признаваться. Дерек добродушно пожал плечами, выводя ее в коридор. - Все имеют право мечтать. Медсестер уже не было. Осталась только встревоженная Агнес, желавшая собственными глазами убедиться, что Мередит уйдет домой. Агнес вскочила. Одного взгляда ей было достаточно. О Господи, началось, подумала она. - Вам нехорошо, доктор? Бывало и лучше, гораздо лучше, подумала Мер, взглянув на Дерека, и тяжело вздохнула. - Вообще-то я рожаю. Дерек, не останавливаясь, бросил через плечо: - После того, как мы поженимся. - Доктор... — Агнес растерянно смотрела им вслед. - Не волнуйся. Я могу позаботиться о себе. — Мередит имела в виду Дерека, а не свое состояние. — Я уже позвонила в приемный покой. Пожалуйста, сообщи доктору Кареву, что он сегодня понадобится. Агнес кивнула, возвращаясь к своему столу. - Компетентна даже в родах, — прокомментировал Дерек. — Восхитительно. - Необходимо, — поправила его Мер. Лифт был всего в нескольких шагах от ее кабинета. Почему кажется, что так далеко? Она подозрительно взглянула на Шепарда, когда они добрались до металлических дверей лифта. — Ты случайно не собираешься везти меня в церковь? Дерек нажал кнопку лифта и не отпускал, пока лифт не прибыл и двери не открылись. Придерживая их, он ввел ее внутрь. - Нет, но в больнице есть часовня. — Он увидел, как подозрение в ее глазах перерастает в тревогу, и кратко разъяснил. — Я знаю. В прошлом году я брал интервью у больничного священника. Он обычно бывает в больнице во второй половине дня. Как жаль, что после реконструкции в лифтах убрали металлические поручни. Ей не за что было держаться, кроме Дерека, и в данный момент это не способствовало демонстрации гордости. - Как удобно. К счастью, лифт спустился до первого этажа без остановок. - Ты можешь идти? — спросил Дерек, когда двери снова открылись. Он не хотел оставлять ее одну, пока будет ходить за машиной, которую оставил далеко от входа. Боль на время отпустила, дав ей передышку. Вернулись кое-какие силы. - В данный момент я могла бы и пробежаться. — Мередит посерьезнела. Она знала о Дереке только то, что он ей рассказывал. Что, если все это ложь? Что, если она занималась любовью с сумасшедшим? Одним из тех, кто страдает навязчивыми идеями? — Ты не можешь силой заставить меня выйти за тебя замуж. Они уже шли к его машине. Он взглянул на нее, но она не смогла прочитать выражение его глаз. - Не думаю, что мне придется тебя заставлять. Мне кажется, твой здравый смысл победит. Журналист мог бы поубедительнее отстаивать свое мнение. Она внутренне посмеялась. Над собой. И над ним. - Шепард, если бы у меня был здравый смысл, я бы не танцевала на пляже под луной. — Произнося эти слова, она не смогла заставить себя пожалеть о той ночи или о том, что привело к ее теперешнему состоянию. — Кроме всего прочего, столько песка набилось в одежду! Ее слова, пусть небрежные, живо напомнили Дереку ту ночь. Его улыбка стала нежной, ностальгической. - У меня пробуждаются воспоминания. Да, напомнив ему о той ночи, она лишь укрепила его решимость. Однако она не собирается выходить за него замуж. И не потому, что в глубине души не хочет этого, а потому, что это было бы неправильно. С ее точки зрения. Боль возвращалась. Она едва чувствовала землю под ногами. Где, черт побери, он оставил машину? В Сиэтле? - Что бы у тебя ни пробудилось, я не хочу усугублять одну ошибку, совершая другую. Он заметил, что она снова стиснула зубы, и постарался вести ее как можно быстрее. - Ты так об этом думаешь? Как об ошибке? — спросил он, глядя на ее живот. Нет, вот это не ошибка. Но она должна заставить его понять. - Я морально не готова была заводить семью в том месте и в то время. Я и сейчас не готова, — добавила она, чувствуя, как слабеет ее решимость. Дерек остановился около своей машины и быстро открыл дверь со стороны пассажира. - Ну, что-то было готово. Я говорю не о рассудке, а об эмоциях. — Он усадил ее и вытянул ремень безопасности до предела. Спортивная машина не лучшее средство для перевозки рожениц. — Как ты себя чувствуешь эмоционально? - Готова визжать. — Она вцепилась в его руку, защелкивавшую ремень, и не отпускала, пока боль не прошла. — Господи, какая острая боль. Он осторожно высвободился. - Точно такая же, как твои ногти. На его руке остались отпечатки всех пяти. - То ли еще будет, если мы поженимся, — ответила Мер, когда он сел рядом. Он завел мотор и начал подавать машину назад. - Предупрежден — значит, вооружен. Его уверенность и раздражала и очаровывала. Надо отдать ему должное. Ее гормоны разыгрались, как кукуруза в микроволновой печи. - Не обманывай себя. Дреку показалось, что это не пустая угроза. Интуиция подсказывала, что у него никогда не будет достаточно оружия против Мередит. Но и это казалось правильным. Неизвестность была частью очарования. Нажав на акселератор, он промчался мимо единственного на их пути светофора, как раз когда замигал красный свет. Сразу за светофором на территорию больницы вела длинная извилистая дорожка. Дерек чувствовал, как сильно он изменился за время последней командировки. Изменился его взгляд на мир. Перестало быть важным то, что было важным раньше. У него появились новые моральные ценности, новые цели в жизни. В последние девять месяцев, когда смерть и разрушение оставляли визитные карточки впереди него и за ним, а иногда шли рядом, бок о бок, он понял, что есть в мире то, что он еще не сделал, но хочет сделать. Может, маленькое, но бесконечно ценное. Он не хотел умирать, пока не сделает этого. Он хотел держать на руках своего ребенка, любить свою жену. Просыпаться каждое утро рядом с одной и той же женщиной. Беременность Мередит как будто подтвердила, что кто-то подслушал его мысли и устроил его жизнь так, как он хотел. Оглядываясь на свою жизнь, он осознал, что все смерти и опустошения, свидетелем которых он был, толкали его к тому, чтобы отрешиться от роли стороннего наблюдателя и пожить немного собственной жизнью. Насладиться для разнообразия земными радостями. Остановиться и вдохнуть запах детской присыпки. И теперь, когда это действительно случилось — хотя он и представления не имел об этом и ничего заранее не планировал, — Дерек не собирался выпускать из рук то, что ниспослано ему Богом. Это было бы несправедливо. А он искренне верил в справедливость. Небольшая парковка, предназначенная для приемного покоя и выписанных больных, была забита битком. Ругаясь про себя, Дерек направился к стоянке для посетителей. Медленно ведя машину, он взглянул на Мер. - Ты должна дать ребенку фамилию. — Она открыла рот, чтобы возразить, но он опередил ее: — Настоящую фамилию. - Настоящую? — отозвалась она. На что он намекает? — Ты когда-нибудь смотришь на даты в газетах, которые печатают твои статьи? За окном двадцать первый век. Люди живут по другим законам. Люди не сильно изменились за последние десятилетия. Они все еще люди. И старые предрассудки умирают с трудом. Он не хотел, чтобы на его ребенке лежало клеймо позора. - Неужели? — язвительно спросил он и тихо добавил. — А ты? Они много разговаривали в ту ночь, и не только из-за вина. Они оба были искренними. Он чувствовал, что узнал ее довольно хорошо. Пусть сейчас она говорит себе, что общественное мнение не имеет для нее значения, но в конце концов поймет его важность. Они оба говорили, что не хотят связывать себя, не хотят обременять обязательствами. Тогда это все было очень отвлеченно и занимательно. И пусто, как он теперь понимал. Он чувствовал ее душу в ту ночь, и его душа стремилась ответить ей. Сейчас Дерек нутром чуял, что именно Мередит спасла его от пули снайпера и бомбы в Алеппо. Он просто должен был вернуться домой и стать отцом ребенка, который ждал его здесь без его ведома. Не было другого разумного объяснения такому необычному везению. Но Мер упрямо стояла на своем. Дерек продолжал говорить, будто и не ожидал ответа: - Пациентки будут благосклоннее смотреть на своего доктора, если, родив ребенка, она выйдет замуж. Теперь он читает ей мораль. Раздражение прорвалось сквозь надвигающуюся боль. - Все, что им от меня требуется, так это моя компетентность. И, может, плечо, на которое они могут опереться и поплакать в него. Косясь одним глазом на нее, Дерек медленно лавировал между машинами в поисках свободного места. Он просто боялся выпустить ее одну, пока он будет парковать машину. Неужели все жители Ньюпорт-Бич явились сегодня в больницу? - А что от тебя требуется ребенку? Этот вопрос полегче. - Любовь. — Она чуть не выплюнула это слово, задыхаясь от боли. Кажется, в следующем ряду есть свободное место. Остается только надеяться, что никто не займет его, пока он до него доберется. - Как насчет ответственности? Будь у нее силы, она бы рассмеялась. Услышать об ответственности от человека, который клялся, что свободу он ни на что не променяет. - То есть выйти за тебя замуж? У нее схватки, сказал он себе. Он не должен обижаться на ее тон. - А что во мне плохого? - Ничего. — Как любовник, он само совершенство. Но для брака необходимо больше, чем искусство любви. И потом, она не уверена, что сама подходит на роль жены или матери семейства. Ее мать не подходила. — Но я также не знаю, что в тебе хорошего. Природа создала Дерека так, что он всегда искал легкий путь. - Мы узнаем друг друга после церемонии. Это простое заявление ошеломило ее. - Шепард, никакой церемонии не будет. Невозможное его также никогда не смущало. В препятствиях он видел только брошенный ему вызов. - Я могу дернуть за веревочки. Он серьезен. И, возможно, всемогущ. - Меня не интересуют никакие веревки, если только они не на твоей шее. — Она пристально смотрела на Дерека, которого, казалось, не интересовало ничего, кроме узкой щели, в которую предстояло втиснуть машину. — Дерек, я не верю в семейную жизнь. Конечно, верит. Просто боится. Он не мог винить ее. В браке всегда есть элемент риска, но это-то и интригует. - Зато я верю. Семья идет сразу за «правдой, справедливостью и американским образом жизни» и перед верой в победу моей любимой бейсбольной команды. Дерек отстегнул свой ремень безопасности и повернулся к Мередит. - Эй, док. Где твоя любовь к приключениям? Мер вцепилась в свой живот. События внутри нарастали. - Я сейчас занята, Шепард. Кончай болтать и доставь меня в больницу. Я не уверена, что у меня есть время. Дерек выскочил из машины и подбежал к ее дверце. Не успела она запротестовать, как он схватил ее на руки. Даже беременная, она не тяжелая, подумал он. Его молнией пронзила мысль, что он держит на руках свою будущую жену и ребенка, и он, улыбаясь, понес ее к входу в больницу. - Ты соображаешь, что делаешь? - Так мы быстрее доберемся, — успокоил он. Ирония судьбы. Умение вести переговоры всегда было его сильной стороной и спасало из критических ситуаций. Теперь оно втягивало его в такую ситуацию. - Я не хочу, чтобы мой сын... В другое время Мер сочла бы происходящее безнадежно романтичным. Сейчас все было просто безнадежно. - Или дочь. Он принял поправку на бегу. - ...или дочь несла клеймо незаконнорожденного. Как серьезно он это сказал! - Клеймо? Он утвердительно кивнул. - Мередит, в слове «ублюдок» до сих пор не меньше боли, чем десятки лет назад. — Он взглянул на нее. Понимает ли она, что он пытается сказать. — Я не хочу, чтобы мой ребенок его слышал. Чтобы оно звенело в его ушах после того, как звук растает в воздухе. Я не хочу, чтобы мой ребенок чувствовал себя не таким, как все, зная, что его отец не побеспокоился даже попытаться создать союз с его матерью. Он ее поймал, по глазам видел, что поймал. В ее глазах появилась боль. - Тебя, может, и устраивает самостоятельность, но она не помогает ребенку понять, почему у него нет отца и в чем его вина. Дерек резко остановился перед тронувшимся автомобилем, но водитель притормозил и помахал, пропуская его. Дерек пошел дальше, продолжая убеждать: - Мередит, я хочу быть рядом, чтобы отгонять его страхи. Я хочу быть рядом с ним. И с тобой. — Он улыбнулся ей. — Нам было хорошо вместе. - Одну ночь. Несмотря на ее героическое сопротивление, он побеждал. Она чувствовала, как быстро сдается. Она все еще хорошо пахнет, думал он. Как в ту ночь. Как в его снах. - Да, и посмотри, что мы успели создать, — он кивнул на ее живот. — Представляешь, чего мы добьемся, если у нас будет больше времени. Он внес ее в вестибюль. Люди смотрели на них и улыбались. Добровольная помощница в столе справок схватилась за телефон и отстучала внутренний номер. - Идите прямо в приемный покой, — сказала она Дереку. — Вас уже ждет кресло для перевозки. - Дерек... Часовня, небольшое узкое помещение, находилась справа. Лучи заходящего солнца, проникая через маленькое витражное окно, окрашивали ковер золотом и лазурью. - Мередит, выходи за меня замуж, — прошептал он ей на ухо. — Давай попробуем. Если не сработает, мы всегда можем развестись. Но дадим ребенку незапятнанное начало. Пусть у него будут мама и папа. Законная пара. Безумие, подумала Мер. Полное безумие. - Как солонка и перечница, – хмыкнула она. Он усмехнулся. Победил. Его ухмылка стала шире, интимнее. От его обаяния у нее кружилась голова, точно как тогда, в ту ночь. Боль на секунду отпустила, и Мередит почти согласилась. - Это безумие. Он со смехом отмахнулся от обвинения. - Эй, мир немного безумен, но это самое разумное, что я делаю за последние девять месяцев. Она облизала нижнюю губу. - Если я скажу «да»... Он порывисто прижался губами к ее губам, следуя за ее языком. Черт побери, она все так же действует на него. Он за нее поборется. У Мередит кружилась голова, она едва дышала. Дерек действовал на нее сильнее, чем схватки. - Если я скажу «да», — повторила она дрожащим голосом, — я хочу, чтобы ты понимал: это только на время. Только чтобы дать ребенку имя. Как ты сказал. Он нес ее в приемный покой, следуя указаниям стрелок на стенах. - Хорошо, согласен. Но даже у телевизора есть годовая гарантия. Может, из-за схваток, но она его не поняла. - При чем тут телевизор? - Дай нашему браку год. Если к концу года не сработает, мы разведемся. Развод. Жестокое, холодное, отрезвляющее слово. Что она делает, соглашаясь даже задуматься над этим безрассудством? Она сошла с ума? Наверное. Здравый смысл превозмог боль. - Я не знаю... Их взгляды встретились. - Подумай о ребенке. Он что, издевается? - В данный момент я не могу думать ни о чем другом. Дерек почувствовал, как она цепенеет в его руках. Новая схватка, подумал он и беспомощно огляделся. Женщина за конторкой приемного покоя уже махала им. Навстречу им санитар катил кресло на колесиках. Дерек поцеловал Мер в лоб. - Держись. Я держусь, сказала себе Мередит. Другие же выдерживают. - Я не собираюсь рожать в вестибюле. - Я имел в виду — держись, пока я не приведу священника. - Доктор Грей, привет, я Роуз. — Сияющая молодая женщина сжала руку Мередит. — Для вас все готово. Доктор Карев уже в пути. Ей не нужен доктор Карев в пути, он нужен ей здесь. А больше всего ей нужно, чтобы все это поскорее закончилось. Санитар подтолкнул к ней кресло и посмотрел на Дерека. - Отец Хоган на третьем этаже. Но доктор Грей не умирает, она всего лишь рожает. Дерек рассмеялся и взглянул на Мередит, отвечая санитару: - Не для последнего ритуала. Для первого. Мы оба сошли с ума, подумала Мер, опускаясь в кресло, и помахала рукой, отсылая его прочь. - Иди. Но я ничего не обещаю. Дерек исчез прежде, чем санитар покатил ее по коридору.