Молчание

      Сорок ступенек после последнего пролета – так Люси сказал охранник, передавая зажжённый факел. Пять пролетов вниз под землю и еще сорок ступенек – они надеялись, что смогли надежно спрятать опасного демона. Узкая лестница позволяла пройти только одному человеку, и двое могли разойтись только на пролете. Свет был лишь тот, что прихватил с собой посетитель. Холодные влажные стены, покрытые разводами плесени, затхлый воздух, заставляющий кашлять, и неестественная после шумного города тишина. Тюрьма совета никогда не была гостеприимным местом.       Девушка остановилась перед тяжелой дубовой дверью, перехваченной металлическими лентами. Она была не заперта: если печати не смогут удержать пленника, то дверь будет уже бессильна чем-либо помочь, а вот жрецам, спускавшимся сюда каждый день, чтобы обновить ритуальный круг, нужен свободный доступ к своему клиенту – им нельзя опоздать. Люси положила руку на холодное дерево, собираясь с мыслями и силами. Охранники долго запугивали ее, рассказывая про силу и хитрость пойманного демона – они очень хотели отговорить ее от этой встречи. Но девушке пришлось через многое пройти, чтобы получить разрешение на посещение тюрьмы, и отступать сейчас было глупо. Глубоко вздохнув мерзкий застоявшийся воздух, она толкнула дверь и шагнула в небольшую комнату.       Дрожащий свет факела выхватил из темноты небольшой стол и стул, оставленные здесь для дознавателя, ведро с затлевшей водой и большую белую печать, занимающую почти всю камеру. Она мерцала едва заметным, не дающим света сиянием, складываясь в сложной узор, найденный в древних книгах библиотеки совета. Люси слышала, что никто уже не может расшифровать это писание, что тайна подобных заклинаний утеряна, и потомки могут пользоваться только подробно описанными в книгах старыми ритуалами, объяснить работу которых они не могут. Внутри круга прямо в каменный пол было вбито несколько колец, к которым были прикованы тяжелые цепи. А еще в нем находился пленник. С их последней встречи он сильно изменился: кожа стала бледной, почти прозрачной, темные волосы отросли и спутанными прядями падали на плечи. Он сильно исхудал, сквозь тонкую кожу опасно проступали кости, а на истощенном лице, больше похожем на пугающую маску, жутким рисунком выделялись синяки вокруг глаз.       Цепь звякнула, и Люси вздрогнула, готовая бежать от этого монстра, но демон лишь прикрыл глаза рукой, недовольно морщась из-за яркого света факела. Почему-то этот человеческий жест, выдающий слабость, заставил ее немного расслабиться, перестать так сильно бояться. Она закрепила факел на стене и прошла к столу, все время продолжая следить краем глаза за демоном, который перестал двигаться и просто сидел с закрытыми глазами. Люси вздохнула и достала свои бумаги. Она нарочито долго раскладывала все на столе, но вскоре все же решилась начать разговор, так как знала, что скоро сюда могут спуститься, чтобы проверить ее безопасность:       – Ты – Барман. Демон, убивший наместника. Ты был призван с помощью запрещенной темной магии и сейчас помещен под стражу до тех пор, пока не поймают призвавшего тебя мага.       На лице демона появилась едва заметная усмешка, но он промолчал. Люси еще раз вздохнула и, чувствуя себя жутко неловко, продолжила.       – Я получила лицензию, позволяющую взять у тебя интервью, поэтому, пожалуйста, ответь мне на несколько вопросов для магического еженедельника, – негромко сказала она. Слова давались ей с трудом и под насмешливым взглядом демона становились все тише. Замолчав, она почувствовала, как горят щеки от стыда за только что сказанную бессмыслицу. Убедить своего редактора в необходимости этого интервью оказалось намного проще, чем задать первый вопрос демону.       В наступившей тишине стал слышен завывающий где-то в верхних переходах ветер. И совсем тихое, хриплое дыхание демона. Если бы он был человеком, Люси бы решила, что он тяжело болен, но ей уже говорили, что убить демона очень сложно. Да и сам он, хоть и выглядел истощенным, был очень спокоен и самоуверен. Будто бы он сам решил присесть отдохнуть именно здесь, в магической печати, и не было пленения и кандалов.       – Я хочу, чтобы ты ответил мне на несколько вопросов, – настойчиво повторила Люси, стараясь скорее убедить себя же, чем пленника, вернуть себе уверенность, которая так легко терялась в полумраке мрачной маленькой камеры.       – Ты еще ни одного не задала, – очень тихо и хрипло ответил Барман. Его голос выдавал то, как давно ему не приходилось говорить.       Люси перевернула страницу, просматривая заранее подготовленные вопросы. Сейчас они казались неуместными строчками текста, которые у демона вызовут лишь смех. Она захлопнула дневник и посмотрела на закованного в цепи пленника. Барман сидел в той же позе, в которой она его застала, с совершенно бесстрастным лицом и закрытыми глазами.       – Ты можешь рассказать мне, откуда ты пришел?       Вопрос прозвучал тихо и нерешительно. Наверное, поэтому демон его проигнорировал. Снова наступила гнетущая тишина, которая, казалось, даже тени делает еще темнее. Люси до боли сжала кулаки и решила вспомнить советы коллеги, который часто брал интервью у знаменитых преступников.       – Ты будешь мне отвечать? – нарочно грубо спросила она. – Или, может, мне позвать дознавателя? У меня есть бумага, обязывающая их оказывать мне всяческое содействие.       Демон уже откровенно, не скрывая, улыбался. Все так же не открывая глаз, покачал головой.       – Ты слышишь? – спросил он.       – Что?       Люси с недоумением оглянулась пытаясь понять, о чем говорит Барман, но тени хранили молчание – в комнате слышался только тихий треск факела. Посмотрев на смеющегося демона, она недовольно сжала губы и зло сказала:       – Нам нужно закончить все это как можно быстрее. Если ты прекратишь дурачиться и просто ответишь на мои вопросы, мне не придется обращаться к тем, кто поймал тебя. Ты ведь не хочешь этого?       Демон приоткрыл глаз, чуть отклонившись, чтобы защититься от яркого света. Мгновение рассматривал сердитую гостью, а потом сказал:       – Эта скрипка прекрасна. Неужели ты больше ее не слышишь?       – Что за ерунду ты говоришь? – растерянно спросила Люси.       Она уже было решила, что этот демон безумен, и она не сможет ничего от него узнать, как увидела едва заметное движение. Барман загадочно улыбался и, чуть двигая худыми длинными пальцами, будто играя на каком-то инструменте, все повторял какой-то ритм. И Люси услышала его. Услышала, как тогда, в тот вечер, когда они с Нацу провалили задание, когда она познакомилась с этим демоном. Слабые движения тонких пальцев повторяли ту надрывную мелодию, которая заставляла сердце сжиматься и преследовала ее во снах. И именно эти сны, которые все не давали забыть случайную встречу, привели ее сюда.       – Прекрати! – воскликнула она, подавляя желание закрыть уши руками, прогнать наваждение. – Хотя бы несколько минут, пожалуйста, послушай меня серьезно.       А демон только улыбался. Молчал и улыбался.       – Пожалуйста, – тихо прошептала Люси и устало опустилась на стул.       Теперь в комнате не было тихо – Люси догоняли воспоминания, наполняя пространство шумом и красками. В тот вечер, когда она танцевала с демоном в человеческом обличье, поместье уже окружали войска совета. Мелодия скрипок не прервалась даже тогда, когда в зал вошли воины совета – все решили, что это новые гости градоначальника – и замолчала лишь, когда они достали оружие. Барман тогда улыбнулся ей на прощание и отпустил ее руку. Не пытаясь сопротивляться магам совета, он позволил себя схватить. Позже офицер объяснил Люси, что вокруг дома была найдена печать света, которая сильно влияет на магию демонов и мешает им перемещаться. Благодаря почти такой же печати сейчас Бармана держали в плену. Все прошло так легко, но никто не смог помешать убить хозяина дома. Никто даже не смог понять, в какой момент демон обратил его в пепел, и когда маг, призвавший древнее зло, сумел сбежать. А для Люси этот вечер стал одним из самых частых кошмаров – в своих снах она вновь и вновь кружила в танце с демоном, свет отражался от зеркального пола, а скрипки бессильно выли, предупреждая об опасности.       – Зачем ты пришла? – неожиданно спросил Барман.       Люси, которая уже не ожидала, что он заговорит, удивленно посмотрела на демона. Он оставался так же спокоен, но все еще не смотрел на нее.       – Я уже говорила, – как можно спокойней постаралась ответить она, – должна задать тебе вопросы, ответы на которые будут напечатаны в магическом еженедельнике.       Демон нахмурился, и, чуть звякнув цепями, отвернулся.       – Зачем ты пришла? – настойчиво, как раньше сама Люси, повторил он свой вопрос.       Она внезапно подумала о том, что он здесь уже не первый месяц в темноте, и ему тяжело терпеть яркий свет факела. Люси положила на стол ключ, наполняя его силой, чтобы тот неярко засветился, и потушила факел. Комнату наполнила тьма, в которой едва заметно проступали силуэты предметов. Демон только хмыкнул и продолжил терпеливо ждать ответа на свой вопрос.       – Значит, мой ответ тебе не нравится? – спросила Люси. – Возможно, тогда ты теперь лучше понимаешь, как меня раздражает твое молчание.       И демон снова промолчал. Сквозь темноту Люси ощущала его внимательный взгляд, не вызывающий чувства опасности, не раздражающий. Он просто ждал.       – Ладно, – сказала Люси и махнула рукой, понимая, что время не на ее стороне, и совсем скоро все закончится. – Я признаю, что ты играешь в допросы намного лучше, чем я. Я пришла сюда потому, что для меня важно услышать ответы. Мне нужно узнать, кто такие демоны, и как с ними справиться. Не так давно моя гильдия столкнулась с сильным противником – демонами из книги Зерефа. Мы с огромным трудом смогли им противостоять, и я знаю, что дальше будет только сложней. Я хочу понять вас, найти способ бороться.       – И ты пришла ко мне, чтобы узнать, как победить демона? – с иронией спросил Барман. – Хочешь, чтобы враг сам рассказал тебе о своих слабостях? Тебе самой не кажется это нелепым?       Люси вспыхнула от смущения, надеясь, что в темноте он не увидит залитое краской лицо. Но пусть этот разговор, который ни на дюйм не сдвинулся с места, все больше ей не нравился – она не собиралась отступать. Слишком много пришлось отдать за право спуститься в эту надежно спрятанную под землей камеру.       – Для тебя все уже решено, – ответила она. – Ты пойман и умрешь здесь. Какая тебе разница, что будет с этой информацией, и как я ее использую?       – Может быть я не собираюсь умирать? – хрипло рассмеявшись, ответил демон.       – Ты не сможешь этого избежать, – сказала Люси и покачала головой. Она сама удивилась тому, что ее слова прозвучали с сожалением. – Совет не допустит твоего побега. И времени у тебя осталось совсем немного. Они не будут искать твоего мага вечно. Я так спешила с разрешением на посещение именно из-за того, что скоро они оставят поиски и просто заберут твою жизнь.       – Поэтому я должен ответить?       – Да, поэтому я надеюсь, что ты ответишь.       – Но я не отвечу.       Вот теперь Люси почувствовала нарастающее раздражение. Демон издевался над ней, смеялся. Она не собиралась звать тех карателей, которыми ему угрожала, а идей, как бороться с порождением темного мира, призванным ради убийства, у нее не было. А Барман снова просто молчал, едва различимый в слабом свете магического ключа. Он не собирался давать ей подсказок.       – Значит тебе нужен другой вопрос?       Демон не ответил. Люси глубоко вдохнула, чувствуя, как в тишине злость уходит вместе со страхом, и собралась с мыслями. Слишком много эмоций, а он даже не старается ее провоцировать. Если она принимает его правила игры, то нужно успокоиться.       – Кто ты?       Барман ответил не сразу. Люси уже почти поверила, что не угадала с вопросом, когда его хриплый голос разорвал тишину.       – Ты уже говорила. Я Барман. Демон. Последний из семи заключивших пакт. Маги могут призвать меня с помощью магии, которая здесь считается запретной. Я помогу, но ценой будет душа призвавшего.       Люси задумалась, пытаясь вспомнить, кто такие семеро заключивших пакт. Но в книгах, которые ей удалось найти до этого, ничего про это не говорилось. Решив отложить этот вопрос, она задала тот, который сейчас показался важнее:       – Кто тебя создал? Ты тоже творение Зерефа?       – Магия, которая сковывает меня, древнее, чем может позволить себе человеческая память. Но ты веришь, что меня сотворил человек?       – А кто тогда?       Он не ответил.       – В книгах почти ничего не рассказывается о демонах. Есть несколько описаний и все. Не сказано, сколько вас, откуда вы беретесь. Ваш мир просто назван темным, на этом все. Я не знаю, сколько тебе лет. Не знаю точно, сколько лет Зерефу. Такой сильный маг, как он, может быть замешан в любой древней и страшной магии. Тем более, его творения названы так же – демоны.       – Ты ошиблась.       Люси знала, что он мог врать. Знала, но верила ему. Все ее догадки и предположениями с самого начала казались неправдоподобными. Но почему-то она не могла не прийти сюда. И теперь у нее закончились вопросы, за которыми она могла прятать истину от себя же. Ей было просто интересно узнать, кто такой Барман. Она хотелось выяснить, почему тогда офицер отводил глаза, не отвечая на вопросы.       – Значит, ты не сможешь мне помочь, – тихо сказала Люси, забирая ключ со стола, но вставать она не спешила. – Мне все равно нужно что-то узнать о тебе, как минимум для еженедельника. Ответь еще на несколько вопросов.       Демон хрипло фыркнул, но возражать не стал. Люси задумчиво крутила в руках ключ и перебирала в голове события того дня, когда был убит наместник. Может быть не тогда, а еще раньше? Когда они увидели на доске объявление о сложном и хорошо оплачиваемом задании?       – Скажи, почему наместник был готов заплатить столько денег наемным магам, в то время, когда у него была самая лучшая охрана из королевской гвардии? – вглядываясь в темноту, спросила Люси. – Он знал, что ты придешь за ним, значит, знал и причину, по которой его хотят убить. Что он такого сделал твоему магу?       Барман перестал насмешничать, словно сейчас Люси смогла угадать тот вопрос, который был ему интересен. Медленно, тяжело выговаривая слова, он ответил:       – Он боялся. Был готов использовать любого защитника, который встанет на его сторону.       – Но почему?       – Люди не готовы платить душой за добрые желания. Зато легко меняют ее на власть и месть.       Взвесив его слова, Люси уточнила:       – Твой маг хотел отомстить?       Демон зашелся в приступе тяжелого кашля. Несколько минут ловя воздух губами, он хрипло и свистяще дышал, но справившись с собой, ответил неожиданно ровно и жестко.       – Уходи.       – Но я еще ничего не записала для журнала! – возмутилась Люси.       – Уходи. Я отвечу потом.       Девушка машинально встала, не успев возмутиться тому, что он ей приказывает. Растерянно потопталась, но все же пошла к выходу, не прощаясь и не оглядываясь. Слишком страшно было смотреть назад, на бледную фигуру, запертую в печати. На стылый, наполненный тьмой каменный мешок камеры.       Демон сказал, что ответит на ее вопросы.       Наверху глаза слепил такой непривычно яркий дневной свет. Стражники беззлобно шутили, рассказывали страшные истории о том, какие большие крысы бегают по подземельям, даже напоили горячим чаем. Люси уже успела посмеяться над тем, как легко демон задурил ей голову, но тут заметила людей в красных плащах. Суровые мужчины окружали своего командира, отмеченного тяжелой цепью магистра, который нес в руках потемневший от времени рунический скипетр. Процессия скрылась за дверьми, уводившими в подземелье.       Стражники обеспокоенно поинтересовались, что расстроило симпатичную госпожу, но Люси промолчала.