Ради Семьи

Времени полноценно прийти в себя Дэрилу просто не дали. Рик освободил его запястья от цепей, попросил кого-то помочь, и сильные руки поставили Диксона на ноги, которые тут же подогнулись, не желая слушаться. Рана ниже колена снова закровоточила. Дэрила практически донесли до стены, на которую он тут же навалился и упрямо направился к выходу. Кто-то придерживал его справа… Аарон. Его лицо отражало столько ужаса и шока, что он даже не смотрел Дэрилу в глаза. Только метался от одних кровавых пятен на одежде к другим, словно считая в уме их количество. И уже добравшись до выхода, пусть и с кряхтением и тихим шипением, Дэрил вдруг остановился. Не смог не обернуться на безжизненное тело девушки, лежащее на полу. Проследив за его взглядом, Аарон побледнел еще сильнее. Повернулся к Дэрилу, безмолвно спрашивая, что здесь произошло. Но тот лишь мотнул слегка головой и, с трудом удерживая равновесие, шагнул за порог… О том, что здесь случилось не узнает никто. Это останется только с Дэрилом, у него внутри, до конца жизни. Так он решил. Все так же придерживаемый Аароном Диксон выбрался на улицу. Рик снова замаячил где-то сбоку и стал подгонять их, оборачиваясь себе за спину… Но Дэрил своим по-прежнему затуманенным сознанием отчаянно не успевал так быстро перестроиться. Он глубоко вдохнул свежий и приятный запах сырости после дождя. Вслушался в шелест мокрых листьев, устилающих мягкую, слегка проседающую землю. Зажмурился и незаметно для Аарона подставил лицо неярким лучам заходящего солнца. Дэрилу так не хватало этих простых вещей все эти двое суток. И почему его друзья не могли дать ему еще чуточку времени?.. Он понял почему, когда увидел валяющееся в траве тело мужчины с вырезанной буквой на лбу. Дальше еще трое трупов. И еще… Тут была целая бойня. И Диксона успокаивало только то, что пока он не видел ни одного трупа без буквы. Победа была явно на стороне Александрийцев, иначе его бы не вытащили из того сарая и не организовали тут целые поиски припасов и других полезных вещей. Только Дэрил все равно нутром чувствовал какое-то напряжение, видел, как все спешат и не выпускают оружие из рук. Значит, бойня еще не окончена… Навстречу вдруг выбежал перевозбужденный и даже напуганный Гленн и смерил Дэрила с головы до ног тем же взглядом, каким смерил его Аарон пять минут назад. - Матерь Божья… Мужик, ты вообще живой? – тихо спросил азиат, порываясь помочь Аарону довести раненого. Дэрил мог бы справиться и сам, но не стал отнекиваться и спорить. Сил осталось не так много, а они еще ему пригодятся, чтобы вернуться в Александрию в сознании. Однако Аарон кивнул Гленну и быстро сказал что-то, Дэрил не смог разобрать, а тот тут же сорвался с места, убежав куда-то вперед… И вскоре Дэрил понял, что его вывели к дороге. На обочине стояло несколько припаркованных автомобилей, в том числе старый красный седан. Гленн как раз уже заводил его мотор. Снова не без помощи Аарона Дэрил забрался на заднее сидение. Оно показалось ему сказочно мягким, как и дверь, на которую Дэрил навалился плечом, стоило ей захлопнуться. Собственным же боком он придавил сломанную руку, будто разрывающуюся изнутри по ощущениям, но еще более неприятная боль сопровождала каждое его движение, поэтому он постарался не ерзать на месте. - Рик, верни рацию! Потом свяжусь с вами! – крикнул Гленн, высунувшись из открытого окна. С Аароном он перекинулся парой слов еще на улице, и теперь все еще пребывающий в шоке рекрут сидел рядом с Дэрилом, сзади. - Ладно, парни, увозите его, – подлетел Граймс к машине и передал рацию Гленну. – Как прибудете, сначала удостоверьтесь, что Дэниз сможет ему помочь. Если что, позовите кого-нибудь еще… И только потом возвращайтесь. Мы тут, похоже, надолго. Хлопнув азиата по плечу, Рик заглянул за его спину. Быстро прожег странным взглядом Аарона и, задержавшись на Дэриле, коротко кивнул. Диксон прикрыл глаза ему в ответ. Машина тронулась с места. Конечно, Дэрилу хотелось знать обо всем. Как они его нашли? Как Граймс догадался собрать такую большую группу, чтобы приехать сюда? Что они выяснили у Волков, кого убили, а кого оставили в живых?.. Если бы он пребывал в лучшем виде, непременно бы поучаствовал во всем этом. Но Рик, кажется, временно отстранил своего лучшего напарника… Даже смешно. Гленн явно торопился. Он вывернул на более свободное от брошенных автомобилей шоссе и набрал хорошую скорость, стараясь укоротить время всей дороги. К тому же, через несколько часов и вовсе стемнеет… Боковым зрением Диксон наблюдал за Аароном, который вел себя странно, словно бы не зная, куда себя деть. Он вроде старался придвинуться к Дэрилу поближе, чтобы в любой момент оказать помощь, если она вдруг понадобится, но тут же передумывал и отстранялся, отворачиваясь к окну. Диксон обязательно бы усмехнулся с его поведения, но на любые эмоции сил тоже не было. Через минуту Аарон, наконец, нашелся. Раскрыл свой рюкзак, выудил оттуда целую бутылку питьевой воды и с опаской протянул Дэрилу: - Эй, держи, – потом достал еще и чистую тряпицу. – И вот, если нужно, – и указал на лицо. На свой внешний вид Дэрил искренне наплевал. Вот доберется до Александрии, тогда уже подумает о чем-то подобном. А сейчас больше всего на свете действительно хотелось пить. Если бы у него были силы, он бы одним рывком выдернул у Аарона из рук эту долбанную бутылку и выдул бы ее в несколько больших глотков. Но Дэрил, с трудом отлепившись от дверцы, осторожно потянулся за водой и дрожащей рукой поднес горлышко ко рту, попутно разлив добрую часть. Искусанные губы противно и больно защипало, но он забил и на это. Сухость во рту перекрывала даже боль. Утолив безумную жажду, Дэрил снова подпер дверь плечом и в один миг ощутил такую усталость, что сам удивился, как еще до сих пор держится в сознании. Он еле-еле заставил себя не закрывать глаза, испугавшись того, что они так навсегда и останутся закрытыми, и уставился в окно на проносящиеся мимо деревья и редкие постройки… За все время дороги ни один из них не проронил ни слова. Гленн беспокойно постукивал большим пальцем по рулю, каждую минуту посматривая на Дэрила в зеркало заднего вида. Аарон только вздыхал и постоянно ерзал на месте. И когда на небе уже засверкали звезды, впереди наконец-то показались высокие темные стены. Стоило мотору заглохнуть, эти двое пулей выскочили из салона и обогнули машину с другой стороны, пока Дэрил собирал последние силы на то, чтобы дойти до пункта назначения. - Давай, Дэрил, совсем немного осталось, – тихо сказал Аарон, придерживая раненого. А тот зажмурился до белых точек в глазах от боли, сильно пошатнулся и упал бы на землю вместе с Аароном, если бы не оказавшийся рядом Гленн. Боль и вправду будто усилилась и клонила Дэрила в какое-то странное полузабытье. Ему казалось, что периодически он терял сознание вовсе. Будто бы засыпал на полминуты, потом снова просыпался. Это состояние так его раздражало, что ему захотелось просто отключиться на какой-нибудь горизонтальной поверхности и ничего больше. Липкая кровь и острая боль его уже совершенно не волновали. Однако парни упорно тащили Диксона чуть ли не через всю Александрию к Дэниз. А когда Аарон кивнул Гленну, приостановившись на секунду, тот бегом понесся к другому дому, чтобы позвать кого-то на помощь... Дэрил не стал ничего говорить, только головой покачал. Ему не нравилось то, что из-за него одного Гленн собирался всех перебудить. Хотя он и сам сделал бы все от него зависящее, будь на его месте кто-нибудь другой… После первой же попытки Аарона пробить кулаком дыру в несчастной двери лазарета, Дэниз открыла и впустила их. Правда, она так и не оторвалась от какой-то толстенной книжки по медицине, чтобы взглянуть на своего нового пациента, уж слишком была увлечена... Но когда Аарон как можно аккуратнее усадил Дэрила на койку и буквально выдернул эту книгу у девушки из рук, она удивленно подняла на него глаза, а затем посмотрела ему за спину. - О Господи... – только и прошептала Дэниз, хватаясь за сердце. Дэрил поморщился, а Аарон настороженно проследил за девушкой, которая медленно приблизилась к раненому и оглядела с ног до головы, остановившись на все еще кровоточащей кривой ране на лбу. - Боже, я даже не знаю, с чего начать... - Ты справишься, Дэниз. Подмога скоро будет, – со сбивающимся дыханием тараторил Аарон. – Я могу что-то сделать? Принести? Пребывающая в каком-то ступоре девушка быстро прошлась по всему помещению, бегая расширившимися глазами по углам. Затем она резко остановилась, зажмурилась, видимо, собираясь с мыслями, и твердо произнесла: - Да, можешь. Иди к Оливии, возьми у нее чистые тряпки, полотенца... Что найдет. И поскорее. - Понял. - И пусть сюда никто посторонний не заходит! – крикнула Дэниз вслед вылетевшему на улицу Аарону и повернулась к мирно сидящему на месте Дэрилу. Все еще беспокойно поглядывая на него, девушка кинулась перебирать все вещи в шкафчике, искать то одно, то другое. Он лениво следил за ней, с каждой минутой чувствуя, как усталость тяжелым свинцом заполняет все его тело. Как бы ей не пришлось потом его будить… - Я тебя понаслышке знаю. Дэрил, так? – спросила вдруг Дэниз, на что он коротко кивнул. – Ох, Дэрил, намучаемся мы с тобой этой ночью... Диксон покривил губы и дернул плечом, о чем сразу же пожалел, – сломанную руку обожгло болью. Он так не хотел утруждать кого-то, так не любил повышенное внимание к себе. Почему нельзя было просто отправить его домой, где он смог бы справиться со всем этим сам? А может, и не смог бы... Так, посредством бессмысленных вопросов и рассуждений, эта странноватая особа непринужденно мешала ему отключиться и уткнуться носом в пол. И сама себя отвлекала заодно. Потому что нервничала. А к приходу помощницы Дэниз успела только все приготовить: теплую воду с парой полотенец, бинты, спирт, вату, шприц... Помощницей оказалась Розита. Латиноамериканка в своей неизменной кепке как всегда выглядела спокойной, холодной и расчетливой. С неким недовольством она кивнула Дэниз, в качестве приветствия. Со стороны создавалось ощущение, что они вообще в первый раз друг друга видят. Но большая беда под именем Дэрил Диксон, кажется, вынудила их объединиться. - На, тут тряпье всякое, Аарон передал, – всучила Розита какой-то белый ворох в руки Дэниз и присвистнула, развернувшись. – Ну ни хрена себе тебя угораздило... Ладно, страдалец, стягивай жилетку свою с рубашкой. А ты набери-ка промедола, – снова обратилась она к Дэниз и пошла мыть руки. А Дэрил приготовился к самому настоящему испытанию... С жилеткой ему пришлось справляться левой рукой, причем после первого же резкого движения к локтю стали стекать маленькие багровые капли – открылась ссадина у самого запястья. Но все-таки это было не так сложно и не так больно, как сдирать с себя эту чертову рубашку. Присохшая кровь приклеила жесткую ткань к израненной груди и бокам, и теперь все снималось буквально вместе с кожей… - Блин, да что ж ты делаешь? – прикрикнула на него Розита, остановив его как раз на самом глубоком рубце на боку. – Стой, я помогу. Ее смочить надо... А с рукой что? Сломана? Дэрил медленно кивнул. Розита тяжело вздохнула. Наконец, с рубашкой было покончено, и Дэрила после недлительных уговоров уложили на койку. Дэниз принялась очень осторожно смывать кровь с его лица, чтобы вычислить кровоточащие ссадины, а Розита собралась вколоть ему снотворное... - Черт, да тут же места живого нет, – почти прошептала она, поднеся пальцы к его разодранному предплечью, но так и не решившись прикоснуться. – Дэниз? - Давай мне, – уверенно заявила девушка и взяла у Розиты шприц. – Когда не могут попасть в нужную вену, делают вот сюда, – она указала на еле проглядывающую синюю полоску на тыльной стороне ладони, чуть ниже костяшек. – Только это больнее. Дэрил хмыкнул с ее слов. Больнее уже точно не могло быть... Перед тем, как расслабленно прикрыть глаза, Дэрил еще раз взглянул на серьезное лицо Розиты, к которой за те недели голода и упорного выживания он тоже успел привыкнуть. И понял, что рад ее видеть. Не менее он был бы рад и ее психопату Абрахаму на пару с пришибленным псевдоученым. Родным еще с тюрьмы Мэгги, Мишон и Кэрол. Саше, которая совсем недавно снова стала улыбаться, и никогда не унывающей Таре. Всей необычной семейке Граймсов в полном составе… И почему-то легко было признаться себе в том, что он безумно соскучился по всем ним. Снотворное уже вовсю действовало, и в какой-то момент Дэрил всем телом ощутил, как постоянное напряжение полностью покидает его впервые за последние двое суток. И когда он уже просто не смог поднять потяжелевшие веки и перестал бороться со сном, ему почудился негромкий стук в дверь...

***

Глаза открывать отчаянно не хотелось. Дэрил не думал о том, сколько времени уже пролежал вот так, без единого намека на то, что он очнулся. Над его головой было открыто окно, и его волосы легко-легко трепал прохладный ветерок, а с улицы доносились различные звуки: низкий гул работающего мотора где-то вдалеке, пение птицы, взрослые и детские голоса... И вот он просто лежал и слушал, боясь пошевелиться и все испортить. Боясь, наверное, потому, что отчасти он был уверен, что все еще спит. Слишком все было сказочно. Однако голова отчего-то трещала, все тело саднило, правая рука и колено ныли, а на лице все время что-то мешало. Только по этим причинам Дэрил убедился: все, что произошло вчера, его возвращение и все остальное, действительно произошло и не в его снах или воображении. И когда-нибудь он должен был взять себя в руки и встать. Хорошо бы вообще уйти домой по-тихому, чтобы не сидеть на шее Розиты и Дэниз чересчур долго. Заодно с остальными повидается… Диксон открыл глаза и тут же пожалел об этом – яркий свет болезненно ослеплял и только усиливал головную боль. А чисто-белый цвет потолка, стен, какой-то ширмы слева от койки, простыни и одеяла только все усугублял… Но все равно было так легко. Он проснулся сам, а не от какой-нибудь рычащей ругани за той самой деревянной дверью. Он проснулся на мягкой постели, с большой подушкой под головой и под тонким белоснежным одеялом, а не на холодном полу, в куче выпачканной в крови соломы и с мотком цепи на запястьях. Дэрилу просто очень повезло. Он попытался полноценно оглядеться. Он точно помнил, что дверь на выход была слева от него, но сейчас тот большой коридор закрывала собой широкая ширма. Из-за этой ширмы с самого его пробуждения раздавались тихие шаги и шорохи, он и не сомневался, что без присмотра его не оставят. Но проблемы это не создаст: Дэниз будет очень легко уговорить. И тогда Дэрил заставил себя сесть на койке. Было больно, но он лишь поморщился и попытался проигнорировать неприятные ощущения. Откинув одеяло, он свесил ноги вниз. Одна штанина его брюк была высоко подвернута, и нога бережно перевязана бинтами. То же самое было и с обеими руками, но на сломанной узелок затянули потуже в попытке зафиксировать. Дэрил с трудом натянул на себя чистую рубашку, которую кто-то оставил для него на спинке стула, и быстро смастерил себе подвязку из лишнего куска ткани, валявшегося на том же стуле, чтобы не тревожить поврежденную кость. Как же больно и долго все это срастается... Придется пока все делать левой рукой. А с арбалетом вообще на две-три недели распрощаться. Хотя он ведь даже не знал, где его оружие… Все мысли в голове сильно путались. Дэрил чувствовал, что отдохнул меньше, чем ему было необходимо, но все это сейчас не имело значения. Он хотел просто попасть домой прямо сейчас. И, конечно же, Диксон переоценил свои силы. Слишком поспешил, запутался в собственных ногах и грохнулся бы плашмя на пол, если бы не тумба, на которую он вынужденно навалился. Шуму поднял мама не горюй… - Дэрил? Этот мягкий голос он узнал бы из тысячи. Что она тут забыла?! Кто ее сюда звал? Неужели Гленну нельзя было держать рот на замке и пока не говорить ей, потом все и так бы выяснилось… Хотя это же Кэрол! По своей воле влезет, куда не просят. Бесшумно ступая по полу, она осторожно выглянула из-за ширмы и, увидев Дэрила, пытающегося удержать равновесие уже без помощи дурацкой тумбы, тут же засуетилась. - Ты с ума сошел? Тебе сил набраться надо, зачем вскочил? Она снова нацепила на себя какую-то яркую, такую не подходящую ей вещь, а в ее глазах по-прежнему сквозил тот холод, который поселился внутри нее после тюрьмы. Все та же Кэрол. Но все равно другая. Далекая. Дэрил ничего не сказал. Только упорно мотнул головой и бросил взгляд в сторону, прикидывая расстояние до противоположной стены. Затем шагнул вперед и резко втянул в себя воздух от еще одной вспышки боли. - Куда ты собрался? – Кэрол подошла к нему совсем близко и, проследив за его взглядом, наткнулась на такую же белоснежную, как и всё здесь, дверь в туалетную комнату. Решила, что он встал только ради этого. Что ж, туда ему тоже нужно было. Она не стала переспрашивать. Поняла без слов, как и всегда. Лишь попросила еле слышно: «Только не спеши, хорошо?» Дэрил отмахнулся от ее такого хрупкого, но уверенно подставленного плеча и сам медленно побрел вперед. Шатало его порядочно, но Диксон сосредоточился изо всех сил. Да и Кэрол будто бы страховала его слева… В итоге, хромая и прижимая к себе правую руку, он добрался-таки до нужной двери и коротко кивнул. Она тактично его оставила. Стены ванной комнаты, по сравнению с просторной гостиной, переделанной в медпункт, давили на него, ему казалось, что помещение уменьшается с каждой секундой. Голова закружилась так, что пришлось схватиться за стену и тупо переждать эту хрень. А потом, в попытке удержать равновесие, он выставил вперед левую руку и ударился ею о гладкий, но твердый край раковины… Только этого не хватало. Однако прохладная вода из под крана его отрезвила, даже дышать стало будто бы легче. Стараясь не намочить повязки, Дэрил ополоснул руки, шею и часть лица. Оперся обеими руками о бортики раковины и выдохнул. А потом вскинул голову и уперся взглядом в отражение собственного лица… Взъерошенные на затылке волосы. Усталый взгляд из-под отросшей челки. Темные мешки под глазами. Неестественно впалые щеки. Губы, искусанные как никогда сильно. Цвет лица какой-то болезненно-серый. На скулах и шее несколько пластырей. И бинтовая повязка, опоясывающая всю голову и закрывающая собой наверняка уродливый рубец на лбу. Дэрил еле удержался не размотать бинт, чтобы глянуть – получился ли у Волка этот долбанный символ? Шрам ведь останется, а с подобным клеймом ходить ему совсем не улыбалось. Хотелось со всей дури садануть по этому зеркалу, вырвать раковину с корнем, выбить к черту дверь… Но толку от этого? Как бы он себя не ненавидел, с этим придется жить. Подумаешь, пара ссадин на лице да сломанная рука. Бывало и похуже. Бывало… Выходя из ванны, он с ужасом осознал, что совсем не хочет говорить. Ни с Кэрол, ни с кем-либо еще. Столько всего нужно было сказать, объяснить, а он не мог. Подходящих слов просто не существовало. И он молчал. Как и последние двое суток в плену. - Я бульон тебе подогрела. Будешь? – услышал он мягкий голос сбоку от себя и, не отрывая взгляда от пола, кивнул в ответ, надеясь, что Кэрол заметила. После того, что он увидел в зеркале, ей в глаза смотреть было стыдно. Дэрил вернулся за ширму и опустился на койку: так хотя бы голова кругом не шла. Она оказалась рядом через минуту с плошкой какого-то супа в руках. И Диксон даже не подозревал, насколько был голоден, пока первая горячая ложка не попала в желудок. Совершенно не желая хоть немного потерпеть, он в спешке обжег кипятком себе всё нёбо. Ему казалось, что вкуснее он ничего в жизни не ел. - Постой… А ну дай-ка, – вдруг заострила Кэрол свое внимание на его перебинтованной от запястья до локтя левой руке, которой Дэрил отодвинул от себя опустевшую плошку. – Это ты сейчас зацепил? В ответ он недоуменно уставился на бесформенное пятно, краснеющее на белоснежном слое бинтов, вспомнил про край раковины и пожал плечом. Кэрол только вздохнула и, захватив со столика спирт и чистые бинты, присела рядом с ним на койку. Она устроила его покорно протянутую левую руку у себя на коленях и принялась разматывать бинт, а Дэрил повернулся к ней всем корпусом: правой рукой делать ничего нельзя было, а она сидела как раз по правую руку. Он просто уставился на ее плечо, обтянутое очередной нелепой кофтой, и терпеливо ждал. - Знаешь, мне не спалось вчера, – неожиданно начала Кэрол. Тихо и медленно. – Многие уехали с Риком, и я переживала. Ты еще пропал куда-то… Уже стемнело, когда влетел Гленн и буквально вынес из дома Розиту. Успел только крикнуть мне, что беспокоиться не о чем, все в порядке. Но я почувствовала что-то неладное, – ее брови съехали к переносице, она чуть повернула голову в его сторону, но так и не взглянула ему в глаза. – До сих пор не знаю, что с тобой стряслось, но когда я увидела тебя... Ты потерял так много крови. Я подумала… Я испугалась. Дэрил внимательно всмотрелся в ее лицо, улавливая каждую эмоцию и пытаясь понять, говорила ли она правду. В последнее время с Кэрол было трудно, она совсем замкнулась в себе и зациклилась на совершенно чужих ей людях. Много лгала им. И он не хотел, чтобы она лгала и ему… Но Кэрол продолжала избегать его взгляда, ее брови горько изогнулись, губы побелели, а глаза наполнились влагой. Она нисколько не лукавила. Осознав это, Диксон склонил голову, как провинившийся мальчишка, и не отвечал. А что он мог ей сказать? Взгляд уперся в ее руки, бережно завязывающие узелок на концах бинта. Послышался еще один ее усталый вздох… Она закончила с повязкой и уже собралась уходить. А Дэрил не позволил. Дэрил просто наклонился вперед и уткнулся лбом в ее плечо. Просто безвольно прильнул к ней, по-прежнему не говоря ни слова. Прикрыл глаза, выдохнул облегченно и вслушался в ее спокойное дыхание. И не стал объясняться сам перед собой за это. Кэрол замерла, сохраняя хрупкое молчание. Придвинулась чуть ближе, уперлась подбородком в его макушку, осторожно обняла его одной рукой и легонько сжала его пальцы другой. Казалось, только она так умела – понимать без слов и просто быть рядом. На секунду он забыл обо всем. Забыл о боли, о стыде, о грызущей изнутри вине… Сейчас рядом с ним была женщина, с которой его связывало слишком многое. Женщина, которую он любил так, будто она всю жизнь была ему сестрой. И совершенно не имело значения то, что она сильно изменилась здесь, в Александрии. Это все еще была Кэрол, без которой он уже не представлял жизни. Как не представлял жизни без каждого из его Семьи. Без всех тех, кто, как ему спустя какое-то время призналась сама Кэрол, уже приходили навестить его и предлагали любую помощь. И печально удалялись, выпросив у нее обещание, что она обязательно сообщит, когда же очнется раненый и изможденный охотник… Она, как это часто бывало, будто прочла его мысли: ему нужно было время. Да, Дэрил хотел видеть их, хотел знать, не случилось ли чего непоправимого, пока его не было. Однако он совсем не хотел, чтобы они видели его таким, каким он увидел себя в зеркале. Кэрол аккуратно, чтобы не причинить боль, гладила его по спине, согревала теплом своей ладони его непривычно холодные пальцы. Они сидели так довольно долго… Но в какой-то момент Дэрил почувствовал, как усталость берет верх, и он мог попросту отключится на ее плече. А этого позволить себе он не мог. Нехотя отодвинулся, открыл глаза и мельком посмотрел ей в лицо. Глаза у нее все еще были влажными, но она улыбалась. Той самой улыбкой, ее настоящей искренней улыбкой, а не стеклянной – на публику. Он всегда отчетливо видел разницу. А попытка улыбнуться ей в ответ закончилась лишь поджатыми губами. Как всегда. - Поспи еще, если хочешь. Я все равно буду здесь. Кэрол всегда заботилась о нем, как о беспомощном ребенке. Раньше это задевало его, а теперь… Дэрил почти не мог без этого. И все еще не знал, как мог бы отплатить ей за все. Уже уходя, она все-таки приостановилась и вернулась. Еще раз тепло улыбнулась и поцеловала его в висок. Как тогда, на ферме. Дэрил хорошо это помнил. Она, кажется, тоже. И он долго еще просто лежал, не двигаясь, слушая тихие шаги и звон посуды за ширмой, урчание мотора и голоса за окном… Пока не провалился в приятное забытье.

***

Бывает, когда видишь сон и подсознательно понимаешь, что ты во сне. Такое у него бывало редко, но сейчас Дэрил видел именно такой, осознанный сон. До боли знакомые стены сарая, сухая солома на полу, деревянная дверь, пыльное окошко сбоку. Искаженное болью лицо молоденькой девушки, смех троих ублюдков, бордовая кровь повсюду. Дэрил знал, что все это ненастоящее, что въевшиеся воспоминания о прошедших днях просто игрались с ним. Он точно знал это, потому что не хватало одной немаловажной детали – боли по всему телу. Он чувствовал и видел все вокруг себя, но сознание не учло его собственных ощущений на тот момент. Но просто зацепиться за это ему не хватило. Он не знал, как проснуться. Крик бедной девушки звенел в ушах, прерываемый руганью Волков, окровавленное лезвие ножа поблескивало в воздухе, бросая желтые блики на стену. И Диксон снова не мог сбежать от всего этого. Он не чувствовал цепей на запястьях, но не мог пошевелиться во сне. Волки медленно убивали ее во второй раз, а он снова не мог ничего сделать… Последним, что он услышал, еще пребывая во сне, был тот жуткий треск ломающейся кости. И вот Дэрил уже сидел на белоснежной койке и судорожно пытался насытить легкие воздухом, дыша так тяжело, словно после дистанции в несколько километров. Продрав глаза, он замотал головой по сторонам. Пейзаж не поменялся. Ширма никуда не делась. А вот к звукам за ней он прислушался изо всех сил. - …очень важно, Кэрол. Он может владеть информацией, которая нам сейчас просто необходима. - Все я прекрасно понимаю, но будить его не буду, даже не проси, – твердо звенел голос Кэрол. Затем она заметно смягчилась. – Ему плохо... Он так ничего и не сказал, Рик. Ни единого слова. Не представляю, что ему пришлось пережить, но я прошу просто дать ему время. Диксон нахмурился. Может, он и выглядел, как побитый пес после драки, но не умирал же он в конце концов. Да и чувствовал он себя уже гораздо лучше. Голова совсем не гудела, и боль в руках немного поутихла. - Черт, ладно... Может, я слишком спешу. Ты ему скажи только, как очнется. - Да, и обязательно отправлю за тобой кого-нибудь. А сейчас уходи, Рик… Тут уж Дэрил не смог сдержаться. Ему действительно нужно было многое сказать Граймсу и как можно скорее. В каком бы состоянии он ни находился. - Кэрол! – позвал Дэрил осипшим голосом и поспешно прочистил горло, чтобы его хотя бы услышали. – Кэрол, пусти ты его, все нормально… Он надел на шею подвязку для руки, провел ладонью по лицу, случайно содрав один из пластырей и поморщившись, и скинул с себя одеяло, сев на постели. Разговор предстоит длинный. Внешний вид Граймса, нерешительно вышедшего из-за ширмы, показался Дэрилу даже хуже собственного вчерашнего. Он всегда выглядел чертовским уставшим от всего, но этот тяжкий груз ответственности за все и вся удерживать было, по-видимому, все сложнее. Постоянно протирая свои красные от недосыпа глаза, Рик иногда выпрямлял ссутуленные плечи, невольно стараясь казаться выдержаннее, сильнее. И выглядел от этого еще более замученным. Несмотря на все это, Рик был действительно рад видеть Диксона снова, уже в менее потрепанном виде. Тот, в свою очередь, мысленно поблагодарил друга за то, что не доставал вопросами вроде: «Как самочувствие? Насколько фигово по шкале от одного до десяти?..» Граймс никогда не отличался этим. Он только кивнул в качестве приветствия и молчаливой поддержки одновременно, пожал Дэрилу руку – левую, здоровую – и присел на стул рядом с койкой… Немаловажным для Диксона было и то, что Рик не стал церемониться. Покосившись на Кэрол, решившую поприсутствовать и узнать обо всем из первых уст, он начал коротко излагать всю ситуацию. Дэрил перебивал лишь интересующими его деталями, но слушал предельно внимательно, отодвинув все ненужные мысли на задний план. Прежде всего, он удивился поступку Аарона, который сразу сообщил об исчезновении байка из гаража и самого Дэрила, приплетая полный отчет их прошлой вылазки, когда они оба чуть не погибли. Почему-то парень решил, что Диксон сам поехал к тем фургонам с ходячими внутри, чтобы узнать побольше о чужаках. И его ошибочное предположение спасло Дэрилу жизнь… Поговорив с Граймсом, Аарон уверил его, что и сам справится, что последует за Диксоном, пока тот ничего такого не натворил. Только вернулся рекрут по-прежнему один, довольно поздно вечером и с огромным багажом безрадостных новостей… Лагерь чужаков был недалеко от тех злополучных фургонов, но поглубже в лесу. Неплохо устроились. Дэрил попытался вспомнить, что было после того, как его схватили, и перед тем, как он оказался сидящим в куче соломы и скованным цепью, но не смог. Тогда его хорошенько долбанули по голове, чтобы не запомнил дорогу назад. Узнав о местонахождении поселения Волков и, вероятно, схваченном ими Дэриле, Рик собрал команду, с которой отправился на разведку еще до рассвета. Лагерь был защищен неплохо, понадобилось подкрепление. Рик вкратце рассказал, какими хитростями они убивали одного Волка за другим, а затем напали на лагерь неожиданно, застав врага врасплох. А Дэрил, слушая его, понимал, насколько все рисковали на тот момент. Для такого серьезного нападения нужен был точно продуманный план, чтобы каждый смог предложить свой вариант и помощь. Но Рик решил все за остальных. Каждое действие продумывалось буквально на ходу. К тому же, им попросту крупно повезло – содержимое оружейного склада Александрии существенно выигрывало над теми несколькими пистолетами, которыми отстреливались не ожидавшие внезапного нападения чужаки. Граймс объяснил все это безумство тем, что Волки все равно бы напали, рано или поздно. Фраза «это был лишь вопрос времени» заставила Дэрила вздрогнуть: тот урод Ди часто ее повторял. Ему даже показалось, что голос Рика исказился, превращаясь в рычащий тон Волка, забавляющегося со своим излюбленным кинжалом… Диксон тряхнул головой, зажмурившись. Не то чтобы он был согласен с Риком. Будь он с ним вчера, он бы попытался вразумить шерифа. Все-таки цена риска была очень велика, могли погибнуть все, кто пошел за Граймсом. Но, к счастью, пострадал лишь сынок Дианы, получив пулю в ногу. Дэниз уже давно перевязала его и отправила домой. Однако было и то, чем Рик смог обрадовать Диксона. Пока ребята гоняли оставшихся Волков и грузили в машины всякое найденное барахло, кто-то обнаружил за одной из палаток прислоненный к дереву байк с прикрепленным к багажнику арбалетом. «Диксоновский набор» мигом загрузили в пикап к остальным вещам, и сейчас он уже ждал своего владельца в гараже. - Но и это еще не все, – выдавил из себя Граймс, уже в который раз сдавливая переносицу двумя пальцами. Дэрил напрягся. – Ты ведь был там. Кого из них ты видел? И кто… Кто сделал это все? – Рик взглядом указал на его перебинтованные руки. Даже стоящая в стороне Кэрол оживилась. Этого вопроса все равно было не избежать… И Диксон, собравшись, начал. Конечно, он пропустил очень многое. Рику нахер не надо было слушать о том, какими именно методами из Дэрила пытались выдавить нужные сведения. Ему нахер не надо было знать о том, что произошло с девушкой, труп которой он тогда увидел. Диксон выделял только самое нужное и полезное, то, что спрашивал бы он сам у себя. Когда Дэрил сказал, что именно нужно было Волкам, Граймс только кивнул утвердительно, утверждаясь в том, что поступил правильно с этой стремительной войной. Когда Дэрил, пожав плечом, сказал, что не мог определить, насколько большим был их лагерь, потому что его все время держали в одном помещении, Граймс только попросил его не винить себя за это, все уже было кончено. От этого почему-то стало легче… Но когда Дэрил довольно образно, по отличительным признакам, описал тех немногих членов Стаи, кого успел увидеть за время своего пленения, Рик резко вскинул голову и прищурился. - Я знаю, о ком ты говоришь, – холодно вымолвил шериф, по привычке устроив правую руку на кобуре. – Это последнее, чего я тебе не сказал… Мы взяли одного из них. Диксон аж воздухом поперхнулся. Не в силах сдержать свое мнение при себе, он почти выкрикнул: - Что?! Что значит взяли? Какого лешего? Да надо было… - Подожди, не кипятись сразу. Гленн не смог убить ее, она даже не сопротивлялась. Женщина сказала, что расскажет все, что знает, и мы решили воспользоваться. Привезли ее сюда с завязанными глазами и под строгим присмотром. Она под замком, на данный момент ее сторожит Абрахам. Рик умолк и явно ждал новой реакции Дэрила. Тот продолжал злиться, прогоняя всевозможные варианты в голове. Любой из Волков, может быть, и не обладал недюжинным умом, зато безрассудства у них хватало. Все они уже не были людьми, с ними нельзя было заключить сделку или просто нормально поговорить. Дэрил проверил это на собственной шкуре. Но самым ужасным было даже не это. Рик сказал: «Я знаю, о ком ты говоришь». Рик сказал: «Гленн не смог убить ее… Она под замком…» Легко было сложить два и два. Легко было вспомнить ухмыляющуюся белозубым оскалом Волчицу, ее предложение, болторез в ее смуглых руках. Дэрил не мог поверить, что они взяли именно ее… - Постой, Дэрил, куда ты?.. - Ты увидишь ее потом, если захочешь. Зачем тебе идти сейчас?.. Кэрол и Рик спохватились одновременно, что взбесило его еще сильнее. Неужели не понимали, что пытаться его остановить было абсолютно бесполезным занятием? Не слушая бессмысленную речь Рика о том, почему не стоит сейчас идти туда, Дэрил завязал последний узел на шнурках ботинок, поправил повязку на правой руке и на несколько шагов отошел от надоевшей уже койки. Отметил, что его почти не вело в сторону, как в прошлый раз, и обернулся на Рика, спрашивая: - Ты идешь или нет? И Граймсу ничего не осталось, кроме как вопросительно глянуть на Кэрол, ответившую таким же взглядом, и догонять решительно шагающего впереди Дэрила.