Ради Семьи

Этого Волка он видел впервые. Не менее грязного и уродливого, чем те двое, отличающегося лишь особо нахальной ухмылкой на лице и взглядом голубых глаз, хитро зыркающих по сторонам. Дэрил с первой же секунды возненавидел его всеми фибрами души. И эту девушку, вошедшую сразу следом за ним, он также не знал. Понял только, что она не была одной из них. Кажется, ей просто не повезло нарваться на таких отморозков, как Волки. - Да стойте же вы… Что вам от меня нужно? У меня ничего нет… – еще даже не зайдя в помещение, тихо говорила она своему спутнику, который буквально затащил ее внутрь и захлопнул за ней дверь. А Дэрил, все еще ничего не понимая, напрягся весь, вжался спиной в стену и решил просто наблюдать. Девушка была молода. Он не смог на глаз определить возраст, просто видел, что еще девчонка, какой была Бет. Тонкие руки, тонкая шея, вся вытянутая, как струнка. Ее одежда и внешний вид в целом, естественно, не отличались чистотой и опрятностью. Она выживала так же, как выживают сейчас немногие уцелевшие после волны эпидемии люди. Вся в грязи, крови, лохмотьях, которые раньше наверняка были какой-нибудь теплой кофтой. Оружия при ней не было. Изъяли, похоже. Она была заметно растеряна и напугана. Непонимающе вглядывалась в лицо Волка и все еще не понимала, что от нее требуется. Вдруг она осмотрелась с таким удивлением, словно только сейчас заметила, где находится. И остановилась взглядом расширившихся в испуге глаз на человеке, сидящем у стены. Взглядом, который источал только страх и отвращение. - О боже, это… Это вы с ним сделали? – рефлекторно отскочила она назад, но Волк грубо дернул ее за плечо. Значит, она действительно нездешняя и понятия не имеет, где находится и зачем ее сюда привели... Какого черта? Пару секунд тишины и полнейшего ужаса на ее лице. Затем снова ее резкий рывок назад. Она начала вырываться, цепляться за плотно закрытую дверь, отдирать чужую руку со своей. - Нет, господи, пожалуйста... – причитала она жалобно, не переставая бешено дергаться в его железной хватке. - Угомонись, дрянь, иначе с тобой сделаем то же самое! – громко прикрикнул на нее Волк, толкнув к стене и заламывая ей руки за спину. - Боже, прошу вас, не надо! Я сделаю все, что хотите! Пустите, прошу!.. - Я сказал, хватит орать! Вот заебала! – приложил он ее лбом о стену, и девушка тут же умолкла, жалобно пискнув от боли. Глупая. Неужели не поняла, что она при любом раскладе сделает все, что они захотят? Волк выждал, пока она окончательно не успокоилась, и повернулся к Дэрилу, будто только сейчас вспомнив, что тут есть еще кто-то. Резко развернул ее спиной к себе, лицом к Дэрилу, схватил в руку копну спутанных волос и склонился к ее уху. - А сейчас посмотри внимательно на этого выродка и скажи: ты его знаешь? Ты из той же общины, что и он?! Казалось, она и вовсе потеряла дар речи. Беспомощно открывала и закрывала рот, не издавая ни единого звука. Быстренько опомнилась, правда, после того, как мужчина с силой встряхнул ее и не менее настойчиво повторил вопрос. - Я же… Я же сказала, что одна. Мой друг, с которым я выживала… – задыхаясь всхлипами говорила она. – Его укусили, он погиб. Я ничего не знаю, отпустите… - Ответь на вопрос нормально! – снова взревел Волк и влепил ей нехилый подзатыльник. - Нет, я его не знаю! – выпалила она громко. – Я в первый раз его вижу, честное слово... Прошу вас... Вся сжавшись в комок, она зажмурилась и заплакала. И Дэрил вдруг почувствовал жалость к ней просто за то, что она совершенно не понимала, что происходит. Зато он легко догадывался о роли для этой девушки. Довольно предсказуемой роли... Но что-то здесь было не так. Если этому уроду так хочется оттрахать бедную девушку, Дэрил-то здесь каким боком? Он не против и не за, ему вообще до фени. Хотя если Волк намеревается делать это прямо здесь, у него на виду... - А ты что скажешь, кретин? Тоже в первый раз ее видишь? – обратился к нему Волк, передразнивая жалобный женский голосок, отчего Дэрил с трудом удержался не скривиться. – А, ну да. Ты же у нас разговаривать якобы разучился. Ничего, научим. Да, детка? Мы его вместе научим. Она подняла свои уже влажные глаза на Дэрила, все еще пытаясь сопротивляться. Вгляделась в его лицо, открытые и совсем недавно подсохшие раны на руках, испачканную в крови одежду. Кажется, она начала понимать, что ее сейчас ждет. И теперь безмолвно просила о помощи. Дэрил хотел помочь ей, по-настоящему хотел. Он никогда ее не видел, не знал, понятия не имел, кто она такая и откуда вообще взялась. Но она такой же человек, имеющий право на жизнь. Она ведь не виновата, что не может защитить себя. Не виновата, что этот грязный ублюдок сильнее ее в несколько раз. Вот только Дэрил даже сам себе сейчас помочь не мог. Неужели она не заметила, что он тоже в слегка невыгодном положении? Девушка все не замолкала, а Волк все сильнее бил ее по лицу или впечатывал в стену, вжимаясь в ее тело все плотнее с каждым разом. Она глубоко заблуждалась, если думала, что он сжалится над ней, поддавшись ее мольбам. С каждым словом она делала только хуже. Себе же. И в очередной раз, когда девушка жалобно и тихо попросила Волка отпустить ее и снова получила размашистый удар по щеке, Дэрил совсем запутался, для кого все это представление на самом деле. Все еще для него или уже для новоприбывшей? Может, он здесь и вовсе лишний? И почему этот урод до сих пор медлит? Чего он ждет? С Дэрила ему ничего не взять, а она полностью в его распоряжении… Ответы не заставили себя ждать. Дверь отворилась снова и впустила уже до омерзения знакомую ему сладкую парочку: крупного и психически неуравновешенного Волка и его, напротив, спокойного и более жестокого дружка с кинжалом за поясом. Тот, что с кинжалом, даже еле заметно кивнул Дэрилу, словно они были закадычными друзьями. Диксон только презрительно фыркнул на это. Волк, как ни в чем не бывало, пристроился спиной к стене прямо рядом с Дэрилом и абсолютно спокойным тоном пояснил: - Знаешь, обычно мне не нравится управлять ситуацией. Я больше люблю смотреть, – он повернул голову, пытаясь вглядеться Дэрилу в глаза. – Тем более что отсюда вид будет самое то. Повезло нам с тобой. Дэрил даже не дернулся. Как и прежде, сделал вид, что ему срать на все окружающее, но не переставал тщательно вслушиваться в каждый звук и внимательно наблюдать исподлобья за каждым из них. Особенно за теми двумя, которые обступили до смерти напуганную и уже в голос плачущую девушку и с грохотом пришпилили ее к стене. Он все еще надеялся, что это всего лишь показательное шоу для него, что девушку не будут мучить, убьют быстро или сделают с ней все, что придет им на их больные головы, уже за пределами этих стен. Но пронаблюдав за тем, как один из них резко задрал ее тонкие руки над ее головой и заткнул ей рот, а другой крепко обхватил ее талию, опустившись перед ней на колени и не стирая свою омерзительную ухмылочку с лица, Дэрил даже поразился своей наивности. Девушку изнасилуют прямо здесь, прямо на его глазах. Возможно, эти подонки решили, раз он так яро защищает своих людей, то будет стремиться спасти и любого другого. Просто потому что он отличается от них, моральных уродов, которым плевать на любую человеческую жизнь, кроме своей собственной. Догадались-таки, что ничего не узнают от Дэрила, причиняя ему лишь физическую боль, и решили надавить на него совершенно с другой стороны. Стороны, которая была не так тверда, как сам Диксон всегда считал... Девушка была одна, их двое. Поэтому они сначала потратили время на то, чтобы, как два дерущихся за самку самца, поделить ее поровну, насколько это возможно. И в итоге вышло так, что тому, с вечной наглой ухмылкой, досталась вся нижняя часть ее тела, так как он изначально удерживал ее, стоя на коленях. А другой урвал для себя доступ к ее лицу, шее, груди и животу. Они пихали друг друга еще минуту, но, в конце концов, перестали разбирать, у кого из них наиболее выгодное положение. Первый времени терять явно не собирался. Попутно сдирая с нее тонкую майку одной рукой и все еще держа ее запястья другой рукой в мертвой хватке, он яростно впился в ее бледные кривящиеся губы, словно дикое животное в кусок мяса, и сразу же перешел к шее, оставляя на бледной коже красные следы от зубов. Слезы на лице девушки высохли быстро. Страх в глазах сменился неистовым гневом. Она замычала в его рот, стала яростно отбиваться ногами, пытаясь высвободить руки, отворачиваться и извиваться, как змея… Но что может сделать хрупкая и слабая молодая девушка против двух здоровых мужланов? Первому хватило всего лишь разок приложить ее затылком об стену и еще сильнее укусить за шею, чтобы она окончательно перестала сопротивляться. А второй тем временем быстро стянул с нее джинсы с кроссовками и начал откровенно мять ее ягодицы в грязных ладонях, иногда пробираясь-таки руками на «территорию» своего собрата, до плоского живота. И Диксон обязательно бы сплюнул от отвращения, если бы во рту не было сухо, как в пустыне. Даже эти несколько метров между ними не помешали Дэрилу заметить, как она дрожала всем телом. Они грубо лапали ее истощенное тело, наслаждаясь ее слабостью, тем, как она тихо скулила и жмурилась от отвращения. Один из них прервался на секунду и обернулся на пленника. Возможно, он ожидал увидеть в глазах Дэрила страх, молчаливую просьбу или еще что... Но явно не увидел. Лишь встретился с безразличным холодным взглядом и вернулся к своему занятию. И когда на ней из всей одежды остался только жалкий клочок светлой ткани на лобке, Волки вдруг оба, как по команде, отпустили ее и отступили на шаг назад, словно любуясь своей работой. Девушка машинально сжалась под их голодными взглядами, в очередной раз дрожащим голосом потребовала оставить ее в покое и дернула руки вниз, чтобы прикрыть голую грудь. Эти двое одновременно повернулись к третьему Волку, сидящему у стены рядом с Дэрилом, и чего-то ждали. Одобрения? Но зачем? - Ну и чего вы встали? Ждете, пока она сама ноги раздвинет? – ухмыльнулся он. Диксон не повернулся, по-прежнему держа выражение лица абсолютно безразличным. В то же время он и на девушку старался не смотреть: не столько из-за того, что не хотел пялиться на ее обнаженное тело... Сил не было выдержать ее полный страха и боли взгляд. Он и сам себе не мог объяснить, зачем все это происходит и чем она это заслужила. - Нам сказали вышвырнуть ее, если этот выродок расколется, – ответил Волку тот, что с ухмылочкой, плохо знакомый Дэрилу. - Ой, да ладно! С каких пор ты стал таким послушным? – воскликнул Волк и достал свой верный кинжал из ножен, ловко перекинув его из одной руки в другую. – И ты просто не знаешь нашего подопечного. До него долго доходит. Тут надо, чтобы он все понял… Да, парень? Дэрил вздрогнул и зашипел от боли, когда тяжелый кулак саданул по ране на его ноге. Дернув за спиной цепями от злости и невозможности как-либо ответить, Диксон взял себя в руки. Главным сейчас было делать все то же, что и раньше, – молчать. Открыть рот означало принять поражение. - Пожалуйста, помогите!.. – отчаянно вскрикнула девушка, когда один из мудаков резко приблизился к ней и хлестанул по щеке. Она неотрывно смотрела на Дэрила, слезы все еще лились из ее глаз. И он уже хотел было показать ей как-нибудь, что ничем не может ей помочь. Что он этим отморозкам ничего не скажет... Но псих его опередил. Грозно прорычав какое-то ругательство, он одной рукой обездвижил ее руки, другой схватил за волосы и снова накрыл ее рот своим. А через пару секунд Дэрил услышал ее приглушенный вопль: одинокая капля крови ползла вниз по ее подбородку, оставляя после себя узкую красную дорожку, перечеркивая тем самым длинный след прозрачных слез... Дэрил смотрел на размазанную кровь вокруг ее и его рта и чувствовал, как внутренности сковывает неприятным холодом. Ему оставалось лишь надеяться, что эти издевательства не продляться долго... Но оказалось, что Волки только начали. Пока ее, беспрестанно вырывающуюся и выкрикивающую массу совершенно бесполезных слов, удерживал второй Волк, первый вмиг справился с застежкой на своем ремне, вытаскивая его из шлевок и передавая "напарнику", и приспустил джинсы. Девушка напряглась и крепко зажмурила глаза, позволяя остаткам слез скатиться по щекам... И тут Дэрил наконец-то последовал ее примеру. Он тоже не хотел наблюдать за всем этим. Ему хватало и звуков. - Какого хуя, придурок? Я сказал смотреть! – проорал рычащий голос над его ухом. Затем что-то зашелестело, звякнуло, и холодное лезвие кинжала впилось в кожу под самым горлом. – Это все для тебя! Наслаждайся! Волк вцепился в его отросшиеся волосы, тем самым удерживая его голову в одном положении и не давая отклониться на безопасное расстояние от острого кинжала. И у Дэрила не осталось иного выхода, кроме как держать глаза открытыми, пользуясь лишь единственной уловкой – моргать чаще, чем нужно. Первого Волка сорвало с катушек. Когда он резко развел ее ноги, оттолкнул второго урода и быстро ворвался в нее с поистине нечеловеческим рыком, он действительно напоминал дикое животное. Дикого волка. Голодного, хищного и следующего только своим инстинктам... Она закричала. А второй Волк, только что язык не высунувший от удовольствия над происходящим, замахнулся и с громким хлопком ударил ее ремнем по ребрам. Затем снова и снова, украшая ее стройное тело красными широкими полосами. И девушка срывала голос, вопя от боли и невозможности от этой боли уйти. У Дэрила в душе бушевал настоящий торнадо. Он не мог помочь ей, не мог ничего сделать, потому что над ним тоже издевались, мучили, заставляли рычать от боли. Потому что он тоже жертва. Он хотел бы остановить их, прекратить все это безумие и жестокость. Хотел бы избавиться от чертовых цепей, заставить каждого из кучки этих грязных сволочей умирать, захлебываясь собственной кровью, и выбраться из этого гребанного сарая. Но он не мог. Ничего из этого. Поэтому вжался в стену еще плотнее, заморгал еще чаще и снова попытался отгородить сознание от всего происходящего, погружаясь в мысли о Семье. Однако девушка кричала слишком громко, а кинжал у горла грозился впиться еще глубже в кожу. И воспоминания, даже самые слабые и незначительные, безвозвратно от него ускользали. Возможно, у Диксона и был мизерный шанс спасти девушку и спастись самому, вернуться домой. Возможно, он мог бы как-нибудь обвести их вокруг пальца и успеть в Александрию, чтобы предупредить Рика об опасности... Но как? Риск был слишком высок. Он не мог поставить под удар тот спокойный мирок, который Диане удалось создать в небольшом городке. Он не мог позволить себе подвести Семью. Поэтому он будет продолжать молчать. Чего бы ему это ни стоило. Волк довольно быстро удовлетворился и отпустил обмякшее и уже сплошь покрытое наливающимися кровью синяками тело. Застегнув штаны, он тут же перехватил у своего дружка ремень, и они поменялись местами. Девушка не успела даже прийти в себя и, не удержавшись на ослабевших ногах, упала на пол. Но Волка это ничуть не смутило. Ему лишь пришлось придерживать ее руками за покрасневшие от ударов бока... - И все-таки жалко ее, да? Не виновата ведь, что попалась, – заговорил вдруг карауливший Дэрила Волк. – Знаешь, а мне интересно, что бы ты делал, если бы она была твоей... ну, скажем сестрой. А то и подружкой твоей, точно! Нет, я хочу, чтобы ты представил, что эти два гондона только что покусились на пизду, которую раньше трахал только ты!.. И Волк расхохотался, отчего лезвие кинжала у горла затряслось и, кажется, оставило-таки еле заметный след. Дэрил прикрыл глаза на несколько секунд дольше, пользуясь случаем... Он знал, что цель этих ублюдков на данный момент – просто разозлить его. Ну, или разжалобить. Каким-то образом вывести на проявление эмоций. Вот только Диксон хоть и был по натуре довольно эмоциональным человеком, он слишком хорошо умел держать все в себе. На этот счёт у него был многолетний опыт за плечами. Не будь у Дэрила этого опыта, он вряд ли смог бы молча смотреть на сжимающую кулаки девушку, которая пыталась лечь на полу так, чтобы не было больно, и плевалась собственными волосами, спадающими на ее лицо и попадающими в рот. Кривясь от боли, она почти неосознанными движениями рук стала убирать солому, которая липла к остаткам грязно-молочной вязкой жидкости на внутренней стороне ее бедер и животе... Диксону всего лишь нужно было дождаться момента, когда все это закончится. Пусть делают, что хотят, а он по-прежнему будет молчать. Успешно удовлетворившись, Волки быстро привели себя в порядок и поспешили продолжить свое дело. Один встал над ее избитым телом и грубо потащил наверх за волосы, чтобы она встала на колени. Она не могла его видеть, он был прямо за ее спиной. Одной рукой ублюдок сделал удушающий захват: согнул правую руку в локте прямо под ее горлом и сильно прижал затылком к себе. Второй победно ухмыльнулся, смотря ей прямо в глаза и подхватил с земли брошенный ранее ремень, поудобней перехватив его в руках. Пару секунд он разглядывал ее обнаженное тело, а потом хорошенько замахнулся... и удары посыпались градом. По бокам, груди, ногам. На ее светлой коже еще отчетливей проступили темно-красные полосы, каждый след от удара был все длиннее и темнее предыдущего. А каждый ее ответный всхлип все тише и слабее. Они оба издевались над ней так, словно она что-то им сделала, словно они были преисполнены ярости к ней, словно упоительно ей мстили, не жалея сил для ударов. Дэрил перестал считать удары, время… Девушка лишь иногда выла от боли и, если хватало сил, плакала с придыханием. И когда показалось, что это будет длиться бесконечно, она вдруг резко умолкла и совершила большую глупость. Рванула руками на себя и ногтями своих теперь уже свободных рук стала царапать лицо удерживающего ее Волка. Ничего не видя, просто так, наугад. Отчаянно и необдуманно. - Ах ты ж сука! – резко отпрянул тот и с силой пнул ее носком ботинка по позвоночнику. – Ты за это заплатишь, дрянь ты такая! Следующим ударом ноги он повалил ее на пол. Второй же только рассмеялся, как сумасшедший, и явно приготовился поучавствовать, если что. - А ну дай-ка его сюда, Ди! – рыкнул разъяренный выходкой девушки Волк. Дэрил поначалу даже не понял, к кому он обратился. - Давно пора... – хохотнул сидящий у стены Волк, названный кличкой Ди, чуть вдавил лезвие ножа в кожу на шее Дэрила еще раз, а потом резко убрал его, кинув любимый кинжал своему приятелю. Лезвие ярко блеснуло в пробивающихся сквозь окошко солнечных лучах. - Нет... Пожалуйста, прошу вас, не надо... – прошелестела она своим севшим голосом. - Надо, милая, надо. Подстрижем коготки, как думаешь? Или сразу пальчики укоротим, да? Зачем они тебе? Да, отлично. Давай-ка считать по очереди... Волк занес кинжал над головой, крепко прижимая к дощатому полу изящную ладонь с оттопыренным указательным пальцем. И Дэрил сам не успел понять, как выкрикнул: - Хватит! Она ни при чем! Видимо, это был тот самый край, который заставил-таки Дэрила отреагировать. Он не просил. Он как будто приказал им остановиться. Но загвоздка была в том, что он был не в том положении, чтобы приказывать... Однако все трое так и застыли на месте. Возведенный к потолку кинжал остался висеть в воздухе зажатым в грубой руке. Кривая улыбка-оскал будто окаменела на пронизанном безумием чумазом лице Волка. Они все притихли в ожидании того, что он скажет еще что-нибудь, только Дэрилу больше нечего было сказать. Те сведения, точные и правдивые, которые были им нужны, он не собирался выдавать. Но лишь они могли остановить все это. И то не факт. Диксон дернул цепью и яростно стукнул локтями о стену. Нельзя, нельзя, нельзя. Всего одна жизнь, жизнь незнакомки, не стоила жизней родных ему людей. Труднее всего было признаться самому себе в том, что выбор между ею и ими для него не был трудным. Напряженное молчание не продлилось долго. Самый разумный из этой троицы (Ди, как оказалось) зашевелился рядом с Дэрилом и утвердительно кивнул своим дружкам: - Продолжайте, парни... - Нет! ...Но пленника уже никто не слышал. От наполнившего все помещение ужасного вопля Дэрил вздрогнул и плотнее поджал к себе ноги. Он ненавидел себя за слабость, за то, что поступил очень глупо, когда выехал из Александрии в то утро и попал в такие ужасные обстоятельства. Сидящий рядом Волк также заставлял его смотреть на то, как девушку безжалостно оставляют без пальцев, но перед глазами вдруг все поплыло. Его душили слезы. От жалости ли к девушке и к себе, от сковывающей ли злобы на самого себя, свое вынужденное молчание и беспомощность, он не знал. От всего сразу, наверное. Но это стало его новым спасением. Полупрозрачная, плотная пелена слез закрыла собой весь творящийся перед ним ужас, словно укрыла одеялом и разрешила не смотреть. И Дэрилу так захотелось, чтобы эта пелена не исчезала. - Эй, ты только глянь! Наш дружок плачет, как младенец! – хохотнул психованный тип, крепко удерживая за талию и волосы слабо пытающуюся вывернуться девушку. - Фу, вот нытик! Ди, врежь ему за меня, а то я занят! – подхватил второй и полоснул кончиком кинжала по ее лицу. Помещение заполнил гогот троих мужланов. Дэрил получил затрещину, и вся соленая влага из его глаз быстро стекла по щекам и пропала в куче соломы на полу. - Слезы тут никому не помогут, тупица, – покачал головой Волк, только что оцарапавший костяшки о скулу Дэрила. – Ты знаешь, что мы хотим услышать. Только скажи, и они тут же отпустят ее. Даю слово. Конечно, Дэрил не был дураком и лучше всего остального понимал, что это «слово» не стоит и цента. Всего лишь провокация, очередной способ разговорить его, раз уж ему самого себя не жалко. Потому что ее уже не отпустят. И не отпустили бы в любом случае. Все равно бы изнасиловали и убили, будь он сейчас здесь или нет. В этом новом мире такие не выживают. И Диксон так и не ответил. Молча созерцал собственные ботинки и ждал. Потому что уже понял, что этот кошмар не будет длиться бесконечно, девушка и так была словно уже неживая. Слезы у нее закончились, и теперь она только беспомощно постанывала и шипела. Истратив все силы и уже почти не сопротивляясь, она превратилась в вещь, принадлежащую только им и не имеющую права ни на что. Она уже ничего не могла сделать. Они же могли все. Кинжал по самую рукоятку вошел в плоть. Специально в правое легкое, а не в левое – если попасть в сердце, слишком быстро умрет. Девушка хрипло вдохнула полной грудью в последний раз, вместо душераздирающего крика. Голос она все равно уже сорвала... Это был их последний штрих. С грохотом бросив ее на пол, они отступили на шаг. Отступили, но не уходили, глядя на ее маленькое съежившееся тело. Кружили вокруг нее, как стервятники. Дэрил не смотрел на них. Он видел перед собой лишь привычный оттенок красного. Кровь. До одурения много крови. Она была повсюду. Алым украшала ее тоненькое тело, руки и одежду Волков. Особенно много ее было на полу. Она смешивалась с кровью самого Дэрила, уже чуть присохшей, покрывала соломенный настил свежим слоем. Девушке осталось совсем чуть-чуть. Последние дергания в судорогах, короткие и прерывистые вдохи через раз. Нужно было лишь потерпеть еще немного... Дэрил внезапно понял, что девушка смотрела прямо ему в глаза. Она уже не видела, просто взгляд остановился именно на нем, совершенно пустой и безжизненный. И он был почти уверен, что ему здесь тоже недолго сидеть осталось. - Что смотришь, утырок? Ты следующий! - Эй, спокойно, не спеши. Еще рано. Это ничего не даст, – зачем-то заступился за пленника Ди. - Ну ты и обломщик, Ди! У меня, бля, аж руки чешутся! Может, посвящение устроим, а? Пока девка не очухалась. - Посвящение? – с гнилой ухмылкой переспросил другой Волк. - А что? Вот, смотри! Он перехватил в руке окровавленный кинжал. И Дэрил прикрыл глаза, ожидая уже привычной боли в руках или и без того исполосованной груди, но лезвие резко обожгло кожу на лбу. Еще даже не понимая причины этой внезапной болевой вспышки, он резко дернул головой в сторону. Боль от этого стала в разы больше, кровь сплошным ручьем хлынула на лицо, заливая глаза и попадая в оскалившийся от боли и злости рот. Что ж, символ их Стаи либо не получился, либо вышел слишком кривым. Хоть что-то Дэрила порадовало. А Волков неудавшаяся шутка совсем не огорчила, и они снова взорвались злорадным смехом. И тогда Диксон заметил кое-что... Тот самый Ди сидел справа от него. Сидел так удачно, что запросто мог бы получить прямо по морде коленом Дэрила. Чем он незамедлительно и воспользовался, за долгое время получив возможность отомстить за всю боль, унижения и их идиотские выходки, вроде этой, а также, хотя бы отчасти, за мучения и смерть невинной девушки. Удар пришелся точно в челюсть. Волк отшатнулся так, что упал бы, если бы не успел вовремя опереться о стену. А очухавшись, он зло зыркнул на Дэрила, вкладывая в этот взгляд все недовольство и ярость, и оттолкнул руками собратьев, чтобы не мешали вершить месть ему самому. - Ах ты мразь недоделанная... Слушай сюда. Хочу прояснить для тебя кое-что. Ди опустился на корточки перед Дэрилом, правой рукой обхватил его горло, почти полностью перекрывая доступ к воздуху, а левой вцепился в израненное предплечье. Дэрил хрипло взвыл от боли и скрипнул зубами, заставляя себя замолчать. Стекающая со лба кровь попала в глаза и вынудила его моргнуть, чтобы он смог видеть противника перед собой. Волк заговорил: - Вероятно, ты был крутым в вашей вонючей общине. Тебя там уважали, ценили. Я прав? Ну и где они? Где твои друзья, что так тебя любят, а? – рука еще крепче стиснула его горло, Дэрил стал задыхаться. – Их нет. Они списали тебя со счетов. Для них ты мертв. Значит, жизнь твоя теперь ни во что не ценится, ты никому больше не нужен. Теперь ты ничто. Просто упрямый дебил, страдающий переизбытком гордыни. Стоящие позади двое Волков одобрительно хмыкнули и развернулись к двери. А явно любящий поумничать Ди все не хотел отпускать Дэрила. Давил на шею так сильно, что Диксон решил – вот сейчас, через несколько минут, он и умрет... Но он рано расслабился. Волк внимательно оглядел его лицо, плечи, руки. Остановился взглядом на правом предплечье Дэрила, которое сдавливал своей ладонью. Кожа на нем вся была искромсана его же кинжалом, оставлять новые раны было просто негде. Но Волк оказался действительно идейным... Дэрил глубоко вдохнул, ощутив свободу от цепкой хватки на горле. Нахмурился, когда Волк, ехидно ухмыльнувшись грязно-желтой улыбкой схватил его за правую руку и немного вывернул ее, чтобы отстегнуть от цепи. А затем ошарашенный Диксон, даже не успев пихнуть его освободившейся рукой, услышал хруст собственной ломающейся кости предплечья... И в голове проскочила странная мысль о том, что это был самый жуткий и отвратный звук, который он когда-либо слышал в своей жизни. Пока Дэрил пытался справиться с нахлынувшей волной новой боли, Волк вывернул руку в прежнее положен положен, ловко вернул моток цепи на его правое запястье и кивнул пленнику на прощание. Наклонил голову, обводя взглядом бездыханное тело молодой девушки на полу, и просто ушел за своими собратьями. Все-таки не стал марать руки. Просто оставил его здесь один на один с трупом, который скоро встанет. Оставил умирать. Но Дэрил не думал об этом. Острая, тянущая боль ушла куда-то на периферию, в глаза бросилось тело бедной девушки, и единственное, о чем он подумал, так это о том, что он бы не выдержал, если бы вместо нее это был бы кто-нибудь из его Семьи. Он не смог бы смотреть на все это ни минуты, будь то Кэрол, Мэгги, Мишон... Он бы выкрутился, выдал бы ложную информацию, страшно рискуя, выдрал бы эти цепи с корнем из стены. Но он бы не позволил им обидеть своих родных. И подумав об этом, Дэрил наконец понял, почему та Волчица так легко приравняла его к этим ублюдкам. А чем он лучше? На его глазах жестоко убили ни в чем неповинную девушку, а он так ничего и не сказал. Неважно, что он нисколько ее не знал, что его слова все равно бы не помогли... Он бы мог попробовать. Но не сделал этого. Хотя Дэрил уже и не знал, что было бы правильным. Он просто устал. Устал сидеть в одном и том же положении, терпеть боль в руках, на лице, на груди. Устал вгрызаться зубами в любую возможность выжить в этом давно уже погибшем мире. Наверное, впервые смерть перестала быть для Дэрила наказанием. Сам для себя он расценил ее как освобождение, так было легче принять эту участь... Да эта девушка даже услугу ему окажет. Он прикрыл глаза. Расслабил напряженные конечности, сглотнул противно-сухую слюну. И просто решил подождать. А ждать пришлось недолго. Вымотанный болью Дэрил незаметно для себя провалился в тягучий сон, и время пролетело быстро. Его разбудил шелест соломы и пока еще тихий, булькающий хрип. Девушка, кажется, пыталась подняться. Открывать глаза он не стал. Подумал, что все равно умрет быстро, крови уже и так много потерял. Конечно, ему совсем не хотелось, чтобы от него остались полусъеденные останки, но другого варианта не было. Может, он и смог бы справиться с мертвячкой одними ногами. Но у него на это не было ни сил, ни желания. Хрип стал громче и отчетливее. Учуяла свежую кровь... Вот только этот хрип вдруг почему-то смешался с массой других звуков. Перед глазами по-прежнему была чернота внутренней стороны век, в носу по-прежнему стояла удушливая смесь запахов крови, пота и соломы, поэтому Дэрил мог положиться только на слух. Но и он, похоже, подводил. Или нет?.. Затуманенным сознанием он пытался понять, откуда эти звуки исходили и на что были похожи, но вся эта шумная мешанина не давала ему сосредоточиться. Ему казалось, что он слышал чьи-то приглушенные голоса, шаги. Казалось даже, что эти голоса были ему знакомы. Ему казалось, что где-то совсем рядом зашелестела сухая солома, и что-то тяжело ударилось о пол. Ему казалось, что кто-то схватил его за плечи и резко дернул, причиняя боль. Тогда Дэрил решил, что окончательно сошел с ума... Но ему не казалось. - Диксон, посмотри на меня! Ты меня слышишь?! Отвечай же, черт тебя дери! Это был голос, спутать который ни с каким другим было невозможно. Обычно низкий и твердый, но сейчас почему-то отчаянный и подрагивающий. И взгляд холодных прозрачно-голубых глаз – обеспокоенный и ищущий. С огромным трудом Дэрил заставил себя разлепить склеившиеся искусанные губы. - Рик?.. – единственное, что удалось ему из себя выдавить. Попытка сразу же прочистить горло из-за невыносимой сухости во рту обернулась провалом. - Все хорошо, брат. Мы здесь. Все закончилось, – прозвучал тихий ответ через облегченный выдох. Рик Граймс приехал за ним собственной персоной.