На грани безумия

Новость о нападении биджу на страны Ветра и Огня всколыхнула мир. Впервые за долгие годы хвостатые звери вырвались на свободу и атаковали страны, и не одну, а сразу две. Однако, совсем недолгий момент, когда Наруто едва-едва появился в Суне, успели заметить пара стражников шиноби из местных и сообщить казекаге. После атаки Лиса и похищения нового джинчурики Однохвостого, было созвано срочное совещания совета джонинов и старейшин в Суне. В результате деревня приняла пару новых правил, а Узумаки Наруто был признан преступником S-класса международного уровня, так как именно он атаковал Суну, а уже после его появления селение разнёс демон. Вину за похищение джинчурики возложили на плечи Наруто, связав всё в один узел и бросив в общую кучу. Подтверждением тому послужи слухи, неизвестно, как и когда, просочившиеся наружу о том, что Акацки завербовали на свою сторону одного джинчурики, и он стал приманкой для всех остальных. В пользу правдивости этих слухов говорил тот факт, что именно после пропажи первого джинчурики, а именно Узумаки Наруто стали исчезать другие джинчурики. Наруто был уверен, что источником подобных слухов стала его «любимая» Коноха, а именно кто-то из высокоранговых шиноби, приближённый к хокаге и имеющим зуб на него самого. Важная информация была строго засекреченной и её не доносили до ведома рядовых жителей какурезато или шиноби. Руководство не хотело сеять панику и пыталось утаить шило в мешке. Однако это не удалось, куда им против специалиста по хитрости – демона-лиса. Именно Курама посоветовал начать именно с самого многочисленного и низкого слоя общества, мол, паника поднимается снизу доверху и именно поэтому она неминуема. Шпионы и люди Узумаки небрежными фразами сеяли зёрна нужной им волны эмоций среди простого населения. Они первыми сообщили, что мир шиноби меняется, что их хрупкий мир снова пошатнулся, а от них это скрывают. Последующие действия правителей стран, деревень и селений только убедили народ в правдивости этих сплетен. То тут, то там всплывала информация о том, что исчезают шиноби и далеко не всегда преступники или низко ранговые ниндзя, но и джинчурики – сильнейшие среди всех владеющих чакрой. Тот факт, что известные многим джинчурики не вернулись в родные селения, говорил о том, что, скорее всего, их уже давно нет в живых. И это пугало, ведь кто бы сейчас не управлял демонами, в его руках просто чудовищная сила, способная уничтожить существующий мир. Какурезато, в которых остались ещё джинчурики, начали предпринимать шаги, чтобы сохранить хвостатых: прятали носителей, скрывали их техниками и барьерами, заметали следы, особо ушлые даже создавали спектакль смерти джинчурики, лишь бы их селение оставили в покое. Но всё было бесполезно: один за другим из мира шиноби начали исчезать джинчурики и вскоре все девять бесследно исчезли. Лишь иногда до каге доходили редкие сведения о том, что их шиноби удалось засечь или мельком увидеть чакру или хвост биджу. Это было неслыханное событие: все биджу исчезли без следа и теперь деревни не просто беззащитны, у них нет оружия, способного защитить их от войны или врагов, однако междоусобицы не начались, как опасались того даймё. Все понимали, что каждый сейчас слишком уязвим без козыря в рукаве в виде джинчурики, кроме того, могло оказаться, что на территории одной из стран находятся биджу, ведь никто не знал, где они. А значит, рисковать зря, не стоило. Мир словно впал в апатию. Все словно ждали чего-то, но не с опаской или предосторожностью, а с некой долей обречённости, неизбежности, словно то, что должно случиться, просто неминуемо и от него никуда не деться. Исчезнувшие шиноби и джинчурики волновали, но пока не появились новые носители, пока демоны не разрушают деревни и страны, никто ничего делать не будет. Слишком рискованно делать первый шаг, когда не знаешь, кто твой враг, и ты не имеешь понятия о том, какое оружие, какая сила сосредоточена в его руках. Сторона, владеющая силой демонов, могла диктовать свои правила и все бы вынуждены были им последовать, но пока она этого не делала, мир шиноби просто плыл по течению, существовал, как и раньше – по своим законам и традициям. Однако умные и прозорливые правители, такие как мизукаге и райкаге начали усиливать свои позицию и усилили тренировки, пытаясь сделать своих шиноби сильнее. Жизнь Узушио как всегда не была спокойной. Клан, целая страна носящие имя «Водоворот» просто не умеют жить тихо и спокойно, это просто у них в крови. Какурезато постоянно менялась: развивалась, расширялась, совершенствовалась, стремилась в будущее и не боялась новшеств, не боялась экспериментов и перемен, а наоборот, словно шла им навстречу. Жители Узушиогакуре привыкли жить в деревне, где во главе стоит джинчурики, а за его спиной ещё один, и не только носители демонов, но и саннины, наследники великих кланов и те, кто некогда состояли в Акацки. Так что жители других стран были им не чета и могли позавидовать их выдержке и нервам. Они жили бок о бок с силой, способной изменить привычный мир, жили и наслаждались каждым днём, ибо почти каждый житель обрёл здесь, благодаря Наруто и его друзьям, то, чего никогда раньше не имел или был лишён. На фоне внутренних переживаний и забот об Узушио, поимка старых джинчурики и создание новых прошло для Наруто почти незаметно. Он и Гаара, а с другой стороны Пейн, выбрали новых джинчурики, и Узумаки был рад обнаружить с течением времени, что все нынешние джинчурики брали пример с него и пытались найти общий язык с демонами, а не глушили их, запирали намертво внутри себя. Однако был один джинчурики, который удивил Наруто – новый джинчурики двуххвостого Мататаби. Им стал Яхико, тот самый Пейн, главный, лидер Акацки, телом которого некогда управлял Нагато. Как оказалось, это тело принадлежало их покойному другу и Нагато с Конан вернули его к жизни, использовав способности Нагато, как владельца риннегана, а тело наполнили жизнью, поместив внутрь двуххвостого биджу. В этом опасном эксперименте им помогал не кто иной, как Орочимару, который просто не мог сидеть, сложа руки и не вытворять что-то за гранью человеческих возможностей. Снова оглядываясь на прошлое, Наруто был рад, что принял верное решение касательно Акацки и их сотрудничества с ним. Кровавая и преступная организация плавно влилась в страну и какурезато Узумаки, словно и не они когда-то внушали всем страх и ужас. Что могут сделать простые шиноби, пусть и преступники S-класса по сравнению с силой и разрушительностью джинчурики и их биджу? Могут и многое, а если против них сразу несколько биджу и пара ребят с кеккей генкаем? И надо сказать, сами Акацки не протестовали, наоборот, просто до ужаса быстро привыкли к новому порядку и правилам. Надо сказать, после шокирующей правды о своём лидере, перемены они начали воспринимать намного проще и быстрее к ним адаптироваться. Кто знает, может, это было потому, что так или иначе во главе всего стоял человек носящий фамилию Узумаки и желающий изменить мир? Нагато и Наруто сообща выбирали всех носителей биджу, понимая, что абы-кто не подойдёт, что нужен сильный шиноби, верный им и понимающий саму суть понятия «джинчурики». Гаара с Шукаку воспринимались всеми как единое целое, как данность, то же касалось Наруто и Лиса. Итачи быстро привык к Кокуо, а Нагато сдружился с Сон Гоку. Здесь Наруто вспомнил слова отца о том, что все Узумаки – идеальные джинчурики и теперь, глядя на Нагато он убедился в этом на личном опыте. Яхико оказался ярким солнышком, вертлявым и полным энергии, жизни, желания что-то делать, а не сидеть, сложа руки. Иногда, глядя на него, Наруто видел в нём себя, таким, каким бы он мог быть, если бы его жизнь сложилась немного по-другому. Яхико после некоторого времени серьёзно поговорил с Наруто. И Узумаки хорошо запомнил слова парня. «Я хотел создать организацию, которая боролась бы за лучший мир, пыталась изменить существующий в положительную сторону, но всё обернулось совсем иначе и мои идеалы оказались похоронены вместе со мной, а друзья встали на путь мести, перекурочив мои слова о лучшем мире и выбрав их в качестве лозунга для самих себя. Однако ты, даже не зная меня, поступил так, как хотел бы сделать я. Ты похож на меня, но в то же время у тебя есть многое от Нагато. Ты словно помесь двух людей и постоянно находишься на грани, ходишь по лезвию ножа, грозя всё разрушить и уничтожить одним словом, одним движением. Ты переманил на свою сторону даже биджу, а значит ты похож на них больше, чем на простых шиноби, твоя душа более безумна, чем уравновешена, иначе ты не смог бы покорить демонов. И твоё это хождение на грани безумия заставляет следовать за тобой, ты всегда в движении, никогда не стоишь на месте. Ты полностью оправдал имя Узумаки, и я рад, что могу быть частью этой жизни». Наруто не был уверен, что правильно понял слова Яхико, но они заставили его понять, что он выбрал правильный путь и всегда найдутся люди, готовые следовать за ним. Выбор джинчурики мог показаться странным, но Наруто видел в нём железную логику. Спокойный и меланхоличный Исобу уравновешивал взрывного Дейдару, а Сайкен своей непосредственностью и, человечностью, как бы странно это ни звучало, влиял на Сасори и тот начал меняться, смотреть на мир другими глазами. На стороне Наруто было семь из девяти биджу, сильные, умные, разумные, но ещё двое были против него. Они были на своей собственной стороне – на стороне своих джинчурики, что говорило в пользу последних. Единственные, кто ещё оставался внутри старых джинчурики – это Чомей, семихвостый и Гьюки, восьмихвостый. Оба демона довольно неплохо общались с нынешними джинчурики и отказывались перемещаться в новый сосуд, довольствуясь имеющими. Наруто же подобный вариант не устраивал: Би был верен Облаку до мозга костей, а ветреная Фуу не внушала доверия, она была себе на уме и какурезато в принципе мало что значила для неё, неважно какая именно. Наруто хотел найти людей, которые были бы верны ему, тех людей, который могли встать за его спиной, тех, кому бы он не побоялся её подставить. Тем более учитывая тот факт, что нужны были джинчурики для двух сильнейших, не считая Кураму, биджу. В мире было не так много людей, которых он бы хотел видеть рядом с собой, которым бы мог довериться без тени страха и недоверия. Отложив на время все дела, Наруто незаметно покинул резиденцию главы деревни и отправился на скалистый берег – одно из его любимых мест на острове, где он мог спокойно подумать и привести мысли в порядок. Все нынешние джинчурики, так или иначе, знали ход мыслей биджу, знали, как они воспринимают мир, хотя бы имели общее понятие о том, в чём нуждаются и чего хотят сами демоны. Акацки, годами охотясь за хвостатыми, научились понимать их, а уж о нём самом и Гааре даже говорить не стоит. Они срослись с демонами, запечатанными внутри них. И зная, каково это, он хотел, чтобы другие биджу и джинчурики поняли суть подобной связи и отношений в целом. Подул пронизывающий ветер и Наруто прикрыл глаза, наслаждаясь его порывами, пропуская их сквозь себя. Он любил ветер, он был частью него, как и Курама. Даже будучи полностью расслабленным, он почувствовал появление нежданных гостей, но даже не напрягся: ИМ можно было. - Так и знали, что ты здесь, - в голосе Саске была слышна насмешка. Неджи тоже издал смешок, а песок Гаары мазнул руки Наруто, словно щенок, ластясь к нему и выражая тем самым эмоции и мысли своего хозяина. - Я в растерянности, - не оглядываясь на дорогих и близких ему людей, сказал Наруто. – Я не знаю, что мне делать с двумя оставшимися демонами, кого выбрать новыми джинчурики, ведь как объяснить другому, не знакомому с биджу человеку, что такое быть с демоном, жить с ним внутри? Биджу – такие же живые существа, как и люди. У них тоже есть желания, чувства, они умеют любить и ненавидеть, их нужно уважать, принимать и понимать их такими, какие они есть. Тогда они тоже примут джинчурики. Я понимаю, что все люди и хвостатые разные и не пытаюсь равнять их под одну планку, это бессмысленно и бесполезно. Мы с Курамой словно… братья, только не как Учихи, - не смог удержаться Узумаки, за что получил толчок в плечо, не сильный, просто как дружеское подначивание. – Курама словно старший брат, который вроде и дразнит, чуток издевается над младшим, но он имеет на это право, а другие без башки останутся, если осмелятся бросить в сторону меня косой взгляд. Демоны тоже чувствуют всё, в том числе боль. Если их любят, они любят в ответ, если джинчурики ненавидит его, биджу ненавидит в ответ. Именно из-за этой простой истины многие джинчурики были убиты, а хвостатые возненавидели весь род людской. Просто мы не понимали их и даже не пытались. Новые джинчурики для биджу, в лице Акацки, как никто понимают, что значит быть мишенью для ненависти, зла, презрения. Став джинчурики они не познали ничего нового, они уже и так настрадались, так что демоны наоборот помогают им исцелить истерзанные души и расколоть стену непонимания и непринятия, впрочем, это взаимно. Оба познали одинаковые ненависть и боль и понимают друг друга. Элементарно: извиниться перед биджу, значит признать его достойным того, что перед ним извиняются, его считают достойным и равным. Поблагодарить его тоже дорогого стоит. А теперь скажите, сможет ли подобное сделать человек, который всю сознательную жизнь ненавидел или боялся их? Вот и я думаю, что нет. Да даже назвать биджу по имени не каждый сможет, а ведь это самое главное. У каждого демона есть имя, и оно не имеет никакого отношения к количеству хвостов. Имена – самое дорогое, что есть у каждого биджу. А для нас оно почти ничего не значит. Кстати, как сказали мне Акацки и те биджу, что пошли на контакт, уровень силы биджу действительно пропорционален количеству хвостов, Курама самый сильный, а значит, я ищу носителей для двух очень сильных демонов. Ах да, ещё как рассказал Курама, сила зависит и от джинчурики: чем он сильнее, тем сильнее демон внутри. Так Гаара может сражаться со мной почти наравне, хотя внутри него только Шукаку с одним хвостом. Как всё это объяснить другому человеку?! – в голосе Наруто было слышно едва не отчаянье. - Тебе не нужно искать таких людей, они уже есть, - Саске сжал плечо друга и посмотрел ему в глаза своими враз загоревшимися шаринганами. – Я согласен стать джинчурики. - Я тоже, - Хьюга смотрел на него бьякуганом. - Ребята… - Наруто смотрел в горящие решительностью и додзюцу глаза друзей и не знал, что сказать им, что сделать. «Они как нельзя лучше подходят», - сказал Курама, абсолютно спокойно. – «И они наверняка поймут биджу и справятся с ними, даже в плане силы, если потребуется». - Я стану джинчурики Гьюки, восьмихвостого, а Неджи Чомея, семихвостого, - Учиха вдруг гадко улыбнулся. – А теперь суммируй все хвосты, что принадлежат верным тебе людям и те, что находятся у Акацки. Наруто последовал совету друга и начал считать. Затем он улыбнулся в стиле Курамы. - Вижу, ты понял, - заметил Учиха. – У нас самые сильные хвостатые, так что даже если вдруг Акацки решат предать, они окажутся в меньшинстве и будут на голову слабее нас. Кроме того, я говорил с Итачи и тот верен мне, а не Акацки, а значит, в первую очередь, предан тебе, раз я на твоей стороне. Я всегда буду рядом с тобой, даже если ты возненавидишь меня. Затем и нужен старший брат. Итачи сказал это мне за некоторое время до уничтожения клана. Знаешь, недавно он напомнил мне те слова и я понял в чём суть. Семья выше всего остального, а мы одна семья и в ней уже и так есть пара демонов, разве мы не сможем принять в неё ещё парочку? – Учиха высокомерно улыбнулся, как может только он и сверкнул друзьям шаринганами. Курама внутри Наруто довольно фыркнул и Узумаки почувствовал всплеск чакры, наполненный радостью и долей восторга. Лис через своего джинчурики знал его друзей, знал Неджи и Саске с той стороны, которую видел и знал Наруто, а не весь окружающий мир. Он знал о том, что они оба, как и Гаара преданы Наруто и верят ему, доверяют и готовы не просто встать на его сторону и сражаться за него, а умереть за его цели и идеалы, а это дорогого стоит. Кто-то сказал, что для того, чтобы уничтожить что-то нужно уничтожить лидера, мол, отрубить змее голову, а тело само отсохнет, но не в этом случае. У Наруто были не последователи, у него были друзья, семья, близкие ему люди, которые верили не просто в него, а в его идею. И он был уверен, что даже если умрёт, его друзья изменят мир. Самым сложным был первый шаг, а дальше всегда проще. Наруто снова применил технику извлечения и запечатывания биджу. Неджи и Саске были готовы к последствиям, однако всё прошло довольно гладко. Саске был почти так же силён, как и Наруто, поэтому решил выбрать Гьюки, а Неджи - Чомея, бывшего лишь чуточку слабее восьмихвостого. Адаптация прошла безболезненно, да и общий язык четверо нашли довольно быстро. Гьюки был наиболее рад тому, что ему теперь не придётся слушать постоянно рэп, да и тот факт, что его джинчурики знает, что такое тьма, а Чоумей тому, что ему достался взрослый разумный человек, а не ветреная девчонка, которая не знает, чего хочет и что делать завтра. И тут биджу и джинчурики уравновешивали друг друга. Учиха и Хьюга очень быстро овладели силой и чакрой хвостатых. Наруто снова удивился подобному, но этого следовало ожидать, ведь оба владели уникальными додзюцу, да и они видели, как подобному учились он и Гаара, а Саске ведь помогал ещё и брату, а теперь тот помогал ему. Саске и Неджи быстро овладели новыми возможностями, а шаринган и бьякуган только помогали этому, конечно, они слабее, чем риннеган Нагато, но всё же. Наруто вдруг понял, что сам дал ещё большую силу и так чудовищно сильным шиноби, тем, кто мог почти на равных сражаться с ним, джинчурики Девятихвостого. Но он не жалел о своём выборе, он верил в тех, кого выбрал сам и кто теперь был подобен ему. Он был равен Саске и Неджи, не уступал им ни в чём ещё в те времена, когда они были командой, а ведь тогда он мог рассчитывать только на себя и на свою силу. Проживание в Узушио положительно сказывалось на Наруто. В этой деревне он словно оживал, казалось, здесь даже воздух чище и лучше, чем в любом другом месте. Это место, в котором жили поколения клана Узумаки, впитало их души, чакры, словно сама земля взывала к Наруто. Именно в этой какурезато Наруто смог понять, что значит любовь к родине, что может существовать место, земля, дома, деревья, реки, люди, за которых он готов будет умереть. Именно Водоворот стал подобным местом. Подобные перемены наблюдались и у Нагато. Узумаки стал спокойнее, уравновешеннее, он больше плыл по течению и жил только для себя. Сначала управление Акацки он вернул Яхико, а тот для благих целей передал его Наруто, сделав того лидером одной из самых опасных в мире организаций. Это сильно повлияло на него: Наруто начал понимать, как чувствовал себя Нагато, считая почти равным Богу – именно это давали чувства могущества, власти, силы – чувство превосходства, что кружило голову и затмевало разум. Он мог одной биджудама уничтожить целое селение, а мог за ночь построить новое, он фактически не мог погибнуть, биджу внутри него мог исцелять почти от любого ранения, а о болезни и говорить не стоит. И это тоже наложило свой отпечаток, Наруто стал больше думать о себе, а не о деревне. Каждый жил своей жизнью, у каждого были маленькие радости, проблемы, неудачи и победы, поражения и периоды апатии. Кто бы что ни говорил, а каждый человек глубоко внутри был абсолютным эгоистом и думал в первую очередь только о себе и о своих желаниях. И, как ни странно, первыми, кто заметил эти резкие перемены стали демоны. Курама, проживший с Наруто всю жизнь последнего, как никто другой знал своего джинчурики и увидел, что это уже не тот шиноби, что смог достучаться до него, не упрямец, готовый расшибиться в лепёшку, чтобы изменить мир. Нет, Узумаки готов был сражаться и даже умереть, но что-то внутри него изменилось, он стал всё больше напоминать того цепного пса, что сидел на привязи у Конохи, готового действовать, не думая собственной головой. Тогда его спасли друзья, и сейчас Кураме хотелось верить, что и в этот раз у них всё получится. Он связался с Саске и Неджи через Гьюки и Чоумея, которые довольно быстро привыкли к новым джинчурики и особо не рвались обратно, будучи в целом довольными своим новым положением. Теперь им было попросту нечего и некого бояться. Учиха и Хьюга согласились помочь с Наруто, но… лишь после того, как они получат то, что желают, а желают они мести. Курама знал, что многие, перешедшие на сторону шиноби, особенно коноховцы имеют свой зуб на кого-то, кто так или иначе причинил им боль, но он не осознавал масштабов катастрофы. Каждый из них словно быль объят огнём ненависти, но Курама понимал, что у всего этого должен быть источник. И он обнаружил его. Это стало мощным ударом не только для него, но и для остальных. Когда-то давно, много сотен лет назад Рикудо сказам им, девятерым биджу кое о чём после их разделения, перед самой своей смертью: Однажды вы станете одним целым. У каждого из вас есть теперь своё имя и форма, в отличие от того времени, когда вы были внутри меня. Следуйте правильному пути, ищите то, что является истинной силой, пока не настанет тот день. И вот этот день настал. Да, они по-прежнему в отдельных телах, но мысленно, их души стали одним целым – с одними целями, мечтами, желаниями, стремлениями. Так или иначе, нынешние джинчурики между собой были очень похожи, а все биджу так или иначе единые. Им нужен был только толчок, камень преткновения, который заставить их стать единым целым. И им стал Наруто. Он выбрал новых джинчурики, изменился сам, изменил Гаару и остальных, и те приняли своих хвостатых демонов. И теперь биджу взяли под контроль своих носителей. Не в полном понимании слова, но их эмоции, ненависть, желание отомстить стало главным в мыслях джинчурики, воспринимаясь теми как свои собственные. Потаённые желания демонов взяли верх над желаниями человека, который был главным в их тандеме. Курама понял, что это – результат принятия всеми джинчурики своих биджу и возникновения связи между ними. Он знал это, но не знал, что делать с этим знанием, как изменить своего джинчурики, как вернуть тому самого себя, а не псевдоличность, что стала смесью биджу и джинчурики. Наруто Узумаки сидел в зале собрания в резиденции правителя Узушиогакуре. Вдоль стола напротив сидели все остальные джинчурики, Акацки, Орочимару, Тсунаде и несколько других шиноби, которых Наруто считал важными. - Узушио живёт и развивается, думаю, за будущее деревни не стоит волноваться. Клан Узумаки также растёт, частично за счёт тех Узумаки, что ушли отсюда во время войны, частично из-за их потомков, а также за счёт тех, кого я принял в свою деревню, невзирая на то, кто к какому клану принадлежит. Но я знаю, что многие из присутствующих имеют массу вопросов, на которые не знают ответа. Например, кто его родители или за что их убили, и тому подобное. Я знаю, как найти ответы на эти вопросы, по крайней мере, на часть из них точно. Это ещё один стимул для лучшего выполнения моей идеи. Мы желаем изменить мир, но как? Мы можем развязать войну, уничтожить нам неугодным, можем просто захватить власть, можем убить пару ключевых фигур и переломить ход игры. Но какой вариант лучше? Выбери мы любой вариант, и мы останемся без ответов на многие вопросы. Я знаю о том, что нужно смотреть в будущее, а не жить прошлым, но в то же время, без прошлого нет и будущего, а многие из нас не знают своего прошлого, особенно те, кто родился в Конохе. Я хочу проникнуть в деревню, выкрасть некоторые свитки из архива, в том числе из архивов кланов и архива Корня Анбу, да и Анбу хокаге тоже. Это будет диверсия. Подобное необходимо устроить и в других какурезато. Нам нужна информация, много информации. - И, ты думаешь, мы сможем проникнуть в Коноху незамеченными? – скептически приподнял бровь Саске. - Уверен, - глаза Наруто сверкнули красным. - Среди нас есть немало бывших Анбу и тех, кто знает все входы и выходы в деревне. Кроме того, я хочу уничтожить оружейные склады какурезато. - У них не останется оружия, и они вынуждены будут купить его, купить у оставшегося источника, по любой цене, - оскалился Орочимару, поняв, о чём они говорят. - И это верно, - кивнул Узумаки. – Я хочу кое-что узнать об Узумаки, думаю, в архивах Конохи я найду ответы. - А потом что? – спросил Нагато. – Это твои личные цели. - Нам нужен союзник, - заявила Тсунаде. – Страна, деревня – неважно. И главное, действительно выбрать способ. Вариант с диверсией неплох, но это не будет иметь тех последствий, на которые ты рассчитываешь. - Что тогда? – приподнял бровь Наруто. - В случае с Конохой нужно уничтожить верхушку, голову змеи, - заговорил Итачи. Все повернулись к нему. – Данзо мёртв, значит, остались хокаге, двое старейшин и главы кланов. Учиха теперь верны тебе, Узумаки тоже – а они одни из самых сильных, пусть сейчас и немногочисленны. Хьюга можно заставить поддерживать нейтралитет, Нара, Яманака и Акимичи пойдут за первым, а Шикаку не рискнёт напрасно, если будет иметь альтернативу. Инузука верны Конохе, но их можно попридержать в стороне. Есть пара сильных джонинов, но мы сможем обезвредить их. Но сейчас не это должно быть в приоритете. - Тогда что? - Думаю, пора рассказать всю правду об уничтожении Учиха, о том, какие это имело последствия и чем грозит в будущем. Для начала стоит узнать, что за всем стою не только я и старейшины, но и ещё один Учиха. Учиха, который тоже горит желанием перекурочить привычный мир под себя и готов ради этого абсолютно на всё. - Это правда, - неожиданно сказал Нагато. – именно этот человек был лидером Акацки, охотящихся за биджу. - Это тот Учиха, что был с тобой, - сказал вдруг Наруто, глянув на Итачи. Тот кивнул. – А это уже интересно, впрочем, думаю, я знаю, о ком речь. Может, уже снимешь маску, а Тоби? Или лучше сказать Учиха?..