Продолжая жить

«Sometimes I run and hide my fears, Afraid and hide until you’re mine…» Negative «Until You’re Mine» -Чего ты хочешь? – голос Вилле казался напряженным, хотя ему должно было быть все равно. – Чего ты хочешь, Йонне? -Тебя. Они снова сидели в квартире Вилле и снова пили коньяк. Как и прошлой ночью. Как будто эта ночь могла иметь какое-то значение… Но она не имела никакого значения. Вилле сам это сказал. Ночь не имела никакого значения. Йонне не имел никакого значения. И это был конец. Конец без начала. Йонне не смотрел на Вилле. Он смотрел по сторонам и старался навсегда запомнить все это: мусор, окурки в пепельницах, пивные банки, грязная одежда, велосипед, стоящий посреди комнаты и нахрен никому там не нужный…Квартира Вилле была отвратительна. Квартира Вилле была тем местом, где Йонне провел самую счастливую ночь в своей жизни. И еще…он сюда никогда больше не вернется. Никогда… -Йонне, - позвал Вилле. – Послушай меня, пожалуйста. -Я тебя слушаю, - кивнул блондин. -Йонне, ты думал, что в жизни я такой же, как на сцене, да? Что я такой безнадежный романтик, который помешан на любви и на смерти... И что такому красивому недоразумению, как я обязательно нужно рядом такое хрупкое блондинистое чудо, как ты? -Я ничего такого не думаю, - буркнул Йонне и опрокинул в себя коньяк. – Просто я тебя люблю. -Мать твою, ты ведешь себя как девочка-фанатка! Почему я должен объяснять тебе элементарные вещи? Я не нанимался нянькой! – Вилле наклонился к лицу Йонне. – Ты не можешь меня любить. Ты меня не знаешь. Ты подумал сегодня, что я самовлюбленный, бесчувственный и жестокий? Я такой и есть. Ты подумал, что я просто последняя сволочь? Я такой и есть, мать твою! Ты не можешь любить такого ублюдка… -Могу, - упрямо сказал Йонне. «Черт, его губы совсем рядом с моими. И его глаза смотрят так, словно он пытается разглядеть что-то в моей душе. Он наклонился, чтобы поцеловать меня? Конечно, нет. Или…» -Черт, Йонне, я не могу, понимаешь, - Вилле впился в губы Йонне яростным поцелуем. – Я не могу так, мать твою, - он отстранился. -Вилле, я ничего не понимаю. -Чего ты хочешь? – бездумно повторил Вилле, прикуривая. – Чего ты хочешь, Йонне? Ничего из того, что ты хочешь, я не могу тебе дать. -Я хочу тебя, - Вилле потянулся, чтобы поцеловать его снова, но Йонне отстранился. – Я хочу тебя, Вилле, но…просто мне больно. Просто я не хочу быть использованным и выброшенным на свалку. Вилле отстранился и снова стал холодным и безразличным. -Если ты хочешь меня, - он затянулся и выдохнул длинную струю дыма. – Если ты хочешь меня, я могу тебе это дать. На один вечер, или на неделю, или просто на какой-то период. Мое тело. Мое свободное время, разумеется, не все. – Вилле задумался. – Больше мне нечего тебе предложить, Йонне. И знаешь…может, я и бесчувственная тварь, но, по крайней мере, я честен с тобой. - Ты честен со мной не потому, что ты такой честный, – теперь Йонне смотрел прямо Вилле в глаза. – Просто тебе наплевать на меня. Наплевать, что я чувствую, когда ты описываешь наши отношения, как сделку. Вилле поморщился. -Да, ты прав, пожалуй, я мог бы выразиться другими словами. Но от этого суть не изменилась бы, верно? – он налил еще коньяка себе и Йонне. – Знаешь, я многое мог бы сказать в свое оправдание, но…не буду… -Лучше скажи, - попросил Йонне. – А еще лучше, скажи мне что-нибудь другое. Объясни мне, зачем ты мне это предлагаешь? -Ты мне нравишься, - не задумываясь ответил Вилле. – Мне нравится, что ты такой искренний, такой чистый…Что ты такой романтик. Я знаю, что мне будет с тобой сложно.…А тебе со мной – еще сложнее. Но тебе не стоит называть это отношениями. Я не предлагаю тебе встречаться. Блондин молчал. Вилле наклонился поцеловать его. -Почему ты такой? – пробормотал Йонне, позволяя Вилле стянуть с него футболку. – Как вообще можно быть таким? -Ну, так что, малыш? - сложновато было говорить, когда Вилле уже расстегивал на нем брюки. – Да, кстати, мы не будем жить вместе, ты же понимаешь? И мы не будем хранить друг другу верность. Ты согласен, Йонне? -Ммм, - простонал Йонне. – О, да… Вилле не смог усмехнуться – его рот был занят. * * * Из интервью с Йонне Аароном: - Йонне, что Вы можете сказать о Вашем последнем выступлении на разогреве у HIM? - (смущенно) Мы очень старались. Думаю, это было неплохое выступление, и, безусловно, большой шаг вперед для группы… - Ваше признание в любви Вилле Вало – искренне или это просто рекламный ход? - Это правда. (лукаво улыбается) Если даже это рекламный ход, я вряд ли вам в этом признаюсь, не так ли? - То есть, Вы признаете, что у Вас нетрадиционная сексуальная ориентация? - Я бисексуал без гомосексуального опыта. (улыбается) - В это сложно поверить, глядя на ваши поцелуи с Ларри и Кристусом на концертах… - О… Просто мне понравилась эта фраза Вилле… - Также тяжело представить, что у Вилле Вало нет опыта отношений с мужчинами… - (утомленно) Ну, может, ему просто нравится эта фраза… - Йонне, скажите, как дальше будут развиваться ваши отношения с Вилле Вало? - (смущенно и очень грустно) Вам лучше спросить об этом у Вилле… * * * Йонне поморщился и вышел из комнаты, оставляя в ней спящего Вилле. Да, именно так начались их отношения. Да, и еще. Йонне так и не перестал называть это отношениями. Вилле называл это по-другому, а чаще всего никак не называл. Вероятнее всего, он был прав. Но Йонне (особенно в самом начале) все-таки считал, что он встречается с Вилле Вало. Всю первую неделю они не вылезали из постели, а потом Вилле внезапно пропал. Он не отвечал на звонки Йонне, не звонил ему сам, не появлялся у себя дома…Вилле обнаружился в одном из многочисленных баров, завсегдатаем которых он являлся. Он был весел, пьян, и при этом не один, а с девицей – представительницей древнейшей профессии. В общем, вполне доволен жизнью. Йонне сотни раз повторял себе, что ему некого винить, кроме себя. Что он знал, на что шел, соглашаясь на некое подобие отношений с Вилле Вало. Что, в конце концов, он тоже имеет право изменять Вилле. Ему не хотелось. По крайней мере, сначала. Отношения с Вилле очень скоро обернулись одной сплошной болью. Иногда они вместе приходили в какой-нибудь бар, сидели за самым дальним столиком, пили вино, целовались, доводя друг друга до состояния полного исступления. Иногда они приходили в бар вместе, и через какое-то время Вилле уходил оттуда с какой-нибудь девицей (или парнем, что случалось реже, но случалось). Йонне в таких случаях напивался в хлам и оказывался у Кристуса. Кристус был для Йонне больше, чем другом. Они знали друг друга с детства. Они были из одного города. Они занимались одним делом. Они были родными людьми, и любили друг друга. Иногда они плакались друг другу в жилетку. Иногда они ужасно ссорились. Иногда они занимались сексом. Словом, Кристус был для Йонне совершенно особенным человеком. Именно с Кристусом – сэром Кристусом – у Йонне был первый секс после Вилле. Почему-то Йонне казалось, что измена с Кристусом – это не измена. Просто в один ужасный вечер Вилле удалился из очередного бара в обнимку с очередной же девицей, по пути посылая Йонне воздушные поцелуи и дьявольски ухмыляясь. О, только Вилле умел так усмехаться. Только он умел так смотреть… И Кристус оказался в этом баре. И они напились вместе, просто потому что Йонне было плохо. В квартире Кристуса утешения плавно перетекли в ласки. Алкоголь дарил утешение и забвение. Временами Йонне казалось, что это Вилле целует и слегка покусывает его шею, что это руки Вилле нежно скользят по его позвоночнику. Возвращение в реальность приносило с собой боль, а затем снова успокоение: это же Крисси, любимый друг Крисси… На следующий день у Йонне болела голова, и было стыдно. Признаваться Вилле в содеянном не имело ни малейшего смысла, но Йонне стало бы от этого легче. Он уже решил все рассказать любовнику, и сделал бы это, если бы Вилле объявился в этот день, или на следующий, или хотя бы на той неделе…Но этого не произошло… Йонне прошел на кухню и налил себе кофе. Кофе был холодным и горьким, похожим на воспоминания, которые одолевали сегодня Йонне. Был еще один вечер, плавно переходящий в ночь. Йонне сидел у себя в квартире, пил пиво и плевал в потолок. Вилле ушел в очередной загул. Три дня назад он испарился в неизвестном направлении вместе с Юрки 69. И Йонне даже не было больно. Почти. Ночи с Кристусом уже вошли для него в традицию, постепенно в его жизни начали появляться другие парни…и девушки. Сначала Йонне доставляла мстительное удовольствие мысль о том, что не только Вилле свободен в их отношениях. Потом он понял, что Вилле на это наплевать, а он, Йонне, никем не может его заменить. С тех пор количество левых связей в его жизни сильно уменьшилось. Больше всего Йонне мучило то, что он не был никем в жизни Вилле. Он иногда обладал его телом и никогда не обладал его душой. Он не был его парнем, и даже не мог быть его другом, потому что в роли друзей выступали Юрки и Миже. -Я не сплю со своими друзьями, - сказал однажды Вилле, и, подумав, добавил: - Разве что очень редко. Йонне не был для него никем. Он был просто человеком, которому Вилле мог в любой момент позвонить, приехать к нему или позвать к себе. Выпить, поболтать, потрахаться и разбежаться. В квартире раздался телефонный звонок, и Йонне не надо было снимать трубку или смотреть на определитель, чтобы понять, что это Вилле. Он чувствовал. -Я сейчас приеду, - заплетающимся языком проговорил Вилле Вало. – Я приеду сейчас…малыш…к тебе… -ОК, - Йонне знал, что это значит. Вилле пьян, Юрки со шлюхами ему надоели, и ему не с кем провести вечер. Они будут трахаться или разговаривать на серьезные темы. А с утра Вилле нужно две бутылки пива в постель, а потом они целый день будут валяться в кровати, пялиться в телевизор и молчать. А потом Вилле уйдет… Но, по крайней мере, сейчас он будет здесь… Вилле появился минут через сорок, помятый, потрепанный, очень пьяный и, несмотря на все это, дьявольски красивый. Появился он не один, а в компании с непочатой бутылкой водки, так что через некоторое время Йонне тоже нетвердо стоял на ногах. Вилле говорил, а Йонне молчал. Чаще всего так и было. Вилле что-нибудь рассказывал, обычно про свои недавние похождения, и плевать он хотел, что Йонне при этом чувствует. -Зачем ты мне об этом рассказываешь? – спросил внезапно Йонне. -О чем? -Об этом. О том, как ты весело проводишь время с Миже и со шлюхами. Или с Юрки и стаей парней, готовых в любой момент отсосать и ему и тебе. Ты не понимаешь, что мне больно? Зачем ты постоянно рассказываешь, как ты мне изменяешь? Вилле глубоко затянулся и как-то задушено хихикнул. -Я тебе не изменяю, малыш. Я просто не могу изменять тебе, потому что я с тобой не встречаюсь. А рассказываю…ну, не знаю, я думал, тебе интересно… Йонне вздохнул. Еще полгода назад эти слова заставили бы его разрыдаться. А сейчас…он уже был достаточно пьян и достаточно ко всему этому привык. Нельзя отрицать, что один из главных талантов Вилле Вало – умение причинять боль. -Ты просто потрясающая сволочь. Его Дьявольское Величество пьяно рассмеялся. -Я тебя предупреждал. Выпьем за это? Йонне опрокинул в себя стакан водки и придвинулся ближе к Вилле. -Можно тебя спросить? Только если ты ответишь честно. -По-моему, мы с самого начала выяснили, что я очень честный, - Вало как всегда иронизировал, но Йонне это уже не беспокоило. -Вилле, скажи…Что я для тебя значу? Совсем ничего? Я – просто единственный идиот, который согласился…ммм…скажем, быть рядом с тобой на таких условиях? Или я просто случайно подвернулся? Я тебе не нравлюсь? Я тебе совсем не нужен? Скажи, неужели за все это время ты совсем ко мне не привык? И тебе абсолютно наплевать? Вилле пристально посмотрел в глаза Йонне. -Слишком много вопросов для меня одного. Что ты хочешь от меня услышать? Что ты мне нужен? Я думаю, ты это понимаешь. Что я к тебе привык? Это ясно и так. Что я тебя люблю? Да, наверное, люблю. И что это меняет? Йонне потрясенно вздохнул. -Я думаю, это меняет все. -Ты так думаешь? На самом деле, это ничего не меняет. У нас с тобой не будет отношений…хотя бы потому, что я имею весьма размытое представление о том, какими должны быть отношения…совместная жизнь…верность…Это мне не нравится, понимаешь? Я люблю тебя, - Вилле потянулся поцеловать Йонне. – Я тебя люблю, но себя и свою жизнь я люблю больше. Вот так, - он разлил водку по стаканам. – Сегодня знаменательный день. Мы выяснили, что любим, и что наша любовь взаимна. Короче говоря, мы с тобой друг друга любим. За это надо выпить, как думаешь? -Объясни мне, - попросил Йонне. – Почему я должен посвящать тебе всего себя, не получая ничего взамен. -Я думаю, ты понимаешь, что ничего мне не должен. Абсолютно ничего. -Я люблю тебя. -Я знаю. Я тоже тебя люблю. -Я этого не чувствую. -А я что могу сделать? К тому же, - Его Дьявольское Величество пьяно ухмыльнулся. – Разве я тебя не трахаю? -Ты всех трахаешь. -Неет, - Вилле погрозил пальцем кому-то рядом с Йонне. – Только избранных, - он помолчал и привлек Йонне к себе. – Я знаю, для тебя это нелегко. Просто реши для себя, тебе будет лучше со мной или без меня? Все. Слезы потекли ручьем, и Йонне даже не пытался их сдерживать. Он вцепился в плечи Вилле, уткнулся носом в его шею, вдыхая его запах, такой знакомый, такой родной… Нет. Любовь, отношения, верность…Без Вилле все это не имеет значения. Без Вилле жизнь потеряла бы всякий смысл. -Я хочу остаться с тобой, - всхлипнул Йонне. – Только скажи мне еще раз… -Я люблю тебя, - сказал Вилле, стягивая с Йонне футболку. – Я люблю тебя, - прошептал он, прокладывая дорожку из поцелуев от левого соска Йонне к его пупку. – Я люблю тебя… -Я тоже тебя люблю… Йонне вздохнул и проглотил остатки кофе. Да, именно так это и произошло. Так Вилле Вало признался ему в любви. Вилле в очередной раз проявил честность: после его признания действительно ничего не изменилось. Он по-прежнему мог исчезнуть в неизвестном направлении на несколько дней, по-прежнему кадрил девушек и других парней в присутствии Йонне, и категорически отказывался жить вместе с ним и называть его своим парнем. Ничего не изменилось. Кроме Йонне. В какой-то момент он устал. Он просто ужасно устал, черт возьми. Устал от того, что он любит Вилле, и эта любовь причиняет ему боль. Устал от того, что Вилле любит его, но это ничего не меняет. Устал верить и разочаровываться, устал ждать и не дожидаться. Это Вилле научил Йонне быть циничным. Это Вилле заставил его перестать верить в сказки. Но Вилле был тем, кем он был. Бессердечной сволочью. Его любимым занятием было совершенствование в умении влиять на людей. Ему нравилось видеть реакцию. Ему нравились ревущие стадионы. Ему нравилась боль в глазах Йонне. Идеальный образ саморазрушающегося романтика рассыпался как карточный домик. Как будто Вилле мог сделать хоть что-то ради кого-то другого! Ха! Даже в любимой песне Йонне, Join Me In Death,не Вилле собирался умереть ради любимого. Это кто-то другой должен был умереть вместе с ним. Главной страстью Вилле Вало был он сам. Наверное, если бы он мог, он создал бы культ самого себя, Его Дьявольского Величества. А на все остальное ему было глубоко наплевать. Йонне подумал, что любовь Вилле не стоит ломаного гроша. Но пока у него еще была эта любовь. Пока у него еще было это хрупкое, почти нереальное ощущение принадлежности. Йонне понимал, что это может закончиться в любой момент. Следующая песня про Вилле называлась Until You`re Mine.