Королевство бессмертных рун

Дни летели, а день свадьбы между Кевином и Памеллой близился. Осталось всего лишь два дня! И все мечты Кевина исполнятся. После уезда Марка с его напарницей, Кевин тут же отправился к его коллеге Рудольфу, он хотел показать ему те самые летописи Марка. Только каким-то чудным образом он забыл о них и не мог вспомнить, то ли их забрал Филипп, тогда ещё, на столе, и с приказом ехать в замок увёз их с собой, не понятно... Но и без этого они хорошо засиделись в дружной компании. Кевин всё равно ничуть не жалел, что встретился с Марком, не жалел, что отдал совершенный клинок, который был не нужен. Хотя наверняка на севере он бы продался гораздо дороже. Кевин уже давно не жалел о каких-то необдуманных, денежных сделках. Велика торговая компания за спиной, товары оттуда, отсюда. Кевин думал только о Памелле, он был настроен только на неё и на их свадьбе. Было решено, что после ночи во владениях полноправника Рудольфа он едет обратно в свой замок, чтобы собрать всё самое необходимое. После одного из тех пьянствующих вечеров, которые так не любил Кевин, Рудольф разместил ярла в одной из больших комнат своего главного дома. Кевин всё никак не мог заснуть от своих мыслей. Обычно он думал о торговой компании, вручную рассчитывал, что и куда отправить, за сколько продать, за сколько купить. Но не сейчас, сейчас его мысли занимала лишь она. Пьяные мысли сводили его с ума, наконец, к утру он заснул. Проснувшись днём, он обнаружил, что голова разламывалась. Ох, как же она болела. Кевин не умел пить, он это и не любил делать, в отличие от Рудольфа. Кевин услышал голос служанки: "Обед!". - Сколько я спал? - вдруг он спросил про себя. Голова была неподъёмная, но надо было вставать. Он собрался с силами и пошёл к столу. Он пришёл и увидел полноправителя за столом. Он тоже был в неважном состоянии. Но, по крайней мере, лучше, чем сам Кевин. - Какой-то у вас неважный вид, - улыбнулся Рудольф. - Голова так болит. - О, думаю, вы давно так не пили, принесите ярлу Кевину нужную настойку. Кевин сел по другую сторону от хозяина дома. Обед уже стоял перед ним. - Борщ по-северному! Немногие здесь умеют такое делать, да и диких кабанов здесь немного. - Замечательно, - сделал радостное лицо Кевин, но сейчас ему было так плохо, что не до радости вовсе. Он принялся есть, борщ, безусловно, был очень вкусным. Но чёрт, когда он был почти доеден, попалась маленькая косточка, каким-то чудесным образом она, кажется, порезала десну. "Дьявол!" - подумал Кевин, и сморщил лицо. - Что-то случилось? - насторожился Рудольф. - Нет, всё прекрасно, борщ изумительный. После того как он доел, ему сделали свежую настойку. Кевин сразу же принялся её пить. - Какая гадость! - возмутился Кевин. - Пей, пей, вечером станет гораздо легче. Наконец он допил всё, что ему дали, целую банку. Недолго посидев, Кевин принял решение. - Так, ладно, мне пора в замок, надо переделать кучу дел. - Хорошо, ярл Кевин, вас сопроводят, у меня тоже есть дела. Сейчас мы и прощаемся. - Так и быть. - А нет, стойте, хочу поделиться ещё одной новостью, - остановил его Рудольф. - Правда? Какое же? - У меня совсем недавно была встреча с самим королём Кьювелентином! - Серьёзно? И что же вы обсуждали? - Мы скоро отправимся в совместный поход, скорее всего, это постоянная охота! - Рудольф от такой радости аж наклонился в сторону стола. Но Кевин только лишь делал вид, что он удивлён, хотя это на самом деле была удивительная новость для него, просто он был не в настроении удивляться. - Охота? - поднял брови Кевин. - Ну да, поговаривают наш король очень любит охоту, и кажется, именно так и есть! - Ну что ж, поздравляю, надеюсь всё пройдёт успешно. Удивлён, как это вы не сказали вчера о такой интересной новости, король-то наш давно со своих гор не сходил. - Да, именно так. - Ну что ж, я думаю мне уже пора. - Ах, да, конечно, можете идти. Двое властителя пожали друг другу руки и вскоре быстренько разошлись. Замок Кевина находился не так далеко и от Резенфролд. Поэтому ярл Кевин, размышляя о целях, которые он должен вскоре совершить, незаметно преодолел небольшой путь в карете. Голова постепенно начала проходить, боль начала постепенно утихать. Ярл прибыл в свои покои в замке. На его большом столе ждала куча бумаг, которые он должен пересмотреть, большинство из них были связаны с торговой компанией. Но Кевин не начал читать и одной, он сел за стол, и принялся их перебирать в поисках рукописей Марка. - Где эти чёртовы бумажки?! Ох чёрт, стража! Пригласите сюда моего советника! - закричал Кевин зная, что стража всегда стоит за дверью. Ярл прислонил руки к голове и вздыбив волосы, будто пытаясь оторвать их, закрыл глаза, чтобы на секунду забыть начало этого ужасного дня. Что его ждёт дальше? В этот раз ему никто не ответил, ведь обычно после слова "стража" те сразу бросаются внутрь. - Да где эти чёртовы ублюдки? - Кевин вышел из комнаты, никого действительно не было. - Головы всем поотрубаю, чертям собачьим! - закричал Кевин. Вдруг он заметил служанку. - Эй, ты! - резко обратился Кевин. - Я? - растерялась бедная служанка. - Да, да, ты, найди мне моего советника, быстро! - Хорошо, ярл Кевин, - испугавшись, она в скором темпе пошла искать советника ещё до того, как информация успела дойти до обработки её мозга. Кевин зашёл внутрь, сел за стол, затем положил голову на стол и вслух стал размышлять о дальнейших планах на этот чёртов день. - Надо разобраться с этими погаными бумагами, переписать на разные листочки и отправить всем, кто может их оценить. Затем надо наведаться к этим чёрножопым. Памелла, ох прекрасная Памелла, ты так красива, - единственная мысль, которая радовала Кевина в этот день. Он даже улыбнулся первый раз за день по-настоящему. Но тут его мысли прервала открывающиеся дверь, Филипп вошёл внутрь. - Где тебя чёрт носит?! Где стража? - тут же принялся недовольно возмущаться ярл. - Простите меня, мой ярл, я правда не знаю, куда делась стража. Я был слегка занят, поэтому не мог подойти сразу, - Филиппу было очень жаль, что ялр был недоволен, ведь он не любил когда Кевин был чем-то недоволен, он старался исполнить любую его волю. - Где ты был?! Когда я тут так срываюсь! - Кевин был настолько зол, что встал из-за стола. - В ванной комнате, простите, мой господин. - Эх, ладно, разжалуй стражу, что должна была стоять на посту. И это... Извини меня, срываюсь тут, день только начался, а уже так не задался. - Хорошо, мой ярл. - Ах да, вот ещё что, ты не знаешь, где те рукописи, ну, летописи Марка, северянина того? - Кевин начал пристально смотреть на Филиппа. Он сначала растерялся, затрудняясь даже сказать и слово. - Что-то не так? - спросил Кевин, слегка отвернув голову, всё так же пристально сверля Филиппа взглядом. - А-э-э, я не знаю, где они, я думал, они у вас, - еле выдавил Филипп и окончательно растерялся. Кевин поджал губы и сохраняя спокойствие повернулся в сторону, сил кричать у него уже не было. Он спокойно подошёл к стене, взял шпагу, которая там висела, размеренным шагом подошёл к Филиппу, взял его за горло, не сильно, подставил шпагу к животу. Но Филипп настолько испугался, что отклонился назад, кресло переломилось, и он рухнул вниз. - И что мне с тобой делать? - Не убивайте, прошу! Господин, помилуйте! - Ты лучше скажи мне, где бумаги! - Кевин снова начал кричать, не сдерживая спокойствия. - Но я правда не знаю, правда. Я думал, их взяли вы, когда Марк согласился вам их передать, - продолжал отчаянно оправдываться Филипп, Кевин отпустил его, затем подошёл к окну. - То есть, ты просто-напросто забыл? - переспросил Кевин не поворачиваясь. - Да, я просто забыл. - Скажи мне, ты говоришь правду? Твоим словам можно верить? - хотел утвердиться Кевин, ведь он всё же верил советнику как никому другому. - Да, я говорю правду. - Хорошо, теперь оставь меня. - Как прикажете, мой ярл, - Филипп быстро встал, поднял стул и вышел из комнаты. Кевин после этого ещё постоял пару минут со шпагой. Мысли были разные, от тех, что эти бумаги просто-напросто украли, до тех, что его кто-то проклял. Кевин не помнил так много неудач за один день. Что его ждёт дальше? Кевин положил шпагу на место и всё же уселся за ту гору бумаг на столе. Он не знал, чем заняться, а бездельничать Кевин не любил. Но недолго он их расписывал, в комнату зашёл Филипп, и кажется, с не очень хорошими вестями. - Ярл Кевин, - жалобным голосом обратился Филипп. Кевин его уже видеть не мог. Он уже представлял что-то неладное, какую-то опасностью, плохую новость. "Ну вот, он достаёт конверт, там сейчас будет что-то плохое, обязательно будет", - волновался Кевин не сводя глаз с конверта. - Неси его сюда и уходи, - грубым голосом сказал Кевин, Филипп так и сделал, молча донёс конверт до стола и вышел из комнаты. Кевин просидел около минуты пристально смотря на этот конверт. - Ну что ж, глянем, что же мне приписала судьба. Или это какие-то случайности, не знаю, от чег всё зависит. Кевин в обычном темпе с дрожащими руками развернул конверт и внимательно прочитал написанное. - Ну хоть война не началась, да компания не развалилась, - с небольшим облегчением сказал Кевин. - Но что ещё может произойти за этот день? Трудно представить, - произнёс со вздохом Кевин посмотрел в окно. - Значит, поужинать с родителями? Уже начинает темнеть, ну хорошо, придётся выезжать прямо сейчас. Спустя десять минут Кевин в быстром темпе собрался, свободно выехал и удачно доехал да города. К счастью, ничего не произошло. В этот раз родители не назначали ужин, а просто пригласили Кевина на него. Это было странно, поскольку обычно ужин именно назначают, то есть, Кевину нужно самому организовать ужин, а в этот раз его просто пригласили! Эта мысль больше всего не давала покоя. Кевин был уверен, что случилось что-то плохое. Или случится. Он был к этому готов. Вот уже близился большой дом, Кевин терпеливо дожидался "подарка" судьбы, в которую не верил. Он спокойно зашёл внутрь, его приветливо встретили. Но он чувствовал, что за любезностями стояла подстава, только не подавал вида, приветливо поздоровался и уселся за стол. Как только он увидел блюдо, которые было на ужин, он со страхом удивился. Борщ по-северному. Кевин быстро пришёл в себя и принялся медленно есть. "Что-то неладное твориться", - подумал он. - Ну, как твои дела? Есть какие-нибудь идеи по поводу компании? - спросил отец Кевина. - Нет, всё по-старому, - спокойным тоном ответил Кевин. - А как твоё здоровье? - спросила мать. - В порядке, не болею, - так же спокойно ответил тот. После этого наступила тишина. Обычно разговоры за столом в этой семье велись весьма интенсивные, но не сегодня, не сейчас, не в этот раз. Кевин спокойно ел борщ, у него не было настроения разговаривать, он устал от этого дня. - Кевин, мальчик мой, мы хотим с тобой о чём-то поговорить, - вдруг прозвучал материнский голос, Кевин обратил взор на Изабеллу, ложка с едой застыла у него в руках, мать Кевина растерялась от такого пристального взгляда своего сына. Она не смогла сказать что-то серьёзное, поэтому взяла за руку своего мужа Фридриха. Он, к счастью, был сосредоточен на этом. - Сын! Мы знаем о ваших отношениях с дочерью туземцев. Мы принуждаем тебя прекратить это! - строго сказал отец. Кевин обомлел. "Как они могли узнать такое?" - озадаченно спросил про себя ярл, но быстро сосредоточился. - Вы не можете мне указывать, это моя жизнь, мои поступки, мои решения! - Кевин! Мы постоянно вели с ними ожесточённую войну! Они разоряли наши деревни! Они искореняли наш народ! А тебя очаровала туземская шлюха! - выкрикнул отец сердито, почти грозно. Злоба выступила на лице Кевина. Изабелла испугалась, она видела, что Фридрих явно перегнул палку. - Ты! - произнёс и встал из-за стола Кевин, указывая на своего отца пальцем, но сейчас он не видел перед собой отца, он видел только цель, существо, что оскорбила любовь всей его жизни. - Не смей говорить мне это! Ты слабак! Ты не смог править провинцией, поэтому передал власть мне и я оказался сильнее! - продолжал Кевин. Теперь обомлел отец, он уж точно не ожидал, что его родной сын такого мнения о нём. - Так вот как ты обо мне думаешь, явно не ожидал, что твоё мнение столь ошибочно и омерзительно! - сказал Фридрих и встал из-за стола. - Муж! Сын! Хватит! - выкрикнула Изабелла, встав в очередь с ними. - Вот ещё что скажу, когда я умру, править будете не вы! Править будет мой верный советник Филипп, пока у меня не появятся дети, вот что я о вас думаю! После этого родители не могли выдавить и слова. - Я всё сказал! - закончил Кевин и вышел из дома. Он яростно, в быстром темпе шёл до своей кареты, что должна была ждать его, наверное, ещё ни разу он не пребывал в такой ярости, но и карета его не ждала! А вернее, кучер. - Где этот чёртов ублюдок?! - закричал Кевин, прохожие, что мимо проходили, даже испугались этого, скорее всего, они даже не поняли, что это Кевин, но не только из-за темноты... Кевин почему-то догадывался, что кучер может быть в ближайшей таверне, поэтому сразу же направился туда. Ярл уже пожалел, что не взял с собой своего советника, который сам вполне бы повёл карету. Кевин яростно зашёл в таверну, все посетители ошеломились, бард перестал играть на арфе, крестьяне перестали пить вино, трактирщик перестал разливать напитки, все смотрели на Кевина. Кучер, осознав свою вину, испуганно встал перед Кевином, он мог бы не подавать виду, мог бы скрыться среди толпы крестьян, попросту выйти из таверны через запасной выход, но он был достаточно напуган. - Вино, значит, тут попиваешь?! А я тебя тут повсюду ищу. Иди быстро готовь карету, пока я не приказал тебя казнить! - закричал Кевин на всю таверну. Трактирщик бегом побежал к лошадям. Кевин обратил внимание на то, как все на него смотрят. - Чего смотрите?! Вам всем глаза выколоть? - спросил он, и тут все продолжили то, что делали, как ни в чём не бывало. - Проклятый день! - поговаривал про себя Кевин на пути к карете. В быстром темпе он дошёл до неё и сел внутрь. Кучер двинул лошадей в путь, но куда? Он не знал, он лишь просто хотел угодить ярлу в надежде, что он успокоится, но долго это продолжаться не могло. - Куда мы едем, Ярл Кевин? - отчаянно спросил кучер. - В сторону леса, - средним тоном сказал Кевин, он изо всех сил старался успокоить себя. - В сторону большого леса? - Да! В сторону большого леса, - успокоить себя у него не получалось. Кучер тут же замолчал и послушно развернул лошадей в сторону большого леса. Путь был не совсем близок. Кевин не мог думать о чём-то другом, только о проклятии сегодняшнего дня, теперь он действительно верил в то, что его прокляли. Он уже не думал о том, что все неудачи этого дня просто совпадения, это было не так. Через какое-то время мысли об этом страшном дне отступили, он поглядывал в окно, смотрел на ночные поля. Дорога была не такой уж и короткой, но вот Кевин осознал, что почти подъехал до края большого леса. - Сверни в сторону гор, нам не в лес, - сказал Кевин кучеру, направляя того на нужный путь. Он решил, что поедет к Памелле, но сможет ли она его успокоить? Кучер послушно изменил курс, хотя он не понимал, зачем они вообще ехали сюда, ведь тут полно туземцев! Он действительно не знал о том, что Кевин в отношениях с дочерью вождя, как, впрочем-то, почти никто. Наконец стала видна усадьба, кучер, кажется, понял, куда вёз ярла, но не мог догадаться, зачем. - Оставь меня здесь, сам езжай в деревню, - приказал ярл. - Как скажите, - кучер остановил повозку и быстро открыл дверцу, как и было положено. Кевин вышел и сразу же направился в мраморную постройку, оставалось недолго. - Только она может меня успокоить, только она, - твердил про себя Кевин. - Только она, спасительница этого дня, она не сможет мне отказать. Правитель резко вошёл внутрь, Памелла, кажется, только недавно уснула, две служанки в медленном темпе освежали комнату. Одна из них испугалась резкого прихода Кевина. Она уронила веер прямо на Памеллу. Та сразу же проснулась. - Все вон, - прогнал Кевин служанок, те побросали вееры в разные стороны и быстро вышли из помещения. Памелла была испугана, она чувствовала, что ярл полон гнева, она понимала, что сейчас произойдёт что-то страшное. Он медленно, но стойко направлялся в сторону девы, она же в ужасе отползала назад по большой кровати. Она видела, как тёмный силуэт движется в её сторону, воздух был наполнен страхом. И вот эгоистичный правитель остановился прямо перед кроватью. Памелла была очень сильно напугана, она не могла представить, что он сейчас делает, но понимала, что именно скорее всего произойдёт с ней. Вдруг он резко рванул в её сторону, взял за ноги, потянул к себе. - Отпусти меня! Отпусти! - кричала беззащитная Памелла, но это было напрасно. Кевин обезумел, лишь желание и злоба заполняла его разум. Она не могла спокойно перенести это, избежать насилия любой ценой, она всегда была гордой женщиной. Памелла резко толкнула Кевина ногой. Тот упал на пол, быстро встал и снова рванул на неё, схватил за руку, с размаха ударил её по щеке. - Не смей мне перечить! Не смей! Ты моя! Ты будешь делать то, что я скажу! - безумно кричал Кевин. Это её ошеломило, она начала плакать, невольно рыдала, закрыв лицо руками. Он же долго не думая разорвал её платье. Гордость была подавлена, невинное тело было осквернено злобой и похотью. Он грубо и беспощадно насиловал её хрупкое тело, да, она была единственным, что успокоило его в этот день. Ночь была долгой и невыносимой, страх убил гордость, убил всё, чем она так дорожила. Жизнь была испорчена теперь надолго. Или навсегда. После окончания тёмного ритуала Кевин безмятежно спал, а бедная Памелла рыдала уже час, она не могла успокоится, все мысли были об убитой гордости. Нет, она не могла этого перенести, не могла. Она лишь видела кинжал, что лежал на столе. Отблеск качественного металла выглядел как исход, как решение всех проблем. Она перестала плакать и о чём-то задумалась, взяла кинжал. Но что же было в мыслях у обиженной девы с испорченной психикой? Через некоторое время Кевин начал просыпаться, ему очень хотелось пить, глаза начали медленно открываться. Сначала он видел непонятный силуэт, вскоре он увидел чёткое изображение. Перед ним была она, та самая дева, с которой он так осквернёно обошёлся, он отчётливо видел её глаза, он видел всю боль и истеричность в них, он видел страдания испорченной судьбы. Доля секунды, звонкий звук пробежал в ушах, взмах рук, она скоротечно вонзила ему нож в грудную клетку. Время застыло, он ухватился за её руки, которые обхватывали ручку кинжала. Он не мог поверить... Как трудно поверить в то, что через считанные секунды ты перестанешь существовать. Вдруг стало холодно, в глазах начало темнеть, Кевин видел, как кровь разливалась по всему телу, одежда намокла, постель обрела багровые тона. Руки начали слабеть, они упали, окаменели, последнее, что увидел Кевин - это то, как она рыдая обнимает себя. Ярл умер. Памеллу охватил ужас, она бы и существа невинного не тронула! Она была всегда против насилия. Но тут гордость после такого заставила её убить человека, самого человека! Она уже не знала, о чём больше пожалела, о том, что убила или о том, что была убита её гордость? Она долго сидела на кровавой постели, она долго рыдала. Вскоре случилось ещё куда более страшное. В двери появился большой силуэт, он начал двигаться вперёд. Лунный свет осветило его - это был Филипп. Он был ошеломлён от увиденного, его любимый ярл лежал в кровавой постели, в своей же крови! Картина была предельно ясна. - Вы за это поплатитесь, все вы умрёте, - пригрозил он и вышел из мраморного строения. Филипп прибыл на коне. Филипп отправился в сторону леса. Советник Филипп, был превосходным советником, за годы службы Кевину и его отцу Фридриху, он научился многому. Научился стратегии, познал психологию людей, особенно правителей. Он хорошо знал каждого, с кем имел дела, знал их мысли, знал намерения. Он знал, что сделает сейчас, он знал, как отомстит за ярла, за его любимого ярла. Знал, как отомстит за человека, которому взаимно верил больше всего. В быстром темпе, Филипп прибыл в поселение, потребовал встречи с вождём, тот поздней ночью не спал и вышел на встречу с советником, но разговор был не долгий. - Чем тебе помочь, вестник ярла? - Заткнись и слушай меня внимательно, разговор будет быстрым. Ваша дочь убила ярла Кевина. Я пришёл сюда, чтобы сказать, что вы поплатитесь за это. Ваши грешные судьбы будут прокляты. Всё ваше племя будет истреблено, от него не останется и следа. Всё, что вы ценили, любили, всё святое будет осквернено. Вас не похоронят, вас заставят гнить, ваши матери и дети будут сурово убиты, но не сразу, они пройдут через тяжелейшие пытки. Головы ваших родных и близких будут украшать пики, укреплённые из ваших собственных костей! Все вы! Все! Никто не избежит гнёта от южной провинции! Готовьтесь к войне, готовьтесь к разорению! Филипп сказал всё это ровно и чётко, сказал всё это, глядя в глаза, время от времени повышая тон. Затем сразу же ушёл. Не успел опомниться вождь от услышанного, как Филипп уже скакал вдаль на коне. - Как же так, как же? - спросил вождь и пал оземь. Он не мог поверить, что это случилось. "Как она могла?! Как? Она же знала, знала, что от её поступков зависят сотни жизней и всё равно сделала это, как же она могла?" - пытаясь прийти в себя раздумывал Аро. Филипп направился в провинцию предупредить всех о том, что их ярл мёртв, о том, что они должны отомстить. В то время, как Филипп разговаривал с советом, жена вождя пыталась его утешить, пыталась успокоить, но он чуть ли уже не бредил. - Люди умрут, они умрут, умрут! - Тише! Аро, тише, всё будет хорошо, - успокаивала его та. Вдруг, среди деревьев стали видны две лошади. На одной из них сидела Памелла. Вождь сразу же встал на ноги, пошёл в сторону лошадей. Они остановились, Памелла побежала навстречу отцу, она ожидала от него поддержки, ожидала помощи, но получила совсем не то, что хотела. - Убирайся! - взмахивая рукой, прогонял её вождь. - Убирайся с глаз моих! - Отец! - От невыносимого горя застыла бедная дева не месте. - Ничего не хочу слышать. Ты убила его, убила! Убирайся, ты изгнана! - Отец, прошу, не надо! Всё на самом деле было не так. - Уходи! Не хочу, стража, уведите её! Уве... - Аро от переизбытка чувств и эмоций испытав огромный стресс, потерял сознание. К сожалению, приказ уже был отдан, Памеллу отвели в сторону леса. На следующее утро Аро очнулся с тяжёлой головной болью. Мокрая тряпка лежала у него на лбу, он увидел перед собой жену. Обычно он встречал её счастливо, каждое утро. Каждое утро она готовила ему разные вкусные блюда, но не в этот раз, сейчас она сидела и смотрела в окно из хижины. Он не сразу понял, почему она грустная сидит у окна, но потом вспомнил, что было ночью. Вспомнил то, как обезумел. - Что же ты наделал? - был слышен женский голос. Но Аро сам не понимал, что он наделал, всё ещё был шокирован этими событиями. Он совсем-совсем не знал, что поделать. - После нескольких часов, после приказа, что отдал ты, я нашла верных мне людей, которых смогла отправить на поиски нашей дочери, они нашли её растерзанной, скорее всего, медведем. И знаешь, я не смогу тебе этого простить, если ты не отомстишь этим ублюдкам за неё, - со слезами протянула она и вышла из хижины. Вождь ещё минут двадцать не знал, что делать. Затем мысли начали говорить ему о том, что он должен обратиться к их богу. Приказав зарезать как можно больше скота для крови, вождь ждал обращения к богу шамана, который так же готовился к ритуалу. Вождь терпеливо ждал, пока верховный шаман находится в трансе и общается с богом. Через некоторое время шаман приоткрыл глаза, приподнялся. - Ты глупец, Аро. Мы гордое племя, мы никогда не сдавались тем, кто нам угрожает. Мы всегда отвечали кровью или железом. Веди своё племя, обучи своих воинов и молитесь, чтобы южане не разорили вашу родную землю до этого. Начни исчисление времени, быть может, со временем я тебя прощу за твои поступки, быть может, я направлю тебя на истинный путь и позволю тебе отомстить за твою родную кровь, которую невольно пролил ты сам. Так сказал наш бог, - передал шаман. - Готовить племя, хорошо, - твёрдо сказал вождь. Решение было принято. Решение было принято и у южан, совет постановил, что Филипп по законному завещанию станет новым правителем. Филипп как и совет знал, что войн уже давно не было, поэтому требовалось массовое обучение армии южной провинцией, что началось прямо на следующий день.