Ненужная. Или Акацуки меняют угол мировоззрения

      Я так привыкла вставать под мелодию будильника, что проснувшись от того, что я наконец-то выспалась, у меня появилась какая-то тревога. Но ее тут же затмила головная боль. — Какого хрена? — нахмурилась я переводя взгляд с часов на мобильник. Пока я брала его, в голову скользнула мысль, что Пейн так и не объявился этой ночью. Стало обидно. Но это чувство довольно быстро сменилось удивлением, ведь все три мои будильника кто-то выключил. Я точно помню как наводила их вечером, так какого хрена?       Я была настроена на исключительный разнос, но как оказалось мои домочадцы просто все сами сделали и решили что на кой черт уже меня будить. И вот не знаю что, но что-то мне подсказывало, что это Сасори влияния делал. Но я же его просила…       Нет, безусловно я благодарна ребятам за то, что дали мне возможность наконец-то выспаться. Но чувствовать, что мне делают поблажки из-за того, что я умираю намного ужаснее чем недосып. Захотелось пригреть Акаасуну чем-то тяжелым, но я не поддалась порыву и вопреки всему пошла в ванную.       Было странно, но я никого не встретила в доме. Меня это жутко насторожило, но я стала уверять себя, что это все просто самовнушение. А потому набрав полу прохладную ванну, я с блаженством в нее погрузилась. Господи как же хорошо… Мне тепло, почти не болит голова, я выспалась, завтра получаю диплом и я не одна… Обо мне заботятся…       Так хорошо мне не было уже очень-очень давно, а потому всякое желание ругаться с кем-то у меня пропало. А потому переодевшись и приведя себя в порядок я пошла на улицу, где сразу же встретила клыкастую улыбку Кисаме. — Доброе утро, — поздоровалась я смотря на акуламена чуть жмуря глаза. Он ведь у нас высокий, а мне солнце в глаза светит когда я голову к нему задираю. И вообще, до меня сейчас впервые дошло какая я мелкая в сравнении с некоторыми ребятами. — Доброе, — кивнул Киса. — Как спалось? — Как никогда хорошо. Я не помню когда последний раз высыпалась… — Ну и хорошо. Иди завтракай, я там оставил тебе немного макарон с сыром. — Да я не голодна, — пожала я плечами. — Кисаме, блять! — раздался ор Хидана откуда-то з-за погреба. — Еще только десять утра, но как же он меня уже задолбал… — застонал акуламен и пошел на разборки с Мацураси. Я же хохотнула смотря на это и пошла за лопатой и семенами. Сегодня у меня по плану посадка моркови, гороха и помидор на грядке возле дома. А потом больша-а-а-я стирка.       В общем день прошел продуктивно, но неожиданно спокойно. С домочадцами я встречалась всего пару раз ибо была занята, а потому и на скандал нарваться не успела, что поспособствовало сохранению хорошего настроения. — Зачем ты все это делаешь зная, что покойница? — все ведь не может быть хорошо, правда? Конечно же! Во всяком случае у меня. Но что странно, мое тело не отреагировало на Мадару дрожью, да и вообще как-либо по-другому. — А что мне лечь в гроб и ждать что ли? — с насмешкой спросила я выключая воду. Сегодняшний день был довольно жарким и я решила подлить малину и клубнику. — М-м-м… У кого-то сегодня хорошее настроение? — вот он явно хотел это изменить, но хрен ему. Сегодняшний день эта сволочь мне не испортит. — Слушай, вот чего ты хочешь? — я резко развернулась меланхолично смотря в черные глаза. — Спровоцировать меня? Так спешу огорчить у тебя это не получится. Благодаря обезболивающим, которые я пью по твоей вине, мне абсолютно на все фиолетово. Если хочешь мне начать угрожать или еще какую хрень, ну так смысл? Как ты и сказал, я все равно покойница, так что… — Угомонись, — отозвался тот и вроде как вполне себе спокойно, — Тоби послали найти тебя. — Хорошо, — шутить о том, что если его послали, то и я посылаю, я не стала и говорила вполне себе безэмоционально. — Слушай, Мадара, могу я попросить тебя об услуге? — сказать, что Учиха охуел – ничего не сказать. — Ну попробуй, — насмешливо сказал он. — Можешь показать мне свой шаринган? — если честно, я и сама сейчас удивилась своей смелости. — Зачем тебе это? — теперь его голос был настороженным и враждебным. — Угомонись, — мне было так приятно кинуть ему ответку, что я аж хохотнула. — Мне просто любопытно, — но Мадара моего стремления не разделял и натянув маску молча ушел в дом. — Так это нет?! — крикнула я ему вдогонку и глупо улыбнулась чувствуя какое-то моральное удовлетворение.       Пока я хозяйничала, большинство моего «семейства» сползлось домой и сейчас голодное сидело на кухне. А поскольку от готовки меня полностью отстранили, я была рада, что не мне сейчас их «усмирять». — Всем привет, — поздоровалась я войдя на кухню и как всегда заняла свое место между Итачи и Сасори. Пейн все еще не объявился и я начала переживать.       Пока Кисаме подавал ужин, я под шумок смылась под предлогом, что надо снять грязные вещи. Зайдя в комнату я плотно закрыла дверь и достала телефон. У меня было дурное предчувствие, а потому я решила на всякий случай набрать Пейна. Только вот кнопку вызова все никак нажать не решалась. Но подумав о том, что веду себя как идиотка, все же набрала его. — Да? — как и всегда ровный голос, но я уже даже не раздражалась. — Ам… привет… — неловко начала я и убедившись в том, что отвечать мне не собираются неуверенно продолжила. — Ты где? У тебя все нормально? — Я на работе. Что-то случилось? — вот он правда может быть нормальным человеком, но видать сегодня не тот случай. — Нет. Просто тебя уже несколько дней нет и я… — я замялась. — Ты что? — спросил Пейн, а потом раздался смешок. — Неужто переживаешь за меня? — Ой, пошел ты в жопу, — недовольно ответила я сбросив звонок и переодевшись пристыженная пошла на кухню. Но несмотря на то, что Пейн сказал, что на работе, чувство тревоги не пропало. Да и мне казалось я слышала звук машин. Впрочем, хер с ним…       Заняв свое место между Итачи и Сасори я приступила к еде. Как всегда, кушали Акацуки очень громко. Но вообще этот контраст между началом ужина и концом меня всегда забавлял. Садятся все такие прям на эмоциях, бурно что-то обсуждают, некоторые жестикулируют, а к концу разговор становиться ленивым и вальяжным. — Это пиздец! — с сокрушенческим видом сказал Дейдара заходя на кухню и плюхаясь на свое место. Я на тот момент находилась в прострации, а потому вздрогнула от этих действий Тсукури. — Что случилось? — Я нахмурила брови смотря на блондина. Вот оно. Не зря же я ощущала тревогу весь вечер. — Неужто ноготь сломал, а блондиночка? — хохотнул в своей манере Хидан, но его все благополучно проигнорировали. — Кристин, меня с работы не отпускают… — страдальчески сказал тот, а мне аж полегчало. Но не надолго, потому что тревога снова появилась. — Дурак ты, Дейка, — по-доброму укорила я поддерживающе улыбнувшись. — Я думала, убили кого. Дей, солнышко, не расстраивайся. Все будет запечатлено на диск и ты потом посмотришь. — Да не в этом дело, хм, — отмахнулся парень. Мои слова ни коим образом не воодушевили блондина. И меня трогало то, что он так сильно хотел меня поддержать. — Моя ж ты зайка, — на глазах у меня выступили слезы и у меня появилось жгучее желание обнять подрывника. Только вот сделать это было немного проблематично, учитывая, что он сидел по другую сторону стола. — Что у вас опять произошло? — спросил Пейн стоя в дверном проеме. Услышав его голос мне аж от сердца отлегло, а когда я увидела пирсингованного, заерзала на стуле. Но вспомнив наш телефонный разговор нахмурилась. — Дейдаре не дали на завтра выходной, — пояснила Конан. — Ну и что? — спросил рыжий садясь за стол. Пейн явно не понимал в чем проблема. — Он просто хотел меня поддержать, — ответила я передавая парню приборы. — Тебя поддержат, — сказал рыжий. И сделал он это таким тоном, что бы было понятно, что тема закрыта. Дейка от этого поник, а мне захотелось этого недо-Бога макнуть головой в его же миску с супом. Но поскольку этого я сделать не могла, то только ударила его носком по ноге, но тот никак не отреагировал приступив к трапезе.       Дальше ужин проходил как и обычно, только Дейдара был поникший, меня «съедала» тревога, а Пейн, собака сутулая, сидел и сверлил меня каким-то насмешливым взглядом. Вот что б я еще хоть раз позвонила ему и сказала… Да ни в жизнь!       Посуду мне помыть не дали и отправили спать ссылаясь на то, что завтра трудный день и надо хорошо выспаться. Я, в общем-то, и не спорила. Единственное, что я сделала перед тем как упасть в мягкие подушки, это крепко обняла Дейку и прошептала тихое «Спасибо». Этот жест так смутил блондина, что он весь залился краской и на мгновение так и замер. Но быстро поняв что происходит, скрылся в комнате.       Спала я откровенно говоря хреново — всю ночь ворочалась, снедаемая чувством тревоги и страха. Я искренне убеждала себя, что это все из-за получения диплома. Но где-то глубоко-глубоко внутри я знала, что это не так.       Результатом тревожной ночи стали синяки под глазами. Но сейчас, с уровнем косметологии в мире это не было проблемой вообще. Любой дефект можно скрыть. Вот и над моими Конан уже час колдует. И я без понятия, что она творила. Признаться, я даже и не пыталась узнать. Я ей всецело доверяла и не зря… — Ты случайно не визажистом работаешь? — спросила я не скрывая восхищения рассматривая творение Хаюми. Конан не стала делать жесткого контурирования или броских акцентов хайлайтером. Нет, макияж был очень спокойным и естественным из-за чего нереально красивым. Синяки скрыты, глаза выделены техникой «кошачий глаз», а губы подчеркнуты помадой анемонового цвета. Все спокойно, все гармонично, все великолепно. — Нет, но я задумывалась об этом, — призналась синевласая откладывая косметику и вооружаясь феном и расческами. — Слушай, а кем ты работаешь, если не секрет? — поинтересовалась я в который раз ловя себя на мысли, что я до сих пор не знаю чем занимаются мои домочадцы. — Вообще-то секрет, но тебе скажу, — заговорщицке усмехнулась Конан. — Я дефектолог в детском центре… — Ну нихрена ж себе! — воскликнула пораженная я, чем вызвала улыбку у подруги плетущей мне косу. — Да тише ты, — снисходительно улыбаясь сказала девушка закрепляя прическу невидимками и лаком. — Ну все, готово, — сообщила Конан разрешая мне снова подойти к зеркалу. — Ты просто гуру красоты, — сказала я любуясь отражением в зеркале. Мне нравилось то что Конан сделала. Без всех этих завитков, начесов, дулек и прочей фиготени, которые всегда делают на выпускные. Просто красиво уложенные локоны и коса по левой стороне. Идеально. — Да ладно тебе, — отмахнулась Конан. — Во сколько мы… выезжаем? — Пейн вошел ко мне в комнату как к себе. Но смотря на меня он сделал запинку. — В двенадцать, — усмехнулась Конан подойдя к парню и посмотрев на меня. — Красивая, да? — спросила она с улыбкой. — Да, — согласно сказал Пейн смотря на меня в упор от чего мне захотелось провалиться на месте. — Да… — повторила Конан и снова улыбнулась. — Крис, если что, я пошла собираться, — сказала девушка и ушла, благоразумно закрыв за собой дверь. — Прекращай пялиться, — шикнула смущенная я поняв, что рыжик не собирается уходить. — Конан права – ты очень красивая, — сказал парень подходя ко мне. Тело покрылось мурашками и мышцы автоматически напряглись. — Нагато, ты чего? — я испуганно посмотрела на Пейна. В нем явно что-то изменилось. — Повернись, пожалуйста, — ровным тихим голосом произносит он, а мне сводит живот. Но все же в итоге я повиновалась, и парень застегнул мне на шее какое-то украшение. Я не успела увидеть что это. — Нагато, зачем ты тратился? — спросила я, пробуя это «что-то» на ощупь. Цепочка не слишком грубая, но и не тоненькая, скажем так, чувствуется в руках. Рука опускается ниже и… Это крестик… большой крестик, явно украшенный камнями.       К горлу подступил ком. Для меня это было не просто украшение. Крестик, который мне подарили родители потерялся во время аварии и с тех пор я крестики не носила. — Потому что хотел порадовать тебя, — усмехнулся Нагато, а за улыбкой последовал короткий, почти невесомый поцелуй в шею. И он был наполнен такой нежностью и заботой, что я начала таять в руках рыжика. — Нагато, нас могут увидеть… — прохрипела я, но совсем не то, что хотела сказать. — Мне все равно, — сказал он, улыбаясь. Я не видела его улыбки, но чувствовала ее в интонации парня. — Нагато… — я повернулась и заглянула в бледно пурпурные глаза с узором, похожим на рябь на воде. — Спасибо, — сказала я и хотела поцеловать его в щеку, но это рыжее чудо подстроило все так, чтобы я промахнулась. И я промахнулась. Черт, это был лучший промах в моей жизни, но, очевидно, я пропустила тот момент, когда он ушел, а я осталась стоять со слезами на глазах посреди комнаты.       Угомонив бушующие эмоции, спустя какое-то время я все же начала собираться под звуки ругани и криков по типу: «Где мой ремень?» или «Чьи это носки валяются?». Сердце норовило пробиться сквозь ребра и я никак не могла это побороть. Так что мне осталось только смириться и продолжать собираться. — Долго еще? — спросил Сасори стоя у машины Итачи. — Ненавижу ждать, — фыркнул он. — Да все уже, не гунди, — сказала Конан на ходу застегивая сережки в ушах и протягивая парню серебряный браслет с маленькими сапфирами. И черт меня дернул увидеть то как он ей помогает, а потом машинально кладет на мгновение руку на ее талию. Это движение вышло у него таким обыденным и естественным, что я прозрела. — Вы! — обвиняюще воскликнула я заставляя парочку дернуться и отшатнуться друг от друга. — Так вы это друг с… Ну вы… Ну я… Ну вас обоих в задницу! — обиженно и разочарованно воскликнула я аки фурия шествуя к машинам. Нет, и эти люди еще мне предъявляли, что я не рассказала им о Пейне? Сволочи, а не друзья.       Кажется, мое прозрение и поведение рассмешило ребят, потому что Сасори не удержался и тихо хохотнул. Я же стояла и дулась ожидая пока все соберутся. И как только это произошло, я и думать забыла об обидах…       Благодаря стараниям Конан я сегодня была очень красива, но это ничто в сравнении с ребятами в рубашках или пиджаках. Были бы мы сейчас в аниме, у меня бы хлынул фонтан крови из носа. Это великолепие не передать словами — все как один подтянутые, красивые, солидные и среди них богиня Конан в платье цвета ультрамарина.       Добило меня появление Пейна. Он шел немного вальяжно, попутно закатывая рукава бордовой рубашки. Я понимала, что это всего лишь тело, но черт возьми вид сильных, жилистых рук и рубашки подчеркивающей подтянутое тело на подсознательном уровне заставляли скручиваться тугой ком в животе.       Но все же было что-то… Глаза… Я нахмурилась рассматривая Лидера Акацуки. Его глаза больше не были лиловыми и не имели ряби. Они были просто карими. Я догадалась о линзах и мне почему-то это не понравилось. Но Пейн, кажется, не первый раз имеет дело с линзами. — Поехали, — скомандовал пирсингованный и все расселись по машинам. В этот раз я не претендовала на место водителя, потому что доехать нам нужно было сегодня, а не через неделю. Но от этого мой путь не был короче…       Я тысячу раз пожалела, что села на переднее сидение — всю дорогу мне приходилось ловить себя на том, что я пялюсь на руки Пейна. Я постоянно мысленно говорила себе: «Кристина не пялься!». В какой-то момент я даже с тихим стоном откинулась на спинку сидения и закрыв глаза тихо засопела. Эта реакция не осталась незамеченной, но благо не была прокомментированной. Когда я открыла глаза, мой взгляд упал на зеркало заднего вида и я заметила, как Сасори оставляет невесомый поцелуй за ушком Конан. — Предатели, — почти неслышно шикнула я, чем заставила Пейна коротко на меня посмотреть, а затем перевести взгляд на зеркало, куда я смотрела. Он усмехнулся и незаметно взял меня за руку на пару мгновений, заставив тем самым забыть о Сасори с Конан. Я напряглась, снова чувствуя напряжение внизу живота.       Хвала Богам, Хидан, Какузу и Кисаме ехали в машине Итачи, а то Хидан бы мне житья не дал. Кстати, Кисаме все-таки поехал с нами, благодаря таланту Конан к гриму. Не было только Дейдары и Тоби, то бишь Мадары. И если об отсутствии последнего я не жалела вообще нисколько, то Дейку я бы сегодня хотела видеть.       Когда мучительная дорога закончилась, ребята отправили меня к одногруппникам, а сами пошли занимать места в зале. Если кто-то переживал за своих родных – что им места в зале не хватит – то я за своих ни чуточки. Эти-то точно сумеют занять себе место. От этих мыслей на губах появилась улыбка. Но не на долго. За ней последовал мандраж. Я была ведущей. И я жутко боялась сцены.       Весь концерт я боялась, что упаду, или забуду текст, или споткнусь на танце, или еще как опозорюсь. Но, как ни странно, все произошло без конфузов. Получив диплом я думала, что наконец-то получу желанное спокойствие, но нет. Разрядки так и не было и я все еще была напряжена. Но другим этого знать не нужно было, а потому я счастливо улыбалась и позировала для фото.       Когда концерт закончился и родные поздравляли выпускников, я со слезами на глазах шла навстречу выглядывающей меня банде во главенстве с… Дейкой… Моим солнышком блондинстым… — Дейдара, тебя же не отпустили с работы. Как ты…? — Пошли они в жопу, — радостно улыбаясь сказал Дейдара вручая мне букет пионов. Я в тот момент вообще подумала, что эта банда ограбила цветочный магазин. Почти все стояли с цветами. Все кроме Какузу и Хиди. — Так, если что, то я хотел тебе цветы подарить, но Какузу сказал, что это пустая трата денег и лучше подарить что-то стоящее, так что вот, — Хидя достал из-под пиджака бутылку шампанского. — Выпьешь когда будем обмывать, — сказал он так и не отдав мне бутылку от чего я зашлась хохотом и сграбастала ребят в большие объятья. — Не смей реветь. Испортишь мой шедевр, я тебя прибью, — предупредила Конан, но при этом девушка улыбалась. И мне, все-таки, не удалось сдержать пару слезинок.       Проводив ребят до машины у меня было жгучее желание снять долбанные каблуки и отвоевать кеды Дейки, ведь у нас практически один размер. Но я передумала решив, что раз в год нужно и красивой побыть. Так что вручив Конан все цветы и попрощавшись со всеми я повернулась к Пейну. — Ну что, идем? — спросил он протягивая мне руку. — Идем, — кивнула я беря рыжика за руку. И то ли от того что много говорила, то ли от волнения мой голос хрипел. Пейн сжал мою руку и мы пошли в аудиторию где уже собирались мои одногруппники. Теперь уже бывшие. — Ну что, Кристюха, мы таки их добили, — тут же ко мне подскочил тот самый Сережа, который звонил, напоминал мне о выпускном и репетициях. Его огненно-рыжие волосы очень гармонизировали с веснушками покрывающими нос. Парень улыбался, но увидев Пейна и поднятую вверх бровь слегка опешил и отошел. — Ой, сорян… — неловко сказал парень почесав затылок и протянул руку Пейну широко улыбаясь. — Сергей. Бывший староста группы, — представился он и я немного испугалась. Я как-то не продумала тот момент, что не смогу представить Пейна ни как Пейна, ни как Нагато. Но благо это сделал рыжик. — Назар, — кивнул ему в ответ пирсингованный пожимая руку. — Так ты ее парень? — поинтересовался Сережа и прежде, чем я что-то успела сказать или сделать, Пейн согласно кивнул и просто сказал: «Да». Это звучало ужасно непривычно и неправильно, но до чертиков приятно.       Когда народ более-менее собрался, ворвался наш «двигатель прогресса» — Аня Селезнева. Это была женщина петарда. И 99% всего движения какое было в нашей группе устраивала она, потому и прозвали ее так. Вот и сейчас она ворвалась в аудиторию с двумя бутылками шампанского и пластиковыми стаканчиками.       Подняв победный тост мы пошли наконец-то в кафешку, где у нас было заказано. Признаться, я немного переживала по поводу Пейна. Я не знала как его воспримут ребята и не знала как воспримет их он. Но парень меня удивил. Он общался настолько легко и свободно, что мне было даже завидно. А в остальном это был прекрасный вечер: люди с которыми четыре года день в день училась, веселье, танцы и главное — Он рядом. Большего мне и не хотелось.       Рассвет встречать как в школе мы не ходили ибо уже было и не с кем особо: одни напились и уже не могли никуда идти, другие поехали в клуб, остальные же разбрелись кто куда. В клуб мне не хотелось, как и Нагато, а потому попрощавшись с ребятами мы ушли. — Ну что, домой? — спросила я шагая по дорожке к машине. В ночной тишине звук цоканья каблуков казался таким громким. — А ты хочешь домой? — может мне показалось, но, по-моему, голос Нагато был удивленным. — Если честно, то не особо… — неловко призналась я.       Почему когда ты хочешь побыть с кем-то наедине, этому всегда мешают обстоятельства, окружение или что еще? Но когда вы наконец-то остаетесь наедине, тебе хочется сквозь землю провалиться... — Тогда, может покажешь мне город? — спросил Пейн немного наклонив влево голову и чуть сузив глаза. Этот жест, почему-то, заставил меня нахмуриться. — Конечно, но сними сперва линзы, — сейчас мой голос должен был звучать куда мягче, но получился какой-то приказный тон. — Тебе не нравиться? — с каким-то играючим интересом спросил парень заставив меня сглотнуть ком в горле. — Честно? Есть такое, — я стойко выдержала его взгляд держа себя спокойно. — Но дело не в этом. Они ведь мешают. — Переживаешь за меня? — вот сейчас его насмешка была обидной, но я опять же сдержалась. Я сегодня прямо образец самообладания. — А разве это плохо? — спросила я смотря рыжему в глаза. — Да. Тебе нельзя… — начал было парень, но я знала что он скажет и слушать это, честно говоря, не хотела от слова «совсем». — Нагато, пожалуйста, не начинай. Не сегодня, — твердо попросила я. — Я не хочу сегодня думать ни о мирах, ни о судьбах, ни о запретах. Да и к тому же можно или нельзя, это происходит само собой.       Нагато несколько минут смотрел на меня хмуря брови. Признаться, в какой-то момент я даже решила что он уйдет. Но он достал футляр для линз и «освободил» глаза. — Так лучше? — спросил рыжий. — Гораздо, — улыбнулась я подождав когда он спрячет коробочку в карман брюк. — Теперь я с радостью проведу тебе экскурсию.       Я считаю летние ночи лучшим явлением в природе. Но сегодняшняя была хороша по-особенному: теплая, тихая и светлая. Бархат ночного неба был усыпан мириадами звезд отличающихся друг от друга как маленькие неограненные алмазики. — Здесь я жила раньше… — у меня не было цели привести сюда Пейна, оно вышло как-то само собой и в голове тут же всплыли воспоминания. Мне на мгновение показалось, что я даже почувствовала мамин запах духов. — Видишь вон то окно на втором этаже? — спросила я поднимая руку и указывая на боковое окно. — Там была моя комната. Брат часто ночью пробирался ко мне и мы с ним через окно удирали. Здесь неподалеку есть речушка и мы с ним летом ходили туда купаться, а зимой кататься по льду.       Воспоминания о брате отзывались глухой болью в груди. Тем не менее на лице играла теплая улыбка. Странно, но впервые рассказывая о Саше на моих глазах не было слез. Неужели я наконец-то смирилась? — Сейчас ночь. И лето… — сказал Пейн дав мне время вспомнить и пережить воспоминания. Я, честно, не сразу поняла что он этим хочет сказать. Но когда до меня дошло, я широко распахнула глаза в изумлении. — Ты же это сейчас не серьезно? — мой голос не передавал всю степень удивления, которое я сейчас испытывала. — А почему нет? — неопределенно пожал плечами рыжий. Сначала я хотела отказаться ссылаясь на то, что у нас нет ни полотенец, ни сменной одежды, но... — Ладно, пошли, — усмехнулась я своему же решению и пошла показывать самую короткую дорогу к речке. — Знаешь, я не была на речке по меньшей мере лет пять… — призадумавшись поведала я. Пейн не стал задавать вопросов. Лишь молча шел возле меня.       Когда наши руки случайно соприкоснулись я вздрогнула, но надеялась, что парень этого не заметил. Но это касание не было случайным, так как буквально через несколько минут теплая сильная рука Пейна снова коснулась моих пальцев. Но на этот раз не отстраняясь. Он взял меня за руку переплетая наши пальцы. Сердце так задребезжало под ребрами, что на глаза хотели навернуться слезы. Но я с невозмутимым видом шла дальше. — Мы можем идти в обход или лезть через кусты, — сказала я остановившись перед поворотом и с интересом посмотрела на рыжика. — Я почти уверен, что вы с братом лазили через кусты… — предположил Пейн и он был всецело прав. — Да. И мы так часто это делали, что там даже дорожка была. Интересно, она сохранилась сейчас? — задумалась я. — Ну, у тебя есть шанс проверить, — усмехнулся пирсингованный. Интересно, когда из недо-Бога он успел превратиться в нормального в человека? И как бы то ни было, мне нравились эти изменения.        Так и не отпуская руки акацука я шмыгнула в кусты и была приятно удивлена тем, что наша дорожка сохранилась. Но то ли я выросла, то ли все же она заросла немного за все это время, но проход стал куда уже. И мне стоило усилий не порвать костюм и босоножки. Последние меня кстати подвели. Хотя там больше вина памяти. Я совершенно забыла о маленькой выбоине и чуть не упала. Если бы не сильные руки Нагато мгновенно прижавшие меня к телу рыжика, я бы точно сломала каблук или шею. — Цела? — обеспокоенно спросил парень аккуратно, но крепко прижимая меня за талию к себе. Я лишь виновато улыбнулась. — Я совсем забыла об этом ухабе… — сказала я на пару мгновений теряясь в его глазах и ощущении жара в том месте, где его рука касалась моего тела. — Мы, кстати, пришли, — все же отстранившись сказала я поворачиваясь к воде, в которой сейчас отражались тысячи маленьких звезд. — Красиво, — признал Пейн подходя со мной к берегу. — Да… — сказала буквально завороженная я не мигая смотря на водную рябь. Наверное я бы простояла так еще очень-очень долго, если бы Пейн не отпустил мою руку и не принялся расстегивать пуговицы. — Ты говорил серьезно? — я опешила. — Я думал за все это время ты успела заметить, что юмор не моя сильная сторона, — сказал Пейн невозмутимо снимая рубашку.       «Черт» — пропищал какой-то комарик в моем сознании и низ живота снова затянуло от вида полуобнаженного Пейна. Мне даже пришлось сильно прикусить губу, чтобы не пялиться. И пока я боролась внутри с самой собой, рыжий успел раздеться и забраться в воду. Теперь он требовательно смотрел на меня, от чего мне стало максимально неловко. И я машинально обняла себя руками. — Давай, — сказал он, но я лишь неуверенно закусила губу. — Если хочешь возьми мою рубашку, — кажется рыжий и сам кайфовал от этого. Интересно, а он вообще когда-либо веселился на речке с теми же Яхико и Конан? — Ну же, Кристина, вода просто потрясающая… — Можешь отвернуться? — все-таки я сдалась под напором его взгляда и чарами воды. Пейн хоть и хмыкнул усмехнувшись, но просьбу мою выполнил.       Быстро сняв жилетку и бюстгальтер я накинула рубашку Пейна и принялась застегивать маленькие пуговички. От аромата его парфюма я чуть не потеряла сознание. Все же справившись с мелко дрожащими пальцами я сняла босоножки и брюки и медленно подступила к воде. — Все, — сообщила я сложив руки под грудью и с сомнением смотря на воду. Пейн повернулся и еле заметно улыбнулся. — Чего? — спросила смущенная до «нельзя» я. — Ничего. Тебе идет, — сказал рыжий добив меня до конца и убрав последние капли сомнения. Я поспешила к воде, дабы как можно быстрее она меня скрыла.       Погрузив одну ногу у меня появилось ощущение, что я вхожу в ванную с молоком, настолько вода была теплой и мягкой. Мне с трудом удалось удержаться от сладостного вздоха.       Возле резкого перепада дна Пейн как истинный джентльмен подал мне руку помогая спуститься. Я ему улыбнулась в надежде, что он не заметит румянец проступивший на щеках. — Если испортим макияж, Конан меня убьет, так что чур не брызгаться, — улыбнулась я и парень примирительно поднял руки отходя на шаг. Я тихо рассмеялась и полностью погрузилась в воду оставляя сверху только голову. — Какой же это кайф… — блаженно протянула я просто болтая конечностями. — Если бы я знал что ты так будешь таять, давно бы купил тебе надувной бассейн, — он шутит. Кто в лесу сдох? — Иди ты, — шикнула я и не сильно брызнула на парня водой. Затем аккуратно, так что бы не намочить глаза, откинулась на спину позволяя воде держать меня. Сто лет уже не чувствовала себя так хорошо. Пейн не мешал мне, но я чувствовала его пристальный внимательный взгляд, а потому снова приняла вертикальное положение.       Лицо Пейна оказалось слишком близко к моему и мне перехватило дыхание. Его взгляд, запах, его дыхание на моей щеке… Все это сводило меня с ума. И если до этого я не дышала, то когда его пальцы в воде прикоснулись к моим, я издала, как мне показалось, слишком громкий вздох. Даже сейчас, в воде, я чувствовала силу его руки которая аккуратно, почти невесомо скользнула к моему предплечью и выше. Я не двигалась, только дышала редко, но очень глубоко и шумно. Миновав плечо его пальцы коснулись шеи и поползли вверх, заправив мокрую прядь волос мне за ухо. Я пару раз быстро моргнула прислушиваясь к его ровному дыханию.       Я ощущала какую-то необъяснимую силу притяжения, которая магнитом заставляла меня придвигаться все ближе. И я была уверенна, что дело вовсе не в руках Пейна переместившихся мне на бока и приподнимающих края рубашки. Когда его нос коснулся моего лба, я приподняла голову заглядывая рыжему в глаза, а ладошка моя легла на его грудь. Теплый… — Тебе нравится это тело? — вопрос был безобидным, но подействовал отрезвляюще. — Нравится, — кивнула я даже не собираясь лгать. Голос мой звучал немного жалко и дрожал, но все равно был уверенным. А рука, будто бы в подтверждение моих слов, спустилась чуть ниже на рельеф мышц живота нукенина. — Но влюбилась я не в тело. В глаза… — после моих слов руки Пейна замерли. Я же наоборот вынула свободную руку из воды и погладила ею щеку пирсингованного. — И я очень сильно хочу поцеловать тебя, Нагато. Не это тело, а тебя… — на последнем слове голос сорвался совсем. — Надеюсь, этого никогда не случится, — сказал парень и в его взгляде мелькнула нехарактерная для него, всегда такого серьезного и стеклянного, нежность. В долю мгновения он сократил то ничтожное, но такое существенное расстояние, что было между нами. Его губы были мягкими, теплыми и я терялась от того, что чувствовала их. Несмотря на ощущение почвы под ногами, я боялась упасть, утонуть от нехватки дыхания и излишка чувств. А потому плотно сомкнула глаза и обвила шею рыжего рукой, зарываясь пальчиками в мокрые торчащие волосы. Другой рукой я скользнула к сильному плечу, буквально хватаясь за него.       Пейн чувствовал мой порыв и страх упасть, а потому одной рукой прижал меня к себе за спину, другой же подхватил под ягодицы, чуть приподнимая меня. И перестав чувствовать под ногами илистое дно, я обвила их вокруг торса парня на секунду отрываясь от его прекрасных губ. Я тяжело дышала, но не слышала этого. Все звуки заглушали сумасшедшие удары сердца.       Я не хотела давать себе время на осознание, ведь если бы я это сделала, наверняка в панике отпрянула бы осознавая всю степень его желания. Нет, вместо этого я приподнялась и сама его поцеловала. Уверенно, чувственно…       Пейна раззадорило это. Его рука прошлась вверх по моей спине к лопаткам. Сложилось впечатление, что он хочет обнять меня всю. Полностью. Поцелуй становился беспорядочным выходя за рамки губ. И опускался он все ниже: сначала к щеке, затем к нижнечелюстной точке, возле мочки уха, затем к пульсирующей венке на шеи. В этот момент я вздрогнула издав тихий полу стон. От касания мокрого языка к обдувающейся ветром шеи тело пошло мелким дрожанием – желание смешалось со страхом – реакция была незамедлительной. Пейн на секунду отстранился посмотрев мне в глаза. — Замерзла? — спросил парень расценив реакцию моего тела по своему. — Нет, — шепнула я не сообразив, что лучше было бы сделать «передышку» и сказать "Да". Благо тело оказалось умнее меня, и в опровержение своих слов я чихнула. Я не замечала, но оказывается я и правда замерзла и покрылась гусиной кожей.       Рыжик снисходительно улыбнулся. Все еще не отпуская меня он снова припал к моим губам и двинулся в сторону берега. Когда мы начали «выходить» из воды, Пейн уже поддерживал меня под ягодицы двумя руками. Я хотела слезть, осознавая, что ему, должно быть, тяжело. Но он не отпустил и преспокойно вынес меня на берег. Все это сопровождалось короткими рваными поцелуями и улыбкой Пейна. Меня это, забавляло. На смену внешнему холоду приходило внутренне тепло.       Когда мы полностью были на берегу, я все же отпустила парня и стала на влажный песок. Почему-то мне вспомнился День Рождения Дейдары и падение в саду. И видимо это было написано на моем лице, потому что Пейн предостерегающе хмыкнул. — Даже не думай вспоминать об этом, — его губы дрогнули в улыбке. — Я пытаюсь, — «честно» хохотнула я, за что получила порцию щекотки. — Все-все, я сдаюсь, — смеясь сказала я оказываясь в горизонтальном положении. — Уверена? — спросил рыжий дернув бровью нависая надо мной. — Уверена, — с улыбкой кивнула я и растрепала его влажные и без того торчащие волосы. Пейн смотрел на меня так… внимательно, мягко. Его взгляд сейчас заменял тысячи слов. Я не могла противиться желанию и приподнявшись на локтях поцеловала его, касаясь холодными пальцами, почему-то теплой щеки акацука.       Парень подался вперед, укладывая меня на песок. Его губы властно и беспорядочно целовали меня: губы, скула, нос, левый уголок губ, правый. Руки нукенина по-хозяйски исследовали мое тело: бока, живот, ребра. Мокрая рубашка задиралась все выше, а поцелуи становились все ниже: шея, ключица, ложбинка меж груди.       Но несмотря на всю степень желания, а оно было выражено более чем ярко, Пейн не позволял себе лишнего. Он держал данное мне обещание, за что я была ему безмерно благодарна.       Когда мы наконец-то насытились поцелуями и друг другом, Пейн просто обнял меня прижимая спиной к себе. Сложив руки в замок у меня на животе он положил голову мне на плечо и устремил взгляд на воду, в которой потихоньку начинали угасать звезды. Мы просидели так довольно долго, пока луна полностью не уступила свои владения солнцу освещающему новый день. — Пора возвращаться, — нехотя прошептала я поворачиваю к рыжику голову и снова жадно его рассматривая желая запомнить каждую морщинку и каждый изгиб. — Пора… — так же без желания согласился нукенин и еще раз напоследок поцеловав меня поднял и протянул мне руку помогая встать.