Ненужная. Или Акацуки меняют угол мировоззрения

      До недавнего времени воскресенье было любимым днем недели. Но сегодня…       Так уж выпало, что на сегодня все были выходными и решили собраться возле телевизора. А единственный имеющийся телевизор был в гостиной, что была рядом с моей комнатой. Нет, ну, а нахрена мне еще один телевизор? Точнее, у меня еще был маленький на кухне, чтобы, когда готовлю, не было скучно. Но куда уж кто-то уступит другим и будет смотреть по маленькому экрану? Нужна же только плазма, что б им…       Но ругань за пульт и возможность главенствовать была еще не особо страшной. Погода сегодня была откровенно хреновой и в какой-то момент рубанули свет. Я уже даже обрадовалась, что может Хидан с Дейдарой прекратят спор и заткнутся, но моя карма мне не изменяет. Кисамыч, зараза такая, решил тоже подрабатывать и занялся озвучкой различных текстов и видео. И если раньше его чтение глушили спор Дейдары и Хидана, то сейчас было отлично слышно как он «тренируется». — О ком мы горюем, когда уходят наши близкие? Плачем, надеваем траур, устраиваем пышные поминки? О покойнике? Или все-таки о себе? Наверное, о себе. Мы не представляем жизни без близкого, любимого человека. Вот он, только что был рядом, и вдруг… Нет его. Он не поговорит больше с тобой, ты не сможешь погладить его по волосам… Ему, лежащему в гробу, уже все равно. Плохо — тебе, и ты оплакиваешь не его, себя. Себя без него. Исключения бывают, когда умирает, гибнет тот, кому бы ещё жить и жить, чья смерть нелепа и несвоевременна. Хотя разве смерть может быть своевременной или умной? Тогда да, мы жалеем не только себя, но и того, кто так рано ушел. Но себя все равно жалеем больше. И, чтобы загладить чувство вины за это проявление эгоизма, превращаем похороны в пышное театральное действо, не задумываясь: а надо ли это покойнику?       Кажется, Килькамен решил почитать «Свидетеля» Ирины Барановой и Константина Бенева. Довольно странный выбор. Я не говорю, что плохой, но учитывая произошедшее вчера и сегодняшнюю хмурую погоду, его текст действовал мне на нервы.       Я еще сегодня не выходила из комнаты, и покидать ее не хотелось бы и в дальнейшем, но слушать это дальше я не могла. Потому встала и, замотавшись в одеяло, пошла в комнату Итачи и Кисаме, в которой Хошигаке оказался один. — Ты не мог бы заткнуться, пожалуйста? Или хотя бы почитать что-то более жизнерадостное? — спросила я заглянув в комнату. Там было достаточно темно и виной не только отсутствие света, но и хмурая погода. А так же сама комната была довольно большой, но имела только одно окно, за которым располагался высокий куст с вьющейся розой, что тоже влияло на освещение.       В основном, я старалась не заглядывать в выделенные Акацукам комнаты без веской причины, но порой мне нравилось сравнивать нукенинов по их комнатам, например в комнате Какузу и Хидана вечно царил срач, а вот у Пейна с Конан всегда было убрано. Данную же комнату можно было разделить на четыре отдельных зоны, поскольку в ней жили сразу четверо: Итачи, Кисаме, Сасори и Дейдара. И если на кроватях первых троих всегда был порядок, то у Дейки вечно что-то было раскидано. У него, конечно, не было такого же срача как у Хидана с Какузу, тем не менее его спальное место визуально очень выделялось. — М-м-м-м? — спросил мужчина оторвав взгляд от книги. — Ты уже проснулась? — Ты это понял потому, что я в вертикальном положении и с открытыми глазами? — я язвительно фыркнула, а затем глубоко вдохнула немного успокаиваясь. В конце концов, Кисаме не виноват в том, что на душе кошки скребли. — Кис, погода и так дерьмо, а ты еще и настроения «подкидываешь». Заканчивай давай, — попросила я и уже хотела уйти обратно к себе, но вспомнила о вчерашнем вечере и отправилась на поиски Сасори.       Решение начать поиски с гостиной было машинальным. Я была удивлена увидев там Итачи. Но он, скорей всего, был там не из-за желания разделить досуг с веселой компанией, а банально потому, что это самая светлая, после моей, комната в доме, а он как раз читал. Придурок. Зрение и так не ахти какое, а он его еще больше портит. Впрочем — его дело. — Доброе утро, — мой голос охрип из-за простуды, так что пришлось слегка прокашляться. Не увидев среди компании Акасуны я нахмурилась. — Ребят, где Сасори? — Хм… — поначалу привычка Дейдары хмыкать жутко злила меня, но сейчас это стало настолько обычным, что по-другому и быть не может. — Даны еще с вчерашнего вечера нет, а что?       После слов блондина меня сразу охватила неподдельная ярость. Ярость на Пейна, потому что, если отсутствие Сасори — его вина, я не знаю, что с ним сделаю. Хотя, если подумать, я ни хрена и не могу, но это уже другой разговор.       В комнату Пейна и Конан я ворвалась без стука и тем более разрешения и, признаться, совсем не ожидала увидеть их в таком виде. Конан была в коротком халатике, а Пейн в свободных домашних трениках. И честное слово, если бы я не была в такой ярости, я бы очень сильно смутилась, но сейчас… — Что ты с ним сделал? — злобно прошипела я, сверля Пейна ненавистным взглядом. Конан непонимающе на меня посмотрела, но мне было откровенно плевать на ее присутствие. — Что ты сделал с Сасори? — Не твое дело, — безразлично ответил мужчина и встал с кровати. Выглядел он устрашающе. — Пейн… — предостерегающе начала Конан, желая успокоить друга. — Не суйся! — рыкнул девушке пирсингованный и снова повернул голову ко мне. — С чего ты решила, что я с ним что-то сделал? — совершенно спокойно спросил Пейн. Его безразличный взгляд заставлял кровь в моих жилах бушевать с еще большим напором. — Потому, что ты сволочь и беспринципная тварь. Плюс, со вчерашнего вечера его никто не видел. Клянусь, если ты… — Что ты сделаешь? — перебил он с неким опасным оскалом. Я действительно удивляюсь как он смог сдерживать себя и не убить меня на месте. — Что ты сделаешь мне? — его вопрос был очень резонным и он понимал, что я ничего не могу сделать. А еще он прекрасно понимал, что я тоже это понимаю. — Вот именно. Ты ничего не сможешь сделать, Кристина. Но, если тебе будет легче, я его не трогал, а теперь приведи себя в порядок… — Жалкий трус… — рыкнула я и вышла громко хлопнув дверью. Я была настолько зла, что клянусь, если бы кто-то меня сейчас коснулся, я бы его ударила. Но, к моему огромному удивлению, ничего такого не произошло, что странно, ведь обычно в таких ситуациях всегда срабатывает закон подлости. Благо не сегодня, так что я благополучно заперлась в своей комнате желая что-то поломать.       В последнее время меня начали одолевать невероятные приступы злости, при чем не всегда обоснованные. И самое плохое, что утолять мне их хотелось с помощью насилия, что на меня, в принципе, не похоже. Я задумывалась об этом раньше, но…       Если честно, поговорка: «С волками жить — по-волчьи выть» до появления в моей жизни Акацук казалась абсурдной. Вот только сейчас…       Скорее всего данные проявления агрессии — один из способов выживания. Если подумать логично, то останься я такой же робкой как в день нашей встречи, я бы как минимум заработала астено-невротический синдром или обсессивно-компульсивное расстройство. Мне повезло, что я отношусь к тому типу людей, чья психика склонна к адаптации. И в этом есть как свои плюсы, так и минусы.       Если говорить о плюсах, то я стала намного смелее, решительнее, и тверже. А минусами стали порывы гнева, частичная «потеря» инстинкта самосохранения, желание причинить боль и несдержанность. Нет, я не говорю, что я стала оторвой и дерзю без повода. Пока все эти «плюсики и минусики» только зарождались во мне, но со временем-то они разовьются, и я боюсь, в какой-то момент перестать быть самой собой и стать одной из них. Но я и так же ясно понимаю, что если не буду «защищаться», то они меня просто-напросто сломают на моральном уровне. А возможно, и на физическом.       Эта мысль — единственное, что помогло мне более-менее стабилизировать сейчас свой эмоциональный фон. И поймав себя на ней я замерла.       Спустя несколько минут я пару раз моргнула и будто бы очнулась ото сна. Обведя взглядом комнату, появилось ощущение, что я вижу ее впервые. Бордовые стены, такого же цвета ковер и постельное белье, коричневый ламинат и в тон ему шкаф со столом, черный диван, телевизор — все это нагоняло сейчас ностальгию, будто бы меня давно здесь не было и я только вернулась.       Последним предметом интерьера, на который я обратила внимание, стало не очень большое зеркало спрятанное в самом углу. Да, меня всегда не устраивала моя внешность, потому я не повесила зеркало на видном месте, чтобы лишний раз не расстраиваться. Но сейчас я намеренно подошла к столь нелюбимому предмету и посмотрела на свое отражение. Все те же чуть вьющиеся светло-русые волосы, все те же редкие, едва заметные веснушки на носу, едкие зеленые глаза, с не очень длинными и редкими ресницами, большие губы, которые я всегда ненавидела…       Из зеркала на меня смотрело до боли знакомое лицо. И пусть я не стала ненавидеть его меньше, но все же определенно было что-то не так. Все было как и раньше, но было кое-что, что не позволяло узнать в себе себя. Я долго думала что же не так, а потом поняла — взгляд… Он изменился. Стал каким-то чужим и пока я не знала как к этому относится. Конечно, меня это пугало. Но и сказать, что это мне совсем не нравилось, я тоже не могла.       Как оказалось, мои душевные метания продолжались чуть ли не полдня и сейчас от мыслей меня отвлек стук в дверь. — Кристина, иди обедать, — это был Кисаме и он не стал входить в комнату. Но если я не выйду, то он войдет. Поэтому тряхнув головой и отогнав от себя мысли о своих изменениях я быстро переоделась, поскольку я все еще была в пижаме, и поплелась на кухню, где почти все уже собрались.       Признаться, Кисаме готовил куда лучше, чем я. И его стряпня всегда пахла просто божественно. Вот и сейчас, только учуяв запах рагу, мой желудок подал сигнал о потребности в пище. Начавшая появляться на моем лице улыбка пропала ровно в тот момент, когда на кухню вошел Пейн.       Стало настолько противно, что захотелось немедленно покинуть кухню фыркнув что-то презрительное. Но поняв насколько это было бы глупо, опрометчиво и по-детски, я преспокойно взяла свою порцию и села за стол, не обращая на пирсингованного абсолютно никакого внимания.       Есть желания не было, но желудок требовал. К сожалению, или к счастью, (с моими-то габаритами) заставить себя поесть я так и не смогла и единственное, что я сделала — поковыряла вилкой в салате. — Подвинься… — услышала я где-то справа от себя. Повернув голову на звук я увидела Сасори и от сердца как отлегло. Но мой тучный вид все равно никуда не делся. — Ты где был? — спросила я чуть хмуря брови. В глаза сразу бросилась некая потрепанность и усталость суновца. — На операции… — ответил он и когда я подвинулась, сел рядом. — Вчера срочно вызвали. В операционке провели 10 часов. Думал, сам не доживу до конца операции. — Ясно, — хмыкнула я и уставилась на свою вилку. «Черт, придется извиниться перед Пейном» пронеслось в мыслях, от чего я аж скривилась. Так и не притронувшись к еде я поблагодарила Кисаме и ушла прочь. Мне надо было собраться с мыслями перед нелегким разговором.       Но выйдя из кухни я поняла, что чем дольше буду откладывать, тем мне будет сложнее, потому я просто пошла в комнату Пейна, решив дождаться его там. Я не удивилась обнаружив в комнате Конан. Так же не удивилась, когда та решила расспросить меня о произошедшем утром.       С Хаюми у меня сложились довольно-таки доверительные отношения, так что я не видела смысла таить от нее всю эту неприятную ситуацию. Кстати, что мне в ней нравилось — она умела слушать. Конан никогда не перебивала, не критиковала и не пыталась навязать дурацких советов как это обычно делают девчонки. Просто давала возможность выговориться и от этого на душе действительно становилось немного легче.       Пейн вошел на том моменте, когда я повествовала синевласке о том, как сильно не хочу извиняться. Я так и не договорила смотря на бесстрастного рыжика. — Я вас оставлю, — сказала Конан и вышла. Я ей за это была крайне благодарна, ведь извиняться перед кем-то уже подвиг для меня, а извиняться при свидетелях тем более. Я бы просто не смогла этого сделать будь здесь кто-то еще. — Ну? — скучающе спросил пирсингованный и в моем воображении появилась картинка как я вместо извинений врежу ему. Но мотнув головой я отогнала подобные мысли и встала. Забавно, что Пейн ровно в ту же секунду сел на кровать. — Думаю, я должна извиниться… — неуверенно начала я, а мужчина все продолжал смотреть на меня надменным взглядом фиолетовых глаз. Было в них что-то завораживающее и раздражающее одновременно. — Продолжай… — величественно разрешил он и я еле сдержалась чтобы не закатить глаза. — Я была не права, что наехала на тебя сегодня утром, — мое раздражение все нарастало. — И боюсь, если ты не перестанешь смотреть на меня так надменно… — То что? — он опять перебил меня. И опять его голос был как у властителя вселенной. — Как же ты меня бесишь… — прошипела я сильно сжимая руки в кулаки. — Нравится показывать свое превосходство над девушкой? Очень, блять, по-геройски. А вообще знаешь, забудь об извинениях, я все равно считаю тебя трусом, сволочью и беспринципной… — Пейн довольно резко встал и спеси у меня поубавилось, при чем заметно, я даже договаривать не стала, ожидая его реакции. — Ну же, продолжай… — ох, не нравился мне его голос, а то что он сделал шаг в мою сторону так вообще. — Не смей меня запугивать, — прошипела я пятясь назад. Правда, недалеко мне удалось уйти, так как я спиной уперлась в шкаф. Хреново… Путей отступления нет совсем. — Продолжай! — рыкнул рыжий поставив руку слева от моей головы. По внутренним ощущениям я хотела сглотнуть ком, но внешне как и всегда… — Ненавижу… — прошипела я с уверенным видом. Воцарилось молчание и то, насколько нукенин был близко, меня совсем не устраивало, а ещё я не могла понять его поведения, потому что обычно он бесстрастен, но сейчас… Его глаза заставляли пальцы мелко подрагивать. — Врешь… — хоть это и было сказано тихо, но лучше бы он молчал, право слово. — Пейн, отвали от меня… — голос дрогнул. И как бы я не пыталась быть стойкой, пальцы мелко подрагивали, а глаза бегали не в силе сосредоточиться на какой-то одной точке. — Тебе самой еще не надоело делать вид, что ты и правда можешь мне угрожать? — голос Пейна сейчас был совсем не таким, как обычно, и это пугало до чертиков. Голова «не варила» вообще и мысли метались как снежинки в бурю. Дышать становилось все труднее, потому пришлось сглотнуть так некстати появившийся в горле ком. — Ну… И где же вся твоя смелость? — тихо спросил рыжий и мне правда было бы не так страшно если бы он заорал. — Ты не посмеешь… — прохрипела я. Да, это было жалко, но ничего лучше я сейчас сделать не могла. — Уверенна? — прорычал он, от чего мое тело покрылось мурашками. Хотя возможно оно покрылось ими от того, что рука нукенина не больно прижимала сейчас мое горло к деревянной поверхности шкафа и он был непозволительно близко ко мне?       В любом случае, я предельно честно мотнула головой. — Ты сам дал обещание… Не подтверждай мои слова о том, что ты жалкий лгун… — было ощущение, что я сейчас умру. — Черт, заткнись уже! — рыкнул парень и я таки, кажись, умерла.       А нет, не умерла… Но лучше бы умерла…       То что выкинул Пейн уму не поддается…. Этот недоумок меня поцеловал!!! Он, черт возьми, взял и поцеловал меня.       Ноги подкосились, но я не упала, так как была прижата к шкафу. Все тело будто бы онемело, а сознание пребывало в шоке, от чего мои глаза так сильно распахнулись, что аж больно было. И это, наверное, и привело-то меня в сознание, потому я сжав кулак, со всей силы на какую была способна, врезала недо-Богу по роже, после чего вылетела из комнаты как ошпаренная, при этом чуть не сбив кого-то с ног.       Не удосужившись даже надеть куртку я выбежала на улицу. Лицо горело и даже прохладный весенний холодок не спасал положение. Я машинально пошла в сад, по дороге думая: «Какого хрена? Что это сейчас было? Зачем этот кретин поцеловал меня? Черт возьми, это ведь мой первый поцелуй был!!!»       Я не заметила как дошла до края сада и оперлась на одну из яблонь, схватившись за голову руками. От мыслей было ощущение, что виски сдавливают тисками. Дыхание было неровным, а ноги подрагивали. Тело буквально горело все и непонятно от температуры или от произошедшего.       Я простояла так достаточно долго, а потому ноги устали, и я присела на какой-то пень. Жара больше не было и на смену ему пришел озноб, но возвращаться я не собиралась. — Ты что тут делаешь? — голос разрезающий тишину был настолько неожиданным, что я чуть не навернулась на мокрой от росы траве. — Итачи? — удивленно спросила я, бешеными глазами при этом смотря на брюнета. — Я… я… — ни одно оправдание почему-то сейчас не лезло в голову. — Мне повторить вопрос? — раздражающе меланхоличным голосом спросил парень. — Нет. Я и с первого раза поняла, — в идеале это должно было быть сказано раздраженно, но при моем состоянии удалось выдавить лишь удрученность. — Я просто решила подышать воздухом… А ты что тут в одиночестве делаешь? — Надеялся немного побыть в тишине, — только идиот бы не понял, что Учиха мне совсем не рад. Но пошел к черту. Это вообще-то мой дом и мой сад. И вообще, задолбали… — И как? — не без ехидства спросила я чуть отвлекаясь от мыслей о Пейне. — Как видишь – безрезультатно, — вздохнул он, но уходить, кажется, не собирался. Я, наверное, тоже. — Что здесь… — осмотревшись вокруг я нахмурилась. — Учиха, ты что, решил из моего сада сделать тренировочную площадку? — недовольно спросила я, но парень не собирался мне отвечать. — Серьезно, блять? — фыркнула я. — А больше места не было что ли?       Учиха бесил ничуть не меньше Пейна, а потому я все же решила заткнуться дабы не наговорить всякого. Рассматривая свои многострадальные деревья, я заметила некую закономерность — все щели и порезы были сосредоточены в определенных кружочках или метках вроде цели. — Поразительная точность, — с истинным уважением и восхищением произнесла я, смотря на брюнета. Но тот никак не отреагировал, а потому я продолжила. — Итачи, можно личный вопрос? — Ну попробуй, — пожал плечами тот, но было видно, что разговор его напрягает. — Как у тебя сейчас обстоят дела со зрением? — аккуратно поинтересовалась я. — Почему тебя это волнует? — спросил брюнет повернувши ко мне голову и внимательно рассматривая. — Я и сама не знаю, если честно, — неопределенно пожала плечами я. — Просто, наверное, поскольку я видела произошедшее с вами со стороны, мне хотелось бы… — я замялась, понимая, что не смогу объяснить свои чувства. Да что там, я даже понять-то их толком не могла. — Зачем ты сделал так, чтобы Саске тебя ненавидел? — я правда не ожидала, что брюнет станет отвечать на этот вопрос. Более того, мне казалось, что он тупо встанет и уйдет. Но он продолжал сидеть молча, а потому я продолжила. — Сила это хорошо, но не такой ценой. Можно и без этого обойтись… — Здесь – возможно, но в моем мире – нет, — сказал брюнет и встал. — Думаю, если брать в расчеты твое состояние, ты достаточно погуляла сегодня. Возвращаемся, — скомандовал он и я, неожиданно даже для себя, послушалась и пошла следом. — Итачи? — снова задумалась я. — Ну что еще? — спросил тот. — Твои тренировки… Ты думаешь, вы сможете вернуться? — спросила я и парень на секунду остановился. — Не знаю, — честно признался он и продолжил путь. — Но тебе бы хотелось? — Не важно чего бы мне хотелось. Если будет возможность вернуться, я вернусь… — сказал Учиха и остаток пути мы прошли молча.       Войдя во двор я отправилась кормить и закрывать мое хозяйство, а Учиха пошел в дом.       «Деревня — это пропасть» — думала я кормя свиней и загоняя птиц в курятник. Но если честно, то хлопоты по хозяйству помогли мне немного успокоиться. Сначала у меня, конечно, все из рук валилось, но потом я все же пришла в норму. И сейчас, когда все животные накормлены и отправлены спать, а я спокойная, можно и мне пойти готовиться ко сну. — Деньги есть? А если проверю? — несмотря на то, что я узнала голос, я все равно подпрыгнула на месте при этом не хило так испугавшись. — Хидан, мать твою… я ж чуть не умерла, — я схватилась за сердце и повернулась к белобрысому. — А хули ты тут одна шатаешься? — Шатаешься тут ты, а я возвращаюсь домой… Кстати… где ты был все это время? Я ж тебя еще вчера утром отправила отнести молоко… — растерянная пауза и мой голос становиться более настойчивым. — Где ты был все это время? — а я ведь и правда только сейчас поняла, что Хидана весь день не было. - Да к этой вредной тетке Карине… или Марине. — Арине, — поправила я. — Да насрать. Короче к ней племянница приехала. Да еще и ничего такая. Вот мы с ней и… — договорить ему я не дала. — Только не говори, что ты ее изнасиловал? — испуганно спросила я, ожидая уже чего угодно. — Хули ты из меня говнюка делаешь? — обиделся джашинист. — Она сама просила, чтобы я ее… — Ну и придурок же ты, — я в очередной раз его перебила и быстрым шагом устремилась к дому. — Нихуя себе, — офигел он и последовал за мной.       Естественно в дом я вошла как фурия злая. — Да блять, что такое?! — Хидан уже начинал психовать. — Когда ты уже начнешь думать головой, а не жопой или тем, что у тебя между ногами? — я вошла на кухню и естественно все сидели именно за ужином. Как «непредсказуемо», аж бесит. — Крис, что произошло? — как ни странно, но первым разрушить тишину решился Дейдара. — Этот трахарь… — начала было я, но меня перебил возмущенный голос Хидана. — Эй… Она сама начала меня соблазнять и отдалась мне после пятнадцати минут знакомства… — попытался оправдаться он. — Да и хули ты вообще доебалась? Ну трахнул я ее и трахнул. Чего ты-то ноешь? Завидуешь, блять? — он начинал реально злиться, и это могло мне вылезти боком. — Почему я ною? Да потому что ты дебилом уродился! — воскликнула я. — Если она вдруг залетит или еще какая херня, то первым делом спросят с меня! — Крис, не выражайся. — Сасори, не сейчас, — кинула я преспокойно пьющему чай рыжику. — Да не залетит она. Я успел вытащить, — самодовольно заявил Хидя. Я хлопнула себя по лбу. — Да что ж вы все такие сволочи похотливые? — я окинула всех злым взглядом. — Хотя, чего я удивляюсь? Каков главарь, такая и стая, — буркнула я себе под нос, чтобы никто не услышал. Но Дейка все-таки, видимо, услышал, так как подавился чаем и начал кашлять. Сасори от души похлопал его по спине.       Я уже поняла, что мне не миновать, по крайней мере, одного разговора об этом. Но сейчас я была слишком зла на Хидана, что бы что-то предпринимать, так что просто ушла к себе.       Н-да… не задался как-то денек…