Цикличность в тебе

почеркушка, отысканная в черновиках релакс, тэйк ит изи

В детстве у Стайлза был кот. Чубакка. Он был рыжим, мохнатым, с приплюснутой мордой и зелеными глазами. Отец не очень-то любил его, тот повсюду разбрасывал комки шерсти, слюнявил и грыз его служебные ботинки, как самый настоящий щенок, и лакомился завтраками шерифа прямиком на кухонном столе из его же тарелки. А Стайлз Чубакку любил. Он появился сразу после смерти мамы. Однажды утром Стайлз нашел это рыжее недоразумение у себя на крыльце. Кот жевал их газету и при этом смотрел на Стилински так, словно тот нарушил его утреннюю трапезу. Когда Стайлз протянул руку, чтобы схватить за шкирку и выбросить подлеца, кот издал протяжное «мяу», что на его языке, наверное, означало «Только посмей, заморыш, и я натяну тебе глаза на задницу». Стайлз тогда не был очень смелым малым. Он поднял руки в оборонительном жесте и предложил принести ещё журналов и телепрограмм на десерт. Кот на это его предложение надменно фыркнул, вскинув косматую голову, и посеменил через лужайку на другую сторону улицы. Это была неприязнь с первого взгляда. На следующее утро кот появился опять. Сжевал газету, забросал крыльцо своей шерстью, ещё и уснул на «добро пожаловать». В этот раз Стайлз осмелился ткнуть его отцовской клюшкой для гольфа. Кот приоткрыл один глаз, лениво посмотрел на клюшку, потом на Стайлза и перевернулся на спину, подставляя живот. Рыжий мерзавец, кажется, подумал, что мелкий Стилински таким образом его гладит. Стайлз решил проверить эту теорию и на пробу почесал подставленное брюхо. Кот довольно заурчал и мяукнул: «Продолжай». Это была любовь со второго взгляда. И на третье утро Чубакка спал на кровати Стайлза, скрутившись калачиком в ногах. У шерифа любви к Чубакке не было ни с первого, ни с второго и даже не с десятого взгляда. Но он стойко терпел мохнатое чудовище у себя дома по одной простой причине: у Стайлза и Чубакки была любовь. В восемнадцать лет у Стайлза появился Дерек. Он был хмурым, широкоплечим, бородатым мужиком в кожанке. Увидев его на крыльце своего дома, Стайлз было потянулся за клюшкой для гольфа, но понял, что не поможет. А бита, как назло, была слишком далеко. И Стайлз решил, что проще впустить его и не рисковать собственным здоровьем. Это была неприязнь с первого взгляда. Нужно ли говорить, что отец не любил Дерека? Тот разъезжал на Камаро, взвизгивая шинами и сигналя под их окнами по вечерам, и Стайлз, услышав лишь шум мотора, мчался к нему, как маленькое торнадо, сбивая всё на своём пути. Дерек жил в полуразрушенном особняке своей семьи и имел проблемы с законом, шериф лично заводил на него дело. А ещё рожа у него была чрезвычайно хмурая и взгляд у него был, как у серийного маньяка, когда он смотрел на Стайлза. В общем, познакомившись с Дереком, шериф понял, что Чубакка был, по сути, неплохим парнем и не так уж сильно он любил свои ботинки. После встречи с Дереком, Стайлз перестал спокойно смотреть на стены, рули, бардачки, школьные шкафчики и вообще любые поверхности, с которыми Хейл знакомил его физиономию время от времени. Стайлза Дерек раздражал, бесил, дробил в щепки планку его самоконтроля. А ещё время от времени спасал его жизнь, жизнь его друзей, жизнь его отца. И выглядел он, как чувак, рекламирующий трусы от Кельвина Кляйна, и пахнул он до одури вкусно и приятно. Волосы у него были жесткие и темные, совсем не похожие на мягкую шерсть Чубакки. И, конечно же, он не мурлыкал от удовольствия, когда ему чесали за ухом. Он смотрел звериными глазищами, а затем вытряхивал из одежды, целуя так, что Стайлзу казалось, что ещё чуть-чуть и он отдаст богу душу. В отличие от Чубакки, который скромно спал в ногах Стилински, занимая совсем немного места, Дерек разваливался почти на всю кровать, сгребая в кольцо сильных рук. Стайлзу было жарко, тесно, он что-то там вопил о нарушении личного пространства, но тут же прикусывал язык, когда Дерек молча подминал под себя. Это была любовь со второго взгляда. У шерифа любви к Дереку было ещё меньше, чем к Чубакке. И пусть он не съедал его завтрак и не жевал его ботинки, это не отменяло тот факт, что рожа у него хмурая и смотрит он на Стайлза, как самый настоящий маньяк. Но волчару (господи, сын, когда ты уже научишься давать нормальные клички) шериф тоже терпел по одной простой причине: у Дерека и Стайлза была любовь.