Mass Effect 2. "Сквозь горизонт".

      

Спрашивают у крогана: — Тебе произведения искусства нравятся?  — Нет.  — А машины тебе нравятся?  — Не-а  — А женщины тебе нравятся?  — Мммм … Нет. — А что тебе нравится?  — Броневик.  — Почему?  — Он весь в заклёпках и тащится!

      Уж не знаю почему, но на операцию по спасению Мелона Шепард решил меня не брать, собираясь обойтись собой, Тейном, Гаррусом и, собственно, Мордином. Но, так как на корабле делать было нечего, а бухать с кроганами я зарёкся, пришлось мне проявить недюжинные таланты убеждения и превратить четвёрку в пятёрку.       Челнок высадил нас километрах в десяти от больницы (бывшей), находящейся под контролем клана Вейрлок. Рекс клялся, что засекать на подлёте нас нечему и некому, а Глассман клялся, что даже если и было кому и чему, то у них точно ничего не вышло. Несколько постов охраны мы спокойно обошли на своих двоих — как раз дул не особо сильный ветерок (нас даже не шатало, ну разве что Мордина), нёсший с собой привычные уже тучи песка и пыли, так что с нашим превосходством в электронике никто нас так и не засёк.       Больница была здоровой. Наверное, раньше, до всего этого дерьма, там могли одновременно лечить до тысячи кроганов, а сейчас всё, на что годилась эта каменная коробка — это организация перевалочного пункта, где можно было спрятаться от реальных бурь (таких, что даже кроганов уносят). Однако, Вейрлоки неслабо поработали над зданием, но зря они считали, что раз эта коробка находится в глубине их территории, то охрану особо серьёзную выставлять не надо. С другой стороны, большое количество кроганских рыл непременно привлекло бы к объекту внимание, так что возможно, что причиной малого количества постов была не экономия, а вполне себе адекватная секретность. В принципе, если бы разведчики Урднота не добрались почти до самого здания, хрен бы кто что узнал. Горбатые соратники Рекса потеряли тут одного своего, и ушли несолоно хлебавши, было это около двух недель тому.       По итогам получасового осмотра здания, свободного входа мы не нашли. Хорошо, что Тейн углядел куда ходят охранники с постов и заметил хорошо замаскированный вход в тоннель, по которому мы смогли без проблем добраться до здания. Этот ход, судя по всему, был техническим проходом для расположенной через стену ветки рельсового транспорта, не знаю, какого именно рельсового. Внутри почти ничего не осталось, только сгнившие обломки, напоминавшие что-то вроде вагона.       Через саму больницу мы пробирались тихо и медленно. Пассивные сканеры фиксировали до двух десятков кроганов внутри, так что в любой момент мы могли наткнуться на «местного жителя», что чревато вниманием его коллег и убийством нашего саларианца. Хотя если он тут правда пытается антигуманными методами вылечить генофаг, то профессор Солус его сам грохнет. Или это сделает кто-нибудь из нас, потому что «свалку», куда выбрасывали жертв эксперимента, мы нашли почти сразу.       Кроганы, несколько людей, две азари — непонятно зачем. Про наших-то Мордин объяснил, я и не подозревал, что наше генетическое разнообразие — явление достаточно уникальное. По крайней мере в таких масштабах. Ну и про выживаемость и приспособляемость людей тоже не стоит забывать.       Что ж, этой операцией мы наконец размочили счёт дошедших до перестрелок выходов — мы даже не выстрелили ни разу сегодня. Что не может не радовать — я ж не берсерк какой, и не адреналиновый наркоман. Ну может последнее самую малость, но недостаточно, чтобы желать драки хотя бы вполовину от того, как её жаждет Грант.       На втором этаже таки пришлось пострелять. Тейн вооружился огнестрелом — бесшумным стрелковым комплексом, разработанным специально для таких тайных операций, и бронебойными дозвуковыми пулями разнёс головы трём кроганам клана Вейрлок, таки попавшимся на нашем пути.       По дороге нам попались пара помещений, использовавшихся в качестве второстепенных лабораторий. Как пояснил Мордин, само собой. По его мнению, здесь изучались конкретные процессы и явления. Я, конечно, не дурак, но даже понятные мне термины, применяемые им, в сочетании с другими, звучали как полная ахинея. По лицу Шепарда было видно, что у него есть масса вопросов к профессору, но он держал их при себе, не желая выносить на общее обсуждение некоторые щепетильные вопросы. Вроде как Солус один из тех, кто модифицировал кроганский генофаг.       Временами встречались ещё останки экспериментов Вейрлока над другими кроганами и представителями иных рас. Гаррус отчётливо скрипел челюстью по связи, у меня всё сильнее и сильнее чесался палец на гашетке, Тейн что-то шептал себе под нос — молился, думаю. Мордин вслух комментировал свои раздумья по поводу цели и хода того или иного эксперимента, скупо (что характерно для малоэмоциональных саларианцев, плюс профессиональную деформацию старого врача) выражал сожаление о смерти. И жестокости экспериментов. Не думаю, что кроганы слишком уж сильно заморачивались на анестезии (в том числе и послеоперационной, я уж молчу про содержание), считая, что хорошо зафиксированный пациент в ней нуждается меньше, чем свободный.                     — Мелон, — констатировал факт профессор. — Живой. Невредимый, — затем, вполоборота к Шепарду, продолжил. — Не понимаю. Нет охраны пленника, нет средств принуждения.       — Профессор, — повернулся второй саларианец, — вы умны, но предпочитаете не замечать то, что идёт вразрез с вашими убеждениями.       — Не нужно никого спасать, — Солус не мог поверить в истину, искал другие варианты, лишь этим можно объяснить то, что мы, гораздо медленнее думающие люди, поняли всё первыми, что и озвучил Шепард. — Он здесь по своей воле. Разрабатывает лекарство от генофага.       В разговор я особо не вслушивался. Гаррус участвовал, в отличие от меня, вставлял временами свои едкие комментарии, ну да у него это не первый опыт общения с докторами, вышедшими далеко за рамки врачебной этики. Тейн контролировал подходы, держа своё мнение при себе, но не думаю, что он одобрял подходы Мелона.       Я же занимался куда более важным делом, чем болтология — внаглую прорывался через дефолтную защиту терминалов Мелона и закачивал все найденные данные на носитель. Как бы то ни было, информация есть информация, она не несёт никакого окраса, и только от пользователя зависит в каких целях она будет использована.       Как я уже сказал, разговор мне был неинтересен. Аргументы Мелона стары как мир, мне они не важны. Какой благой ни была бы его цель. Генофаг кроганов — вопрос не его компетенции, это раз, куда важнее морально-этическая сторона его экспериментов, это два, результаты экспериментов принадлежали бы самому радикальному и отмороженному клану кроганов, третий пункт. Так что даже если командир со стариком решат отпустить мразь живой, дальше меня он не пройдёт. И пусть Шепард потом хоть заотстраняет меня от высадок, оставляя на борту координатором, плевать. Некоторые грехи не заслуживают прощения, некоторые разумные не заслуживают второго шанса.       Когда я закончил копировать данные, наступила развязка этого фарса. Мелон, видимо, достаточно распалил себя своими речами и решил, что раз никто из нас не держит его на прицеле, а кое-кто спокойно ведёт беседу, то можно рискнуть и сделать глупость. Я вроде говорил про низкую эмоциональную чувствительность саларианцев? Это не касается стрессовых ситуаций. А профессор Солус стоял слишком близко к Мелону, и не растерял навыков, приобретённых в ГОР, или где он там… работал. Секунда — и пистолет уже в руке Мордина.       — Неприемлемые эксперименты. Неприемлемые цели. Уже ничего не изменить, другие варианты… неоптимальны. Прощайте, Мелон.       В челнок мы загрузились в пяти сотнях метров от больницы — буря разыгралась, так что можно было и понаглеть — и в полном молчании. Уже примостившись на откидном стуле, я протянул Мордину свой ОНД, на который и скинул (дистанционно, естественно) всю информацию по экспериментам его бывшего ученика.       — Док, возьмите. Всё что накопал этот «моралист», — повторять подвиги советника Спаратуса я не стал, выделив последнее слово голосом, а не воздушными кавычками. — Может где пригодится.       — Лаборатория уничтожена, — ответил Солус. И таки да, мы оставили пяток маленьких подарков, когда уходили, плюс активированная система самоуничтожения в самом… хм, кабинете. — Всё должно было остаться там.       — Не валяйте дурака, профессор, — возразил Шепард. — Эти данные можно и нужно использовать в благих целях. Чтобы те, кто погиб во время экспериментов, погибли не зря.       — Не слыхали про доктора Менгеле, док? — поинтересовался я. Мордин уставился на меня. — Был у нас один такой военврач во Вторую Мировую. Штопал раненых на фронте, за что заработал награды и повышение*, а через годик и ранение. А позже стал широко известен за чудовищные эксперименты на людях — мужчинах, женщинах, детях. А вот результаты его опытов не уничтожили, изучили, и с их помощью внесли значительный вклад в медицину того времени. Так и вы используйте данные Мелона, чтобы помочь кому-нибудь, уверен, вы найдёте в них, как именно.       * Таки да. «Добрый доктор» Йозеф получил «Железный Крест» первого класса и звание гауптштурмфюрера (службу нёс в войсках СС, пятая танковая дивизия «Викинг», сапёрный батальон) за спасение двух танкистов из горящего танка, был ранен в сорок втором, а уже в сорок третьем нёс службу в Освенциме.       Уговорили. Трофейная информация есть трофейная информация — никогда не знаешь, где пригодится.       

***

      Конечно, опыт экстренной отстыковки у Джокера уже был — когда мы драпали с Цитадели на Илос, а вот такая экстренная стыковка явно для него была внове. Если бы не полномочия Шепарда, хрен бы диспетчерские службы Нос Астры допустили бы пропуск половины стандартных процедур при посадке. Душка Келли позаботилась о транспорте, и наша старая четвёрка с биотической поддержкой в виде Миранды спешно загрузилась в транспорт и рванула по адресу.       Всё дело в том, что едва ретранслятор зашвырнул нас в систему Тазале, как с Иллиума пришла анонимка на имя Шепарда. Келли решилась просмотреть это сообщение, и с ним уже рванула к боссу, а тот поднял на ноги весь фрегат. Ну почти, отдыхающую смену не трогали. В сообщении говорилось о стрельбе в квартире Лиары и её исчезновении.       Т’Сони расположилась в сравнительно небольшой квартире в одной из жилых высоток. Когда мы туда прилетели, всё уже было оцеплено полицией. Азари у входа явно серьёзно напряглись, увидев нашу бронированную и вооружённую пятёрку, но босс тут же «помахал» допуском СпеКТРа, и спокойно прошёл внутрь.       — Ещё один СпеКТР? — на нас уставила тяжёлый взгляд ещё одна фиолетовая азари.       — Ещё один? — тут же поинтересовался босс.       — Шепард, не ждала тебя тут увидеть, — сверху спустилась ещё одна азари, но в броне классом в пару раз выше, нежели лёгкие костюмы полиции. Бордовые пятна на лице, уверенный, даже властный вид. — Тела Вазир, спецкорпус тактической разведки.       — Джон Шепард, — кивнул кэп, хотя его и так узнали. Мы четверо остались около прохода, пропустив копов — несмотря на горячие возражения старшего детектива, или как их тут зовут у азари, Вазир быстро избавилась от всех лишних. — Что нам известно?       — В вашу подругу стреляли, — Вазир указала на две ма-аленькие дырочки в окне. Сначала Окир, теперь Лиара. В моём доме никогда не будет окон во всю стену. — Но она умная девочка, хоть и немного параноидальная, раз поставила кинетический барьер такого размера и мощности, — Гаррус, собравшийся было искать дырки от пуль, покивал с умным видом и отстал от стен.       — Стреляли двадцать пять минут назад, около того, — азари сверилась с часами, — через четыре минуты Лиара покинула здание. Вопрос в том, что её задержало?       — Возможно оставила послание, — ответил босс. — Гаррус, осмотрим квартиру. Ищи любую подсказку. Миранда, присоединяйся.       Мы с Тали, как самые неискушённые в сыскном деле, остались сторожить вход.       — Кила, надеюсь, с Лиарой всё в порядке, — Тали потёрла ладонями плечи, будто замёрзла.       — Разумеется в порядке, — с видом «как ни в чём не бывало» хмыкнул я. – Прикончить кого-нибудь из нашей команды — весьма нетривиальная задача. Держу пари, она уже сидит на хвосте своего недоброжелателя.       — Есть кое-что! — воскликнул босс откуда-то с второго этажа. Вазир тут же метнулась наверх, через несколько минут все спустились на первый этаж и рванули обыскивать археологические объекты, коих тут было несколько штук.       — Шепард, я что-то нашёл! — на этот раз повезло Гаррусу. Мы уже все подошли к турианцу, аккуратно взламывавшему тумбу (или как этот предмет мебели называется) со стеклянной витриной наверху. Содрав боковую панель, Вакариан открыл ожидающим взглядам электронную начинку. — Похоже на резервный сервер.       — На основном ничего нет, — ответила Вазир на незаданный вопрос. Поколдовав полминуты над инструментроном, Тали воспроизвела последние записи на терминале Лиары.       — Что у тебя, Секат? — говор Лиары ни с чем не перепутать. Появившийся на экране саларианец, торчавший где-то на улице, оглянулся и ответил.       — Было непросто, но твои деньги отлично меня мотивировали. Я могу сузить область поиска до скопления, а то и до системы.       — Сколько тебе ещё нужно времени?       — Совсем чуть-чуть. Буду ждать тебя в офисе. «Бариа Фронтирс», торговый центр «Дрейкон». Должен сказать, Т’Сони, ты заставляешь меня нервничать. В насколько большие неприятности я влипаю, помогая тебе?       — Спокойно, Секат. Увидимся через пару часов.       — У нас есть место, — произнёс босс и развернулся в сторону выхода.       В аэробусе хватило место всем, даже подвинувшей меня азари, залезшей последней.       — Я с вами, — ответила Вазир на молчаливый вопрос кэпа.       — Не многовато ли двух СпеКТРов на помощь одной азари? — поинтересовался босс.       — В прошлый раз ты грохнул Сарена и спас Цитадель от гетов. Ни за что не прощу себе, если пропущу ещё одну серьёзную заварушку, — усмехнулась коллега босса.       

***

      — Твою мать нахрен! — проорал я, вышибая ногой заклинившую дверь аэробуса и вылезая из машины. Вот же ж босса переклинило — увидев грузовой аэрокар, с которого на крышу торгового центра выгружались наёмники, Шепард, особо не раздумывая, протаранил его в угол борта и кормы (со стороны борта). Транспорт наёмников, вертясь как кленовое семя и теряя оставшихся пассажиров, улетел прочь, а мы с некоторым трудом приземлились рядом с главным входом.       Сам торговый центр занимал около двадцати верхних этажей одной из высоток, офисы «Бариа Фронтирс» располагались на третьем. Откуда-то со второго этажа в нас тут же принялись палить короткими очередями, распугав гражданских*.       *Таки да. Взрыва тут нет, ибо это абсолютно нелогичный и даже кое-где вредный для самих наёмников ход.       — Миранда, барьер! — скомандовал Шепард. — Остальные — огонь на подавление!       — Шепард! — воскликнула Вазир. — Я обойду их сверху, попытаюсь найти Секата первой! — босс лишь мотнул головой, отрезая очередную очередь по вспышкам. Миранда, раскинув руки и поддерживая полусферический купол почти десяти метров в диаметре, шагала вперёд, а мы с командиром и Гаррусом то и дело выставляли оружие за его пределы, идя перед Лоусон, и обрататывали мерков короткими очередями.       — Входим! — скомандовал Шепард, когда мы добрались до дверей. Барьер исчез, мы влетели внутрь и замерли за укрытиями, осматривая холл через прицелы.       ***       Взгляд со стороны. Миранда Лоусон.       Признаться честно, на этапе формирования экипажа фрегата Миранда возражала против привлечения специалистов со стороны, отдавая предпочтение одному из нескольких отрядов спецназа «Цербера». Минусы позиции Призрака и плюсы своей команды бойцов на борту корабля даже перечислять не нужно было, всё понятно даже весьма далёкому от военного планирования человеку, но шефа ей переубедить не удалось.       Что ж, надо признать, что рекруты смогли приятно удивить оперативника Лоусон. Трое из них — Вакариан, Тали’Зора и Дубровский пользовались безоговорочным доверием Шепарда, при этом явно отвечая ему столь же сильной преданностью. Отслеживая же остальных новичков, Миранда отмечала, что с каждым днём они становятся всё более «людьми» Шепарда, а не «Цербера». Отражающие этот момент отчёты оставались без ответа, а с недавних пор Лоусон и сама далеко не столь безоговорочно доверяла своей организации и её шефу. Но об этом позже.       Что же касается боевых навыков, дело было чуть сложнее. В числе десантной группы и тех специалистов, которые числились в планируемых списках десанта практически на любой операции (а таковыми на данный момент были все, кроме доктора Солуса и Касуми) сложились три группы. Первая — теперь уже шестёрка головорезов Дубровского, в число которых с лёгкой руки Шепарда вошла эта бешеная сука Джек. Тут всё понятно — даже помешанная биотичка приняла правила игры и до поры до времени относительно соблюдала субординацию. Вторая группа — Шепард и троица его лейтенантов, здесь тоже пояснений не нужно. Старая, сработанная команда, разделяющая одни и те же идеалы и цели. В третью группу входили все остальные — Заид, Грант, Самара, Тейн, Джейкоб, да и сама Миранда, все те, кто тасуется из высадки в высадку.       Но, несмотря на кажущуюся слабость неслаженной толком команды, каждая высадка заканчивалась ошеломительным успехом, и факторов победы было, как всегда, множество. Первый — техническое превосходство. «Цербер» не скупился на снабжение корабля лучшими образцами оружия, защиты и технических средств. В этот список входит и EDI, единственный действующий на военном корабле ИИ в пределах пространства Цитадели (Миранда готова была выставить своё годовое жалование на то, что у каждой расы, у кого были представители в Совете, были свои проекты ИИ), непревзойдённый в кибервойне. Второй фактор — отличная разведка, а разведывательные и аналитические отделы «Цербера», кроме собственных источников, также получали большую часть тех данных, что имелись у разведупра Альянса. Там, как и во всех остальных министерствах земного государства, имелось немало сочувствующих делу «Цербера»… за определённую сумму кредитов, разумеется. Ведь даже идейных бойцов лучше премировать, поддерживая их желание и дальше трудиться на общее благо.       И третий фактор — возможно, непревзойдённые боевые навыки как минимум половины команды, и просто бешеная удача. Собственно, сейчас Миранде выпал достаточно редкий случай — понаблюдать за работой личной гвардии Шепарда в бою.       Шепард и Дубровский мягко шагали вперёд, стволы их винтовок ни на секунду не замирали в одном положении, то и дело нацеливаясь в те места, откуда, по мнению офицеров, могли появиться противники. За ними двигался Вакариан, вооружившийся снайперской винтовкой «Хищник», позади турианца — Тали, контролирующая сразу своего дрона и занимающаяся какими-то техническими проблемами. Сама Миранда шагала в самом тылу, прикрывая группу сзади и будучи готовой поддержать впереди идущих биотикой.       Первые наёмники встретились, когда группа поднималась на второй этаж. Сверху вышли двое противников, жизни коих скоропостижно оборвались всего через пару секунд. Затем Дубровский, рванувшись вперёд, с отскоком закинул гранату за угол, после взрыва оба штурмовика двинулись дальше.       На третьем этаже группе пришлось разделиться — коридор разветвлялся на два других, так что Шепард, видимо, по старой армейской привычке, жестами приказал двоим членам группы уйти вправо. Дубровский тут же, по-прежнему не отнимая приклад винтовки от плеча, двинулся в указанном направлении. Вакариан и Тали’Зора отправились вслед за капитаном, значит, Миранде не оставалось ничего иного, как идти за лейтенантом.       Первые метров двадцать они шагали, не обнаруживая врагов, когда EDI сообщила о противниках в помещении справа. Дубровский тут же вздел в воздух сжатый кулак, затем также молча приказал держать позицию. Убрав винтовку, штурмовик раскрыл дверь, забросил в помещение гранату и, дождавшись взрыва, метнулся следом… буквально через мгновение с силой протаранив своей спиной стену коридора. Полежав пару секунд, лейтенант повёл подбородком в сторону, вскочил и с фразой: — Ну, сейчас ты огребёшь! — вновь рванул внутрь, предварительно сорвав с поясного крепления дробовик. Несколько выстрелов, и меняющий оружие Дубровский, с комментарием: — Биотик, — продолжает движение. Вскоре EDI сообщила, что система видеонаблюдения вышла из строя.       Двойной коридор оканчивается большим холлом, и тут, наконец, появляются основные силы наёмников — начинается перестрелка тех с первой группой. Тут же лейтенант вжимает спуск винтовки и поливает врагов одной непрерывной длинной очередью. Правда, лишь после того, как Миранда подвесила Сингулярность, сбившую с ног половину из полутора десятка врагов.       Когда Шепард и Дубровский влетели в офис, где по плану должен был находиться Секат, всё уже было кончено — труп саларианца с явно видимыми следами пыток валялся на полу, а рядом, подперев подбородок рукой, стояла СпеКТР Вазир.       — Не успела, — огорчённо прокомментировала ситуацию Вазир.       — Дерьмово, — прокомментировал СпеКТРа Вакариан.       — У него что-нибудь есть? — поинтересовался Шепард.       — Если что и было, наёмники это уже забрали.       — EDI, сможешь что-нибудь выяснить? — капитан не терял надежды поймать след нужной информации.       — Не нужно ничего выяснять, — раздался голос откуда-то из-за спины. Обернувшись, Миранда увидела азари — Лиару — державшую СпеКТРа Вазир на прицеле. В тот же момент ещё три ствола уставились на Вазир — снова то самое безоговорочное доверие для своих.       

***

      Скулы сводило от злости. Терпеть ненавижу, когда нас обставляют, особенно когда при этом пытаются одного (ну или одну) из нас прихлопнуть. Оглянувшись в коридор (как замыкающий, контроль за тылом был за мной), я неожиданно для себя заметил приближающуюся Лиару.       — Что з… — Ли прервала мою реплику взмахом руки, кивнув вперёд и сняв с бедра пистолет.       — EDI, сможешь что-нибудь выяснить? — поинтересовался босс.       — Не нужно ничего выяснять, — ответила наша синяя, беря не нашу синюю на прицел. Мы с Гаррусом и Тали тут же поступили точно также. Не стоит недооценивать СпеКТРа.       — Лиара? — приподнял бровь Шепард на столь агрессивную реакцию подруги. Хотя он явно и сам прекрасно всё понял, тем не менее, разобраться прежде чем начинать палить зачастую весьма полезно.       — Это она стреляла в меня в моей квартире, — не отводя ствол пистолета Ли сделала подошла поближе к сопернице.       — Что-то зачастили предатели среди СпеКТРов, — прокомментировал ситуацию Гаррус.       — У вас был тяжелый день, я понимаю, и сделаю вид, что не услышала ваших слов. Теперь опустите оружие, будьте добры, — наивная какая.       — Ты всерьёз думаешь, что я не сделала записей? Ты у меня на крючке, СпеКТР, — торжествующе произнесла Лиара.       — Воспользоваться мной, чтобы упасть на след Лиаре. Умно, — прокомментировал Шепард. — Но опрометчиво. Не стоит считать противника глупее себя.       — Вы были слишком заманчивым вариантом, — приподняла плечо Вазир.       — Узнав, где меня искать, она дала сигнал наёмникам Серого Посредника. К счастью, они прибыли прямо перед вами, и не успели закончить свои дела, — сложила последние кусочки паззла Ли.       — Данные Секата, Вазир. Будь так добра, — протянул руку вперёд Шепард.       — Боюсь, мне невыгодно будет отдавать тебе эту информацию… чистокровная сука! — рявкнув последнюю фразу, Вазир каким-то биотическим приёмом жахнула в нас стеклом, перед которым стояла, одновременно биотической же волной сбивая прицел, несмотря на щит, выставленный Мирандой. В то же мгновение она, издевательски махнув ручкой, спрыгнула вниз.       — Глеб, Лиара, побег из госпиталя! — выкрикнул Шепард, бросаясь вслед за азари. Мгновенно вспомнив мою эпическую эвакуацию с цитадельской больницы, я следом за боссом максимально эффектно вылетел через проём, в полёте успев дать (как и командир) короткую очередь по убегающей азари.       Где-то на уровне первого этажа скорость падения резко замедлилась, так что мы вполне спокойно опустились на ноги и рванули было за Вазир, если бы не высыпавшая не вовремя очередная группа наёмников. Жалкие неудачники. Всех шестерых положили меньше чем за десять секунд — мы с боссом, метаясь из укрытия в укрытие, прижимали гадов огнём и сбивали понемногу щиты, пока остальные добивали врагов огнём сверху.       Зелёные полоски на медсканере чуть зашкалили за обычные значения, а на моём лице намертво застыла кривая ухмылка — я ведь люблю свою работу. Мы с Шепардом рванули дальше за Вазир, остальные чуть приотстали.       Выбежав на парковку на уровне первого этажа торгового центра, мы с боссом разделились — он рванул к ближайшему транспорту, а я дал длинную очередь по нашему аэрокару, который успешно угоняла Вазир. Тем временем остальные успели нагнать нас и загрузились в большой аэрокар, который успешно угонял Шепард. Последним залез я, будучи готовым стрелять из двери, если придётся.       Погоня шла весело. Гаррус, Тали и Лиара вполголоса матерились, пытаясь уместиться на заднем сиденье вместе с Мирандой. Конечно, это был не четырёхместный аэрокар, а модель большей пассажироподъёмности, но на четверых разумных в броне сзади конструкторы явно не рассчитывали.       Стёкла на этой модели, увы, не убирались, так что пришлось заняться вандализмом и самостоятельно сделать себе бойницу для стрельбы. Высунувшись по середину груди, я принялся отсекать короткие очереди в аэрокар Вазир, правда, стрелял редко — мы, в конце концов, в густонаселённом городе, а маневрировала эта сука активно. Да и Шепард не добавлял устойчивости нашему транспорту, огибая другие аэрокары, рекламные аэростаты и прочий воздушный мусор.       — Босс, блин, веди ровнее! — наконец не выдержал я. — Я никак её подбить не могу!       — Внутрь! — неожиданно рявкнул Шепард. Однако не успел я среагировать, как от мощного удара с другого борта аэрокара вылетел как пробка из бутылки шампанского.       «Твою мать нахрен!» — мелькнула непрошенная мысль, пока я долю секунды ещё фиксировал два сцепившихся аэрокара — наш, и тот, что своим бортом ударил наш.       ***       Взгляд со стороны. Джон Шепард.       — Дубровский! — крикнул капитан, на глазах которого товарищ с коротким матерком вылетел из транспорта. Аэрокар слева назойливо пытался столкнуть их куда-то вбок, так что Шепард, недолго думая, стянул с бедра «Палач» и высадил порцию металла вплоть до отстрела термозаряда в водителя.       — Дубровский! — вновь произнёс Шепард, вслушиваясь в эфир.       — Шепард, я… Боюсь… — севший голос Лиары не успел высказать до конца её мысль.       — Босс! Я жив. Пока что. Пришли Глассмана, как всё закончится. И с тебя запись.       С сердца будто камень упал. Наклонив голову, капитан вновь вывел мощность двигателей на полную, обходя очередное препятствие, когда вдруг словно какие-то из высших сил снизошли до из команды, послав просто дар небес — Вазир чуть не влетела в аэрокар, выскочивший из-за угла здания, за которое она пыталась свернуть, и ей не осталось ничего иного, нежели резко затормозить с одновременным подъёмом.       — Держитесь! — крикнул Шепард за пару секунд до того, как нос их транспорта с грохотом влетел в корму аэрокара Вазир.       ***       Приземление было неприятным, однако куда более приятным фактом было то, что я почувствовал оное приземление, и продолжаю ощущать.       — Дубровский! — оклик Шепарда в микродинамиках шлема.       — Босс! Я жив, — открыв, наконец глаза, я увидел над собой двух азари. Недовольных. Одна слегка поблескивала биотикой. — Пока что. Пришли Глассмана, как всё закончится. И с тебя запись.       А теперь пора разбираться с последствиями своего невольного десантирования. Не очень спеша демонстрирую обеим азари пустые руки — винтовка десантировалась, видимо, где-то неподалёку (и я буду не я, если ей ещё не сделали ноги), и так же неспешно снимаю шлем. Ноздри тут же начинают слегка подрагивать, обоняя запахи чего-то очень вкусного… Идущие откуда-то из-под меня. Оттолкнувшись локтями, сажусь, и оглядываюсь — позади каждой из кальмароголовых валяется по стулу, а я лежу в обломках ещё какой-то мебели… и в еде. Страшная догадка всплыла в моей голове, поселяясь сосущей пустотой где-то в районе солнечного сплетения.       — Я испортил вам романтический ужин, да? — надеюсь, что глядя на моё обескураженно-сочувствующее лицо, убивать меня не будут.       — А ты догадлив, человек, — тянет азари слева, на весьма приличном английском, кстати. Правая продолжает сверлить глазами.       — Дамы… Тьфу, уважаемые азари, искренне прошу прощения. Это не моя вина, наш аэрокар протаранили, пока мы преследовали одну чокнутую СП… спокойную донельзя преступницу.       — Охотник за головами? — спрашивает правая азари.       — Да не, она посерьёзней будет, — отрицательно качаю головой.       — Да не она, идиот, ты. Ты явно не из полиции, значит, наёмник.       — Почти угадали, уважаемая…       — Сала, — подсказывает правая.       — Уважаемая Сало*, — наконец поднимаюсь, подхожу к бордюру и присаживаюсь, заодно осматриваюсь — частично крытая терраса, через застеклённую стену — явно богатая квартира. Вот свезло так свезло, пролетел всего ничего. — Да, вроде как наёмник, работаю на… человека, который работает на Совет. Всё… ну, почти всё законно, по крайней мере, арестовывать нас точно не собираются.       *Нет, это не ошибка, это Дубровский тупит.       — Ну надо же, — теперь левая, присевшая на диванчик и скрестившая руки на груди… весьма такой внушительной, к слову. В отличие от подруги. — Так что нам теперь, тебя отпустить просто так?       — Было бы, конечно, неплохо, за мной вскорости челнок должен прибыть, но думаю, что вы потребуете компенсации, вот только… — оглядываюсь в сторону остатков стола и присматриваюсь к тому, что когда-то было ужином. — Блин. Могу только пиццы заказать и развлечь вас парой историй из моей бурной карьеры.       — Да мы и сами рассказать можем раз в десять больше тебя, — снова фыркает вторая.       — Ага, — скептически хмыкаю в стиле Шепарда. — И с рахни вы встречались тоже.       — Рахни? — удивляется Сало. — Чушь. Их всех уничтожили.       — Не всех, — таинственно улыбаюсь. А что, расписок с меня в тот раз никто не брал, так что могу и разгласить. Особенно если дамы, тьфу, азари то есть, воспримут это за обычную байку.       — Ладно. Заинтриговал. Заказывай и готовься рассказывать.       ***       Взгляд со стороны. Джон Шепард.       Вазир снова повезло — её аэрокар рухнул на крышу очередного небоскрёба, а транспорт под управлением капитана, получив повреждение носа и кучи систем авионики, едва не упал камнем вниз. После минуты упорной борьбы Шепарду удалось посадить машину рядом с останками аэрокара Вазир и продолжить преследование. След был явным — два охранных бота валялись в помещении, в которое вошли СПеКТр сотоварищи.       — Пожалуйста, пусть я выживу, — слышалось женское бормотание вперемешку с рыданиями откуда-то справа, — Пожалуйста, пусть я выживу. Я буду молиться каждый день. Я буду заниматься благотворительностью.       — Можешь начинать прямо сейчас, с молитвы, — произнёс Шепард в адрес ну очень легко одетой азари, прятавшейся за кроватью рядом с немного более одетым человеческим мужчиной. — Но сначала скажи, куда ушла азари в броне.       Оба гражданских как один указали в сторону одного из выходов. Пройдя немного по указанному маршруту, Шепард и Гаррус уставились на голопанель во всю стену, на которой транслировался чудовищно эротичный танец ещё одной азари.       — Что это за… гостиница? — немного неуверенно поинтересовался Вакариан.       — «Лазурь», — ответила Лиара, которой по профессии и полагалось знать всё. — Место роскошное и немного… экзотическое. Лазурью кое-где на Иллиуме называют одно из мест на теле азари.       — Судя по контексту твоего ответа и лёгкому смущению, мы попали в бордель, — констатировал Шепард.       — Ну… я бы не совсем так выразилась…       — Здесь оказывают интимные услуги клиентам? — как обычно отстранённо-холодно поинтересовалась на этот раз Миранда.       — Да.       — Значит, бордель.       СПеКТр-ренегат, к счастью, далеко уйти не успела, спасибо ботам-охранникам. Шепард, углядев этажом ниже прихрамывающую азари, просто и без затей перепрыгнул через бортик, оказавшись перед целью. И тут же мячиком отлетел в стену, будучи отброшенным биотическим ударом. Быстрее всех отреагировать на атаку Телы удалось Лиаре и Миранде — первая подвесила над соплеменницей Сингулярность, а вторая не пожалела Деформацию, что для цели окончилось весьма неприятно. Биотическое комбо сработало как всегда, громко и эффектно бахнув, и азари оказалась влепленной в ту же стену, что и Шепард, но с куда худшими последствиями.       — Надо было просто отдать нам информацию, — прокомментировал капитан, присаживаясь рядом с изрядно поломанной Вазир. — Хватит с меня одного убитого СПеКТРа. Просто арестовал бы тебя, и отправил на разборки к Совету.       Гаррус отошёл чуть в сторону, пытаясь с кем-то связаться. Тали отправилась с ним, Миранда подошла поближе к капитану — на всякий случай — а Ли принялась обшаривать СПеКТРа.       — В любом случае, кхарк, вам конец, — выдавила Вазир. — Серый наращивал влияние десятилетиями, даже дольше. Он сильнее всех, с кем вы сталкивались.       — Сильно сомневаюсь, что он сильнее «Властелина», — ответила Лиара, нащупав-таки нужный ОНД. — Данные у меня, можно идти.       — Что-то зачастили в последнее время СПеКТРы-предатели, — Шепард опустился на одно колено рядом с раненой азари, сканируя ту инструментроном.       — Уж кто бы го-кха-ворил, — ответила Вазир. — Как там на зарплате у Призрака?       — Наверное, неплохо, — пожал плечами Шепард. — Но мне он не платит. Враг моего врага — мой друг, слыхала такую пословицу? Вот только нередко после уничтожения второго врага, первый вновь перестаёт быть другом.       — Скорая вот-вот подойдёт, — заметил подошедший Гаррус. — А нам самое время убираться.       ***       Азари ржали. Не, я, конечно, рассказчик хороший, но не до такой же степени. Хотя над тем театром абсурда, в который превратилась высадка на Ферос, ржали все. Даже я посмеивался, хоть и был основным актёром, и режиссёром заодно.       — Ну вот, отползает Тали, задом вперёд, и приговаривает: «Зараза, зараза, зараза». И забрало платочком трёт так, что вот-вот дырку сделает.       Первой хоть немного проржалась Лати, подруга Салы.       — И чем всё кончилось?       — Успехом для команды и позором для меня, естественно, — оторвавшись от чая, ответил я. — Пока я под охраной Гарруса сходил с ума в лагере учёных, остальные с некоторым трудом, но всё же покончили с гетами, разобрались с проблемами колонистов, затем погрузили меня на «Нормандию», где я на следующий день пожинал плоды своей расслабленности и был звездой недели. Само собой, разобрались с гетами наши так спокойно лишь благодаря Тали. Её хакерские навыки — это просто нечто. А мы же работали только на отстрел платформ. Да и толпами большими они, к счастью, редко ходили. А чем гетов меньше — тем они тупее.       Неподалёку послышался знакомый гул импульсных двигателей «Кадьяка».       — Дамы, — для простоты я таки перешёл именно на это именование азари, — мой лимузин прибыл. С вами очень интересно, но вынужден вас покинуть. Ещё раз прошу прощения за испорченный ужин.       — Да ничего, — Лати вместе с подругой встала, провожая меня к зависшему в полуметре от бордюра челноку. — Можешь ещё как-нибудь упасть, посидим, поболтаем.       — Да я только за, — махаю рукой со шлемом. — Надеюсь, увидимся.       Запрыгиваю в «Кадьяк» и иду поближе к пилоту.       — Давай домой, Глассман. Босс с остальными уже там? Потерь нет?       — Всё в порядке, сэр. Пять минут — и мы на месте.       Ну и зашибись тогда. Что ж, в гостях хорошо, но дома тоже азари есть, хех.