Mass Effect 2. "Сквозь горизонт".

Боевой бумеранг не возвращается.

Народная австралийская мудрость.

      Гриссомская академия, через два дня после доставки Дэвида.       — Значит, они просто оставили парня, данные о нём, и ушли, — задумчиво проговорил майор Шрайк, глядя через стекло на медбокс, в котором врачи проводили МРТ пострадавшего парня.       — Если я не ошибаюсь, то именно это я произнесла пятнадцатью минутами ранее, — с лёгким сарказмом в голосе заметила лейтенант Сандерс.       — А, простите. Это так, мысли вслух. Вам ничего не показалось странным?       — Несколько военных привезли пострадавшего мальчика в место, где ему смогут помочь, — пожала плечами Сандерс. — Не вижу ничего удивительного.       — А вы не задумывались, зачем «Церберу» сдавать вам собственного подопытного? — спросила Уильямс, до того пристально (хоть и незаметно) следившая за ходом… беседы.       — Во-первых, не думаю, что все, кто состоит в «Цербере» — садисты и выродки. Во-вторых, если бы мне его привёз «Цербер», то среди них не было бы кварианки.       — Понятно, — вновь взял бразды правления ситуацией в свои руки майор. — Они не просили вас что-либо передать? Парню, или адмиралу Андерсону? Можете не говорить, что именно, достаточно самого факта.       — Нет. Какой смысл им что-то просить передать Дэвиду, если с ним они в любой момент могут встретиться? И если именно у него они запросили куда отправить мальчика? Не надо искать отсутствующую в тёмной комнате чёрную кошку, майор. Эти ребята, может, и сотрудничают с «Цербером», но они не с ними.       — Хорошо. А что… мистер Арчер? Как вы оцениваете его состояние?       — Кошмарное, — резко ответила Сандерс. — Если брать физические травмы, то самым опасным выглядит повреждение височных долей головного мозга. Судя по материалам, которые эти ребята доставили, учёные «Цербера» соединили мозг мальчика с ВИ именно через них, и он оставался подключенным более двух суток. Количество уничтоженных клеток просто запредельное. Мы делаем всё, что можем, но есть вероятность, что у него навсегда останутся… проблемы с восприятием визуальной и аудиоинформации. В плане психологической травмы… мы даже не знаем, с какой стороны браться за это. Мальчик аутист, а эти пытки… Да ещё продолжительный сенсорный шок невероятной мощи… — Кали покачала головой. — Травма может быть необратимой. И даже не думайте, что мы когда-либо допустим к нему ваших следователей, майор.       — Что вы, лейтенант, даже будь он в обычном для себя состоянии, вряд ли мы смогли бы что-нибудь у него выведать. Да и нам это не нужно. Тех данных, что мы уже получили, вполне достаточно. Что ж, благодарю вас за сотрудничество.       Чуть позже, в одном из коридоров станции.       — Да. Многое бы отдал за то, чтобы взглянуть в те материалы, что Шепард передаст Андерсону, — вполголоса произнёс в сторону подчинённой Шрайк. — А уж за то, чтобы самому побывать на том комплексе…       Уильямс молча шла рядом.       — А вы, лейтенант? Что на этот раз думаете? Дайте-ка угадаю — Шепард работает на «Цербер», который творит такие жуткие эксперименты, а значит, тоже виновен?       — Нет, сэр. Тут всё понятно. К тому же, в комплексе Шепарда, как мы знаем, не было — он в это время устроил перестрелку на Иллиуме, а раздваиваться он не умеет. Похоже, что зачисткой там руководил Дубровский со своими головорезами.       — Да. А ваш бывший коллега — тот ещё моралист, надо сказать, так что нет ничего удивительного в том, что он пристрелил доктора Арчера. Да, жаль, что мы в своё время упустили возможность завербовать лейтенанта. РУАС он бы пригодился.       — Не думаю, сэр, что он в тот момент согласился бы.       — Тоже верно. Нам уже известно, что он принимал участие в эвакуации Шепарда и передаче его «Церберу», а значит знал, что его командир жив и, возможно, позже тому понадобится его помощь. Значит, если бы не было этой неприятной истории с увольнением, он ушёл бы сам. Так или иначе, надеюсь, что польза Призраку от группы Шепарда пока что превышает вред, ими же нанесённый.       — Вы всерьёз думаете, что они действительно действуют против него?       — Они действуют не против него, они действуют в своих интересах, — ответил Шрайк, выходя в стыковочный отсек и направляясь к своему транспорту. — У них есть цель, и они используют все средства для её достижения, но при этом не думаю, что они доверяют Призраку и не готовы к удару с его стороны. А когда тот сочтёт, что Шепард и его люди ему больше не нужны, нам останется лишь открыть перед ними дверь и приглашающе махнуть рукой.       — Думаете, они вернутся, сэр? — спросила Эшли, садясь в челнок. — После всего, что они сделали? То, что они до сих пор не атаковали ни одну базу Альянса не значит, что они не сделают этого позже.       — Уильямс, пора вам выветривать из вашей головы это солдафонство, я учу вас мыслить гибко, исходя из логики и фактов. Все действия, которые совершают Шепард и команда, они совершают в интересах защиты человечества. И то, что думают некоторые особо узколобые генералы или адмиралы, не должно забивать вам мозги.       

***

      — … отдали парня и смылись подальше, пока за нами военных не прислали, — закончил я полный пересказ событий Шепарду, сидя в кресле кафешки на Омеге. Да, были тут и тихие, спокойные места — в контролируемых самыми сильными группировками районах, само собой. И просто так сюда не пропускали.       — Следовало ожидать, что этика и мораль никогда не будут решающей стороной таких организаций, — пожал плечами босс. — Держу пари, что у любого государства в галактике есть подобные лаборатории, где творятся не меньшие зверства.       — Что сказал Призрак по поводу операции? — спросил Гаррус.       — Недоволен. Проект больше не выдаст никакого результата, тем более, после смерти Арчера-старшего.       — Пусть в жопу засунет себе своё недовольство, — тут же завёлся я. — У нас перед глазами уже два человека, прошедших через такой ад, по сравнению с которым те церберовские исследования времён погони за Сареном — цветочки.       — Сейчас мы ему нужны, и Призрак не станет предпринимать никаких активных действий, — заметила Миранда. — Однако, он обязательно воспользуется теми данными, которые получил во время нашей операции, и попытается использовать против нас. Призрак любит держать всё под контролем, и будьте уверены, лейтенант, всех нас пристально изучают аналитики, подготавливающие рекомендации для штурмовых групп, которые рано или поздно пошлют за нами.       — На каждую их тактическую хитрость мы ответим непредсказуемой глупостью, — ответил я. — Мы тут тоже не пальцем деланые. Может все вместе мы и не тянем на лучшую команду в галактике, но хер он побьёт все наши козыри.       — Лично меня больше беспокоит другая проблема, — вступила в разговор Тали.       — Поделись, — предложил Гаррус.       — Искусственный интеллект, — чуть склонила голову кварианка.       — Ему вообще-то имя дали, — «обиделся» вместо EDI я. — И что тебя теперь не устраивает?       — Кроме самого факта наличия действующего и полноценного ИИ, не только нарушающего законы пространства Цитадели, но и угрожающего повторить восстание гетов? — иронически спросила Тали. — Тот факт, что она развивается. И делает это очень быстро.       — Саморазвитие — одна из основных её целей, — прокомментировала Лоусон. — Нам не нужен сверхразвитый ВИ, нам нужен интеллект, эффективно справляющийся с кибервойной и оказывающий помощь на операциях.       — Я бы рассказала, с какими целями мы когда-то создавали гетов, и что из этого вышло, но убедить уничтожить ИИ всё равно не смогу, — продолжала гнуть свою линию кварианка, — но сейчас речь не об этом. Я лишь обращаю ваше внимание на темпы её развития и необходимость контроля.       — «Её»? — переспросил Шепард. — Ого. Похоже, лёд стронулся, раз уж она теперь не «это».       — Я не это имела в виду… — запротестовала было Тали, но была вежливо перебита.       — Я понимаю твоё беспокойство, Тали, — продолжил босс. — Поэтому и дал тебе полный доступ к её системе безопасности. И, как я помню, ты нашла «предохранители» весьма надёжными.       — Я знаю, — кивнула кварианка. — Но не могу не опасаться.       — Поверь на слово, — тут уже вступил я. — Мы все, несмотря на то, как относимся к EDI, также не собираемся отбрасывать бдительность.       

***

      — Прагия? Да они вообще е…       — Прагия? — переспрашивает проходившая мимо Тали. — Мы что, отправляемся на Прагию?       — Нет, не все, — отвечает кварианке босс. Затем поворачивается ко мне. — Да, та самая печально известная Прагия.       Джек таки нашла в «Церберовских» файлах данные о месте, где прошло её сознательное детство. Конечно, я уверен, что она нашла эту информацию только потому, что Миранда позволила её найти, а также то, что никакой другой действительно важной информации она не коснулась. И мне категорически не нравилась идея лететь на местный вариант Пирра — да, я читал классику фантастики двадцатого века. Хорошо хоть что сила тяжести на ней была не двукратная, а наоборот, на одну десятую меньше, чем на Земле.       С Нулевой разговор мы вели на второй палубе, рядом с люком, который вёл в её трюмное убежище. Потому Тали нас и выцепила — из отсека ядра до этого места идти было ровно три шага.       — Ну, думаю, что эти данные ты перепроверила не раз, так что спрашивать о точности смысла нет, — я почесал затылок. — Ладно. Прагия так Прагия. С Тучанки мы прихватили пару огнемётов, надо будет вооружиться. Большой командой идти смысла нет, достаточно пятерых, даже если там кто-нибудь засел. Подговорю Гранта, думаю, он не откажется прогуляться по зелёной версии своей родины… хм, он же из бака. Ну да ладно. Добавим Гарруса, а то он последнее время всё время торчит в терминале, надо ему отвлечься от этих поисков. И Судзуки на всякий случай — вдруг что взломать придётся, а мы без хакера.       — Хорошо, — кивнул Шепард. — Остальных твоих бойцов я возьму с собой, а вы отправитесь на «Сайбере» *. У вас двое суток на всё про всё.       *Тот самый вспомогательный крейсер из прошлой главы.       — Спасибо, Шепард, — явно с усилием выдавила из себя Джек.       — Не за что, — снова кивнул босс. — Разберись со своими демонами и возвращайся. Самые жаркие события ещё впереди.       

***

      Менее чем через полсуток челнок с уже привычным Глассманом за штурвалом продирался через забитые спорами облака Прагии. На планете всё было как всегда — растительная жизнь, мутировавшая по лучшим заветам сценаристов триллеров и фильмов ужаса, пожирала всё, включая себя, и лишь немногие места на планете служили пристанищами контрабандистов, пиратов и прочих нелицеприятных типов. В том числе и церберовцев.       — Лейтенант! — Глассман окликнул меня как раз в тот момент, когда я поправлял кармашки с термозарядами на поясе. Добравшись до кабины пилота, я уставился в голоэкраны, заменявшие здесь стёкла иллюминаторов.       — В чём дело?       — Комплекс активен, — ответил пилот, занимаясь параллельно приборами. — Есть теплоизлучение, следы деятельности, да и здание недавно очищалось от растительности.       — Масштабы?       — Не настолько серьёзные, как стоило бы ожидать для такого строения. Похоже, там сравнительно небольшая по численности группа «гостей», вероятно, мародёры. Или пираты устроили тут базу.       — Проверим, — кивнул я. — Народ, — повернулся к группе. — Готовьтесь, возможно придётся пострелять.       На крыше, одновременно являющейся посадочной площадкой, приткнулись два грузовых челнока «Арктарис». Турианское производство, очень распространённая модель в галактике, как в пространстве Цитадели, так и за его пределами. Сенсоры показали отсутствие охраны наверху, так что спокойно выгрузившись из «Кадьяка», мы вошли через основной вход, пока Глассман уходил на низкую орбиту под системой маскировки.       — Как ощущения? — спросил я Джек, когда мы попали в грязные коридоры давно заброшенного комплекса.       — Нервничаю, — огрызнулась биотик. — Неужто не понятно?       — Это-то как раз ясно. Стоять, — я поднял кулак вверх, уловив движение впереди. Навстречу ползла толстенная, сантиметров тридцать диаметром, лиана (ну или не лиана, я не ботаник), на конце которой покачивался зубастый бутон. — Грант!       С довольным рычанием кроган вышел вперёд и выпустил струю пламени из огнемёта. Быстрогорящая смесь полностью выгорела уже секунд через пять, но и от явно плотоядной травы немного осталось. Пройдя дальше мы заметили пролом, через который и забралась эта лиана — и ещё несколько. Вспышка огнемёта, и «щупальца» с зубами оказались отрезаны от основного тела растения.       — В общем-то, на такой планете я бы тоже нервничал, — продолжил разговор я, когда мы минули дымящиеся останки в проломе. — Хотя тебе явно не из-за этого не по себе.       — Да что бы ты понимал, — снова огрызнулась Джек.       — Достаточно понимать, что ты не одна здесь, — вступил Гаррус. — На твоих друзей мы, может быть, и не потянем, но мы в одной команде.       — Это чё, типа, психологический тренинг такой? — сыронизировала Зеро.       — Типа тренинг, — согласно кивнул Вакариан.       Что-то пробурчав под нос, Джек двинулась дальше. Мы за ней.       Комплекс был явно давно заброшен, интерьер выглядел как задник для хорошего такого триллера или фильма ужасов, но кое-где встречались недавние следы деятельности разумных существ. А пара пустых ящиков с маркировкой «Кровавой стаи» не оставили сомнений в личности гостей.       — Блин, надо было всю группу брать, — пробормотал я, догоняя Джек и пристраиваясь сбоку от неё. В моём личном списке самых «неудобных» противников эти наёмники давно уже занимают почётное третье место. После Специального интервенционного подразделения батарианцев и толп хасков соответственно.       На верхнем этаже из четырех присутствующих ничего ценного или интересного мы так и не нашли — Джек бродила туда-сюда, но так и не узнала ни одного места или предмета. Собравшись, мы двинулись на третий этаж. А вот тут уже было поинтереснее.       — Помню это место, — мы были в большом помещении, в центре — толстый стеклянный пол, под ним находилось что-то вроде арены. Сверху вокруг — места для наблюдения, дальше рабочие места учёных. Ну, точнее то, что от них осталось. Джек присела около границы арены, вглядываясь вниз. — Тут они устраивали бои. Выпускали меня против других детей. Мне нравилось — хоть какое-то разнообразие после клетки.       Глаза Джек были скрыты за визором, по спокойному её голосу эмоции было не разобрать. Что ж, пока что контроль над собой она держала замечательно.       — Как часто это происходило? — поинтересовался Гаррус.       — Не знаю. Сколько помню, они время от времени накачивали меня разной наркотой и заставляли драться. Или без наркоты. Со всем этим трудновато следить за временем.       — Ты убивала других детей? — уже осторожнее спросив турианец.       — Сам-то как думаешь? — фыркнула Джек. — Я была ребёнком, меня накачивали наркотой и наказывали за непослушание, за колебания.       — Что вообще было в головах у этих людей? — уж не знаю, это Судзуки задал риторический вопрос, или всё же поинтересовался с целью получить ответ?       — Ниндзя, блин, ты забыл уже доброго доктора Арчера? — теперь фыркнул я. — Некоторые учёные забывают про мораль и этику в своих экспериментах. Их и людьми-то уже не назовёшь.       — Ты знаешь, какой была цель этих боёв? — наш детектив продолжал выяснять подробности дней давно минувших.       — Да откуда? Может и не было цели, может их просто вштыривало от этого. Ладно, хватит тут торчать. Пошли дальше.       Следующие помещения были разгромлены уже куда основательнее. Не знаю, это природа этой сумасшедшей планеты постаралась, или кто иной? А вот на спуске на второй этаж мы повстречали первого противника.       Здоровый кроган в серо-алой броне спокойно топал наверх. Ему и не повезло первым сегодня попасть под ну очень горячую руку Джек. Биотичка со злости жахнула его «Броском» о стену так, что он пробил оную стену насквозь и застрял в ней, а строили комплекс церберовцы основательно. Услышав невнятный рёв и команды по ту сторону от пробитой кроганом стены я, понимая, что дальше палиться уже некуда, добил подранка длинной очередью из восемьдесят второго. Учитывая, что кинетический барьер сдох (биотический удар Джек выжег излучатели), её вполне хватило.       Коридор впереди расходился в стороны, затем оба поворота выводили в один зал. Несколько мгновений — и мы уже попрятались по укрытиям (я ведь уже говорил о призрачности этой защиты?..), держа «Стаю» под прицелами. Как, впрочем, и они нас.       — Сколько раз я говорил: «Кагхар, будь осторожней, смотри по сторонам», — спокойно произнёс, по-видимому, главарь этой группы. — Так нет, вечно суёт свою морду куда попало. Эй, люди, даже не знаю — прибить вас за этого придурка, или поблагодарить?..       — И не говори, — отозвался я, держа другого крогана на прицеле. — Иной раз эти подчинённые так до[Censored], что хоть стой, хоть падай. Ты им приказываешь занять позицию, а они идут в обход, и собирают на себя всех врагов, отправляя весь тщательно разработанный план варрену под хвост.       — А это самовольство! — поддержал меня здоровяк. Говорили только мы, наши «сопровождающие» не вмешивались. — Ну вот какого они постоянно норовят прибить половину пленных? И ведь не идиоты, знают, что чем больше продадим, тем больше выручки, и тем лучше пушки они смогут закупить. Вот где у них мозги, а?       — Да ладно, не будь столь суровым, — абсурдность ситуации и этого разговора заставляла меня продолжать, вместо того, чтобы положить этих бойцов и продолжить продвигаться. — Как будто мы с тобой меньше проблем начальству доставляем. Я вот, пару лет назад, вообще запорол серьёзную войсковую операцию, помножив на ноль захваченных пленных, только чтобы вытащить свой взвод.       — Да достали уже базарить! — неожиданно рявкнула Джек, одновременно пустив биотическую волну такой мощи, какой я никогда ещё не видел.       — Твою мать, Джек! — воскликнул я спустя десяток секунд, когда убедился в отсутствии признаков жизни со стороны «Стаи». — Я уже почти договорился, нахера было их гасить?       — Задолбали! — рявкнула биотик. — Мы сюда пришли чтоб [Censored] всё к [Censored], а не болтать с ними!       — Вот никакого дипломатического такта, — сокрушённо покачав головой, я подошёл поближе к уставшему от подчинённых крогану — тот был ещё жив. Произнеся что-то типа: «Вот что я говорил!», тот вроде как засмеялся. Нет, прибить такого парня у меня рука не поднимется.       — Там ваши челноки, — я кивнул назад. — Если успеешь доползти до того, как мы вернёмся, считай, что тебе повезло.       Забегая вперёд — ни крогана, ни челнока я на обратном пути не видел.       «Клетка» Джек находилась на самом первом этаже, хотя сейчас он уже являлся подвалом — за прошедшие годы, видимо, к зданию нанесло кучу мусора и почвы. А вот посетителя мы тут встретить не ожидали.       — Ты ещё что за хрен? — Джек наставила ствол пистолета на какого-то замученно выглядящего парня.       — Похоже, сегодня не только у нас экскурсия по памятным местам, — заметил Гаррус.       — Я Ареш, и вы вторглись в мой дом, — немного индифферентно заметил посетитель, затем повнимательнее уставился на Джек. — А тебя я знаю. Ты подопытная Ноль.       — Че… — Джек удивилась, но парень словно не заметил её, продолжая говорить.       — Прошло столько лет, я не думал, что выжил кто-то ещё отсюда.       — Я — Джек! — со злобой произнесла… хм, Джек. — Откуда ТЫ меня знаешь?       — Твое лицо всем нам было известно. Они творили всякие ужасы с нами, чтобы не повредить тебе. Ты — вопрос. И я всё ещё ищу ответ.       — Он нахрен спятил, — авторитетно заявил я. Джек зыркнула на меня, и я про себя порадовался, что убивать взглядом её тут не научили.       — Зачем ты сюда вернулся? — Гаррус вновь принялся докапываться до истины. — На твоём месте я бы улетел так далеко отсюда, как только можно.       — Я уже давно тут, — ответил Ареш. — Восстанавливаю всё, шаг за шагом. Я хочу узнать то, что знали они — как раскрыть биотический потенциал людей. Я вновь открываю лабораторию «Телчин»! Это будет прекрасно!       — Точно. Он нахрен спятил, — «подтвердил» мои мысли Судзуки.       — Я собралась спалить тут всё дотла, а ты, сволочь, хочешь начать всё сначала? — Джек была скорее разозлена, нежели удивлена или расстроена.       — У меня вопрос, — поднял руку Грант. — А как ты-то сбежал отсюда?       — Мы напали на охрану, когда нас вели в лабораторию, — всё так же отстранённо ответил Ареш. — Они бы нас, конечно, остановили, но тут Джек вырвалась на свободу. Когда я пришёл в себя, всё было конечно. Охранники, учёные, дети — все были мертвы. А ты, — он посмотрел на Джек, — исчезла.       — Псих, но не слабак, — подытожил Грант. — Ну, по крайней мере тогда.       — Я положила конец этому аду тогда, — сквозь зубы выдавила Джек, — и собираюсь стереть последние следы этого поганого места.       — Неужели ты так хочешь обесценить всё, через что мы прошли? — точно неадекват.       — Ладно, пора с этим заканчивать, — я поднял пистолет. Наведя его на лоб Ареша. С недавних пор тех, кто ставит такого рода опыты на людях (тем более — на детях) я предпочитаю кончать на месте.       — Стой! — Джек отбила мою руку в сторону, пуля пролетела совсем рядом с Арешем, упавшим на пол и сжавшимся от страха.       — Ты чего творишь? — я поражённо уставился на Зеро.       — Посмотри на это ничтожество, — Джек кивнула на свернувшегося в клубок и хнычущего от страха психа. — Он сбежал отсюда, но его разум остался здесь. Он жалок. Я не такая. Они не смогли сломать меня. И я сама решаю свою судьбу, и сама разбираюсь со своими врагами.       — Свали отсюда, — Джек слегка пнула Ареша. — Ещё успеешь добраться до челноков. И даже не думай о проекте больше. Никогда.       — С-спасибо. Я постараюсь. Держи, — бывший подопытный протянул нашей татуированной берсеркерше ОНД. — Всё, что я узнал о проекте. Несколько обрывков записей, найденных уже здесь, — Ареш исчез в проходе.       — Я осмотрюсь здесь, — негромко заметила Джек, оглядывая окружение. — Не ходите за мной.       Понимаю. Это перед Шепардом она могла раскрыться, показать свои слабые места — боссу она доверяет куда больше, чем кому-либо ещё на корабле. Не удивлён, у командира чудовищная харизма, да и с Джек он частенько разговаривал. Иногда кажется, что весь «световой» день он проводит в разговорах с командой. А я пока установлю заряд — Шепард не пожалел выделить ещё один ядерный фугас, слабенький — всего килотонну, но всё же.       

***

      Взгляд со стороны. Подопытная Ноль.       Всё было не так. Совсем не так, как она ожидала. Джек ждала, что посещение этого ада вызовет у неё желание лично сжечь там всё дотла, воспользовавшись своей биотикой и кроганскими огнемётами, но вместо этого она расклеилась как сопливая девчонка, да ещё и отпустила живым этого придурка Ареша… Мало того отпустила, ещё и не дала прикончить его Дубу! На секунду вынырнув из раздумий, Джек уставилась на командира, сидевшего в челноке напротив и нарезавшего боевым ножом колбасу, стыренную откуда-то из припасов «Кровавой стаи». Дуб спокойно ел добычу и пырился на неё. Остальные трое тусовались в стороне.       — Чё пялишься? — привычно агрессивно ощетинилась Джек. Помолчав немного, командир всё же ответил.       — Знаешь… Когда мы только летели за тобой, я всеми силами пытался отговорить Шепарда принимать тебя на борт «Нормандии», — неожиданно издалека начал Дубровский. — Я читал твоё досье. Из него складывалось однозначное впечатление — ты абсолютно неуправляемая псих-маньячка с садистскими наклонностями. Я считал, что такому человеку не место на нашем корабле. Что рано или поздно ты слетишь с катушек, и нам придётся тебя прикончить. Что необходимость контроля за тобой перевесит все плюсы от твоих способностей в бою.       — И чё, меня должно это волновать? — глухая, спокойная обида заняла привычное место где-то в районе лёгких. Легко ему судить.       — Сегодня ты меня удивила, — указующе наставил нож на неё Дубровский. — Ты настояла на том, чтобы отпустить этого урода. Ты доказала, что я ошибся на твой счёт, проявив милосердие в отношении человека, решившего восстановить твой персональный кошмар. Говоря честно, я бы на твоём месте ни за что так не поступил, я бы вышиб ему мозги, а затем нажрался до поросячьего визга. И знаешь, что это означает?       — Просвети, — сквозь сжатые зубы выдавила Джек.       — Два варианта. Либо даже церберовские палачи, и твоё окружение в последующие годы не смогли вытравить доброту и временами неуместную тягу к альтруизму, погребённые где-то в глубинах твоей обожжённой души. Либо Шепард даже такую обозлённую на весь свет социопатку и безжалостную убийцу способен заставить делать добрые поступки. И знаешь, я всё-таки склоняюсь ко второму варианту. Так или иначе, приношу свои извинения, и говорю: добро пожаловать в нашу тёплую компанию альтруистов-суицидников, — после чего, отложив остатки колбасы в сторону, Дуб протянул собеседнице правую ладонь.       — Я ещё не решила, стоит ли отправляться за вами в бездну, — предупредила Джек, но руку всё же пожала.       — Не ври, решила, — ответил Дуб. Затем отрезал кусок от трофея и протянул собеседнице. — Колбаски?       — Ты хоть знаешь, из чего она сделана? — приняла еду Джек.       — Нет, и тебе не советую, — ответил командир. — Однако, у нас осталось одно неоконченное дело на этой планете, — после чего он помахал пальцами над невидимой другим виртуальной панелью инструментрона, на что аналогичное устройство Джек ответило писком принятого сообщения. Развернув экран, Зеро увидела улыбающуюся и подпрыгивающую на нарисованных ножках красную кнопку, размахивающую транспарантом с надписью: «Нажми меня».       — Наслаждайся, — с улыбкой откинулся на скамье Дуб. — Это твой день, твоё самое ненавидимое место и твоя килотонна.       Джек, ощущая на лице холодную усмешку, ткнула пальцем в голографическую кнопку.       

***

      Когда ссорятся две дамы — лучше не встревать. Когда ссорятся два ну очень сильных биотика — лучше спрятаться в бункер. К сожалению, я нарушил оба этих совета, попытавшись вмешаться в потасовку Миранды и Джек на следующий день после нашего прилёта на «Минитмен» с Прагии. И сейчас, три дня спустя, плечо, которым я влетел в переборку, всё ещё побаливало. А Джек по-прежнему демонстрировала холодную, независимую, но тем не менее обиженную женщину. Почему обиженную? Потому, что я, за нападение на своего командира (то есть меня) настолько загрузил её тренировками, что она взвыла. Но взбрыкнуть не попыталась, что меня, конечно, удивило.       Вся суть конфликта между дамами заключалась в том ОНД, который Джек передал тот психованный. Откровения ведущего учёного проекта, которого Ноль при побеге размазала тонким слоем по стене. Если верить уроду, Призрак не имел точных данных о том, что происходило в «Телчин». Не особо оно его оправдывает, с моей точки зрения. Да и не верится, что такой любитель держать руку на пульсе любой ситуации не знал, как именно его вивисекторы «повышают биотический потенциал человечества». А тут ещё и Миранда зачем-то добралась до логова Джек, уж не знаю, что ей там понадобилось. Ну, наказывать старпома в мои полномочия не входит (а длительное воздержание подсказывает немного весёлые варианты, хе-хе), так что с ней пусть Шепард разбирается. Что касается Джек — я ещё после корабля Коллекционеров планировал устроить ей усиленные тренировки в невесомости…       Так или иначе, долго отдохнуть нам всем не вышло. Четвёртый день после Прагии — «Нормандия» на всех парах несётся в систему Торн, что находится в скоплении Эта Хокинга. Если конкретней — нам нужна планета Мнемозина. Если ещё конкретнее, то мы направляемся к убитому около тридцати семи миллионов лет назад Жнецу, болтающемуся на орбите газового гиганта. Тридцать семь миллионов, подумать только. У нас на земле царил палеоген, млекопитающие только-только начали развиваться, а Жнецы в это время уже чистили галактику. Кстати, легко подсчитать, что с тех пор прошло около семисот пятидесяти циклов (около потому, что наверняка кальмары не ограничивают себя в 50000, а могут прилететь пораньше или немного позже). А сколько циклов было до того, как этого гада прикончили*?       *Перерасчёт, однако. Как известно из МЕ-вики, Левиафан Диса, мёртвый Жнец, найденный батарианцами в 2163-м году, пролежал около миллиарда (sic!) лет, соответственно, получаем не много ни мало, а двадцать тысяч циклов. Соответственно, в каждом цикле добавлялся минимум один Жнец (наверняка чаще больше одного), минус потери, итого цифры всё равно впечатляют.       — Это безумие какое-то, — покачал головой Гаррус. — Но иного выхода, похоже, нет.       Мы как раз проводили брифинг в комнате отдыха на правом борту.       — А мы хоть знаем, что и где искать? — поинтересовался я.       — Перед обрывом связи исследовательская группа подтвердила обнаружение модуля системы «свой-чужой», — ответила Миранда.       — Где его искать и как он выглядит? — на этот раз вопрос задала Тали.       — Это нам придётся выяснить самим, — вступил Шепард. — После высадки обыскиваем все терминалы и инструментроны, все данные отправляем EDI. Она найдёт нужный объект.       — Поверить не могу, — теперь уже я покачал головой. — Такая же скотина свела с ума Сарена, а теперь мы сами суёмся в утробу твари.       — Сарен контактировал со Жнецом гораздо дольше, — вновь ответила Миранда. — К тому же Жнец, к которому мы направляемся, мёртв.       — Ага, а ваши люди сами себя перебили, — с толикой ехидства заметил Гаррус.       — Может они случайно активировали какую-то систему безопасности? — предположила Тали.       — Что бы их ни убило, теперь с этим придётся столкнуться нам, — подытожил Шепард. - Поэтому идём все кроме Касуми. Доктор Солус?       — Разумеется с вами. Не прощу себе если не взгляну на Жнеца изнутри. Невероятный опыт.       — Хорошо. Глеб, твой отряд остаётся на корабле — пусть сидят в полной готовности вытащить нас изнутри если что-то пойдёт не так. Джек это не касается. Вооружаемся до зубов, дамы, господа и азари. Разделимся на три четвёрки, интервал движения — не больше десяти метров. Первая группа — Глеб, Грант, Заид и Джек. Вторая группа — я, Миранда, Тали и Тейн. Третья — Вакариан, Самара, Мордин и Джейкоб. Вопросы по составу или снаряжению?       — Босс, — тут же поднял руку я. — Бомбу берём? — разумеется, Шепард понял, о какой бомбе я веду речь.       — Добровольцем вызываешься? — задал встречный вопрос капитан.       — А то ж.       — Постойте. Вы действительно собираетесь уничтожить Жнеца? — удивилась Миранда. — Вы разве не понимаете, какой научной ценностью он обладает?       — Это ты, старпом, не понимаешь, какую опасность он несёт, — ответил я. — Мы уже сталкивались с одержимыми Жнецом. Больше не хотим.       — Глеб прав, — заметил Шепард. — Даже мёртвый Жнец является угрозой. Думаю, на нём мы обнаружим тому ещё доказательства. В любом случае, бомбу мы захватим, применять же её или вернуть обратно — решу по дороге.       

***

      Гетский малый корабль-разведчик, состыковавшийся со Жнецом в противоположной от нас зоне, мы трогать не стали. Много синтетиков в него не входит, конечно, но всегда лучше оставить ненужному сейчас врагу путь для отступления, нежели заставлять стоять насмерть. А грохнуть их вместе с кораблем Джокер всегда успеет.       Оба челнока быстро влетели в большой шлюз, который церберовцы пристроили к одной из пробоин в корпусе Жнеца, и мгновенно замерли на высоте полуметра, выпуская из себя дюжину разумных, тут же рассредоточившихся по всему помещению. Не успели мы добежать до выхода, как транспорты развернулись и, дав газу, рванули подальше. Не могу их винить, мне тоже было стрёмно лезть в мёртвую тварь.       Пару минут нам пришлось подождать, пока Тали не закончит работать с информационной системой исследовательской станции. Вывод кварианки был неоптимистичным.       — ВИ не отвечает. Система безопасности молчит. Все базы данных пусты, не сохранилось ни бита информации, которую можно было бы восстановить.       Обсуждать далее эту проблему мы не стали. Я переглянулся с боссом, тот кивнул, и я первым двинулся к проходу, всё согласно определённому на брифинге порядку движения. Гравитация была близка к земной норме, состав атмосферы соответствовал привычному для людей, но никто даже не думал отказываться от замкнутой системы дыхания.        Внушающие уважение своей монументальностью трёхметровые шлюзовые ворота мягко раскрылись, пропуская меня вперёд. Грант, Заид и Джек двинулись за мною на расстоянии пяти шагов. После шлюза я попал на пропускной пункт, где и остановился, осматривая помещение.       — Вижу кровь, босс, — произнёс я, глядя на изрядно подсохшие пятна на полу и стенах, — трупов нет. В остальном всё чисто.       После моего доклада остальная группа также двинулась вперёд, и вскоре Тали и Гаррус принялись подключать к терминалам модули беспроводной передачи данных. Вся информация с их помощью передавалась через нашу тактическую информационную сеть на накопители EDI, и уже наш искин проводила анализ данных.       — Плохо пахнет, — Грант соскрёб кровь со стены и поднёс к фильтрационной решётке своего шлема, принюхиваясь. — Вроде и кровь, но что-то с ней не так.       Мордин тут же соскрёб немного крови в одну из кучи маленьких пробирочек, которыми были забиты пара его подсумков, сославшись на необходимость вдумчивого анализа в лабораторных условиях.       — Думаю, вопрос об эвакуации сотрудников «Цербера» перед нами уже не стоит, — хмуро заметил Вакариан, занимая место в арьергарде — мы, не намереваясь задерживаться дольше нужного, продолжили движение. Тут же начали поступать некоторые ремарки от EDI касательно полученных ею данных. Команда учёных с самого начала нервничала, а в дальнейшем начала постепенно сходить с ума. Вообще не разу ни удивлён, я изначально знал, что вся эта лавкрафтовщина им боком выйдет и безо всяких «воспоминаний».       Пройдя через пару коридоров, а по пути заглянув в помещения рядом и также разместив в каждом терминале по модулю передачи данных, мы вскоре попали непосредственно во внутренности Жнеца — и тут же он содрогнулся.       — Доклад! — тут же вышел на связь с фрегатом Шепард. — Что там происходит?       — Жнец только что включил кинетические барьеры! Могу сразу сказать — нам их не пробить, тут пара дредноутов нужны, — ответил Джокер.       — Ну вот, — угрюмо заявил я. — А я ведь предупреждал — это добром не кончится.       — Нужно вырубить генераторы щита, — наметил наши дальнейшие действия командир. — Есть идеи, где они могут находиться?       — Я зарегистрировала сильный выброс тепла в момент активации барьера, — доложила EDI. — Судя по интенсивности, это ядро массы Жнеца. Высылаю координаты.       Зашибись. Теперь нам семь сотен метров топать по синтетическим кишкам, и это если по прямой.       — Не думаю, что внутри Жнеца найдётся выключатель ядра, — подытожил Шепард. — Значит, придётся вырубать его по-варварски, что наверняка отразится на нём не самым лучшим способом. Придётся рвать когти быстро.       — Прекрасно, — сыронизировал Вакариан. — Как обычно, вся операция проходит на грани фола. Дубровский, похоже, ты был прав — мы прокляты.       Закончив обмениваться шутеечками одновременно с построением, мы двинулись дальше. Пройдя очередной шлюз, мы очутились непосредственно внутри Жнеца.       — Поздравляю вас, господа, — пробормотал я, оглядывая окрестности через прицел восемьдесят второго. — Почувствуйте себя микробами внутри организма-носителя.       — Мне это всё напоминает интерьер фрегата гетов, — прокомментировала Тали. — Что неудивительно на самом деле.       — Согласен. Смотрите под ноги, тут трупы, — чуть не споткнувшись об обгорелое тело какого-то сотрудника «Цербера», я не преминул предупредить остальных. Всего людей сюда высадилось сто восемьдесят девять. Значит, учитывая количество тел, можно было ожидать присутствия ста восьмидесяти шести хасков. Сцука.       Мы шли по переходу, который был установлен в длинной полости вдоль почти всего брюха Жнеца. Вообще, вся эта операция представляет собой сбор важнейших данных — вряд ли, конечно, все кальмары построены абсолютно одинаково (начиная с того факта, что этот Жнец был на полторы сотни метров короче Властелина), но сам принцип «построения», внешний вид важных узлов, всё это весьма пригодится аналитикам Альянса, да и не только Альянса.       Первые метров полста мы прошли спокойно, затем дошли до площадки, где церберовцы «вгрызлись» в Жнеца, вскрывая трубопроводы и копаясь во внутренностях. Едва наша четвёрка ступила на эту площадку, я, шедший первым, вскинул сжатый кулак и упал на колено, держа автомат одной рукой, затем принялся водить головой из стороны в сторону, не понимая, что именно заставило мою интуицию завопить об опасности.       Движений не видно. Шумов не слышно. Датчики молчат. Что случилось — рефлексы сбоят, или влияние Жнеца проявляется? Раздавшийся откуда-то снизу долгий, протяжный и абсолютно нечеловеческий вопль развеял сомнения в моей неадекватности.       — Враги! — выкрикнул стоявший справа от меня Грант и тут же всадил короткую очередь в буквально перелетевшего через перила хаска. Секунда — и они полезли отовсюду.       — Огонь! — крикнул я. — Не подпускать их близко, иначе электричеством шибанут так, что мало никому не покажется!       Хаски полезли сразу и плотно, причём только спереди — позади нас стрельбы слышно не было, лишь отдельные выстрелы группы Шепарда, поддерживающей нас.       На какое-то мгновение показалось, что трёх стволов на передовую группу маловато — чтобы гарантировано прикончить одного электрозомби, необходимо шесть-семь попаданий из того же восемьдесят второго или «Призрака», и под десяток из стандартных штурмовок типа «Мстителя» или «Защитника». А пёрли эти гады сразу толпой, так, что мы никак не успевали перестрелять всех до того, как они добежали бы, несмотря на поддержку огнём сзади. Тут-то и вступила Джек, жахнув биотической ударной сферой. Заряд она выпустила перед нами, так что нас даже не качнуло, а вот хаски повалились и тут же были изрешечены. Несколько секунд — и тишина, лишь звонкий стук отработанных термозарядов, вылетевших из винтовки Заида и дробовика Гранта.       — Под полом чисто, — доложила Тали, без команды заславшая дрона осмотреть нижний ярус.       — У нас были сомнения о том, кто изобрёл технологию производства хасков — геты или Жнецы, — произнесла Миранда, когда я снова дал отмашку и двинулся вперёд. — Теперь они развеяны.       — У вас были, а мы уже давно знали, — буркнул Гаррус.       — Не отвлекаться, — пресёк диалог Шепард. — Обсуждать будем на «Нормандии», сейчас сосредоточьтесь. Это официально самое опасное место в галактике. По крайней мере из тех, куда мы вообще можем сунуться.       Мы продолжили идти вдоль Жнеца, по пути отстреливая хасков, появлявшихся буквально отовсюду — снизу, с боков, сверху (отстрел падающих электрозомби особенно забавлял Гранта), из пустых ящиков и из вскрытых церберовцами стен. Самое интересное, что множество хасков имели лохмотья, раньше бывшие одеждой, не до конца переработавшейся. Это угнетало — всё же хаски слишком уж сильно отличаются от людей, и психологически их… упокаивать очень легко. А тут напоминание, что совсем недавно они были такими же как мы.       Впереди надстроенный проход заканчивался, ведя налево. Мы продолжали движение и подошли метров на десять к повороту, когда из-за угла выскочили двое хасков. Я даже прицелиться не успел, когда голову первого разнёс прицельный выстрел, та же судьба постигла и его спутника. А самое интересное в том, что стреляли слева.       — «Вдова?», — определил я оружие по характерному звуку. — Похоже, геты не в ладах с местными.       — Вперёд, — догнав меня, Шепард хлопнул по моему наплечнику и пошёл вперёд. Командир решил сам осмотреть помещение, которое простреливал неизвестный нам (условно неизвестный, конечно) снайпер.       Внешняя камера не показала никакой опасности, раз уж босс вышагнул вперёд. Я тут же последовал за ним. Пройдя шагов пять, мы остановились, не видя никаких целей, позади занимали позиции наши товарищи. Я уже собрался было предложить пройти ещё вперёд, когда вновь раздался тот самый дикий вой, и я неожиданно отлетел на пару метров назад. Вскочив, я увидел спереди не только толпу хасков, но знакомого с Горизонта конструкта — тело хаска, но на спине торчала огромная опухоль, раза в два больше носителя. Левая рука, видимо, целиком представляла собой оружие, к которому шли кабели из опухоли. Раньше рассмотреть таких уродов с близкого расстояния не выходило.       Конечно, я не собирался без дела пялиться на этого Отпрыска, вместо этого я вжал спуск восемьдесят второго, проследив, как поток металла разодрал голову существа и впился в мешок. Оставшись без половины сенсоров, конструкт запнулся о ящик и упал на пол, но выдохнуть облегчённо и добить его я не успел — до нас как раз добрались хаски.       Первого я встретил ударом приклада в челюсть, отступив на один шаг влево. Лицо хаска деформировалось, а сам он кувыркнулся куда-то за мою спину. Оставив его на добивание сзади стоящим товарищам, я вскинул винтовку и всадил очередь в следующего противника, пригнулся, уходя от жарких объятий другого хаска, и получил мощный разряд электричества, когда он упал мне на спину. Модернизированный со времён Иден Прайм щит, к счастью, без труда погасил импульс, и я выпрямился, сбрасывая хаска с себя, и ставя подножку другому. Голова следующего внезапно разлетелась от выстрела «Грааля» Гранта, и электрозомби неожиданно закончились. Оглянувшись, я насчитал примерно три десятка трупов хасков, окруживших нашу дюжину, собравшуюся вместе для отражения этой атаки. Итого, выходит, мы перебили уже более полусотни покойных церберовцев.       И только после этого я глянул вперёд, где «тротуар» заканчивался, открывая очередную полость во внутренностях Жнеца. За перилами торчали знакомые острия Драконьих Зубов. На трёх из них ещё висели наколотые тела церберовцев, заканчивающие превращение в пушечное мясо Жнеца.       — Вот такие же штуковины торчали на Иден Прайм, — проинформировал я тех, кого не было с нами тогда, и кому лично я об этом не рассказывал.       — Не только там, — прокомментировала Миранда, подходя поближе к перилам, на которые опёрся я. — На других планетах, атакованных гетами также.       — Обратите внимание на обстановку, — привлёк наше внимание Шепард. И правда, тут была далеко не стандартная обстановка других исследовательских площадок — сложенные инструменты и приборы, подозрительные следы какой-то органики…       — Похоже на некий алтарь, — заметила Самара, также приблизившись.       — Они, наверное, с ума сошли, раз поклонялись этой… штуке, — поёжилась Тали.       — Естественно, они сошли, — буркнул Джейкоб. — Им промыли мозги, сама же слышала выдержки из доклада EDI.       — Их одурманивали, — конкретизировал Шепард. — И вполне успешно, надо заметить. Не теряйте бдительности, — босс развернулся, поднимая оружие. — Впереди ещё почти полторы сотни хасков.       

***

      Взгляд со стороны. Урднот Грант.       Увы, но для молодого крогана этот противник не был хоть сколько-то ни было серьёзным. Конечно, если штук шесть-семь доберутся до него, то они смогут доставить проблемы — в чудовищной силе, казалось бы, тоненьких и хрупких ручонок он уже убедился, но добраться до крогана с дробовиком в руках та ещё задачка. Особенно если его прикрывают двое отличных (для людей) бойцов и сильный биотик.       Тем не менее, пребывание в утробе такой древней твари будоражило кровь, заставляя сердца биться в ускоренном темпе, а железы выбрасывать в вены одну порцию природных боевых коктейлей за другой. Единственной проблемой было отсутствие врагов, к счастью, временное.       Ещё одно лабораторное помещение, вызывавшее смутные отзывы в глубинах памяти Гранта, и новая порция мёртвых людей. Кроган хищно оскалился под шлемом, стремясь перебить как можно больше врагов прежде, чем это сделают его товарищи по группе. И едва он навел прицел на голову четвёртой цели, только представил, как эффектно разлетится его синяя голова со светящимися буркалами глаз, как кто-то опередил его. Ошмётки головы полетели вправо, следом за нею неизвестный прикончил ещё двоих хасков. Из четырёх. Остальных забрал одной очередью Дубровский. Гад.       Грант крутанул регулятор дробовика, изменяя угол разброса стрелок, и повернул оружие в направлении неизвестного стрелка. Дуб и Заид сделали то же, одновременно укрываясь за ящиками, Джек же спряталась за ухмыльнувшимся кроганом. Вторая группа также всматривалась в том же направлении, а третья, от которой цель скрывалась за помещением с лабораторией, взяла под контроль округу.       — Первыми огня не открывать, — отдал приказ Шепард. А затем на мостке метрах в пятидесяти в направлении, откуда пришла группа, появился гет с дыркой в груди. Грант с недавних пор был дисциплинированным кроганом, и не стал стрелять в синтетика сразу как увидел, тем более, что «Вдову» тот держал стволом вверх.       — Шепард-коммандер, — произнёс гет.       — Мать моя, конная армия, — произнёс Дубровский.       — Чтоб по мне молотильщик проехался, — прокомментировал Заид.       — Команда «не стрелять» всё ещё действует? — поинтересовалась Лоусон.       — Что там такое? — спросила кварианка. Гет тем временем развернулся и скрылся из виду.       — Не, ну вы видели? — встал из-за укрытия Дубровский, опустив оружие.       — Никогда не слышала, чтобы геты разговаривали, — снова прокомментировала Миранда.       — Геты? Это был гет? — кварианка выскочила вперёд и принялась тормошить Шепарда.       — Гет-говорун, — пробормотал Дубровский. — Отличается умом и сообразительностью.       — Тихо все! — прервал комментарии почти ото всей группы, включившейся в обсуждение инцидента, Шепард. — Гет сейчас не главная наша забота. Если встретим его по пути ещё раз — разберёмся. Команда по гету прежняя, огня первыми не открывать.       — Босс, не хочу показаться параноиком, — начал Дубровский, — но у него «Вдова». Один раз стрельнёт — один из нас труп.       — Тогда валите, если прицелится в нас. Но только в этом случае, — ответил Шепард, давая отмашку на продолжение движения.       — Он не может говорить, — бормотала под нос кварианка. — У одиночного гета ума не больше чем у варрена. Это просто невозможно.       — Возможно наличие других гетов на корабле, — ответил саларианец. Саларианцев Грант не любил куда больше, нежели других инородцев, но конкретно этот был весьма неплох, и помог как-то крогану вытащить осколок, засевший глубоко в бицепсе. — Тогда, при наличии надёжного канала связи, возможно нормальное функционирование роевого интеллекта гетов.       — Отставить расслабление, — воскликнул Дубровский, первым углядевший группу хасков спереди. — Граната! — одновременно с предупреждением человек швырнул вперёд дисковую гранату, которая, отскочив, взорвалась за куском Жнеца, валявшимся посреди очередной большой площадки. Вновь крутанув регулятор угла, Грант одним удачным выстрелом развалил на куски сразу двух хасков, взобравшихся на площадку справа, пару секунд понаблюдал за «Нормандией», ясно видимой сквозь гигантскую пробоину почти во всю длину Жнеца, и впечатал приклад в голову предпоследней твари.       — Сколько мы уже перебили? — поинтересовался Заид. — Сбился со счёта.       — Восемьдесят четыре, — ответила позади Тали. –Я считала.       — Хоть кто-то делом занимается, — прокомментировала Джек.       Как бы то ни было, группы продвигались дальше. Грант занимался своим делом — отстреливал хасков вместе с товарищами, не заморачиваясь такими незначительными проблемами, как эвакуация после того, как они добудут за чем пришли. Этот вопрос пусть беспокоит вождя, а дело крантта — смести всё с его пути. Вскоре им пришлось свернуть и углубиться внутрь Жнеца, подбираясь ближе к цели, местонахождение которой выявила EDI, и ядру.       Ещё немного времени, и ещё один шлюз.       — Дальняя полевая лаборатория, — прокомментировала Миранда. — Здесь должен быть модуль ССЧ.       — И здесь, думаю, стоит оставить наш подарок, — произнёс Шепард, снимая со спины ранцевый ядерный заряд. Признаться честно, Гранту было самую малость завидно, что именно капитан взял на себя роль носильщика для столь смертоносного оружия, но забитый в него опыт сотен великих военачальников прошлого говорил, что в передовом отряде носителю ядерного оружия делать нечего, и в то же время именно Грант, будучи кроганом, лучше всех годился в авангард.       Собственно, кроме самого Шепарда молодой Урднот лишь одного бойца оценивал выше себя — азари Самару. Её биотические умения, помноженные на почти тысячелетний опыт, вызывали уважение даже у такого горячего юнца как Грант –что уж там, сам он понимал, что молод, недостаточно опытен и излишне горяч, но ничего не мог (и не хотел) сделать со своей природой.       — Нашла, — кварианка раскрыла какой-то ящик и повернула его на бок, показывая всем какое-то странное устройство.       — Джейкоб, система на тебе, — отдал приказ Шепард, и пока церберовец вешал кофр на себя, подошёл к люку шлюза. — Дальше ядро, и я уверен, что все выжившие хаски там. Прорываемся, закладываем заряд и уходим, никаких лишних телодвижений.       Авангард встал в шеренгу напротив люка, приготовившись залить огнём пространство за ним, что и сделал после открытия. Однако, хаски бежали не к ним.       — Что за нах? — воскликнул Дубровский, расстреливая ближайшего бывшего человека. Первым поднявшись из углубления, где и находился шлюзовой люк, Грант взглянул вперёд, куда бежали хаски — и снова заметил гета, на этот раз без снайперской винтовки в манипуляторах. Синтетик был подсоединён к какой-то жнецовской приблуде, которую облепили датчики церберовцев, и активно отбивался от «электрозомби», используя пистолет и не брезгуя рукопашным боем. За границей постройки «Цербера» виднелся огромный шар с кучей толстенных кабелей, тянущимися сверху. Вся конструкция ощутимо напоминала строение сердца.       Поднявшийся следом Дубровский, не переставая мерно шагать вперёд, принялся отсекать короткие очереди в хасков, не предпринимая попыток расстрелять гета. Пожав одним плечом (заимствовал людской жест) Грант занялся теми противниками, что подбегали справа. Тут же поднялись и остальные члены авангарда, но вторая группа не успела добраться до перестрелки перед тем, как хаски всё же добрались до гета.       Синтетик, похоже, либо закончил то, что делал, либо решил бросить всё и трусливо отступить –вырвав кабель, соединявший его с приблудой, он развернулся, но не успел сделать и одного шага, когда рядом с ним разрядился электрическим импульсом очередной синий доходяга. Гет как подкошенный рухнул на пол, а хаски тут же сменили приоритет и всей толпой рванули на команду «Нормандии».       — Кабель-каналы! — воскликнул саларианец, отсекая очередь из пистолета-пулемёта. — Нужно уничтожить проводники энергии!       — Глеб! — скомандовал Шепард.       — Понял, прикройте! — отозвался штурмовик, отступая на пару шагов с первой линии. Его место в строю занял непосредственно Шепард, и чем там занимался человек позади Грант не знал, пока за спиной не грохнул выстрел «Каина», разнёсший несколько кабелей.       — Ещё!       — Есть ещё!       Пять выстрелов понадобилось, чтобы мигнуло освещение внутри Жнеца, и он слегка вздрогнул. В то же мгновение в наушниках стал слышен голос калеки-пилота, сообщавший о падении кинетического барьера и предлагающий уходить как можно скорее, пока более ничем не удерживаемый Жнец не упал в чрезвычайно неприветливую атмосферу Мнемозины.       — Грант, хватай гета! Уходим! — дал отмашку Шепард.       — Шепард, это же гет! Мы не можем брать его на корабль! — запротестовала кварианка, пока кроган закидывал синтетика на наплечник.       — Никаких обсуждений! — рявкнул капитан. — Отступаем, живо!       По счастью, бежать по трясущемуся и кое-где почему-то взрывающемуся Жнецу надо было недолго. Пара минут, и они достигли края пробоины, на другой стороне которой уже гостеприимно раскрывался трюм «Нормандии». Грант с размаху зашвырнул туда гета — быстро преодолев область действий гравитационного поля Жнеца, тот влетел внутрь, чуть не прибив одного из членов экипажа фрегата, встречавших команду.       — Глеб, не отставать! — крикнул Шепард, пока третья группа начала совершать краткий прыжок-перелёт в родной фрегат. Оглянувшись, Грант увидел последним отступающего Дубровского — тот добивал хасков, а также непонятно откуда вылезших многоногих уродцев, бежавших к злостным нарушителям.       — Дубровский, живо на фрегат! — уже рявкнул капитан, расстреляв последнего врага, тот развернулся и побежал к пробоине.       — Всё равно бы они нам нормально переправиться не дали бы, — прокомментировал свою медлительность человек, — да и успел я всё равно вовремя.       — Кто мне там говорил не выпендриваться и рисковать поменьше? — задала вопрос биотик Джек, разбегаясь для прыжка.       — Да ладно, мы окончательно грохнули эту древнюю тварь, — приподнял одну руку Дубровский, другой убирая за спину автомат и готовясь прыгать. — И больше всего хасков настрелял я, так что я король этого Жнеца!       Раздавшийся в стороне взрыв чего-то непонятного, прилетевшего из глубины Жнеца, разметал в стороны кучу обломков. Один из них, с зазубренными острыми краями, влетел в ящик буквально на расстоянии пальца* от головы Дубровского.       *Кроганского.       — Нет? Ну ладно, — не особо печалясь, Дубровский разбежался и одним из последних выпрыгнул в космос. Грант заметил, как удручённо качает головой Шепард, прежде чем сам вылетел в направлении трюма фрегата. Через несколько секунд, одновременно закрывая люки и разворачивая фрегат, Джокер сообщил о том, что сваливают они крайне вовремя.       С нескрываемым удовольствием сорвав шлем, Грант уселся на двигатель челнока и оскалился. О таких приключениях он даже и не мечтал, когда решил на Тучанке остаться в команде Шепарда. А то ли ещё будет.