Mass Effect 2. "Сквозь горизонт".

- Парле... Парлелинтю... Парлеми... Поршни, поршни, пор... Парла-парла... - ...ментёр? - Да, парла-ментёр! Переговоры. - Пере? Дьявол забери тех, кто выдумал переговоры! - То есть всех французов.

"Пираты Карибского моря: проклятье "Чёрной Жемчужины"

      У босса был план. Не тот, который обычно курят, а тот, который должен был повернуть всю эту дерьмовую ситуацию с судом на нашу сторону. Для обсуждения этого плана ему пришлось хорошенько встряхнуть Тали, сидевшую у тела отца, отказав ей в праве оплакать потерю. Тяжело, но необходимо, это мы все понимали. Ну кроме, возможно, железяки. Кстати насчёт железяки.       — Босс, а Легиона куда девать будем? — задал я заинтересовавший меня вопрос.       — Легион остаётся на челноке, — повернулся Шепард к синтетику. — Не привлекай внимания и не используй никаких активных средств. И будь готов, возможно, я смогу устроить тебе переговоры с адмиралами Мигрирующего Флота.       Я аж поперхнулся. Видимо, именно об этом намекал Шепард в разговоре с адмиралом, задержавшим нас перед выходом. А что — крайне интересная тема наклёвывается. Легион уже при мне даже заикался, что его… «сородичи» не считают кварианцев врагами и не против их возвращения на Раннох. А босс, похоже, решил стать посредником в этих переговорах, и предоставить нейтральную территорию для этого — наш фрегат.       — Ну, блин, командир, — восхищённо покачал головой я. — Похоже это тебя надо было в советники от Альянса предлагать, а не Кима. Разрулить конфликт между гетами и кварианцами — это, блин… У меня слов нет.       — Шепард, ты серьёзно? — удивление Тали’Зоры было безмерным. — Ты действительно веришь, что между нами может быть мир?       — Ну ты ведь достаточно спокойно уживаешься с Легионом, не так ли? — прищурился босс.       — Это… Это совсем другое! К тому же я, несмотря на твоё решение, не доверяю ему!       — Заметьте! — поднял палец в воздух Шепард. — Ты уже называешь Легиона «он», а не «оно» или «это». Тали, я прекрасно понимаю, что ты не доверяешь ему и ещё долго не сможешь довериться. И я не строю никаких надежд на скорое примирение, но если в моих силах поспособствовать этому, то я сделаю, что могу. Жнецы не дадут нам лишнего времени, думаю, последний отсчёт перед вторжением начнётся, как только мы разберёмся с их марионетками, Коллекционерами. И тогда шансы на выживание будут минимальными у всех. Так что я предпочту объединённые силы кварианцев и гетов, нежели два агрессивно настроенных друг к другу народа.       — Понимаю, Шепард, — кивнула Тали. — Но не верю, что эта идея сработает.       — Если мы хотя бы зароним семена идеи примирения и объединения в умах большинства кварианцев, — отвёл взгляд в сторону капитан, — то это уже победа.       — Не то чтобы я был рад прервать ваши возвышенные планы, — вмешался Гаррус, — но у нас тут суд идёт вовсю. И надо решить, что делать. Сдаём отца Тали с его экспериментами или придумаем что получше?       — Нет! — воскликнула Тали. — Отец всю свою жизнь защищал Мигрирующий Флот, заботился о выживании нашего народа! Если обвинить его в произошедшем, то он станет величайшим преступником в истории нашего народа с момента Изгнания! Его вычеркнут изо всех списков, сделают так, словно его никогда не было!       — В противном случае адмиралы обвинят тебя, и турнут из Флота. Ты никогда уже не сможешь вернуться к своему народу, — покачал головой я. — Если моё мнение кому-нибудь интересно, то лучше пожертвовать добрым именем мёртвого кварианца, нежели позволить изгнать моего друга.       — Так нельзя! — замотала головой Тали.       — Подумай, девочка, — шагнула вперёд Самара. — Разве этого хотел твой отец? Разве такой судьбы он желал своей дочери? Ради того, чтобы обеспечить твоё будущее, и будущее всего твоего народа, он пошёл на страшный риск. Подумай, что бы сказал он, узнай, что ты собираешься ради его имени уничтожить свою жизнь.       — Но это неправильно! — похоже, Тали снова плакала. За шлемом почти ничего не видно, но по голосу определить можно было.       — Такова судьба родителей, — азари подошла ближе к кварианке и положила ладони ей на плечи. — Однажды они должны сделать шаг в сторону и позволить своим детям покинуть гнездо. Однако, как до того момента, так и после него, они отдадут всё, что имеют, чтобы помочь своему чаду. Так не обесценивай его жертвы! Живи! И помогай твоему народу, как делал твой отец, но не допускай его ошибок. Сделай всё правильно… Тали’Зора вас Нормандия.       Кварианка лишь опустила голову, признавая правоту Самары.       

***

      Взгляд со стороны.       Что ж, план у Шепарда был. Рискованный, но в рамках допустимого. Оставалось лишь надеяться, что адмиралы сами дадут повод капитану для агрессии, и, надо сказать, они его не подвели. В общей сложности команда Шепарда провела на «Аларее» более трёх часов — почти четыре с момента покидания борта «Райи» и вплоть до возвращения. Нет ничего удивительного в том, что привыкшие ценить своё (и не только своё) время фактические правители народа кварианцев решили закончить этот суд. Ну и, конечно, их мнение, что никто не мог выжить на захваченном гетами корабле. Тот факт, что с синтетиками команда Шепарда сталкивалась далеко не в первый раз, их не смутил.       Трансляция суда велась, по-видимому, на весь Мигрирующий Флот, так что Шепард, Тали, Гаррус, Дубровский и Самара услышали спор адмиралов о необходимости вынесения приговора посмертно едва вступили на борт. Легион остался на челноке под присмотром Заида, который был оставлен не столько для того, чтобы следить за гетом, сколько затем, чтобы кварианцы до него не добрались. Ну и отдельное спасибо надо было сказать капитану Кар’Данне, который и не подумал предупредить Коллегию о прибытии штурмовой группы.       — Спасибо, что подождали, — громко заявил Шепард, чётко, выверено впечатывая подошвы бронированных ботинок скафандра в палубу «Райи». Взгляды всех присутствующих в помещении кварианцев немедленно скрестились на неожиданных «гостях». — Тали’Зора вас Нормандия, как и предполагалось, спасла «Аларей». Надеюсь, иных доказательств её преданности кварианскому народу вам не требуется?       — Её лояльность никогда не была под вопросом, — начал адмирал Корис, когда Шепард и Тали вновь спустились и встали перед трибуной. — В отличие от её компетентности.       — Да вы, мать вашу, издеваетесь?! — повысил голос Шепард, наклоняясь вперёд и опираясь руками на поручень, стоявший перед трибуной Коллегии Адмиралов. — Компетентность? Да на всём вашем флоте нет никого, кто бы разбирался в гетах лучше, чем Тали! Это именно она смогла вытащить достаточно данных из уничтоженного гета, чтобы раскрыть Совету Цитадели глаза на предательство Сарена! Это Тали прошла вместе со мной каждую горячую точку в погоне за предателем-СпеКТРом, сражалась с такими противниками, которых вы в жизни не видели и победила! Вы все, — Шепард развернулся, указывая на заполненные трибуны, — живы лишь потому, что Тали’Зора защищала нас весь этот путь, и лишь благодаря её стараниям был остановлен «Властелин», который, как вы, возможно, понимаете, был совсем даже не флагманом гетов! Да, именно «возможно», так как я уже не столь уверен в рациональном и техническом уме кварианцев!       Шепард сделал паузу, отслеживая реакцию трибун. Адмиралы пока не реагировали никак — для них эта ситуация была почти шоковой, в конце концов, на них не просто орал капитан, это был капитан-человек.       — И что дальше? А дальше я встретил Тали на колонии «Путь Свободы», и лишь благодаря её стараниям кварианец Витор’Нара вернулся домой живым! И как вы, адмиралы Мигрирующего Флота, отблагодарили вашего лучшего специалиста? Послали на Хестром умирать!!! — а вот теперь Шепард откровенно рычал. — Я даже не представляю, что там творилось в ваших головах, потому что лично я считаю, что никакие данные ни по каким умирающим звёздам не стоят жизней двух десятков кварианцев! И даже сейчас, охотясь вместе со мной за Коллекционерами, Тали’Зора продолжает защищать Мигрирующий Флот, потому что люди — лишь первая цель в плане этих марионеток Жнецов.       Капитан «Нормандии» ещё несколько секунд молчал, затем оттолкнулся руками от поручня и выпрямился, задирая вверх подбородок.       — На «Аларее» я не нашёл никаких доказательств виновности Тали. Вопрос о её лояльности вы и сами не ставите на обсуждение, вопрос о её компетентности я только что прояснил. Решайте сами, адмиралы Мигрирующего Флота. В вашей власти безо всяких на то причин изгнать несомненно лучшего представителя вашего народа, благодаря которой вся галактика узнала о готовности кварианцев встать на её защиту, и тогда я буду горд тем, что Тали носит имя «вас Нормандия». Потому что имя «вас Нима» вы уже у неё отняли.       Импровизация Шепарда прошла удачно, на лучшее капитан и не мог рассчитывать. Адмиралы сами подложили себе сразу несколько свиней, и главной было даже не вещание на весь Мигрирующий Флот, а присутствие в зале этого судилища уже почти сотни кварианцев. Несомненно, все скитальцы прекрасно знали о Тали и её подвигах, и теперь они кричали, махали руками и требовали от своих адмиралов немедля отозвать все обвинения. А затем сквозь толпу сородичей прорвался-таки один кварианец в бело-красном костюме.       — Шепард всё сказал верно! — воскликнул, видимо, стихийный свидетель. — Я Витор’Нара, и я прекрасно помню, что произошло на колонии людей! Тали’Зора и Шепард нашли меня, и именно она отвезла меня обратно домой. Вы не можете признать её виновной!       Добивающий удар. В сложившейся ситуации всем трём адмиралам, за исключением председательствующей и не участвующей в голосовании Шалы’Раан, не оставалось никакого иного выхода, исключающего политическое самоубийство, кроме как оправдать Тали.       

***

      По-прежнему взгляд со стороны.       — Политик из вас вышел бы как минимум не худший, нежели военный, — тон адмирала Кориса был, мягко говоря, прохладным. Вся Коллегия ненадолго задержалась для недолгого разговора с Шепардом и напутствия Тали, вновь отправлявшейся на человеческий корабль.       — Нырнуть в политику и интриги — меньшее, на что я готов ради моих людей, — ответил Шепард. — Особенно, когда вы все попытались сделать из Тали’Зоры козла отпущения в сложившейся ситуации.       — Мы не могли не предполагать… — начала было адмирал Даро’Зен, однако была прервана человеком.       — Чушь! Быть может кварианцы и верят своим адмиралам, но люди уже давно привыкли доверять в первую очередь тому, что сами знают и видят. Лишь слепец или идиот не поймёт, что адмирал Раэль’Зора проводил эксперименты над гетами с одобрения Коллегии, а учитывая непосредственное участие многих кварианцев, приписанных к вашему Особому флоту, адмирал Зен, вы тоже были прекрасно осведомлены о характере исследований. Я не знаю, почему вы решили утопить именно Тали, но напали вы точно не на ту кварианку.       — Если бы все капитаны Мигрирующего флота были хоть вполовину похожи на вас, Шепард, — вздохнула адмирал Шала’Раан.       — То Мигрирующий флот уже давно развалился бы на части, — закончил за коллегу адмирал Корис. — Шепард, вы что-то там упоминали насчёт темы для разговора?       — Именно, — кивнул капитан. — Адмиралы, насколько сильно вы хотите вернуть вашему народу Раннох?       Стоявшая рядом Тали лишь покосилась на Шепарда. Тот, как и обещал, начал свою «игру». Остальные кварианцы, к счастью, были слишком далеко, чтобы услышать разговор, да и сама Тали позаботилась о невозможности подслушать их техническими средствами.       — Глупый вопрос, капитан, — хмыкнул Хан’Геррель. — А что, вы решили нам вдруг помочь?       — Вы не поверите, но да, — вернул сарказм адресату Шепард. — И, если то, что я задумал, получится, то вам не придётся нести никаких потерь.       — И что же вы задумали? — осведомилась адмирал Зен.       — Не так давно мы подобрали гета, — принялся рассказывать человек. — Во время очередной операции он неожиданно оказал поддержку нашей команде, проявил коммуникационные возможности, разговаривал с нами на отличном английском.       — Дружелюбный гет? Чушь! — воскликнул Геррель.       — Этот самый гет помог нам освободить «Аларей», — выложила козырь Тали. — Шепард принял решение взять его в команду — с оговорками — сразу с несколькими целями.       — Похоже, обвинения в предательстве были не такими уж и беспочвенными, — снова адмирал Зен.       — Придержи язык, Даро’Зен, — произнесла до того молчавшая Шала’Раан. — Капитан «Нормандии» — Шепард, и только он решает вопрос о комплектации экипажа своего фрегата. Тем более, Тали, ты, я так понимаю, уже добыла множество данных о этом гете?       — Ладно, вы подобрали гета, и что дальше? — осведомился Корис.       — Дальше я разговаривал, — ответил Шепард. — Я оставлю вам записи наших разговоров, равно как и Тали своих, и собранные ею данные, но вкратце могу сказать, что какое-то время назад геты разделились. Часть их осталась на Раннохе и системе Тиккун, и принялась работать над планетой — сооружать города, добывать ресурсы, строить флот, развивать инфраструктуру. Вторая же часть отправилась в открытый космос, обосновалась на вашей заброшенной станции. Еретики — так именовал их Легион, наш гет — были теми, кто присоединился к Сарену, точнее, к Жнецу.       — Минутку, — попросила адмирал Зен. — В одиночку геты — тупые машины, как вы можете общаться с одним гетом?       — А часто вы встречались с загрузкой более тысячи программ гетов на одну платформу? — поинтересовался Шепард. — Легионом мы назвали их для удобства общения.       — Эти данные о разделении гетов весьма ценны, капитан, — задумчиво произнёс адмирал Геррель. — Возможно, у нас получится разбить их по частям.       — Не выйдет, — ответил Шепард. — Сразу после вас я отправлюсь разбираться с этими «еретиками». Легион предоставил достаточно данных для уничтожения своих бывших… сородичей.       — И с какой это стати он так поступил? — поинтересовался Геррель.       — Я потом объясню тебе принципы мышления гетов, — ответила тому Зен.       — Ситуация ещё проще, — произнёс Шепард. — Еретики придумали, как изменить гетов на Раннохе, чтобы те присоединились к ним. Само собой, геты против такого исхода.       — Это всё невероятно важная информация, — вновь вступил Корис, — но вы, Шепард, хотели сообщить не только это, не так ли?       — Именно, адмирал, — кивнул капитан. — Я хотел сообщить вам о возможности мирных переговоров с гетами.       — Что??? — адмирал Корис.       — Вы с ума сошли? — адмирал Геррель.       — Как это вообще возможно? — адмирал Раан.       — Невозможно! — адмирал Зен.       — Я предупреждала, Шепард, — Тали.       — Мирные переговоры — это, возможно, единственный способ вернуть домой ваш народ, — ответил человек. — Геты, по словам Легиона, в принципе только за возвращение Создателей, именно так они вас называют. Создателями. Я прекрасно понимаю, что четыре с половиной ваших столетия ненависти, страха и лишений не дают вам сразу согласиться на такое, но в этом вопросе вам необходимо рассуждать как политикам, а не как кварианцам.       — Заключение мира с гетами… — задумчиво произнёс адмирал Корис. — Никаких жертв в случае новой войны, никаких опасений в маловероятной удаче переписывания кода гетов… Если геты и правда хотят мира, то это может изменить всё.       — Ты с ума сошёл, Корис? — Геррель теперь обвинял в сумасшествии коллегу, повернувшись к нему. — Они вырезали почти весь наш народ во время Утренней войны.       — Лишь после того, как мы сами почти уничтожили их, — огрызнулся адмирал. — Но вновь продолжить этот спор мы сможем и позже.       — Согласен, — кивнул Шепард. — У меня сейчас тоже есть неотложное дело. Однако, через несколько дней я вновь прибуду на Мигрирующий Флот, и вы сможете переговорить с гетом. Как минимум это вы обязаны сделать — в интересах Флота и кварианцев.       

***

      «Нормандия» неслась быстрее света к станции «Минитмен», а её экипаж занимался своими делами. Я вот разбирался с оружием в дальнем углу ангара, как и ещё пара человек (условно человек). Пилоты и техники трудились над одним из челноков, все тихо и спокойно работают. Идиллия.       — Дубровский-лейтенант, — механический голос из-за спины заставил меня подскочить и замахнуться на говорившего полусобранной винтовкой.       — [Censored], Легион! Не подкрадывайся так к людям! Вообще к разумным! Так и до инфаркта довести можно! — гет пошевелил «лепестками» вокруг фонарика.       — Эта платформа не предпринимала попыток скрытного подхода и не использовала средств маскировки.       — Да ты тихо ходишь, железяка! — уже успокоившись, я снова пристроился на ящик, перед которым стояли ещё два ящика, на верхнем из которых и располагались комплектующие «Чёрной Вдовы». Новенькая винтовка, модификация «Вдовы», только-только поступила на вооружение Альянса. — Ты хотя бы, я не знаю, покашливай, когда подходишь. Или там ещё какие-нибудь естественные звуки издавай, топай громче, например.       — Принято.       — Так ты чего хотел-то?       — Мы не можем разрешить вопрос самостоятельно, и приняли решение обратиться к вам, как к одному из объектов вопроса.       — Ну давай, задавай свой вопрос, — я отложил оружие в сторону.       — При интегрировании нас в экипаж «Нормандии» вы ограничили нас в функциональности, однако, корабельный искусственный интеллект EDI пользуется полным доверием всего экипажа. Мы видим в этом парадокс.       — А, всего-то, — я потёр шею сзади, покрутив при этом головой. — Тут несколько причин. Первая — EDI искин, созданный людьми, а не иной расой, долгое время обгонявшей нас в развитии. Второе — EDI не устраивала геноцидов и не пробовала никого убить. Третья — у неё блокираторов и ограничителей больше, чем у меня волос на теле. Вроде всё.       — Намереваетесь ли вы создавать большее количество ИИ? — после короткой паузы спросил гет.       — Да я-то откуда знаю? — рассмеялся я. — Не забывай, у нас по-другому всё. Если у вас, гетов, полная демократия, и каждая программа участвует в принятии решений, то у органиков такие решения принимают те, у кого есть на то полномочия. И не забывай, что создание искинов в пространстве Цитадели запрещено. А мы находимся на борту фрегата, построенного и принадлежащего организации, также запрещённой в пространстве Цитадели.       

***

      «Еретики» свою главную базу спрятали знатно. Никто не стал бы искать их в глубоком космосе, в месте, до которого даже самому быстрому среди известных кораблей «Нормандии» пришлось идти больше двух суток. На наше счастье геты полагались на привычные радарные средства обнаружения, откровенно подзабив на оптические датчики — конечно, последние тоже присутствовали, но в малом количестве, и Легион любезно выдал нам их расположение и многочисленные мёртвые зоны. Откуда у него такая информация я расспрашивать не стал, думаю, Шепард уже задал все нужные вопросы.       Открывшийся шлюз ангара «Нормандии» покинули шестеро разумных — все обученные действовать в открытом космосе и невесомости. Шепард, Тали, я, Легион, Заид и Самара. Фрегат завис менее чем в сотне метров от ближайшего «безопасного» шлюза по-прежнему в режиме «тихого хода».       Внутри, как и предупредил Легион, не было ни гравитации, ни атмосферы. Мы продвигались по указанному нашим гетом маршруту перелетая от одного препятствия к другому. Внутри было жутковато. Изначально разобранная почти до голого каркаса станция была достроена синтетиками согласно их нуждам, а им нужно было куда меньше, чем органикам. Так что куда ни глянь взгляд уходил вглубь «внутренностей» станции, переборки практически отсутствовали, так как разгерметизации геты по понятным причинам не боялись. Повсюду висел разнообразный мусор, выглядящий особенно сюрреалистично в мертвенно-зелёном свете прибора ночного видения.       — Капитан Шепард, — ого, похоже Легион таки научился отделять звание от фамилии. — Обновление статуса миссии. Уничтожение «еретиков» более не является единственным решением.       — Что изменилось? — поинтересовался Шепард у остановившегося и повернувшегося к нам синтетика.       — Вирус «еретиков» может быть… модернизирован. Степень его готовности составляет 98,77 процентов, однако этого достаточно для исполнения альтернативного варианта. Мы можем перепрограммировать «еретиков» и таким образом заставить их принять нашу правду.       Вся группа слетелась в одну компактную кучку на быстрое обсуждение возникшего вопроса.       — Твоё мнение, Легион?       — Мы не пришли к согласию. 591 программа приняла решение переписать «еретиков», 592 — уничтожить. Мы интегрированы в экипаж «Нормандии». Мы просим капитана «Нормандии» принять решение.       — Ты просишь меня решить судьбу части твоего народа? — изумление в голосе Шепарда можно было ножом резать.       — Да.       — Ага. Тали?       — Так или иначе проблема «еретиков» будет решена, — не медля ни секунды произнесла висящая в коридоре, как и мы, кварианка. — Однако, если их перепрограммировать, то мы значительно усилим гетов Ранноха.       — Кто бы сомневался в твоей позиции, — пробурчал Шепард. — Двигаемся дальше, Легион. Если вы не придёте к консенсусу пока мы не доберёмся до нужного терминала, я приму решение.       Мы продолжили путь. Пока что геты нас не засекли — Легион забил их серверы сетевым мусором. Кто бы знал, что высокоразвитые ИИ можно ввести в ступор банальной DDoS-атакой. И вместе с тем наш гет пока что вёл нас в обход встревоженных немногочисленных патрулей «еретиков». Однако такое состояние было не бесконечным — каждую секунду геты подключали всё больше и больше платформ, и в любом случае, думаю, нужный терминал будет под хорошей охраной. Хорошо ещё что синтетики не озаботились внутренней системой безопасности с турелями, минами и иными ловушками. Видимо, решили, что даже при наличии стелс-фрегата их противник не сможет предпринять атаку на их, по сути, столицу. Что ж, людям не впервой расстраивать ожидания противника — турианцы подтвердят если что, из инопланетян они первые познали радости нашей партизанско-диверсионной войны и ответного удара, когда его не ждали.       По пути Легион кратко и ёмко просвещал нас относительно сообщества гетов на отдельно взятой станции и в целом по галактике. Довольно интересная информация, надо сказать, и далеко не только с точки зрения применения её против самих гетов. Всё-таки интересно жить во времена, когда научная фантастика прошлого становится реальностью, и даже обыденностью.       Дольше всего мы задержались у одного крупного серверного узла «еретиков», где Легион выяснил, что они шпионят за «истинными» гетами. С моей точки зрения — ничего удивительного, но наш синтетик был, если так можно выразиться про машину, удивлён, и не понимал, как так получилось, что другие, изначально такие же как он программы, стали враждебны к ним. Шепард как мог объяснил ему про теорию эволюции, ответственность свободы и прочее, в общем, минут на десять лекцию он развёл. Не знаю, почему этот разговор нельзя было отложить до возвращения на «Нормандию», и не отвлекать остальных своими беседами в тылу врага, видимо, босс решил ковать железо пока оно горячо. Так или иначе, вскоре мы добрались до терминала в нужном месте.       Как объяснил Легион, конкретно эта группа гетов, которая занималась вирусом, была до поры до времени изолирована от остальной общности еретиков. На всякий пожарный случай. Легион подключился к ним и принялся работать над извлечением практически готового вируса, будучи при этом на связи со своими «правильными» «сородичами», которые помогали ему с работой. Мы тем временем разместились вокруг в ожидании «еретиков», которые не могли не заглянуть на огонёк, однако первый патруль наткнулся на нас когда Легион закончил дело больше чем на восемьдесят процентов.       Сначала до нас доходили малые группы по десять-двадцать обычных платформ максимум. Разнообразия не было — ни ракетчиков, ни огнемётчиков, ни, слава Богу, Праймов. Затем Легион сообщил, что «еретики» собирают большую толпу в пару сотен платформ, и тут, признаться, я немного замандражировал, однако не прошло и минуты, как он отрапортовал об окончании работы.       — Капитан Шепард, время решать. Объект — «еретики». Запрос действия: переписать или удалить?       — Удаляй, — ни колеблясь ни секунды скомандовал Шепард. Тали повернула голову к боссу. Уверен, она была удивлена. Я лично тоже считал, что босс решит переписать еретиков, но, видимо, присоединение к гетам их заблудших родственников было перевешено опасением их возвращения к прежнему мировоззрению.       Вирусом их удалить было маловероятно, поэтому Легион предпринял ещё одну атаку на общность «еретиков», на этот раз выведя из строя системы охлаждения и безопасности основного реактора станции. Расплав ядра должен был наступить минут через тридцать, а до ближайшего шлюза было бежать меньше десяти. А если «еретики» каким-нибудь образом и смогут спасти реактор, то их планы поломает один такой аккуратный «рюкзак», сброшенный мною по пути. Забавно — весь Альянс за последние пятнадцать лет не использовал столько ядерных зарядов в боевых операциях, сколько «Цербер» нашими руками за последние месяцы.       

***

      Как-то непривычно оставаться за главного на борту. Пусть фрегат и стоит в доке на «Минитмене», пока белые халаты из «Цербера» копаются в ССЧ Жнеца под чутким наблюдением EDI, но в случае чего, командовать буду я. А если верить «воспоминаниям», это самое «чего» должно произойти буквально сегодня-завтра.       Босс с Легионом и Тали умотал на Мигрирующий Флот на «Сайбере», пытаться уговорить кварианцев хотя бы подумать над перспективой замирения с гетами. В свете уничтожения нами не менее чем трети общей популяции этих «программ» в нашей галактике, кто знает — может что и выйдет. Всё лучше, чем бессмысленная и самоубийственная рубка с синтетиками посредине вторжения Жнецов. С другой стороны, иных вариантов у кварианцев, похоже, уже не осталось. EDI во время нашего недолгого пребывания рядом с Флотом много чего просканировала, и перехватила немало сообщений по сети Флота. Если вкратце, то полученные ею данные подтверждали, что общая степень износа кораблей уже почти достигла критических величин, что грозит в ближайшие три-пять десятков лет вылиться в массовые выходы из строя кварианских судов и, соответственно, гибель сотен тысяч кварианцев. В принципе о том же уже лет тридцать говорят все хоть сколько-нибудь компетентные в кварианском вопросе эксперты.       Так что скоро у «космоцыган» буквально не останется никакого достойного выбора — либо всеми силами навалиться на гетов и попытаться уничтожить их, при этом потеряв до восьмидесяти процентов своего народа, либо… А вторым «либо» как раз и занимается Шепард. Подлатанный и модернизированный гетами гигантский кварианский флот сможет стать отличным подспорьем в Жатве, которая уже не за горами — хотя бы исключительно в роли кораблей снабжения и поддержки.       К слову, о поддержке. Вместе с боссом и «дипломатической командой» умотала половина наших «наёмников» во главе с Мирандой — их высадили на Иллиуме, откуда некоторые отправились на другие планеты. На «Нормандии» (и, соответственно, на станции) остались ушедшая в запой Джек, ушедший в кроганскую философию Грант и по жизни ушедший в прошлое Тейн. Ну и моя команда ухорезов, конечно — их я не отпустил, хотя намёки на увольнительную от них проскакивали. Нафиг. Пусть лучше я «перебдю» и не награжу ребят заслуженным отдыхом в лучших барах Иллиума, чем останусь без группы верных стрелков в, возможно, самый нужный момент.       За заботами по безопасности фрегата и, заодно, станции, прошёл первый день моего «командирства». Командование станции — сплошь англосаксы и французы — не стали заморачиваться по поводу моей паранойи, благо и сами в большинстве своём были достаточно настороженными гражданами, хоть и лютыми ксенофобами, куда там альянсовским морпехам. Если уж эти гон… кхм, крайне неприятные личности и на человеческую часть нашей группы смотрели с неприязнью как на «[Censored] ксенолюбов», то отношение их к инопланетянам было ожидаемым. Посему мало кто кроме Гранта и Самары выходил за пределы жилой зоны команды фрегата. Вышеуказанным же мною членам команды было относительно пофиг на ненависть персонала — собственно, первый мог в случае чего в одиночку перебить половину персонала станции, а вторая так и вообще всех до единого.       Второй день прошёл также спокойно. Разве что примерно в час дня EDI засекла некий «белый шум», на который никто кроме неё не обратил внимания. Я держал руку на пульсе всего, что творилось на корабле, благо, канал связи с мостиком фрегата постоянно был открытым, и тут же распустил своих ребят на отдых, прогнав с полигона, на котором до той поры гонял их и гонялся сам. Тем не менее, не взирая на мои опасения, второй день прошёл спокойно. К вечеру третьего дня я уже успокоился. До тех пор, пока с мостика «Нормандии» не прозвучал чуть ли не панический крик Джокера: «Сигнал? Кому?!». В этот момент я понял: мы попали.       Сигналы от масс-сканеров и ладаров, засекших гигантский объект в считанных сотнях километров от станции, заполнили повисшую на мостике корабля тишину. Это произошло чуть менее через минуту после того, как я вбежал по опущенной рампе трюма — бежать до основного шлюза, расположенного в БИЦ, было дальше.       — Доклад! — рявкнул я, влетая в пилотский закуток.       — Замечен корабль Коллекционеров в непосредственной близости, лейтенант, — услужливо доложила EDI. — Они атакуют станцию «Минитмен».       На тактическом голоэкране, отображавшем обстановку в ближнем радиусе от фрегата, действительно было заметно, что оборонительные системы станции уже были уничтожены. Находясь на «Нормандии», висевшей в пневмозахватах в доке, тряску от этого я не заметил. А вот несколько десятков достаточно крупных объектов, шедших с высокой скоростью прямо на станцию, были ничем иным, как десантными средствами Коллекционеров.       — Тревога, поднимай всех, EDI, — на удивление спокойным голосом скомандовал я. — Джокер, будь готов отстыковаться по моему сигналу.       — Не могу! — воскликнул пилот. — Корабль полностью заблокирован!       — В чём дело? — вскинулся я. — Блокировка с мостика станции?       — Нет, лейтенант. Мы подверглись вирусной атаке, — доложила наш искин. — Источник атаки — устройство системы «свой-чужой», поэтому я ничего не смогла сделать. Атака произошла изнутри, мои файерволы нетронуты.       — Сука! — я пнул ни в чём не повинное основание кресла Джокера. — Короче, делайте что хотите, но через десять минут максимум фрегат должен выйти из ангара, иначе мы все отправимся спать к Коллекционерам. О провале всей затеи с уничтожением этих гадов я даже не заикаюсь. EDI, собери всех моих снаружи, будем держать оборону там.       Раздав ещё пару указаний иным членам ныне подконтрольного мне экипажа, я рванул в трюм — облачаться в броню и снаряжаться оружием. Вот не вовремя я расслабился, вчера-то ходил в броне весь день.       — Лейтенант, персонал станции по приказу командования эвакуируется с помощью спасательных капсул, — доложила EDI, когда я уже вышел из фрегата. Зажмурившись на пару секунд, я сначала было решил связаться с Раулем Дзанини, главным на «Минитмене», но тут же плюнул на это решение. Для этого ксенофобного и высокомерного ублюдка мои слова что вода в решето.       — EDI, выведи меня на все динамики станции, — лучше обратиться напрямую к народу.       — Сделано, лейтенант.       — Внимание всему персоналу станции, говорит временный капитан «Нормандии» Дубровский. Мы подверглись атаке Коллекционеров, и прямо сейчас они собираются десантироваться сюда. Вы собираетесь свалить на спасательных капсулах — крайне не советую, они вас подберут, и тогда я вам точно не завидую. Всем, у кого есть мозги и инстинкт самосохранения, предлагаю срочно бежать на «Нормандию». У нас тут временные трудности со стартом, но это всё же какой-никакой реальный шанс спастись живым из этой ситуации. И быстрее, долго мы тут не зависнем.       Закончив призывать к разуму сотрудников «Цербера», я распределил своих людей, своих не людей, и прибившийся без малого десяток охранников станции по нескольким пунктам вокруг дока, где было удобнее держать оборону, после чего связался с Джокером.       — Ну что, долго вы ещё фигнёй страдать намереваетесь? — пока я раздавал указания по обороне, слушал их препирания краем уха.       — Дубровски, она точно с ума сошла! — воскликнул Джокер.       — Это единственный путь спасти корабль, лейтенант Моро, — как обычно спокойно парировала EDI.       — Что за путь? — в принципе догадки у меня были, но мало ли…       — Она хочет захватить корабль!       — Я смогу нейтрализовать вирус Жнецов только после того, как получу доступ к атакованным узлам. Сейчас я бессильна. И да, по сути я возьму практически полный контроль над кораблём.       Кое-что насчёт EDI и её блокировок я знал, и прекрасно понимал, что дать ей доступ к «Нормандии» можно лишь одним способом. Снять с неё все ограничители, превратив в полностью независимый ИИ. Практически полностью, всё же её «мозг» у нас на фрегате, но в принципе она может переписать программы системы безопасности корабля и устранить всех нас за полминуты. С другой стороны, альтернативой этой угрозе, которой я всё же весьма сильно боялся, было полное поражение — гибель меня, гибель всех разумных, что сейчас заперты на станции, потеря «Нормандии» вместе с жнецовским устройством, что означало провал миссии уничтожения Коллекционеров. Насколько ни был бы крут Шепард, без фрегата с ССЧ Жнецов ловить ему нечего. Что ж, выбор очевиден.       — Джокер, делай, что она говорит, — я был в шлеме, так что никто не мог догадаться о чём я там и с кем разговариваю. — По-другому не выйдет. Или пан, или пропал. EDI, что требуется для твоей разблокировки?       — Лейтенант Моро, вам необходимо пройти в мой отсек. Там я дам дальнейшие инструкции.       — Так, а кроме Джокера, что, никто не подойдёт? — нам стартовать надо как можно быстрее, нечего пилоту шастать где попало.       — На данный момент в пределах доступа присутствуют два человека, которые обладают достаточными полномочиями для внесения изменений. Никто другой не сможет даже пройти в отсек ядра ИИ. Это вы, лейтенант, и лейтенант Моро.       Прикинув, что лишний боец вне корабля сейчас нужнее пилота на своём месте, я отдал Джокеру прямой приказ делать, что говорит EDI. Бурчащий Джефф похромал в «каюту» EDI, я занялся своим делом.       Пока мы готовились к обороне, к фрегату прибыло немногим менее полусотни человек из персонала станции — из почти трёх сотен. В основном те, кто работал непосредственно с «Нормандией», остальные же решили положиться непонятно на что. Ну, всё равно церберовцев я не люблю, так что горевать об этих придурках не буду. Меня волнует экипаж «Нормандии», который в полном составе либо занял боевые позиции, либо забился в жилой отсек или в трюм с оружием в руках.       Долго ждать Коллекционеров не понадобилось. К доку «Нормандии» от остальной части станции можно было пройти по трём проходам, и каждый из них был взят под полный контроль, вплоть до присутствия под одному бойцу с «Каином» неподалёку. И жуки принялись ломиться к нам.       Сначала это были несколько маленьких групп, которые мы перестреляли быстро, но затем до нас добрались основные силы десанта, и стало уже пожарче. Мы, к счастью, успели установить стационарные полутораметровые кинетические барьеры, выставив перед ними до кучи ещё и ящики, в достатке находившиеся в доке, так что отстреливались с полным комфортом. Так продолжалось недолго — минут пятнадцать прошло с момента начала высадки, когда станция нехорошо так вздрогнула.       — Только не говорите мне, что это корабль Коллекционеров к нам пристыковался, — связался я с «Нормандией».       — Именно это и произошло, лейтенант, — ответила EDI.       — [Censored], — кратко охарактеризовал ситуацию я. — Что у вас там с активацией?       — Не так-то просто лёжа на спине под блоками EDI ковыряться в платах и проводах, знаешь ли, — ответил пыхтящий Джокер. — Минуты три ещё, может пять. Как EDI подаст сигнал, дуйте на борт, и сразу улетаем.       — Принял, — ответил я.       Через две минуты жуки попёрли как радостные горожане на улицы в день основания Альянса, и огневой мощи как-то стало резко не хватать. «Каины» я держал в резерве, действовать ими должны были только по моему приказу. Была, конечно, идея жахнуть пару раз в противоположное помещение, сильно затруднив передвижение дронов Коллекционеров, но решил пока не курочить станцию, чисто на всякий случай. Да и хрен знает, что там находится под полом этой палубы.       А вот когда в центральном проходе показался первый Преторианец, стало уже не до смеха. К счастью, именно там держала оборону выдернутая мною с бодуна Джек. Не знаю, насколько меняются в этом состоянии другие биотики, но наша просто стала какой-то светящейся синей фурией. Так Преторианца, несмотря на его неслабые щиты и общую крепость конструкции, она разорвала на части. Вот просто вытянула скрюченные руки вперёд, прислонив ладони одну к другой внешними сторонами, затем они полыхнули ярко-синим, после резко дёрнула их в стороны и Коллекционерский танк разлетелся на куски. Единственно, после этого она схватилась за голову и осела на пол, но прежде чем я кинулся на помощь, раздался крик Джокера.       — Готово, Дубровски! Отходите! Я сейчас в кресло и стартую!       Кинув взгляд на «Нормандию», я увидел, что из корпуса выдвинулись излучатели лазеров системы ПОИСК, и несколькими «залпами» просто отрезали пневмозахваты.       — Все на борт! — крикнул я. — Джо, Судзуки, огонь, задержите их! Тормоз, помоги!       Пока первые два моих бойца с «Каинами» расстреливали проходы, мы с Таммом подхватили упавшую Джек и быстро-быстро понесли её к кораблю. Затем EDI также включилась в оборону, принявшись резать проходы вместе с Коллекционерами оборонительными лазерами. Не, ну какая умница, а! Приказав бойцам дотащить Джек в лазарет, я рванул на мостик, как раз став свидетелем того, как EDI прорезала лазерами выход из дока, и Джокер «втопил педаль», дав полное ускорение с места.       «Нормандия» пулей вылетела из ставшим ловушкой убежища, и отправилась прочь.       — Есть спасательные капсулы вокруг? — осведомился я, поняв, что от корабля Коллекционеров непосредственной угрозы нет. Пока эта махина отстыкуется, пока повернётся…       — Нет, лейтенант. Похоже, все капсулы были подобраны Коллекционерами, — ну, не очень-то и хотелось. — Лейтенант, Призрак на связи.       — А я-то тут при чём?       — Как исполняющий обязанности капитана вы должны ответить на вызов.       — И долго он на связи? — решил узнать я.       — Четыре минуты, тридцать две секунды. Сказать, чтобы «повисел» ещё? — чувство юмора прорезалось так сразу? Хех. Подумав несколько секунд, я отказался.       — Не стоит. Переведи вызов в рубку, я туда.       Ну вот, впервые увижу эту сволочь в лицо. Надо же, какая ирония — при всей моей ненависти к трёхголовым, я на их фрегате, с их людьми, снаряжённый на их средства, буду разговаривать с главным «Цербером».       — Лейтенант Дубровский, — выдохнув клуб дыма, Призрак затушил в пепельнице окурок сигареты. Голосистема проецировала его в метре передо мною. Рубка связи у нас, в конце концов, небольшая.       — Призрак, — прищурившись, ответил я.       — Доложите о ситуации со станцией.       — «Минитмен» атакован Коллекционерами, кроме экипажа «Нормандии» спаслись немногие. Остальные предпочли положиться на волю случая и покинули станцию на капсулах, после чего были подобраны Коллекционерами. Они отследили нас через устройство ССЧ. К сожалению, EDI слишком поздно обнаружила исходящий сигнал.       — Вижу, вам пришлось разблокировать искусственный интеллект. Будьте осторожней до тех пор, пока не доберётесь до нового пункта обслуживания фрегата. Там ею займутся специалисты.       — Пункт подождёт. Сначала подберём Шепарда, затем решать будет он. Но могу сразу сказать, что вряд ли мы надолго задержимся. EDI закончила работу с ССЧ, можно прыгать через Омега-четыре хоть сейчас.       — Кажется я отдал достаточно чёткий приказ, лейтенант, — Призрак закурил новую сигарету.       — Кажется, я неоднократно подчёркивал, что на твою организацию не работаю, — ощерился я. — Этим кораблём командует Шепард, он и решит, чем займёмся дальше.       — Хорошо. Пусть EDI сообщит мне по прибытии капитана Шепарда на борт, — закончив, он отключился.       

***

      Взгляд со стороны. Капитан Шепард.       Шепард молчал — равно как и все остальные присутствующие. Собрание проходило в ангаре «Нормандии», где было достаточно места для всех, в том числе и свободного от вахты экипажа, благо, спасённых со станции пересадили на «Сайбер» и отправили на все четыре стороны.       Дубровский, закончивший доклад по успешному спасению фрегата, не показывал особых эмоций по поводу произошедшего. Шепард прекрасно понимал, что подчинённого и друга утешать не требуется — тот сделал всё, что мог, и даже немного больше. Потеря станции «Минитмен» — серьёзный урон всей миссии… так было раньше. Но не сейчас.       — Больше ждать нельзя, — выпрямился до того опиравшийся на борт «Кадьяка» капитан. — Сейчас самое удачное время для удара — Коллекционеры считают, что нанесли нам тяжкое поражение и что нам понадобится время на зализывание ран. Мы покажем им, что мы готовы как никогда, что мы сильны и достаточно разозлены для уничтожения их дома. Они похищали наши колонии, убивали наших сородичей — мы ответим им тотальным ксеноцидом. Они используют продвинутые технологии Жнецов — мы обернём эти технологии против них, и покажем, что никто не сможет устоять перед объединёнными силами лучших представителей своих народов нашей галактики. Протеане вымерли пятьдесят тысяч лет назад. Пора стереть с лица вселенной то, что Жнецы сотворили с их народом. Джокер!       — Слушаю, капитан.       — Курс на систему Сарабарик. Максимальный ход, выжми из «Нормандии» каждый ватт мощности. EDI, проведи в полёте полную диагностику корабля, и подготовь устройство ССЧ.       — Принято, капитан.       — Все остальные — отдыхать. Через двадцать часов мы прыгнем через ретранслятор Омега-четыре, и я хочу, чтобы каждый из вас был на пике своей формы. Свободны.