Злое место

День был морозный, но в это время года в Зоне (в которой, как известно, почти всегда царила осень) такие заморозки – не редкость. Только что прекратила сеять мелкая льдистая крупа, по небу бежали серые кучи-облака, а ветер с реки был промозглый, порывистый. Холодно, свежо... Контролёр поморщился: в морозном воздухе запах каменного крошева чувствовался особенно резко. Он медленно встал с поваленного обломка стены и снова огляделся. Что бы здесь ни было час назад - сейчас оно прекратило быть. …Он был ещё далеко, когда первые волны бега обрушились на это странное место. А когда пришёл и он - всё уже кончилось. Бетонная ограда стоянки неразумных была повалена, на земле лежали растерзанные тела. Контролёр отвлёкся на резкий звук - за его спиной уродливая свинья-плоть, пронзительно вереща, промчалась через побоище, загремела одиноко валявшимся шлемом и побежала догонять далеко уж ушедшее стадо. Всё. Бег валом прокатился через это место, смял его, как пустую скорлупу и ушёл дальше, вперёд, к Границе. Для них Голос всё ещё звучит. Контролёр ещё раз глубоко вдохнул пахнущий пылью воздух. Чем ты проще - тем неотступнее Голос для тебя. Видимо, именно так всё и устроено. Свиньи, собаки, волки, мелкая и крупная живность - их мысли очень маленькие и простые. Голос – гораздо сильнее и больше. Он - самая сильная мысль, самая яркая идея, которая когда-либо бывала в их головах. Поэтому они будут всецело захвачены им. Он станет их сутью, их волей. Разумные же слышат Голос по-другому. Конечно, он зовёт, тревожит, но в нём больше просьбы, чем приказа, и неизменно присутствует ясное понимание, зачем нужно то, к чему он зовёт. Сегодня бег пришёл в это место потому, что в нём поселилось зло. Контролёр сделал несколько шагов по песку. Что-то было там, внизу, под землёй, под слоем бетона и железа - неразумные любят и то, и другое. Было - и закончилось, когда бег, смяв охрану, прорвался внутрь. Что-то холодное, осязаемо-гадкое растворилось и исчезло. Он почувствовал это и успокоился. Дело было сделано. Только звери и Младшие недоумевали. Как, куда? Гневная песня Голоса была такой упоительной, но они не захотели поверить, что она закончилась. …Он как никто другой знал, что сейчас их разношёрстный поток мчится вперед, дальше к югу, сметая, проламывая и грозя залить кровавым потопом всё, что встретит на пути. Они не скоро ещё успокоятся. Еще несколько шагов. Какое-то движение впереди привлекло его внимание. Мимо целой россыпи тел - люди, собаки, кабанья туша с неестественно вывернутой головой - брела неверным шагом маленькая серая фигурка. Спотыкаясь, она перешагнула через одного из убитых, голова, или то, что выглядело головой, судорожно дернулось - фигура пыталась разглядеть лежащее тело. Снова несколько неверных шагов. Кто это? Контролёр провёл рукой вдоль худого лица. Его глаза увидели фигуру раньше внутреннего чутья. Он был удивлён. Да кто же это? Зомби? Отбился от своих и потерял направление? Или выжил кто-то из тех, что прятались под землёй? Он глубоко вдохнул. Сейчас мы всё узнаем… Невидимое и неосязаемое щупальце его мыслей вылетело вперёд и коснулось фигуры. Кто ты? Повернись… А потом его глаза расширились, и щупальце рассеялось, будто его и не было. Он был дважды удивлён за один-единственный день. - Здравствуй, Дитя Зоны. Здравствуй, Ксана. «Кажется, в Монстрохатках меня сегодня не дождутся…» - тоскливо звякнуло где-то в закоулках подсознания. А потом она услышала. Не разумом. Слухом: - Здравствуй, Дитя Зоны. Здравствуй, Ксана. Девушка вздрогнула и подняла на контролёра взгляд. Глаза её расширились, теперь она смотрела на Подчиняющего, не в силах оторваться. - Здравствуй... Старший... - проговорила она. - Я... потревожила тебя? Прости, не хотела... Я сейчас уйду... если позволишь... - Нет. Не потревожила… - голос контролёра был спокойным, даже мягким, только очень глубоким. - Ты меня не помнишь, и потому напугалась. Я уже говорил с тобой. Давно. Недалеко от твоего дома. Я тебя узнал. Не пугайся. Если хочешь идти - иди. Не удержу. Ксана, не отрывая взгляда от его полускрытого капюшоном лица, медленно склонила голову набок. - Так это был ты... - она коснулась лба и смущённо потупилась. - Моя дырявая память... Совершенно не запоминаю лица! А ту встречу я помню! Ты и в тот раз появился неожиданно для меня.* На её лице появилась несмелая улыбка. - Узнала, - бледные губы улыбнулись в ответ. - Я рад. Что ты здесь делаешь, Детёныш? Это дурное место. - Я знаю... - прошептала Ксана, и улыбка погасла. - Я... уже была тут... там, внизу... - дрожь прошла по её телу. - А теперь Мамо позвала меня, чтобы показать, что здесь стало... - Значит, тебя позвал Голос, - контролёр подошел ближе, оставляя на сыром песке широкие и глубокие вмятины следов. - Не бойся, всё уже прошло. Я не знаю, что было под нами. Но оно не должно было быть. И его больше нет. Ты можешь уходить отсюда. Или ты все ещё слышишь Голос? - Тут делали... чудовищ... из людей... - Ксана зябко обхватила себя за плечи. - И... не только из них... Мамо велела мне прийти сюда... Мне и моей подруге. Но я потеряла её, наверно, она пошла дальше, со всеми... Я искала её здесь, боялась, что она лежит среди мёртвых... И что она и сама убивала, ведь она обещала отомстить людям, которые были тут... За меня... Старший, ты не видел здесь мою подругу? Её зовут Марго, она излом. И тоже, как и ты, в плаще ходит. Видимо, день сегодня был такой. Контролёр усмехнулся сам себе. Новый сюрприз стоил прежних. Кажется, эта маленькая будущая женщина может найти общий язык даже с камнями. Где-то здесь, среди развалин, трупов и гари есть ещё один её знакомый. Надо же – излом, да ещё и женского рода! Редкая птица в этих краях! И эта девочка называет её своей подругой! Кажется, ему на мгновение даже стало завидно. Всю свою жизнь в Зоне он страдал от одного - ему было не с кем разговаривать. Много ли радостного в мире, если ты в нём почти один? А он был один, с того самого момента как осознал себя. Это только со стороны кажется, что все мутанты в Зоне одинаковые. Если это сходство и есть, то оно не больше, чем среди людей. Так-то, если поглядеть на людей Зоны не очень пристально - тоже может показаться, что они почти братья-близнецы - все с оружием, в почти одинаковой одежде, и уж конечно, с одной одинаковой страстью, целью жизни, называемой хабар или добыча. Все бегают, как оголтелые, по оврагам и буеракам, лезут туда, куда лезть не следует, и ищут, ищут, ищут. Похожи друг на друга? Похожи. Только если заглянуть поглубже в голову каждому из этих похожих, станет ясно, что это не совсем так. Один из них трус, другой пьяница, третий идеалист, четвертый - вообще не разберёшься, кто он и зачем пришёл. Один сам лезет в зелёный студень, а другой караулит такого первого с ножом у ближайшего угла - мол, давай, простофиля, давай, неси мне красивую ту штуку, а уж я найду, куда её пристроить, да и тебя следом! Есть безымянный доктор на болотищах, который и первому, и второму заштопает дырки за просто так - от любви к своему делу и людям. Так-то. В Зоне двух одинаковых камней не бывает, а вы тут про людей… Нелюди в Зоне тоже разные. Просто глядеть надо пристальнее. Но из-за этой самой разности, чтоб ей, контролер и отчаялся было найти хоть одну родственную душу. Пусть подобных ему в Зоне было не один и не два - но у каждого из них своё в голове. И хранилось это своё под семью замками и десятью печатями. Так можно прийти к старому приятелю, которого не видел много лет, поговорить с ним один вечер, а потом - всё. Вроде, и увидеться были рады, а говорить больше не о чем. И еще долго не о чем будет. И уходишь, улыбнувшись и пожав руку, а на душе тоска зелёная. Так и здесь. Есть, правда, и более прозаическая причина того, что контролеры подолгу рядом друг с другом быть не любят. Фонит от соседа сильно. Неприятно это, когда постоянно по голове будто дятел стучит… Так он и бродил по Зоне один. С самого Второго Взрыва бродил, пока вот эту человечку не встретил, да ещё её отца приёмного, на других людей так же непохожего, как и дочь. Видимо, так мир устроен. Он нашел себе собеседника только спустя шесть лет, а у других - что ни месяц - то новый друг. Впрочем, зависть - чувство мелкое. Контролёр прервал поток воспоминаний. Кто же такая - эта её подруга-излом? Кажется, никого подобного он не видел в Зоне не то что сегодня, а с самого её, Зоны, начала. Всё время ему встречались изломы мужского рода, а вот чтоб женского… - Нет, Ксана. Я пришел, когда всё уже кончилось. Я не видел никого похожего. Как ни странно, но девушка облегчённо вздохнула: - Если её нет здесь, и ты её не видел - значит, она могла пойти дальше... Ох, Маргоша, Маргоша... Детёныш озабоченно прикусила губу и бросила взгляд туда, где за холмами лежали Монстрохатки. - Что мне делать, Старший? - вдруг спросила она. - Я обещала подруге, что догоню её, но есть одно дело, что тянет меня назад, к дому... Очень важное дело... Люди... из группировки «Долг»... Они - враги Детей Зоны, но... Им тоже не нужно, чтобы такие вот места существовали, и в них творили зло. Я рассказала Воронину, их командиру про это место и про то, что здесь делали. Он всё понял, он сказал, что поможет мне... И послал своих людей найти это злое место. Чтобы уничтожить. Но Мамо опередила их, и теперь... теперь уже я должна помочь им... Потому что Воронин помог мне. Когда начался гон, они были где-то здесь, недалеко. Кажется, я не опоздала с сообщением и направила их к нам, в Монстрохатки. Но вот успели ли они туда дойти и укрыться? Мне нужно скорее вернуться и проверить. И если что - помочь им. Но... Марго, как же она?.. Что мне делать, Старший? Я же не могу раздвоиться! Контролёр на мгновение задумался. Потом снова улыбнулся бесцветными губами. - Если твоя знакомая пережила то, что происходило здесь - а я не видел её не только среди живых, но и среди убитых, то, думаю, что ты можешь не очень сильно за неё волноваться. Изломы могут за себя постоять. Если она умеет думать сама - то значит, Голос не увёл её далеко. Она вернется. Мутант снова замолчал. Когда же он снова заговорил, голос его стал ощутимо тяжёлым. - Ты сказала, Ксана, что тебя ждут дома люди из «Долга». Ты говорила с тем, кто командует ими. Ты теперь с «Долгом»? Детёныш сокрушённо вцепилась в свои растрепавшиеся волосы, замотала головой. - Ох, Старший... - почти простонала она. - Я и сама прекрасно знаю, что порождения не должны помогать людям. Тем более тем, кто смыслом жизни видит наше уничтожение. Но... Старший, что мне оставалось делать? К кому идти за помощью? Нет, я не с «Долгом». Но... эти хоть не наживаются на убийствах Детей Зоны и не торгуют артефактами - как остальные группировки. А их командир, к счастью, понял, что самым опасным чудовищем в Зоне может быть сам человек! Когда начинает творить зло... губить ни в чём не повинных... Старший, я... Внезапно Ксана замолчала. Глаза её расширились, лицо приобрело странное выражение. Как будто она приняла нелёгкое для себя решение. - Посмотри всё это сам, Старший... - медленно и тихо произнесла она, глядя в лицо контролёру. - Посмотри! Я не могу нормально рассказать тебе всё, но... ты можешь это увидеть. В моих воспоминаниях... Только пожалуйста... не считай, что я... стала врагом своих собратьев... - Детёныш судорожно вздохнула и быстро облизала разом пересохшие губы. Она понимала, что рискует жизнью, открывая сознание контролёру. Но иначе сейчас она не могла поступить. Сложившаяся на данный момент ситуация была настолько непростая и необычная, что одним рассказом тут не обойдёшься. Высокая фигура перед ней молчала. В ушах девушки застучало собственное сердце - удар, удар, удар. И вдруг, внезапно всё кончилось. Удары стихли, и перестало давить виски, а по позвоночнику приятным холодком пробежала весёлая стайка мурашек. Ей внезапно стало спокойно-спокойно. - Я и не думал так, Дитя Зоны. Даже сородичи твоей подруги, плуты-изломы знают твою честность, - голос высокого существа снова был тихим и даже чуть-чуть, самую малость - весёлым. - Не бойся. Она увидела, что губы контролёра не двигались. Голос звучал прямо в её ушах. - Если сама хочешь, покажи мне то, что здесь было. Я хотел бы знать, что может так напугать такую храбрую девочку, как ты. …Голова снова на мгновение закружилась, ей показалось, что она … летит? Вокруг был светлый белый туман, и он нёсся с ошеломляющей скоростью куда-то назад. Вот туман немного расступился. Что это? Она сверху смотрела на какую-то узкую комнату, а в ней… В ней на металлическом стуле сидела она сама. Она одновременно была в двух местах - там, и здесь, в этом молочном тумане. Ксана заинтересованно посмотрела на своё отражение. Точно, это она - вот её свитер, её волосы, лицо. Она даже смутно узнала эту комнату. Вот внизу к ней-второй подошел человек. Он что-то спрашивает, и записывает в блокнот. Человек неприятный, даже страшный, но она, Ксана, по эту сторону от комнаты, скорее понимает это, чем чувствует. Как будто ей сказали, что она должна того человека бояться, а ей не страшно, ни капельки. Внизу события продолжаются - человек выходит, а вторую Ксану уводят двое других мужчин, в серо-синих костюмах. Туман открывает новую картину - вторую Ксану ведут по коридору. Видимо, этот коридор - очень нехорошее место. Из одной двери выводят человека со смутно знакомым лицом, он видит Ксану, пытается что-то крикнуть ей, рвётся из рук своих конвоиров. Но те сбивают его с ног и утаскивают куда-то. Вторая Ксана напугана, судорожно смотрит по сторонам. Первая Ксана хочет помочь второй, но картина куда-то плавно отступает, и ей опять становится спокойно. Это страшная сказка, понимает она. Совсем, как те, что баба Ната рассказывала. только почему-то Ксана знает, что будет дальше. Дальше будет страшно, но потом всё будет снова хорошо. Ту, вторую Ксану будут ещё пугать, и даже мучить - тыкать в руку стальной иголкой. С ней сделают что-то очень дурное, отчего она даже перестанет быть Ксаной, но потом её спасут друзья. Они хорошие, добрые, и такие беспокойные. Они будут гладить ту, вторую Ксану по голове, что-то шептать ей в уши и очень щекотно водить по спине и животу чем-то круглым, тёплым и жёлтым. Отступит липкий засасывающий ужас, и она, вторая Ксана, снова станет собой. А потом нечто невообразимо большое, гудящее, многоголосое нахлынет на эти комнаты, и их больше не будет. Она точно это знает. Поняв, что всё будет хорошо, первая Ксана почувствовала, что очень хочет спать. Белый туман, мягкий и нестрашный, уютно обволок её с головы до ног, она расслабилась, потянулась и… проснулась. Она снова стояла на песке среди бетонного крошева. Вокруг громоздились обломки и лежали те, кто недавно был жив, но Ксане больше не хотелось пугаться и плакать. Всё будет хорошо. Она знала это, как и то, что она - это она. Всё будет хорошо. Девушка подняла глаза. Перед ней, нависая, стоял высоченный худой человек в серо-зелёном плаще. Странный человек, с бледной-бледной кожей и длинными спутанными волосами, заплетёнными в неряшливые косицы. Капюшон плаща был откинут, и волосы развевались вокруг осунувшегося вытянутого лица. Глаза человека были закрыты. - Старший... – несмелым шёпотом позвала она. - Ты... всё увидел?.. Странный человек медленно открыл глаза. Они были такие же блёклые, как и кожа, исчерченные кроваво-красными прожилками, которые будто обрывались в зрачки, как в колодцы. В колодцах жила засасывающая пустота. Девушка вздрогнула. Человек - или не человек? - перевёл взгляд куда-то в сторону. Руки с длинными пальцами быстро накинули капюшон обратно. - Да, Ксана, увидел. Контролёр сделал шаг назад. - Ты очень храбрая девочка. Смелая. Здесь действительно было дурное место. Было. - Было... - согласилась с ним Детёныш. - Теперь нет. А что касается долговцев... После всего этого я набралась храбрости и сходила на их базу. Добилась встречи с Ворониным, поговорила с ним. Рассказала о том, что видела и пережила здесь. Попросила сделать так, чтобы больше ни с кем из людей - ведь долговцы называют себя их защитниками - больше не случилось того, что пришлось испытать мне и... тем другим, кого здесь мучили. Он всё понял и послал бойцов, чтобы они нашли это место. Чтобы потом уничтожить его. А мне дал рацию... устройство для разговоров на расстоянии... чтобы я могла - если что случится, позвать его или кого-то из его людей. И ещё он сказал, что отныне я не должна бояться людей в долговской форме. Для них я теперь - не порождение Зоны, а человек. Несмотря ни на что. Ксана смущённо развела руками, мол - такие дела, Старший... И закончила: - Вот почему я решила - несмотря на то, что мне нельзя отдавать предпочтение кому-то из людских группировок - помочь воронинским разведчикам. Они хорошее дело делали. Справедливое. Просто гон помешал им завершить его и сам всё сделал за них. Я решила дать им приют в своём доме. Чтобы они не погибли. Разве я поступила… плохо? Контролёр продолжал смотреть в сторону, но девушка снова почувствовала умиротворение и тепло. Так обычно пригревает из-за окна неяркое весеннее солнце. - Сегодня странный день… И, возможно, странные решения в такой день уместнее всех прочих. Полуприкрытые капюшоном глаза по-котовски улыбчиво зажмурились. - Значит... я не должна беспокоиться о Марго, не должна идти за ней, а должна вернуться домой, чтобы помочь тем людям? Так? Ксана, как часто бывало в разговорах с отцом, просительно заглянула в лицо собеседнику и увидела, что тот... улыбается. - Я не знаю это наверняка, но думаю, что это так. Ксана облегчённо выдохнула и тоже заулыбалась. - Ну тогда... я пойду, да? Высокая фигура кивнула. - Бег ушел далеко отсюда, и вокруг нет почти никого. Спокойно иди, Дитя Зоны. После такого дня ничто не поможет лучше, чем сон... - Сон? - удивилась Ксана. - Я не хочу спать... У меня ещё дел куча... Да и до дома ещё топать и топать... Старший, я ведь теперь живу не на Кордоне, не в Деревне сталкеров-одиночек. Мутант обернулся. - Вот почему я не нашёл тебя в прошлый раз. Я хотел тебя найти и поговорить. Я буду рад, если ты по-прежнему будешь со мной беседовать. Если ты тоже будешь рада, скажи мне, где тебя искать. Ксана изумилась. Тому факту, что он, контролёр, оказывается, искал её, чтобы поговорить... Широкая радостная улыбка растянула её рот чуть ли не до ушей. - Конечно, я рада буду видеть тебя, Старший! И разговаривать! Думаю, что и Марго тоже будет не против пообщаться. Она старше меня, и когда-то жила в Большом мире. Ей будет, что рассказать тебе. А живём мы... - Ксана покрутилась на месте, выясняя направление. – Во-о-он, видишь далеко холмы? - показала она на север. - Если идти к Тёмной долине, то перед старой фермой есть развилка дорог. Если по ней идти к реке, то увидишь деревню в четыре домика. Раньше она называлась Бердяевка. А теперь называется Монстрохатки. Потому что там живём мы с Марго и слепая собака Дамка с кучей щенков... ой, они такие хорошенькие! - девушка засмеялась. - А ещё эта деревня... В ней когда-то очень давно нашла для нас убежище моя мама. Мы с ней жили там. Правда, я это только недавно выяснила. - Значит, ты вернулась в своё, можно сказать, родное гнездо? – улыбнулся псионик. - Выходит, что так. – Детёныш тоже заулыбалась и чуть развела руками. – Приходи в гости, Старший. - Я непременно воспользуюсь твоим приглашением, – мутант церемонно наклонил голову. – А сейчас – возвращайся домой, Дитя Зоны. Возможно, там тебя уже ждут те, кому ты обещала помочь. …Путь обратно был лёгок и чист. Ничто не отвлекало Ксану, ничто не звало, не тянуло назад. Мамо показала своему Детёнышу всё, что хотела показать, и теперь отпускала её. Добрая фея Зоны – как называли её сталкеры – снова летела творить своё маленькое и незатейливое, но такое нужное всем в этом неласковом к людям мирке волшебство.