Охотница

      Она стояла в комнате и едва касалась красной ткани пальцами. В лучших традициях аристократии, платье идеально подходило для вечернего бала, на котором соберётся правящая верхушка. Верхушка не просто одной страны, а всего мира. Верхушка, в которой одни — бессмертные, внушающие страх своим сверхъестественным существом, а другие — сильнейшие охотники, которые держат первых в узде, но не могут их полностью подавить.       Лилия собирала волосы в незамысловатую, но достаточно элегантную причёску. В зале для приёмов уже звучали многочисленные голоса.       Девушка взглянула на себя в зеркало. Вся в красном, тонкая и даже слегка воздушная, но она ощущала, будто что-то тяжёлое давило на её плечи, прижимая к земле. Нет, она не боялась, она хотела вернуть своё положение и уважение. По-правде говоря, человек, в руках которого однажды уже была власть, жаждет её постоянно и от этого желания никак не избавится.       Ещё кружило в воздухе, окутывало тонкими шёлковыми нитями неприятное предчувствие. Предчувствие чего-то очень плохого.       Девушка вздохнула, прогоняя неприятные мысли прочь.       За ней внезапно появился Тоуго. Он был одет в дорогой чёрный костюм, белоснежную рубашку. Его туфли были начищены до блеска, на шее была аккуратная чёрная бабочка. Платиновые пряди плавно спускались вниз. Среброволосый король положил руки на тонкую талию девушки и обнял её, прижимая к себе.       Он шумно втянул носом воздух, касаясь кончиком носа голой кожи своей невесты.       — Лилия, я хочу кое-что тебе подарить. Закрой, пожалуйста, глаза.       Она послушала его безоговорочно. Мужские руки отпустили девичье тело, а потом она почувствовала что-то холодное на своей шее и грудине.       — Открывай.       Охотница увидела кулон на серебряной цепочке. Внутри изящной оправы был драгоценный рубин.       — Это принадлежало моей матери. Она носила его до самой смерти. Теперь мне хочется, чтобы этот кулон был твоим.       — Спасибо, — со всей возможной искренностью прозвучало. Как-то банально, будто по сценарию фильма всё происходило, но как же приятно было Лилии. Она провела подушечками пальцев по поверхности красного камня, ярко поблёскивающего под светом люстры, Карл дотронулся губами её макушки и закрыл глаза. Лилия тоже прикрыла веки и откинулась назад, на сильную грудь Тоуго. — Нужно уже идти, — прошептала она.       — Ещё пару мгновений, моя девочка, — еле нарушая тишину, ответил он.       Они наполняли лёгкие воздухом, который выдыхали секунду назад. Воздухом с ароматом друг друга.

***

      — Я рад приветствовать вас здесь, на этом балу, — начал свою речь Тоуго, стоя на красной ковровой дорожке в самом верху широкой лестницы. Кованные перила обрамляли её по краям, замысловатыми завитками привлекая к себе внимание во время ожидания, до того как появился король. Теперь все взгляды были прикованы к высокой и могущественной фигуре. — Сегодня знаменательный день! — громко провозгласил он, окидывая всех своим высокомерным взглядом. — Сегодня я хочу представить вам ту, которая когда-то спасла человечество от вымирания, ту, род которой прозвали святым, ту, которая породила охотников. — Он на мгновение замолчал. — Лилия Кёя вернулась! — Недоуменные глаза и тихий шёпот, что волной разнёсся по залу.       Глухим эхом издали раздались шаги девушки.       Она вышла из-за угла, смотря вниз, и пошла прямиком в центр своеобразной площадки в виде верхнего основания лестницы. Карлхайнц отступил в сторону.       Охотница остановилась — шёпот прекратился.       Лилия оторвала взгляд от пола и одарила всех сиянием драгоценных аметистов.       Истинные охотники, в чьих жилах текла кровь охотницы, прочувствовали этот взгляд всем своим телом и беспомощно осели на пол, упав на колени перед своей прародительницей. Только Фудо, Рэйдон, Кано, Мина и её семья — Фридрих, муж, сын и дочь — сели на одно колено прямо у ступеней по собственной воле, а не по приказу крови, выказывая бесконечное уважение. Братья Сакамаки и Рихтер также поклонились.       Вампиров начало колотить. Они, могущественные и властные, ощутили страх, который мог до этого вызвать лишь их король Карлхайнц. Нет, этот страх был даже сильнее.       — Почему мы должны верить, что это именно ты? — спросил один мужчина. Лилия посмотрела прямо на него — он начал трястить, будто замерзал до смерти.       — Куро, Ранран, придите! — крикнула Лилия, и в её руке появился меч, а на плече с гордостью расположился чёрный демон — первый фамильяр этого мира, сильный, принадлежащий когда-то королю. Сейчас он у королевы. — Это оружие, — Лилия подняла меч перед собой, — может убить любого из вас. Чувствуете? — Её глаза сузились. Вампиры ощутили ещё больший страх. — Но вот вам ещё и мои воспоминания в доказательство. Ранран, покажи нашим гостям начало эры правления охотников и окончания беспредела, который устроили низкоклассовые.       Чёрный демон создал над девушкой своеобразный экран, на который транслировал её воспоминания. Сражение с осиновым мечом, знакомство с Карлхайнцем, обращение, убийства Итикава, Мигеля и множества потерявших в жажде крови разум вампиров. Её смерть, переселение душ и пробуждение.       Повисло молчание.       Девушка глубоко вдохнула и громко произнесла:       — Я, Лилия Кёя, прародительница святого рода, первая охотница, обладательница смертельного оружия и сильнейшего фамильяра этого мира, невеста, — она глянула на Тоуго, — короля, вернулась! — Куро засветился фиолетовым пламенем, а её глаза подыгрывали ему, аметистовым огнём разжигая несуществующий, но такой опасный пожар.       Вампиры склонились. Теперь все стояли на коленях перед безумными правителями этого мира.       Высказав своё почтение и повиновение, признав Лилию Кёя, многие охотники, так отчаянно борющиеся за власть последние шестнадцать лет, сильно разозлились и даже на мгновение впали в отчаяние. Все их старания были напрасны, и теперь оставалась надежда лишь на один план. План, предложенный слишком могущественным существом, чтобы даже думать от него отказаться.       Сегодня всё свершиться. Сегодня правлению Карлхайнца придёт конец.       Гостям предложили пройти в бальный зал. Наверху, на специально отведённом балкончике, расположился оркестр. Присутствующие расступились, создали живой круг, освобождая центр площадки. Хозяева бала должны были открыть вечер.       Типичный фигурный вальс слишком прост по мнению Карлхайнца. Зазвучала резкая музыка.       Танго. Он хотел открыть этот бал именно таким образом.       — Моя девочка, прошу тебя, станцуй со мной. — Он элегантно протянул руку девушке в красном. Правитель улыбался, его половинка тоже. Лилия даже слегка засмеялась.       — Конечно. — Только положив свою руку в его ладонь, она оказалась притянута к мужскому телу.       Резкий шаг, красивый прогиб в спине. Они стремительно закружились в танце, очерчивая круг по огромному залу. Будто парили в своей превосходности и красоте. Когда музыка слегка замедлилась, они подстроились под ней. Зазвучал резковатый плач скрипки, когда Тоуго приподнял девушку и слегка закружил. Поставил её, а она зацепилась за его бедро ногой, прогнулась будто кошка, прильнула обратно к его телу, губами будоража ледяную кожу. Страстно, красиво, волнительно. Танец продолжался, завлекая окружающих в эту диковатую игру. Немного даже откровенную.       Музыка закончилась. Аплодисменты заполнили зал. Со временем они стихли, и кто-то начал хлопать, будто с опозданием, отрывисто и даже лениво. Карлхайнц и Лилия посмотрели в ту сторону. Толпа расступилась, освобождая дорогу мужчине.       — Прекрасно! Восхитительно! — с насмешкой в голосе произнёс он. Лицо скрывали длинные светлые волосы.       Его запах Тоуго и Лилия узнали почти сразу же.       — Когда мы встретились впервые, ты была вся в алой крови. И сейчас ты вся в красном. Немного забавно, не находишь, мой фиолетовоглазый цветочек? — Зелёные глаза устремились прямо на пару в центре зала.       — Рен Итикава, — полушёпотом сорвалось с губ охотницы. В её руке сразу же появился меч. Забытая тяга к убийству вновь наполнила тело. Вампир, за которым она так долго охотилась, стоял прямо перед ней.       — Даже не думай. — Знакомый голос будто парализовал девушку. Её схватили за запястья и завели руки за спину. Пальцы были холодные, не Карлхайнца, но казались они почему-то слишком родными.       Она не хотела верить, что это он.       Девушка повернула голову и увидела блеск жёлтых глаз. Глаз, которые должны были навсегда закрыться ещё три тысячи лет назад.       — Лилия Кёя, вот мы и встретились вновь, — с болью в бархатном голосе произнёс он фразу, слегка изменённую, сказанную когда-то при их первой встрече.       — Рей, — слетело с губ и повисло в воздухе. Повисло так же, как и молчание во всём зале.