Долгий путь

Глава 52 ~О~ Лучше — только секс (Гарри) ~О~ Гарри вымылся, почистил зубы и побрился. Натянул обтягивающие кожаные брюки, которые особенно удачно на нем сидели, и кашемировый свитер глубокого зеленого оттенка. Его (и специальной утепляющей футболки) должно было хватить для прохладной августовской ночи. Надев летные перчатки без пальцев, Гарри посмотрел в зеркало. Его отросшие на пару сантиметров волосы живописно растрепались. Свитер идеально подходил к цвету глаз, а кожаные брюки… Что ж. Может, Снейп и не свободен, но не слеп. Пусть полюбуется. Гарри усмехнулся: зря он не пошел в Слизерин. Он взял снитч и покинул свои комнаты. На место встречи он пришел на три минуты раньше. Небрежно прислонился к залитой лунным светом колонне, согнул ногу в колене и сунул руки в карманы. Запрокинув голову, он закрыл глаза и приготовился ждать. Гарри прекрасно знал, что Снейп ходит бесшумно и никогда не опаздывает. Так что, по его подсчетам, Снейп смотрел на него ровно шесть минут прежде, чем обнаружить свое присутствие. Неплохо. — Гуляете после отбоя, Поттер? Гарри открыл глаза и расплылся в отлично натренированной манящей улыбке. Он вытянул руку, и лежавшая на земле метла прыгнула ему в ладонь, звонко шлепнув его по перчатке. — Готовы? — Если вы настаиваете, — ответил Снейп, но его глаза сияли. Вскоре они оседлали метлы и взмыли в воздух. Достигнув квиддичного поля Гарри вытащил снитч: — Хотите поиграть? — Уже совсем темно, Поттер. — А я волшебник, — парировал Гарри. От заклинания снитч вспыхнул, как уголек, и понесся прочь, оставляя за собой светящийся хвост, будто комета. Половина работы ловца была сделана — теперь снитч был виден издалека, оставалось только его поймать. — Ну, так что? — переспросил Гарри. Они сорвались с места одновременно, устремившись за набирающим скорость снитчем. Гарри петлял, то и дело подрезая Снейпа, и тот вскоре понял, что цель игры — не поимка снитча, а «воздушный балет»: подлететь совсем близко, подсечь, оказаться на пути и вновь увильнуть, а потом начать все по новой. Они кружили вокруг друг друга, не давая схватить снитч, гонясь за ним плечом к плечу и внезапно падая камнем вниз. То, как высоко они забрались, можно было судить лишь по огням замка. Они скользили в ночи быстрыми темными тенями, преследуя маленький светящийся мячик, их магия придавала скорости метлам. Гарри мог бы летать так до утра. Он занимался любимым делом с любимым человеком, и это было почти как заниматься с ним любовью, на что Гарри даже и не рассчитывал. Гарри понимал, что Снейпу приходится прикладывать больше усилий, чем ему, а потому резко ускорился и положил конец погоне совершенно безумным, смертельным трюком, страшным и завораживающим для наблюдателя со стороны. Гарри проделал его специально для Снейпа, как признание в любви, которому не суждено было прозвучать. Они опустились на землю. Снейп тяжело дышал, но на его лице был восторг, а глаза горели чувством, которое Гарри мгновенно узнал. О нет, Снейп не был слеп, пусть и не свободен. Позже Гарри будет вспоминать этот взгляд, лаская пульсирующий член и шепча в темноте имя Снейпа. В молчании они дошли до замка по освещенной луной тропе. Когда они достигли верхней ступени, Гарри протянул Снейпу снитч. — Я знаю, что вы болеете за «Паддлмир», — произнес он. — Это снитч, который принес им победу в чемпионате две тысячи четвертого. Дарю. Снейп взял снитч и, глядя на него, сказал: — Вы поймали его через семь часов и сорок две минуты после начала игры, безупречно проделав финт Вронского. — Он поднял на Гарри глаза. — Я был на той игре. Вы были великолепны. Гарри пожал плечами. — Пока я гонялся за такими шариками, вы искали лекарство для сквибов. Вот это по-настоящему великолепно, Снейп. А то — просто игра. — А на потолке Сикстинской капеллы просто рисунок. Не принижайте свой талант, Поттер. Самое важное в жизни — использовать то, что нам дано. Так что тут мы равны. С минуту они смотрели друг на друга, а потом Гарри улыбнулся: — Еще пару сотен таких полетов, и мы сделаем из вас ловца. Может, вам стоит снова поучить меня варить зелья. Вот тогда мы и сравняемся. При этих словах Гарри показалось, что глаза Снейпа почему-то снова вспыхнули. Впрочем, Снейп быстро отвел взгляд. — Сначала нужно разобраться с собранием Совета попечителей. Потом можно подумать и о том, выйдет ли из вас Мастер зелий. Завтра в два? — Хорошо. — Спокойной ночи, Поттер. — Спокойной ночи, Снейп. Они разошлись каждый в свою сторону. Уже было за полночь. Всего пять часов на сон? Ну уж нет, Гарри решил поспать подольше, а тренировку перенести на шесть и увеличить нагрузку. На собрание он хотел явиться в наилучшей форме. ~О~ Лучше — только секс (Северус) ~О~ После их полуночного разговора Северус задумался, как выглядят комнаты Гарри. Или, скорее, не найдется ли там какая-нибудь подсказка о том, кто так прочно завоевал его сердце. Конечно, сами по себе комнаты Гарри тоже вызывали любопытство. Интересно, представится ли случай там побывать? Хотя с какой стати ему приглашать Снейпа к себе? Казалось, Поттера и так все устраивало. Северус отправился на пробежку — подальше от квиддичного поля, вдоль озера и кромки леса. Бег был непривычным видом спорта для волшебников, но Северус пристрастился к нему в Америке, пока вел маггловский образ жизни. Он даже участвовал как доброволец в клиническом исследовании физиологической составляющей развития мышц и ни разу не пожалел об этом. Теперь, в пятьдесят лет, он был в лучшей физической форме, чем в сорок (или тридцать, да даже в двадцать, если на то пошло). Северус не сомневался, что сможет придумать предлог, чтобы заглянуть в комнаты Гарри. Он лениво размышлял об этом, отбивая равномерные шаги по сухой земле. По каким причинам люди ходят друг к другу домой? Ради беседы, передачи послания, встречи, дружеских посиделок. К своему возвращению в замок Северус вспомнил старую традицию Хогвартса: приветственная вечеринка у нового учителя за день до начала семестра. Его собственная вечеринка в свое время вышла крайне неловкой и, к счастью, короткой. Из мебели в его комнатах были только два кресла с прямыми спинками, а в качестве угощения — чай и печенье. Разумеется, Поттер не только всех знал, но и уже преподавал пару месяцев, и такая вечеринка не имела смысла. Видимо, поэтому никто не вспомнил о традиции. Однако Северус решил, что после месяца напряженной работы никто не откажется от дружеского сборища у Поттера, и он знал, кому стоит замолвить об этом словечко… За обедом он мимоходом заметил Филиусу Флитвику, что контракт о найме Поттера вступает в силу лишь в этом году, так что, невзирая на пару месяцев преподавания, официально тот —новичок… По итогам, комнаты Гарри Северусу предстояло увидеть в четверг в восемь вечера. Слизеринец всегда остается слизеринцем. За ужином Северус слегка волновался, что Гарри слишком устал накануне, когда засиделся допоздна, и решит отменить вечерний полет. Конечно, днем у Гарри был бодрый (даже слишком) вид, но ведь они не строили никаких твердых планов. «Счастливая случайность», по которой они одновременно покинули Большой зал, ни на секунду не обманула Снейпа, скорее, ужасно обрадовала. Он сразу догадался, что Гарри хочет уточнить время их встречи. Часа два Северус работал над конспектом для пятого курса по Магии огня (в которой он был настоящий профи). Без четверти десять он принял душ и переоделся для полета. Ровно в десять он ступил на крыльцо главного входа в замок. От вида расслабленно ждущего его Поттера — будто ожившего видения из эротического сна, перехватило дыхание. Северус знал, что Поттер не услышит его бесшумных шагов, и позволил себе полюбоваться, сохранить этот образ в памяти на будущее. Где только этот негодник раздобыл такие брюки? Наконец, Северус уверился, что сможет говорить без хрипотцы в голосе, и поприветствовал Гарри. Тот взглянул на него зелеными, словно весенняя трава, глазами и расплылся в улыбке, способной растопить целый ледник. Живость, с которой метла прыгнула в руку Гарри, не шла ни в какое сравнение с тем, как подпрыгнул член Снейпа от этой улыбки. Они взлетели. Метла, которую одолжил ему Гарри, была настоящим чудом. Чувствительная в управлении, она идеально подходила Северусу и быстро и плавно несла его, невзирая на его весьма посредственные навыки полетов. Когда Гарри выудил из кармана снитч, Северуса кольнула игла беспокойства. Он никогда не играл в квиддич и не представлял, как ловцы находят снитч даже при дневном свете. Уверенность, с которой Гарри произнес заклинание (профан в Магии огня? Ха!), показалась Северусу чертовски сексуальной, и он внезапно решил плюнуть на осторожность и получить как можно больше удовольствия. Погоня увлекала, но Снейп столько раз видел Гарри на квиддичных соревнованиях, что сразу понял: тот даже не пытался поймать снитч, а использовал его, как предлог, чтобы затеять совершенно другую игру. Ничего эротичнее этой игры Снейпу не доводилось испытывать никогда и ни с кем за пределами постели. Гарри же, он был уверен, совершенно этого не осознавал. Снейп чувствовал, как силы иссякают, но ему не хотелось прекращать этот танец, разве что они с Гарри переместились бы прямиком в его кровать. Движением, от которого сердце Снейпа чуть не остановилось, Гарри поймал снитч, лишь подтвердив, что до сих пор даже не пытался этого сделать. Когда они приземлились, глаза Гарри искрились смехом, и Северус испытал острейший прилив желания. Его напряженный член пульсировал в такт бешено стучащему сердцу — так быстро оно не билось даже во время утренней пробежки. Больше всего на свете Северусу хотелось завалить Гарри в траву и воплотить в жизнь все свои желания. Не в силах вымолвить ни слова, он молча шагал рядом с Гарри, радуясь, что темнота и куртка помогают скрыть его чувства. Когда они достигли верхней ступени, Гарри удивил Северуса, протянув ему снитч. — Я знаю, что вы болеете за «Паддлмир», — произнес он. — Это снитч, который принес им победу в чемпионате две тысячи четвертого. Дарю. «Ты — единственная причина, по которой я вообще следил за «Паддлмир»», — хотелось ответить Снейпу, но вслух он сказал: — Вы поймали его через семь часов и сорок две минуты после начала игры, безупречно проделав финт Вронского. Он поднял глаза, припоминая, как в тот день у него тоже едва не остановилось сердце от того, что проделал Гарри. У него и у тысяч других болельщиков. Но сегодня этот трюк повторили только для него. Эта мысль согревала, словно в его груди поселился маленький огонек. — Я был на той игре. Вы были великолепны. Гарри пожал плечами. — Пока я гонялся за такими шариками, вы искали лекарство для сквибов. Вот это по-настоящему великолепно, Снейп. А то — просто игра. Неужели Гарри в самом деле считал, что все его умения и таланты ничего не стоят только потому, что он не одевал в поте лица убогих и не кормил нищих? — А на потолке Сикстинской капеллы просто рисунок. Не принижайте свой талант, Поттер. Самое важное в жизни — использовать то, что нам дано. Так что тут мы равны. С минуту они смотрели друг на друга, желание поцеловать Гарри было таким сильным, что у Снейпа даже слегка начало покалывать губы. Гарри улыбнулся, и он едва не потерял над собой контроль. — Еще пару сотен таких полетов, и мы сделаем из вас ловца. Может, вам стоит снова поучить меня варить зелья. Вот тогда мы и сравняемся. «Заниматься любимым делом с любимым человеком», — подумал Снейп и быстро отвел взгляд, чтобы не выдать своей жажды. Нужно сосредоточиться на чем-то прозаичном, на рутине, иначе он не сдержится, поцелует Гарри и все испортит. — Сначала нужно разобраться с собранием Совета попечителей. Потом можно подумать и о том, выйдет ли из вас Мастер зелий. Завтра в два? Вот так. Попечители, Хогвартс, финансирование квиддича… — Хорошо. — Спокойной ночи, Поттер (Я люблю тебя). — Спокойной ночи, Снейп. Они разошлись каждый в свою сторону. Какая бы боль ни ждала его, думал Северус, оно того стоит. Эта ночь и еще несколько лет рядом с Гарри. Ему хватит и этого.