Forever Young

Алкоголь. Много-много алкоголя, чтобы заглушить в памяти то, о чем не хочется думать. Девочки и мальчики всех цветов и телосложений - на любой, самый изысканный и пресыщенный вкус. Груди, обтянутые шелком или черной, хищно поблескивающей кожей, ярко-алые губы цвета свежей (только из вены) крови, упругие задницы. А еще духи, от которых першит в горле и разламываются виски. — Люсьен, друг мой, нам надо на воздух. Еще немного, и эти старые стены раздавят меня. Король Нового Орлеана взмахивает рукой, роняя с колен прелестную медсестричку с четвертым размером груди, выпирающей из символического халатика. — Прекрасная идея, Ник. Карнавал еще продолжается. Люсьен облизывает губы, зная, что ближе к утру Майклсон прекратит упрямиться, окончательно выбросит из головы того мальчишку-ведьмака, убитого в проклятом и забытом всеми богами Мистик Фоллс, и будет веселиться, как прежде. И, может быть, вспомнит, с чего все начиналось долгую тысячу лет назад. Вспомнит того, кто стал первым обращенным вампиром. Вспомнит Люсьена. Клаус обхватывает за плечи двух подвернувшихся под руку девчонок, прокусывает шею одной, ловко щиплет за ягодицу вторую. Подмигивает Люсьену так похабно, что вампиру моментально становится жарко. Хочется вытолкать всех взашей, стянуть с себя и с Ника одежду. Целовать его плечи. Целовать его мучительно-долго... Первородный пьян, он в хламину на самом деле: едва стоит на ногах, и в мутных глазах цвета лондонского тумана - ни намека хоть на какую-нибудь ясность мысли. То, что доктор прописал, думает Люсьен, когда входная дверь распахивается, впуская совсем молоденького мальчишку в строгом костюме и белой рубашке с отглаженным воротничком. — Друг, ты кажется, ошибся домом, - хохочет Люсьен, хлопая Клауса по плечу. - Здесь не свадьба и не похороны, как это ни прискорбно. Здесь просто кутеж двух закадычных друзей, правда ведь, Ник? Ник? Чуть поворачивает голову и моментально трезвеет. Потому что Клаус Майклсон выглядит так, будто призрака увидел. Он медленно, будто во сне, отталкивает повисших на нем девчонок и делает маленький шаг вперед, утирая выступившую испарину со лба. — Кай? - глухо и потрясенно, почти шепотом. - Кай? Как это возможно, малыш? Ведь ты же... — Мертв?! - Вскрикивает пацан и, подлетев к гибриду, как маленький, но такой разрушительный ураган, толкает в грудь обеими руками. - Ты решил, что у него получилось убить меня, и просто отправился пить вот с этим? - Пренебрежительно машет в сторону Люсьена, а тот моментально идет красными пятнами и чувствует, как вены проступают на лице. — Я тебе не вот этот, - шипит Люсьен, но стоит метнуться вперед, чтобы сжать пальцы на горле этого мелкого наглеца, как сильный удар отшвыривает в сторону. Вампир приходит в себя у дальней стены, в голове гудит, а по затылку стекает что-то теплое и мерзко-липкое. — Ник, какого... — Ты его и пальцем не тронешь, понял меня? Голос низкий и угрожающий, а в глазах плещется такое сумасшедшее счастье, что можно ошпариться, если ближе шагнешь. — Какая милая сцена, - хмыкает Паркер и зло кривит губы, теребя воротничок рубашки, что, кажется, нещадно натирает красивую загорелую шею. Шею такую сладкую на вкус и гладкую на ощупь. — Кай, ты живой. — Не очень-то ты и переживал, я смотрю, - поджимает губы с обидой, а глаза - злые и колючие, холодные, как арктический лед. — Я чуть с ума не сошел, идиот, - бормочет древний и как-то оказывается рядом, обхватывает гладкое лицо ладонями, тянет на себя, чтобы тронуть губы губами, вдохнуть полной грудью его запах и убедиться до конца: жив, правда жив. — Ты - древняя, пресыщенная свинья, - бормочет мальчишка, уворачиваясь от настойчивых губ. - Я пришел, чтобы сказать - все кончено, Клаус. — Думаешь, я отпущу тебя хоть на шаг? Наивный, - мягко улыбается гидрид и вдруг сдавливает шею так крепко, что пацан приседает, округляя глаза. - Даже не думай, что сможешь оставить меня. Кай Паркер фыркает громко и возмущенно. Закатывает рукава пиджака и ищет глазами бутылку хоть с каким-нибудь алкоголем. — А этот кто? - И как ни в чем ни бывало кивает в сторону сверлящего его взглядом Люсьена. - Еще чуть-чуть, и вцепится мне в глотку. Так беззаботно, будто его не колышет, что бессмертный вот-вот рванет вперед, чтобы вспороть яремную вену. — Это Люсьен. Первый вампир из всех, кого я когда-либо обратил. Он тоже - член семьи, Кай. И не тронет тебя никогда. Надеюсь, вы подружитесь. Вампир и ведьмак сцепляются взглядами и кивают друг другу с каким-то скрытым вызовом. Кай разминает пальцы, чувствуя, как струится по венам позаимствованная магия. Люсьен передергивает плечами, зная, что размажет этого зазнайку по стене при первом удобном случае. Клаус хмыкает беззвучно и обнимает их за плечи. В комнате искрит, и напряжение, кажется, столь ощутимым, что буквально звенит. Его мальчики решили сцепиться? Наверное, это будет забавно.