С масками и без...

- Неудивительно, ведь наша дочь столько о тебе рассказывала. У родителей Маринет были потрясающе искренние улыбки. Настолько тёплые и радостные, что Адриан невольно чувствовал себя злоумышленником. Он догадывался, что участвовать в соревновании по играм не сможет, потому как не получит на то родительского разрешения, но всё равно принял участие в отборе, обыграл Макса, вогнав его тем самым в депрессию, и предложил Маринет тренировку у неё дома. И всё это лишь для того, чтобы развеять свою тревогу. Ну, или подтвердить самые худшие подозрения. Всё началось с уже многократно помянутых недобрым словом снимков. Адриан не знал, как относиться к подобной находке, зато отчётливо осознавал, что люди, увлекающиеся подобным, представляли для него, ведущего двойную жизнь, явную опасность. Ведь к фотографиям и статьям часто прилагались личные наблюдения и выводы. Маринет свои уже однажды высказала, надолго лишив младшего Агреста спокойствия. И пусть тогда они оба сошлись на том, что замеченное ею сходство - совпадение, Адриан ещё долго не находил себе места под её пристальными взглядами. На этот раз Дюпен-Ченг не обращала на него внимания и, кажется, даже избегала, но он всё равно начал вести себя крайне осмотрительно. И свою напарницу хотел попросить быть осторожной, однако Нуар, отчего-то ставшая мрачнее зависших над Парижем туч, лишь отмахивалась и сбегала. Тикки, когда он, вконец издёргавшись, попросил совета, предложила ещё раз посетить дом Дюпен-Ченг и познакомиться поближе с самой Маринет. Улыбка у неё при этом такой странной, что Адриан правильным местом почувствовал подвох, но смолчал, догадываясь, что необходимых ответов всё равно не получит. Соревнование по компьютерным играм стало для него своеобразным пропуском в дом Дюпен-Ченг, и Агрест не собирался упускать такой шанс. Правда результаты пока не радовали. От случайно (случайно ли?) сказанных мамой Маринет слов тревога разрослась лишь сильнее. "Что имелось ввиду под словом "столько"? Что она им вообще рассказывала?" - думал Адриан, пытаясь вернуть своему лицу нейтрально-доброжелательное выражение. Выходило не очень. Вернее никак. Агрест терял самообладание, а вместе с ним и нить разговора. От состояния полной растерянности его спасло появление Маринет. Она, нервничая чуть более чем обычно, пригласила его в свою комнату, и он с тяжёлым вздохом и столь же нелёгкими мыслями последовал за ней. *** Комната была обычной, даже по-своему уютной. Единственное, что могло в ней кого-то отпугнуть, так это обилие розового, но тут уж дело вкуса. - Какое счастье, - выдохнул Адриан, откидываясь на спинку стула. Маринет вышла для ответственного разговора с родителями, заглядывавшими в её обитель раз пятнадцать за последний час, и Агрест сумел спокойно осмотреть её комнату и даже поваляться немного на кровати, вспоминая самую чудесную ночь в минувшем году. Его подозрения не оправдались. На глаза не попалось ничего с ним связанного, хотя место определённо было то же самое. Мысли, мучавшие его почти целый месяц, наконец отошли на второй план. И Адриан был настолько этому рад, что даже не стал раздумывать о том, что он в таком случае видел зимой. Зачем создавать лишнюю головную боль? Её у него и так достаточно. Стоит только подумать о разговоре с родителями Маринет, ведь тогда явно позвучало что-то важное, что Адриан недопонял и упустил. Когда он поделился своим подозрением с Тикки, та захихикала. Даже как-то обидно стало. Выяснить, что же так развеселило квами, не удалось - вернулась Маринет, громким топотом выдавая своё приближение. Будто специально старалась. - Мои родители обещали больше не … интересоваться тем, голодны ли мы, каждые пять минут, - с нервной улыбкой сообщила она. - Правда попросили через полчаса спуститься на обед. Ты останешься? - Был бы рад, но не смогу, - ответил Адриан. Ему уже давно пора было вернуться домой и оттуда отправиться на тренировку по баскетболу. Или по фехтованию? С недавно обновлённым расписанием он пока периодически путался, но был уверен, что посещение одноклассников там точно не значилось. - Вот и замечательно, - внезапно выдала Маринет. - Не пойми неправильно. Мама и папа у меня прекрасные, но они порой такие … родители. А обед под аккомпанемент разнообразных намёков загадочного содержания – это не то, что способствует внутреннему равновесию и повышению настроения. - Но ведь это же не плохо, что они такие, - произнёс Адриан, ощущая, как из глубины души поднимается зависть. Девушка только улыбнулась, на этот раз уже ничуть ни нервно, а тепло и ласково, при этом как-то удивительно лукаво поглядывая на него. Или же за его спину? "Надеюсь, она сейчас не видит Тикки." Когда Маринет вернулась в свою комнату, Адриан совершенно позабыл по квами, и теперь этот взгляд куда-то сквозь него сильно настораживал. Тикки же, не скрывая ни улыбки, ни себя саму, рассматривала девушку, которая в обыденности своим поведением мало походила на Нуар. Как и подозревала квами, на Рождество она со своим подопечным выдали себя, но, кажется, Маринет твёрдо решила ничего не менять. "Пожалуй, с ней стоит поговорить об этом, а ещё о многом и многом другом." Пока квами строила планы по развитию взаимопонимания с чужой подопечной, последняя отчего-то разом побледнела, утратив всякий намёк на улыбку, и уставилась в пол. - З-знаешь, сегодня потренироваться больше не выйдет, - запинаясь, произнесла она. Тикки внимательно осмотрелась, пытаясь понять причину столь резкой смены настроения. - Что-то случилось? Причина обнаружилась под потолком. Чёрная, с хвостом, усами, а так же с подвеской в форме снежинки в лапах. - Ничего особенного, просто, я внезапно вспомнила, что клятвенно обещала Але кое-что вернуть, а потом поняла, что это кое-что мне надо ещё найти, - пролепетала Маринет, натягивая нервную улыбку. На подгибающихся от страха ногах она направилась к Адриану, лихорадочно раздумывая над тем, как бы его выпроводить из комнаты, не совершив при этом ничего из ряда вон выходящего. То, что по пути она запнулась, можно было назвать подарком судьбы. Адриан аккуратно приобнял девушку, не позволив ей рухнуть на пол. Всё его внимание сосредоточилось на Маринет, отчего та зарделась и принялась сбивчиво извиняться. Как всегда. Адриан был готов простить ей множество подобных неловкостей, лишь бы она оставалась такой же обычной, не ставящей под угрозу секрет Ледибаг одноклассницей. Навязчивые мысли, вызванные страхом раскрытия, окончательно отпустили свою жертву. - Я могу чем-нибудь помочь? - поинтересовался Агрест, всё же отмечая неосознанно в смущённо краснеющей однокласснице что-то настораживающее. - Нет! Прости, это... исключительно девчачье, - ответила она, старательно рассматривая что-то на полу. - Значит, до встречи? - Извини, - ещё раз попросила прощения девушка и, посмотрев на него, робко улыбнулась. - Пока. *** Адриан покинул дом Дюпен-Ченг с лёгким сердцем и только вечером, уже перед самым сном понял, что такое странное он заметил, когда обнимал Маринет. Запах. Кто-то из одноклассников однажды сказал, дескать, можно легко узнать, что с утра готовили в пекарне, лишь по тому, чем пахнет одежда этой девушки. От неё часто веяло ванилью и свежей выпечкой, потому пряный с чуть сладковатыми нотками аромат был чем-то совершенно неожиданным. Но в то же время столь свойственным для его напарницы. Эта ошеломительная мысль прочно засела в голове и - как бы Адриан не пытался от неё избавиться - не исчезала. Тикки, наблюдая за тем, как он ворочается в кровати, только и могла вздыхать.