Маленький шаг к нашей дружбе

*** — Твоя логика поражает меня своим отсутствием. Еще минуты две я пытался разгадать надменный взгляд своего хёна. А он ждал, когда до меня дойдет только что сказанная информация. Я знал, что эта надменность в его глазах складывалась из таких маленьких кубиков любви. Очень необычно… — Ты не лег спать. Но отказался за ним поехать, — сжалился надо мной Хичоль. Конечно, я готов был думать, о чем угодно, только не об этом. Три вспышки в моих уставших мозгах: понимание, досада, злость. — Считаешь меня дураком? Не хватало еще поссориться с Ким Хичолем. Со всеми остальными я уже поссорился. На сцене с Ли Донхэ у нас была полная идиллия, а жизнь шла, словно ее застегнули не на те пуговицы. Нет ничего проще: хлопнуть его по плечу и улыбнуться в ответ. Попробовать сложить в своих глазах что-то наподобие, если не любви, то хотя бы дружеского расположения. Хорошо поразмыслив, я приходил к выводу, что это не так сложно. Но стоило мне увидеть Ли Донхэ… Мне мешала его дикая откровенность. — Давай просто подружимся, хён, — чистый взгляд, как у ребенка, ждущего любви. — Или я слишком обычный? Но ему двадцать пять лет, а не пять! В моем далеком и не очень легком детстве, я часто обращал внимание на попрошаек. Их было на моей памяти не так много, но все эти встречи засели в моем сознании накрепко. Наверно, потому что я сравнивал себя с ними. И находил кое-что общее. Мне иногда нечего было есть. Единственным моим желанием тогда было вырваться из такой жизни. И то презрение, которое я испытывал при виде людей, выпрашивающих что-либо, осталось со мной и по сей день. — Он добивается меня, как бабу!! — Ты придурок, — сообщил мне Сонмин. Вот и поговорили. Это было чуть позже. А сейчас, я сидел на кухне, не зная, что мне делать. А Донхэ топал по трассе в Сеул. «У меня сломалась машина, хён. Забери меня». Эта смска разбудила меня в два часа ночи. «Позвони менеджеру или в автосервис». Я же не рехнулся за ним ехать? «Не хочу. Хён, забери меня». «Пошел ты в…» Я даже девушкам так много не писал в сообщениях. Я очень развернуто объяснил ему, почему не собираюсь подниматься из-за него с постели. Про попрошаек и мое отношение к этому там тоже было. Со злости мне было плевать, насколько я этим его обидел. «Хорошо, хён. Я сам приду». Почему-то мне показалось, что он улыбнулся. — У тебя бессонница? Это я столкнулся с Хичолем в коридоре, который топал из туалета обратно в теплую кровать, подтягивая штаны и по привычке вписываясь в стенку. Он проснулся, и мне не удалось избежать объяснений… — Твоя логика поражает меня своим отсутствием. Он прикурил сигарету и вышел на балкон. Можно не сомневаться, он будет там стоять, курить и ждать, пока Донхэ не появится перед парадной. *** «Только потому, что Хичоль торчит на балконе». С этой мыслью я повернул ключ зажигания. Свет фонарей обтекал ветровое стекло. Мне было дико холодно от недосыпания. Вспоминалась такая же ночь и пронизывающая горечь Донхэ. Я вглядывался в обочины, боясь его пропустить и проехать мимо. Ли Донхэ избаловали все, начиная с женщин и заканчивая тем же Хичолем. Зачем, зачем ему понадобился я? Эта мысль злила меня больше всего. Но будь он трижды избалованный ребенок, я не имел права писать ему такие вещи. И Хичоль уже был слабым оправданием моему желанию найти Донхэ. Этот упрямец бросил машину и пошел пешком в город. За час моего путешествия намерение найти его и выдать хорошего леща, сменилось беспокойством, что с ним что-то случилось. Это сейчас мне смешно вспоминать те события… — Хёк… — лидер почему-то неуверенно мялся, на заднем плане слышались вопли Реука, Сонмина, всех перекрывал Хичоль. Но мне было не до того балагана. — Я не нашел даже его машину! Хён, надо срочно… — Хёк, он приехал домой, — мне показалось, что Итук сейчас заплачет, — …Хичоль ему уже вломил, так что… постарайся держать себя в руках. А? Хорошо, что до города было полтора часа езды… Донхэ плакал на сцене, держа в руках награду, прячась за спинами макнэ и лидера, которые благодарили всех, кого можно, за очередную нашу победу. А я исполнял обязанности ЫнХэ. Обнимал своего «любовника» за плечо и вытирал ему слезки. Хотя очень хотелось его убить… Да и плакал Ли Донхэ не из-за того, что мы выиграли. — Прости. Это была шутка… Прости, хён, что я не верил, что ты поедешь за мной… Вот за что он извинился, поймав меня на лестнице в общаге. Не за свои дурацкие шутки, а за то, что не верил. В машине он сидел у окна и даже не смотрел в мою сторону, когда мы все толпой возвращались с выступления. А сейчас давился слезами. — Я бы и не поехал, если б Хичоль не мерз на балконе. Я толкнул его плечом, освобождая себе дорогу. И, разумеется, после этого он исчез по-настоящему. В тот день Итук собрал нас всех вместе и сообщил, что у него сильное желание расформировать нашу группу к чертям собачьим. Учитывая, что это его жизнь, даже больше, чем наша, — мы его конкретно довели… ***