А дождь поливал

Утреннее солнце ласково встречало растрепанную после сна златовласую девушку. Люси Хартфелия теперь любила именно такую погоду — залитое светом кристально-чистое пространство после легкого дождя и ни единого облачка на небе. Она распахнула окно, вдыхая свежий воздух, и улыбнулась, прикрыв глаза. Девушка бросила взгляд за спину: на её подушке покоилась синеволосая голова мага. Он был в футболке и шортах; вчера парень целых десять минут убеждал её, что «болельщица, я цивилизованный человек. Я не буду спать с тобой без одежды. Пока что. Что значит извращенец? Ну даже если и так, то очень цивилизованный». Бикслоу велел отсыпаться и готовиться к ЖУКУ — жутко-ужасному комплексу упражнений. На память Люси не жаловалась, а если вспомнить, как беспощадно он тренировал её в плену, то сейчас этот монстр сможет разгуляться по полной программе. Но спать девушке отчего-то больше не хотелось — хотелось прыгать по комнате, да что уж там, по всей Магнолии, и улыбаться, улыбаться, улыбаться. Стоило ли говорить, что кошмары в присутствии Бикслоу её совершенно не мучили. Беспечная радость передавалась, она чувствовала, даже звездным духам. Ещё раз кинув взгляд на спящего молодого человека, чье точеное лицо во сне было открытым и расслабленным, заклинательница бесшумно вышла на тихие городские улицы. Теперь, когда у неё было на это полное право, она хотела радовать Бикслоу как можно чаще, а начать можно с самого обыденного — с завтрака. Хартфелия отстраненно подумала, что в жизни не догадалась бы, что эта история закончится именно так. Так хорошо. До ближайшей открытой бакалеи следовало прогуляться, и она ускорила шаг. Сонная, но добродушная продавщица украдкой положила «ранней пташке» довесок в виде пары спелых груш. Прохожих было совсем ничего. Как-никак, воскресный день. Поэтому было трудно не заметить высокого путника в легком дорожном плаще. Он озирался по сторонам, словно выбирая направление. Заметив приближающуюся жительницу города, он незамедлительно обратился к ней: — Девушка, простите. Вы не подскажете мне дорогу? Хартфелия взглянула в умоляющие карие глаза растрепанного молодого брюнета, который порывисто снял капюшон. На секунду, всего на секунду она испытала сомнение, но затем быстро справилась с собой и приветливо улыбнулась, качнув головой. — Вам нужно в конкретное место? — Да-да, — он засунул руку в карман, и девушка непроизвольно потянулась к ключам, висящим на поясе. Мужчина, похоже, заметил её жест, но в лице не изменился. — Меня пригласила на встречу глава местной гильдии, Эльза Скарлетт, — он достал из кармана свиток бумаги и передал девушке. Люси развернула листок, и под ложечкой нехорошо ёкнуло. — Здесь ничего нет, — она резко подняла голову, и пустое письмо выскользнуло из её ослабевших пальцев, как и продуктовые пакеты. Яблоки весело поскакали вниз по переулку. — Верно, — склонил голову Лаксус Дреер. Уголки его губ были приподняты, а пронзительно-голубые глаза пригвождали к месту онемевшую заклинательницу. Он стоял неподвижно, в ожидании того, что же она сделает. Вероятно, как бы она ни поступила, участь её ждала одна и та же. Расправа. Хартфелия сглотнула, быстро окинув глазами улицу за спиной мага. Ни одного свидетеля. — Как ты… — хрипотца в голосе выдала её страх. — Сбежал? О, все оказалось легче, чем я думал, — миролюбиво ответил убийца драконов. Люси лихорадочно соображала. Утро стремительно оборачивалось в её самый страшный ночной кошмар. Может быть, это просто сон?.. Дурной сон? Но Дреер был реальным, живым и смертельно опасным. Нужно было бежать. Но убежать от него было невозможно. — И что тебе в таком случае нужно? — осторожно спросила она, отступая на шаг. — Для начала, чтобы ты не делала глупостей, — в его глазах мелькнула угроза. — Если побежишь, я догоню. Он мог бы не говорить этого, блондинка ничуть не сомневалась, что ситуация патовая. И все-таки она не могла устоять и попятилась назад. Лаксус недовольно покачал головой и пошел вслед за ней. Хартфелия поняла, что это была очень плохая идея, потому что очень скоро уперлась спиной в кирпичную стену. Проулок, в котором они стояли, был не очень широким. Дреер лишь усмехнулся, глядя на её побледневшее лицо, и подошел вплотную. — Хм… — выдохнул он ей на ухо, и девушка сжала зубы, чтобы не издать ни звука. Маг источал знакомое до дрожи жалящее тепло. — Избавилась от моего подарка? Девушкам так трудно угодить. — Дреер, отвали, — яростно прошипела она, вздрагивая от слабых зарядов. — Если пришел мстить, то лучше сразу убей. Мужчина чуть отстранился, даже не коснувшись её, но напряжение никуда не делось. В его глазах сверкало странное веселье. — Мстить? Нет, что ты, Люси. Я не совершаю ошибок дважды. — Тогда зачем ты пришел?! — отчаянно всхлипнула заклинательница. — Ну разве я мог не увидеться на прощание с человеком, который разрушил все мои планы? Люси судорожно вздохнула, глядя на волшебника во все глаза. Она отметила про себя и свежий рубец на щеке, и неестественно бледный оттенок кожи. Похоже, он действительно был в плену, а потом сбежал. — С тобой не сильно хорошо обращались, — заметила она, пытаясь собраться с мыслями. Лаксус вдруг захохотал низким гортанным смехом, и его острые белые клыки блеснули на солнце. Ощущение дикой опасности прошило девушку насквозь, и ноги её дрогнули. — Ты не поверишь… — он отсмеялся, вытерев глаза, — но обращались со мной очень бережно. Знаешь, можешь спросить об этом у своей подружки. Это её вина, что я сейчас могу сделать с тобой, что пожелаю. Повисла звенящая тишина. Ухмылка мага не предвещала ничего хорошего. — При чем здесь Эльза?.. — О, она здесь при всем, — выплюнул Дреер, перестав улыбаться. — Спроси её, Хартфелия, не пожалеешь. Когда я возглавил гильдию, то, хотя бы, был честен. — Честен? — переспросила девушка. — Честен?! Ты убивал моих друзей, использовал меня в качестве заложницы, а потом свалил вину за мою смерть на Бикслоу. Ты самый большой... лжец, каких я знаю, — с яростью закончила она. — Да, с Бикслоу получилось не очень хорошо. Как он там? — невинно поинтересовался убийца драконов. Хартфелия просто отвернула лицо в сторону, не собираясь говорить про повелителя душ ни слова. — Ты пахнешь им насквозь, — тягуче заметил мужчина, втягивая воздух в легкие. — Что ж, думаю, я знаю, где найти его. — Ты не посмеешь, — тихо отчеканила девушка. Наступила пауза, в течение которой они смотрели друг другу в глаза. — Отчего же? — поднял брови блондин и осклабился. — Какая знакома ситуация, да?.. Пока я с тобой, ему ничего не угрожает. Но стоит тебе сделать неверный шаг, и… — в воздухе сверкнула крошечная молния, и Люси дернулась в сторону. — Я не хочу постоянно быть с тобой от страха за Бикслоу, — тускло произнесла она, сползая по стенке к его ногам. — Ну, а если… — Лаксус внезапно присел на корточки рядом с ней. — Если я просто предложу тебе отправиться со мной? Не из страха. Просто так? Люси моргнула и уставилась на Дреера, ожидая увидеть саркастичную усмешку, но он был абсолютно серьезен. Девушка пораженно застыла, даже не дыша. — Ты… Ты серьезно? Л-лаксус, — рот перестал слушаться хозяйку. — Я же сказал, что пришел попрощаться, — мужчина прикоснулся к её щеке. — Я ухожу из Магнолии. Прочь из клетки, в которую я угодил по собственной недальновидности. Мне тесно здесь, отправлюсь странствовать. Ну, а ты могла бы пойти со мной. Скучно не будет, обещаю, — усмехнулся он. — Я не… — заклинательница потеряла дар речи. Лаксус так смотрел на неё, как будто это не он мучил её, как будто не по его вине случилось много ужасных событий. «Не хочу, не могу, не верю тебе», — не пойду с тобой. Дреер убрал руку. — Да, я так и думал, — нельзя сказать, что в его голосе было разочарование, но глаза смотрели очень пристально. — Ну… Что ж, тогда я пошел. Он поднялся на ноги, подавая руку Хартфелии. Девушка, до конца не понимая, что происходит, несмело зацепилась за крепкую ладонь, и Лаксус рывком поставил её на ноги. — Что, вот так просто? — пролепетала она. — Даже не будешь извиняться? Маг молний приподнял брови, словно ослышался. — Я? Люси неуверенно кивнула. Мужчина хмыкнул, глядя на неё со странным выражением. — Ты опасная женщина, Хартфелия. Стоит проявить слабину, как ты начнешь требовать небо в алмазах. Девушка покраснела. Она сама не знала, что на неё нашло. Но этот человек первый и последний раз стоял перед ней вот так просто и спокойно. И… предлагал пойти с ним. — Смотри, не сделай моего громовержца подкаблучником. Хотя уже сделала, — чуть презрительно скривился Лаксус. — Впрочем, у тебя талант. — Это не правда, — угрюмо посмотрела на него заклинательница. — Да, я знаю, — протянул мужчина. Люси скрестила руки на груди, стараясь держать сердцебиение под контролем. Дреер с грацией хищника шагнул к ней и уверенным движением развел её руки в стороны, заставляя открыться. Он смотрел сверху вниз в лицо, которое, благодаря Скарлетт, действительно въелось в сетчатку его глаз. Только, в отличие от снимка, сейчас заклинательница была вполне реальна. Она больше не боялась его, нет, но в глазах сквозила некоторая обреченность, пополам с грустью. — Ну что, Л-л-люси, — бархатным голосом произнес волшебник, притягивая Хартфелию к себе. — Будешь скучать по нашим встречам? Девушка упрямо хмыкнула ему куда-то в плечо. — Можешь не говорить, я и сам знаю, что будешь, — вздохнул Дреер, складывая подбородок на светлую макушку. — Я думала, ты убьешь меня, неадекватный бывший мастер гильдии, — пробормотала блондинка. — Это было бы хотя бы логично. — Я хотел, — честно признался Лаксус и усмехнулся, когда девушка дернулась, лишенная возможности сопротивляться. — Но без излишка магии стало как-то легче думать. Благодари, опять же, Скарлетт. Люси стояла, не шевелясь, в крепких объятиях мага молний, дыша через раз от странного чувства в груди. Как будто Дреер забирал у неё всю боль, что она испытала по его вине. Забирал лишние электрические импульсы. Когда он, наконец, её отпустил, по щекам девушки градом катились слезы от совершенно непонятного облегчения. — Ну-ну, — принялся стирать соленые дорожки с её щек мужчина. — Я понимаю, ты не хочешь, чтобы я уходил… Люси оттолкнула его руки, думая, какой же он, оказывается, идиот. Дреер засмеялся. — Держи, — он протянул ей обернутый тканью предмет. — Отдашь Бикслоу. Мой прощальный подарок. Хартфелия вцепилась в предмет, не веря своим глазам. — Он безопасный? — Очень опасный. Но не для него. Почему-то Люси поверила. Скорее даже почувствовала, потому что от свертка разливалось знакомое тепло, согревающее душу. Она еле слышно прошептала: — Спасибо. — Пока, Люси Хартфелия. Лаксус смотрел на неё долгое мгновение, а затем ухмыльнулся… и исчез.

***

— Нет, Джастин, я правда так думаю. Мираджейн с состраданием смотрела на молодого человека, который устало облокотился на кухонный стол. Она, как обычно в последнее время, зашла проведать его, и застала тот момент, когда на пол упала последняя прядь когда-то длинных зеленых волос. Фрид с лихорадочным блеском в глазах не выглядел здоровым. Видно было, что он держится из последних сил. — Я больше не могу, — уронил он голову на грудь. — Люси, конечно, очень добра. Она заступилась за меня, выпросила прощение, но Мира… Сам я себя навряд ли смогу простить. Лучше я уйду. Это, — он подвинул к ней свитки, — письмена, которые мы должны были закончить с Леви. Я доделал их ночью, они работают. Она замечательная и способная ученица с огромным потенциалом, так что справится и без меня. Передай Люси, что я безмерно благодарен ей. — А Бикслоу? — Бикслоу поймет. Он всегда понимал меня. Не хочу портить ему настроение в такой прекрасный день, — Фрид посмотрел в окно на залитую солнцем поляну перед его небольшим загородным домом. Он поднес руку к лицу, глядя на метку гильдии. — У тебя есть право исключить меня, — посмотрел он на девушку. — Ведь именно ты поставила мне эту метку. Штраус горько улыбнулась. — Я до сих пор помню этот день. Мы тебя не забудем, Джастин. Демонесса, глядя парню в глаза, накрыла своей рукой его. Когда маг письмен посмотрел на тыльную сторону ладони во второй раз, та была чистая. И магия гильдии больше не укрывала его теплым куполом. — Церемония прощания, — шепнула Мира. — Каждый член гильдии, что покидает её, должен помнить три правила. Первое: никогда не разглашать чужакам секретов Хвоста Феи. — Второе, — улыбнулся Фрид, — никогда не связываться со старыми заказчиками и не зарабатывать на них. — Третье, — внезапно прервал их низкий мужской голос. — Всегда быть сильным, не пренебрегать собой и помнить лучших друзей всю жизнь. Я ничего не забыл, Мираджейн? Штраус перевоплотилась меньше, чем за мгновение. Удар последовал незамедлительно. — Ох, — Лаксус растерянно остановил её демонический кулак. — Я не хотел напугать тебя, дорогая, прости. Джастин оперся руками на стол, с ужасом глядя на прибывшего лидера громовержцев. — Лаксус?.. — А, вот ты-то мне и нужен, — посмотрел на него Дреер. Фрид выпрямился, уверенно расправив плечи. — Я готов к смерти. — Никто здесь не умрет, кроме тебя! — Штраус извернулась и ударила мага молний коленом прямо под дых. Тот согнулся пополам, перекосившись от боли. — Мира, подожди, — еле остановил демонессу Джастин, сдерживая её руки. — Если он пришел… — Вы дадите мне хоть слово сказать? — возмутился Лаксус, буравя взглядом Штраус. — Не ожидал натолкнуться на тебя здесь. — Почему ты не в тюрьме? — сжала она кулаки, вырывая руки. — Тюремщица выпустила. Сказала, я слишком хорош. — Дреер, — прорычала девушка, — как тебе хватило наглости сюда заявиться?! — Я пришел к Джастину, — отрезал он холодно. — Ты будешь так добра оставить нас наедине. Обещаю, что больше ты меня не увидишь. Штраус не собиралась двигаться с места. — Хорошо, — сказал убийца драконов. — Фрид, мы можем выйти? — Да, — кивнул молодой человек, и первым покинул дом. Мираджейн не сводила яростного взгляда с Лаксуса. — Хоть пальцем его тронь, — предупредила она. — Джастин больше не член гильдии, — глаза мужчины сверкнули льдом. — Как и я. Все, что между нами теперь произойдет, тебя не касается. Даже если я убью его, ты не смеешь вмешиваться. — Я буду наблюдать отсюда. — Дело твое, — раздраженно дернул плечом Дреер. Фрид ждал его неподалеку. — Предатель, — с ходу выплюнул маг молний, наращивая на ладони яркую сферу потрескивающего электричества. Маг письмен склонил голову, но почему-то улыбнулся. — Ты не представляешь, как я рад, что ты пришел. Я места себе не находил, собирался отправиться в тюрьму вызволять тебя, хотя бы ради того, чтобы ты меня убил. Иначе ходил бы по земле, как неупокоенный дух. Лаксус покачал на ладони смертельный заряд и сжал кулак. Молнии с шипением растворились в воздухе, и Джастин рывком поднял голову, не веря своим ушам. — Я ухожу из города. Ты со мной? — Что? — тупо переспросил Фрид. — Я спросил, ты со мной, Джастин? — спокойно повторил маг. — Мы были друзьями и товарищами. К тому же мне кажется, тебя здесь больше ничего не держит. Так что? Маг письмен открыл рот, но слова не лезли наружу. — А... Бикслоу? — Ему теперь будет, чем заняться. А Эвер только начала приходить в себя, ей место в гильдии. Но а ты, Джастин... Фрид долго молчал. Он просто не мог поверить, и сказать все, что он думал, не получалось. Тогда он взмахнул рукой, и в воздухе появились руны. Дреер, прочитав, кивнул, после чего протянул громовержцу руку. Фрид посмотрел в сторону дома и с облегчением улыбнулся, принимая рукопожатие. Мираджейн выскочила наружу, когда маги уже растаяли в воздухе. Над её головой медленно гасло темное писание, составленное на древнем языке. Штраус расшифровала: «Мольба, прощение, чистый, будущее». Девушка тяжело вздохнула и вдруг упала на траву, разрыдавшись.

***

 — Болельщица, что случилось? — встревоженный Бикслоу встретил её на улице. Люси прижалась к нему, не говоря ни слова. — Да что же это такое… Люси? — Продукты… потеряла. — Потеряла продукты, — повторил парень, окидывая заклинательницу многозначительным взглядом. — Ну-ну. Они зашли в дом, и тогда Хартфелия в растерянности уставилась на продуктовые пакеты, стоящие на кухонном столе. — Ты объяснишь мне? — поднял брови маг душ. — Или сдать тебя Полюшке? — Я… — запнулась девушка… — Держи, — она протянула высокому кукловоду сверток. Парень, не понимая, в чем дело, развернул ткань. И от изумления чуть не выронил сияющий чистым зеленым светом кристалл. — Как это возможно… — прошептал он, завороженно глядя на свою магию. — Как, Хартфелия, как?! — Мне… Лаксус отдал. Бикслоу медленно опустился на стул, чудом оказавшийся позади него. Так бы он упал прямо на пол. — Что ты сказала? — Лаксус Дреер встретил меня на улице и отдал мне это, — заклинательнице казалось, что она несет какой-то бред, потому что все это никак не могло быть правдой. Было такое чувство, что ей действительно просто приснился сон. По дикому, медленно зеленеющему взгляду повелителя душ было похоже, что он думает так же. — Может, к Полюшке?.. — слабо спросил он. Люси, закусив губу, и глядя на него умоляющим взглядом, помотала головой. — Он хотел попрощаться, так сказал. Бикслоу закрыл глаза. Сердце билось где-то в горле. Какова была вероятность того, что Лаксус — разъяренный убийца драконов, жаждущий крови своих бывших товарищей — выбравшись из плена, просто переговорит с глазу на глаз с девушкой, которой был до последнего одержим, не захватит её в личное пользование и передаст ей магию человека, которого собирался прикончить? Волшебник пытался успокоить мысли, пришедшие в хаос. Какова вероятность?.. Да её просто нет. Что могло произойти за неделю? Где был Дреер на самом деле? Если он смог справиться с жаждой к разрушению, которая была самой природой его стихийной магии, то его этой магии на какое-то время лишили. Если он смог найти в своих огромных резервах силу Бикслоу и отделить её, то значит, он научился контролировать электричество ещё на более тонком уровне. На молекулярном. Значит… Парень понял, что не дышит, и быстро выпустил воздух из легких. От кристалла исходило родное тепло, и повелитель душ осторожно посмотрел на него, а потом перевел взгляд на Люси. Та застыла посреди кухни, боясь пошевелиться. — Значит, передал привет, — хрипло уточнил он. Хартфелия еле кивнула. Бикслоу пустил магию по венам, забирая из кристалла то, что принадлежало ему по праву. Это была не лакрима убийцы драконов, её не нужно было вживлять в его ауру. Магия сама отзывалась на своего хозяина, и молодой человек чувствовал, как раскаляется тело, как ликование пылает зеленым светом, как вокруг него разрастается настоящий пожар. Заклинательница отпрянула в сторону, но его магия не обжигала её, она ластилась к золотому сиянию волшебницы. Секунда — и потусторонний огонь погас. Маг встал, покачнувшись, и медленно подошел к девушке. Та тяжело дышала. Магия Бикслоу была поистине пугающего вида. Словно сотни душ собрались отпраздновать День мертвых; они искрились и постоянно двигались. Теперь она видела, что скрывается внутри высокого сильного волшебника, её спасителя. Но она не боялась. Этот дикий зеленый костер так жадно грел её, словно она была языческой богиней. Это вызывало непонятную смесь эйфории и желания никогда не вылезать из огненного смерча. Кукловод смотрел встревоженно. Он наклонился и подхватил девушку на руки. — Болельщица. Не страшно? Девушка покачала головой, слабо улыбаясь. — Слишком много переживаний за одно утро, — прошептала она. — Как насчет ещё одного? — Бикслоу не шутил, когда ставил её на ноги, а сам вставал на колено. Люси побледнела. — Бикслоу, ты чт… — Не перебивай. Хартфелия почувствовала, как щеки заливает краска. На неё смотрели ярко-зеленые глаза. Нет, они смотрели ей прямо в душу. — Принимай мою присягу, принцесса. Твоей руки я буду просить позже, когда шепнешь мне, что давно бы пора переезжать. Ладно? Блондинка до того перенервничала, что теперь уже точно не выдержала и начала посмеиваться. — Болельщица, — одернул её Бикслоу. — Серьезно же. Я теперь магически способная боевая единица, и я заявляю, что отныне и навсегда я буду охранять тебя от любых невзгод. Даже если придется носить пакеты с продуктами. Но делать это буду я, а не кто-либо другой. Ты слышишь меня? Прекрати смеяться! — Так ты все-таки неспроста носил доспехи, мой рыцарь, — она прикрыла глаза дрожащей ладонью. — Все верно. Возьми багет. Люси снова засмеялась, но взяла в руку длинный батон на манер меча. — Я не знаю, как правильно. — Как сделаешь, так и правильно. Сколько можно издеваться над коленопреклонённым?.. — тяжело вздохнул повелитель душ. Девушка коснулась хлебом по очереди каждого плеча Бикслоу и сказала: — Встань, мой пламенный рыцарь. И запечатлела на его устах нежный поцелуй, подтверждающий присягу. Парень обнял её, и Люси крепко прижалась к нему в ответ. Некоторое время они просто молчали, греясь друг в друге. — Надеюсь, Лаксус правда не обидел тебя, — тихо сказал повелитель душ. — Нет, он… обнял меня и исчез. Бикслоу задумчиво потерся щекой об её макушку. — Я рад… что ты осталась со мной. Хартфелия не удивилась тому, что волшебник догадался о предложении Дреера. Как бы он это ни сделал. — По-другому быть не могло, — ответила она, и парень счастливо вздохнул.

***

Молодые люди прибрались на кухне, первый раз позавтракали вместе, и, как ни в чем не бывало, отправились гулять по Магнолии. Заклинательница целый день ощущала, как по коже ласково пробегают зеленые искорки магии, и от этого было очень радостно. Её рыцарь без лат не переставал улыбаться, то подшучивая над ней, то просто от избытка чувств. Всем его сомнениям пришел конец, и счастью не было предела. — Ты же понимаешь, что в том нашем сражении я не собирался тебя убивать? — внезапно спросил Бикслоу, словно эта мысль не давала ему покоя. — И что проиграл я специально? Люси смерила его удивленным взглядом. Те события как-то стерлись в её памяти после всего пережитого. — Ну, я на тебя, в любом случае, не в обиде, — усмехнулась она. — Было бы странно, согласись? Парень кивнул: — Да, было бы очень странно. — Каков нахал! — Ну, а что, — расплылся он в ехидной улыбке. — Мне теперь все можно. — Я уже жалею, что попросила тебя о тренировках. — Не беспокойся, болельщица, я уже все продумал. Девушка застонала вслух. — С завтрашнего дня? — в её голосе звучала неприкрытая надежда. — Так и быть, — милостиво ответил Бикслоу.

***

Целый день они бродили по улицам Магнолии, обследуя парки, скверы, незнакомые раньше места, и делились впечатлениями. Иногда они просто молчали, сидя рядом, или Бикслоу вдруг принимался кружить блондинку в объятиях, от чего та таяла, как мороженка на летнем солнце. Хартфелия торжественно вручила повелителю душ его марионетки, и те сопровождали волшебников, чуть ли не повизгивая от восторга. В гильдию решили не ходить. Ближе к вечеру на Люси напала (а по-другому и не скажешь) Эльза Скарлетт с глазами, горящими диким огнем. Бикслоу не атаковал её, только потому что вовремя почувствовал знакомую магию. — Ты в порядке, — с нескрываемым облегчением выдохнула она, еле отдышавшись. — Боже… — Эльза, — Хартфелия моментально вспомнила утренний разговор (это было сегодня?..) с Дреером и его туманные намеки и не на шутку встревожилась. — Что случилось? Титания медленно покачала головой. Когда она очнулась, весь ужас произошедшего обрушился на неё стальной волной, грозя раздавить все её самообладание. Она была готова увидеть здание гильдии в руинах и мертвых друзей, рвала алые волосы и сквозь слезы бежала к неизбежному. Но здание оказалось целым и невредимым, а все члены гильдии радостно встречали её. Но когда к воительнице подошла Мираджейн и тихо рассказала о том, что произошло на её глазах, Скарлетт осела на землю. Дреер решил уйти. Он отказался от гильдии, от мести и от своей алчности. Это было невероятно. Эльза не рассчитывала на то, что он изменится хоть на каплю, и совершенно не представляла, что повлияло на его решение. Возможно, об этом знала Хартфелия. Выдавливая из себя слова, Скарлетт каялась перед Люси и Бикслоу, которые молча слушали сбивчивый рассказ. Заклинательница никогда не видела подругу в такой панике. В её глазах можно было прочитать приговор, который она вынесла самой себе. Но друзья не отвернулись от своего мастера. И теперь Эльза сидела с кружкой чая на кухне у Хартфелии и не могла в это поверить. Её слегка знобило, губы иногда еле ощутимо покалывало, как будто… Алая закрыла глаза, стиснув зубы. Конечно, он не удержался от последнего напоминания. С чего все началось… И непонятно, как закончилось. Она не собиралась преследовать Лаксуса, и он понимал это. Значит, они больше не пересекутся. Скарлетт смотрела в кружку и слушала, как Люси что-то объясняет тихо смеющемуся Бикслоу. Теперь у неё нет от них секретов. — …любовь на поле боя, — донеслось до девушки, и она поежилась. Слишком романтично для её реальности. Люси обернулась на звук шагов. — Уходишь? Ты можешь остаться, Эльза. — Спасибо, Люси, — девушка обняла подругу, — но я пойду. И… ещё раз спасибо. За все. — До завтра? — заглянула ей в глаза Хартфелия. — До завтра, — улыбнулась Скарлетт и ушла в прохладную ночь.

***

— Это воистину странная история, — задумчиво закончила Люси. Бикслоу, его марионетки и Плю — то есть все слушатели — отмерли после её рассказа, в котором девушка попыталась собрать все события прошедших дней без утайки и недомолвок. Ушло на это больше часа, но слушатели были благодарные. Маг душ слушал очень внимательно, не пропуская ни одного переживания заклинательницы звездных духов. Для него было жизненно важно знать, что она чувствовала. — У меня есть вопрос, — он поднял руку. — По материалу. Хартфелия строго на него посмотрела. — Спрашивайте. — Почему главная героиня на протяжении всего рассказа так упорно отрицает все свои хорошие качества, делая акцент лишь на собственных слабостях? Ведь именно она спасла мир, в конце концов. Люси смутилась. — Никакой мир я не спасала, — пробормотала она. — Это вы сражались и побеждали. Я была как мишень. И обуза. — Протестую. — Протест отклонен. — Я подам апелляцию. Только завтра вечером, ладно? Девушка пожала плечами — что бы ни сказал Бикслоу, вряд ли она станет думать иначе. — Послушай, болельщица, — он перекатился в её сторону и положил голову ей на колени, глядя в лицо снизу вверх. — Главная героиня спасла не мир. Она спасла множество микромиров, заплутавших и отчаявшихся. Мой в том числе. Люси молча смотрела на него. — Ты не похож на бактерию. — И на том спасибо. — Бикслоу… Волшебник приложил палец к её губам. — Подожди до завтра, — прошептал он, — и я расскажу тебе свою историю. Хартфелия кивнула. Ещё раз кивнула, улыбнулась и обняла повелителя душ, стараясь не зареветь от облегчения. Парень мягко выбрался из её объятий и поднял заклинательницу с пола. — Пойдем, моя языческая богиня. Люси обреченно подумала, что рассказывать Бикслоу совсем всё было плохой идеей. — Буду греть тебя волшебным огнем из тысячи душ. Очень плохой идеей. Девушка засмеялась и уткнулась в шею молодому человеку. Тот бережно уложил ношу на кровать. — Спи спокойно, повелитель моей неуклюжей в признаниях души. Бикслоу, держа лицо девушки в своих ладонях, целовал её, наверное, целую вечность. — Спи спокойно, заклинательница моего неугомонного духа. Зеленый с золотом свет грел их даже во сне.

The End