Русалочка

Дейдара решил не торопиться выбираться на сушу. Для начала он отыскал тот самый камень, на котором оставил принца, и осмотрел дно рядом. Не обнаружив там тела, блондин решил на всякий случай поспрашивать у местных рыб, не видели ли они тело принца. Рыбы отвечали, что не видели. Тогда Дейдара вынырнул из воды, забыв о словах Хеби. Хвост русала пронзила резкая боль, словно его разрывало пополам. Кое-как вскарабкавшись на торчавший из воды камень, Дей обессилено упал на гладкую поверхность. Луна еще не зашла, но на линии горизонта уже появилась полоска света. Но блондин уже не видел этого — его разрывало на части от боли, слышался хруст деформирующихся костей, глаза застилала красная пелена. Боль, боль, боль… «Сначала им придется пережить… Боль…» Дейдара даже не пытался ловить ускользающее сознание — он был согласен даже умереть прямо сейчас, только бы не чувствовать боли, только бы не чувствовать ничего… Время текло медленно, тягуче, боль не отступала и не давала расслабиться ни секунды. Из-за нее Тсукури все еще удерживался на тонкой границе сознания. Казалось, еще немного, совсем чуть-чуть — и он не выдержит. Он не мог кричать, только хрипел, задыхался. «Я сейчас умру…» — пронеслось в голове. Боль отступила так неожиданно, что вначале русал даже растерялся. С усилием приподняв свинцовые веки, он судорожно вздохнул. И забыл выдохнуть. Золотистого хвоста больше не было, вместо него появились белые, худые… ноги. Ноги, черт возьми!!! «Ну, могло быть и хуже…» — подумал Дейдара, переводя взгляд на восходящее солнце. Небесное светило огромным огненным кругом поднималось над горизонтом, окрашивая воду и небо в желтые, розовые, оранжевые, красные тона. Парень прищурился. Ему нужно научиться ходить… И разговаривать на человеческом языке. И неплохо бы еще узнать, как люди одеваются и что едят. В конце концов, у него есть целая луна, чтобы прожить ее по-настоящему…. Именно так, и никак больше. Потому что он сам так захотел. Потому что теперь он вдруг почувствовал, как нашел то, что ему нужно. Так нужно, что никуда уже не сбежать. И словно кто-то, такой чистый, тихий и добрый, взъерошил золотые в лучах солнца волосы блондина, с которых капала соленая морская вода. Парень улыбнулся. Ему нужно еще найти Учиху Итачи, и когда он успокоится, можно будет, наконец, пожить так, как хочется.

***

Дейдару смерили яросным взглядом малиновых глаз. — Где ты нашел этого ублюдка?! — На берегу. Ему нужна была помощь. — Какого черта?! Только не говори, что мне придется снова выхаживать какого-нибудь выродка из королевской семьи?! Дейдара только хлопал глазами. Столько новых слов он не узнавал даже в морских кроссвордах. — Я не говорил, что он из королевской семьи. Я сказал, что ему нужна была помощь. — Стала помощь?! Я вам что, скорая?! Нам некогда с ним возиться, блять! Мы уходим! — Тогда он пойдет с нами. — А ты вообще уверен, что это ОН? Обладатель малиновых глаз снова смотрит на Дейдару с брезгливостью, но на самом дне радужки прячется… насмешливость? — Намекаешь на его длинные волосы? Лучше на себя посмотри. — Иди ты нахуй! Таких слов Дей точно не слышал, и это сбивает с толку еще сильнее, чем непонятные взгляды. — Я то пойду, только не нахуй, а к себе домой. И блондина прихватим. Мужчина с платиновыми волосами до колен вздохнул, шепотом выругался и махнул рукой. — Иди к Дьяволу, Учиха… — он помедлил, глядя на блондина на сей раз с непонятным прищуром, как будто оценивающим, и затем спросил: — Как его зовут-то хоть? Принц повернулся к Дейдаре. — Как тебя зовут? — Эээ…. «Ну, и что мне делать? Я ведь не умею говорить!!!» — Слушай, а может он немой?! — Ты немой? Дейдара промолчал. — Он немой, а не умственно отсталый, блять, придурок-Итачи! — заорал вконец разозленный платинововолосый. — Забей на это, мне похую, как его зовут. Пошли уже. — Э, погоди, а одежда? Матершинник взвыл, моля какого-то бога просить его, если он когда-нибудь прибьет этого засранца.

***

Все было просто отлично. Дейдара выплыл на берег, кое-как встал на ноги и начал учиться ходить. Получалось не очень хорошо, но получалось. Однако, когда он в очередной раз упал и решил, что пора передохнуть, к нему подошел… Учиха Итачи! Бывший русал был в шоке. Принц его не узнал! А брюнет, даже не спрашивая самого Дейдару, отнес парня на скалы. Там стоял храм из белого и красного камня. Стоило им только приблизиться к зданию, оттуда выбежал человек и набросился на принца с громкими воплями. У него были длинные, почти до колен, серебряные волосы, заплетенные в тугую толстую косу, и яркие глаза цвета розовых кораллов с еле заметным красноватым отливом. Он был одет в штаны из грубой ткани и сапоги из жесткой кожи. Белая рубашка была частично заправлена в штаны, а шнурок завязан на слабый узел. На шее болталась массивная серебряная цепь с вписанным в круг треугольником. К широкому поясу крепились красивые кожаные ножны. Рукоять кинжала, усыпанная красными камнями, сверкала так ярко, что больно было смотреть. А за спиной у него была… кроваво-красная коса с тремя лезвиями. Этот человек напоминал скорее наемника, нежели священника, коим являлся на самом деле. Особенно когда ругался, а ругался он много, сочно и без малейшего стеснения. Но смотрел — насмешливо и почти… почти знакомо… Когда Дейдаре выдали одежду — обычную рубашку и штаны — и он переоделся, святая троица вышла из храма и отправилась пешком по пыльной дороге. Для блондина все было новым — голубое небо, яркое солнце, зеленая трава, высокие деревья, птицы…. Он довольно быстро освоился в искусстве ходьбы, и потому не отставал от своих спутников. Ему было интересно все, но он мечтал поскорее попасть куда-нибудь, хотя даже не знал, куда они идут. «Я узнал, что принц жив и здоров. Все превосходно. Да… Тогда зачем я пошел с ними?! Да еще и неизвестно куда…» У священника было ужасно недовольное лицо. Он сдвинул брови на переносице, иногда морщился и почти не менял выражения лица. Лицо Итачи было спокойным, он иногда поглядывал на небо, но почти все время смотрел вперед. «Разные лица. И не такие уж красивые…» В подводном мире лица русалок и русалов были гораздо красивее. Они походили на фарфоровые маски — идеально гладкие и ровные, слишком красивые. У людей лица были настоящими, хоть и не красивыми — в морщинках, неровностях, шрамах или царапинах. Они напоминали бумажные маски, в некоторых местах смятые и испачканные. — Эммм… — протянул Дейдара, пытаясь привлечь внимание своих спутников. Он ведь так и не узнал, куда они направляются. Однако его проигнорировали. Блондин подумал, что хорошо бы пнуть этих глухих. Руки дернулись к поясу, но Дей остановил неосознанный и странный жест на полпути. «Это еще что такое?..» Так и не осознав до конца свой порыв, но решив обдумать все позже, Дейдара взглянул на своих спутников. И решил, что привлекать их внимание, а потом жестами объяснять, что он хочет узнать, будет слишком долго и слишком бесполезно. « Ведь все равно в конце-концов узнаю. Так даже интереснее…» Парень покосился на принца. Странный он какой-то. То ли потому, что принц, то ли... Дейдара никак не мог поймать свою мысль. Да и монах этот, к слову, тоже чудаковатый. Неправильный. И эти его… короткие, острые взгляды. Странные. «Что-то в нем не так… Должно быть… по-другому?..» Так вроде правильно, но все равно не так. Может, если его переодеть… или нет…. Или глаза другие, что ли?.. «Да что же это такое! — блондин упрямо тряхнул головой, — О чем я только думаю?! Глупость, глупость, глупость!» Солнце уже было в зените, а они все шли, шли, шли… Пыльная дорога, временами забегающая в мелкие рощи, тянулась, словно бесконечная лента. Дейдаре было скучно. Пейзаж не менялся. Он не чувствовал жары, но все равно неимоверно хотелось пить. Из-за неудобной обуви болели ноги. «Хочу уже куда-нибудь прийти…. Все равно, куда, лишь бы прийти…»