Предвыборная гонка

      Пятница тринадцатое – наверное, это все из-за нее. Картману пришлось идти целых десять километров, прежде чем по дороге наконец проехала машина, и то за рулем оказался какой-то маньяк. Он сказал, что подвезет Картмана, только если тот подержит руль, пока сам он будет дрочить. Эрик хотел было послать урода, но тот мог быть единственным водителем, проезжающим по этой безлюдной трассе, поэтому все-таки Картман согласился и всю дорогу слушал хлюпающие звуки.       В город он добрался только после обеда. Снова офисное здание, снова Стэн на первом этаже. На этот раз он сидел в ресторане.       – Ты куда пропал? – спросил брюнет. Он, не доев, встав из-за стола, бросил на него деньги и пошел к своему начальнику. – После утреннего эфира от тебя ни слова. Даже Кайл...       – Что Кайл?       – Ничего, принес твой телефон, и все. Он был расстроен, ты что-то ему сделал?       – Да нет, просто собираюсь его сегодня трахнуть, – спокойно сказал Картман. Он уже привык к этой мысли, хотя все еще немного переживал.       – Что? – чуть ли не вскрикнул Стэн.       – Трахну его, что тут непонятного, – буркнул Картман, закатывая глаза, словно говорил о чем-то само собой разумеющемся.       – Ты псих, – Стэн решил, что тот шутит, но Эрику было безразлично, что там подумает о нем его друг.       – Где сейчас Кайл? – спросил он, снова спускаясь в подвал, чтобы принять душ и сменить рубашку: после дороги вид был у него не очень.       – Он в своем штабе, у него сегодня день приема избирателей.       – Отлично, я как раз избиратель, – улыбнулся Картман.       Он быстро принял душ, переоделся и вернулся в холл, где брюнет сидел на диване, поджидая его и играя на планшете в какую-то игру.       – Моя машина вернулась из сервиса?       – Да, час назад привезли, но я посоветовал бы тебе ездить на чем-то другом. Джип не очень подходит для политика.       – Мне плевать. Закажи на сегодня два билета в Нью-Йорк. Вылет около пяти.       – Какого... Ты куда собрался, Картман? – Стэн начинал злиться. То Картман пропадал где-то целую неделю, то не брал трубку... Он совсем не поддавался контролю.       – Сейчас я еду в штаб Кайла, а моя Лили полетит сегодня в шоппинг-тур. Поезжай ко мне домой и обрадуй ее. Возьми, – Картман протянул ему свою кредитку, – отдашь ей и скажешь, что это ее подарок ко дню рождения. И обязательно помоги ей собрать вещи. Поскольку билетов два, пусть берет твою Венди. Или лети сам: ее оставлять одну нельзя, она у меня даже отель не снимет.       – Я не смогу, а Венди не очень большая поклонница шоппинга.       – Тогда пусть берет еще какую-нибудь подругу, но ты должен посадить ее в самолет и убедиться, что она летит не одна.       – Хорошо, – устало сказал Стэн, который хотя и любил Лили, по-своему, но когда она собиралась по магазинам, просто не мог этого выдержать.       – Перезвони, когда все сделаешь, – скомандовал Картман, уже выходя из офиса.       И вот опять он видит здание штаба Кайла, где на четвертом этаже, как он уже знал, был расположен его офис. Как всегда, все здесь выглядело правильно и компактно. На четвертом этаже было более спокойно, чем в остальном здании, людей тут почти не было. Высокие окна, вазоны, улыбающаяся секретарша, которую, однако, при виде Картмана аж перекосило.       – Подождите, пожалуйста, мистер Картман, – испуганно сказала девушка, а сама связалась по телефону с начальством.       – Мистер Маккормик, здесь к мистеру Брофловски пришел Эрик Картман.       Эрик только хмыкнул, обрадованный, что она не позвонила напрямую его еврею.       – Он попросил вас не пропускать, – робко произнесла девушка, до сих пор держа трубку в руках, словно боялась ее положить.       – А он сказал, что я все равно вас не послушаю и пройду?       – Да, – девушка еще сильнее перепугалась.       – Ну, тогда принесите нам два эспрессо.       В холле почти не было людей. День с избирателями или еще не начался, или уже закончился. А может, сейчас вообще был обед. Ничто из этих факторов не помешало Картману ворваться в кабинет рыжего. Комната была значительно больше, чем та, в которой они разговаривали в прошлый раз. Куча книг, бумаг – это было скорее похоже на библиотеку.       – День работы с избирателями еще не закончился, я не опоздал? – сказал Картман, открыв двери настежь.       Кайл поднял глаза и взглянул на него поверх очков, которые съехали на нос.       – Что вам нужно на этот раз? – спокойно спросил рыжий. – Мы с вами, кажется, все решили.       – Ну, я пришел на прием, – сказал Картман, рассматривая книги, а потом подошел и с самым невинным видом сел напротив Кайла. – Я избиратель, я имею право встретиться с кандидатом.       – По какому поводу вы ко мне обращаетесь? – сказал Кайл таким же тоном и с таким же выражением лица, как и всем предыдущим посетителям. – Чем я могу вам помочь?       Картман улыбнулся и, опершись локтями о стол, сплел пальцы.       – У меня сегодня планируется секс с одним евреем. Как вы посоветуете его выебать? – спросил он, простодушно склонив голову набок.       – Вы, кажется, ошиблись, здесь принимает кандидат, а не врач, – ответил Кайл и снова вернулся к своей работе, сверяя два листа со счетами и обводя одинаковые суммы.       – Я думаю, идеально, если он будет стоять раком, но я хочу видеть его лицо, поэтому я просто в растерянности.       – Я вам ничем помочь не могу, обратитесь к специалисту, – сказал Кайл, не поднимая глаз. Он был очень занят, поэтому не стал тратить времени даже на элементарные правила этикета.       – Ну Кайл, будь более дружелюбным со своим будущим партнером, а может, и любовником! – Картман, казалось, с ума сойдет от восторга. Он чувствовал колоссальное преимущество над Кайлом, словно у него было что-то, благодаря чему можно управлять евреем. Но Кайл думал иначе.       – Мистер Картман, у меня много работы, не могли бы вы покинуть мой кабинет? – он устало потер глаза, сдвинув очки на лоб. Он выглядел истощенным, наверное, все время сидел над этими непонятными документами. На столе лежало две стопки бумаг, на вид примерно по пятьсот листов в каждой. Это были распечатанные счета и денежные переводы, которые нужно было сверить.       – Еврей, не будь таким невоспитанным, – Картман встал из-за стола и обошел рыжего, оказавшись за его спиной. Тот только искоса глянул на него, не поворачивая головы.       – Не бойся меня, – прошептал Эрик, почувствовав его напряженность. Он положил свои руки на худые плечи еврея и мягко сжал их, надавив большими пальцами возле позвоночника. Или руки у Картмана были слишком массивные, или плечи рыжего слишком хрупкие, но со стороны это выглядело так, словно республиканец может переломить хребет своему конкуренту.       – Расслабься, еврей, я прекрасно умею делать массаж, – шепнул Картман, наклонившись над рыжим.       – Я, кажется, не вызывал массажиста, – сухо ответил Кайл, продолжая заниматься своими делами, хотя его мышцы под умелыми пальцами Эрика обмякли и расслабились.       – Ты до скольки сегодня работаешь? – спросил Картман, продолжая массаж. Рыжий промолчал, да ему и не дали ответить.       – Кайл, Кайл! – раздались крики из коридора. Раздавался довольно громкий топот – к ним кто-то бежал.       Это был Кенни. Он ворвался в кабинет и прямо с порога прокричал:       – Где-то здесь Картман, он явно что-то хо... – застав их с поличным, Кенни застыл на пороге с открытым ртом. Маккормик просто не ожидал увидеть такую картину.       – Я потом зайду, – сказал он шокированно. У него за спиной стояла секретарша, которая, воспользовавшись сумбурностью ситуации, вбежала в кабинет, поставила на стол два эспрессо и покраснев, тут же выскочила в коридор. Она пару раз обернулась, чтобы еще раз взглянуть на обоих – видимо, она была одной из фанаток их отношений.       – Уберите от меня свои руки и покиньте, наконец, мой кабинет, – холодно сказал Кайл, отталкивая гостя подальше, и взял чашку кофе. Эрик улыбнулся – ведь это он его заказал.       – Нравится тебе или нет, но я пробуду здесь до конца рабочего дня, а потом заберу тебя и отвезу к себе, где хорошенько трахну, – весело сказал Картман. Он развалился на стоящем справа от стола красном диване, который, наверное, еврей использовал для отдыха в свободное от работы время.       – Оставьте эти ваши глупые разговоры, сейчас у меня нет времени заниматься ерундой, – Кайл ни на миг не отрывался от бумаг и отвечал каким-то искусственным, безэмоциональным тоном.       – У меня есть подписанный договор, Кайл, – с улыбкой произнес Картман и вынул из портфеля два уже немного смятых листа, – один экземпляр твой!       С этими словами он положил одну копию на стол, а другой помахал рыжему, не в состоянии нарадоваться.       – Я знаю. Но я подписал это не потому, что поддался вам, а затем, чтобы на практике показать, насколько этот договор несовершен, – Кайл впервые оторвался от работы и посмотрел на Картмана. – Там не прописано, когда именно я должен исполнить свои обязательства, указан только срок действия договора, поэтому, если эта халтура – единственное, что держит вас здесь, то покиньте кабинет и не тратьте больше мое время.       – Давай будем откровенны, – серьезно сказал Картман, оставив все шуточки. – Я не успокоюсь, пока не получу своего, тем более, когда у меня есть твоя подпись. Если ты не согласишься – ладно, я не стану тебя заставлять и насиловать тоже не собираюсь. Но как только пройдут выборы, я в тот же день пойду в суд и с помощью Фемиды заполучу тебя в свою кровать. Только на этот раз – со свидетелями, чтобы наш с тобой половой акт был зафиксирован.       Довольно долгое время они молча смотрели друг другу в глаза. Кайл в сотый раз пожалел, что подписал этот договор. Тогда он был в состоянии аффекта и не мог себя контролировать, и теперь ему почему-то казалось, что это была самая большая ошибка в его жизни.       – У нас уже однажды было такое, еврей. Ты подписал соглашение и хотя на самом деле и не выполнил свои обязательства, зато все стали свидетелями, как ты мне отсосал в Воображляндии. Пускай это была всего лишь твоя копия – суть тебе ясна. Может, и в этот раз вместо тебя все сделает кто-то другой? Может, даже Баттерс? Ведь это из-за него мы составляли договор.       Кайл смотрел на него таким же равнодушным и серьезным взглядом, как и всегда, но было ясно, что враг снова ударил в его единственное слабое место.       – Я вас понял, – сухо сказал рыжий и снова вернулся к работе. – Я освобожусь после семи.       – Так бы сразу, куколка, – улыбнулся Картман, направляясь к выходу. – Буду в шесть. Смотри, не подводи меня, – и он со счастливой улыбкой вышел из кабинета.       Телефон Эрика завибрировал. Он спешно покинул здание штаба Кайла, чтобы не вести деловых разговоров на территории противника. Звонил Стэн.       – Я посадил твою любимую на самолет. Билеты были только на три часа, поэтому пришлось собираться в спешке. Она словно в эвакуацию собралась, а не на шоппинг: у нее было сумок пять. Полетела с какой-то Тиффани, не знаю точно, имя это или прозвище.       – Я с ней знаком, они в школе учились вместе, – сказал Картман, садясь в машину. – Сейчас я еду в офис, ты там?       – Да, но ты же отменил все встречи на сегодня.       – Планы меняются. С завтрашнего дня я начинаю широкую агитационную компанию.       – А почему не с сегодняшнего?       – Потому что сначала мне надо разобраться с одним назойливым фактором, который постоянно меня отвлекает. Поэтому приезжай, будем составлять мой календарный план на неделю вперед. Мне надо подняться как минимум на пять пунктов.