30.
5 августа 2016 г., 11:19
Дождь лил за окном, потоком воды создавая непроглядные шторы. Вода шумела, разбиваясь об асфальт. Где-то вдали раздавался гром, волной проносящийся по всему небу.
В помещении штаба республиканцев не горел свет. Оно освещалось только тусклым сиянием уличных фонарей, которое пробивалось сквозь закрытые жалюзи и светлыми полосами устилало пространство, да иногда яркие вспышки молний освещали комнату.
Как только Стэн покинул помещение и погасил свет, Картман окончательно потерял контроль и прижал еврея к себе, впившись пальцами в его ягодицы. Кайл дернулся, почувствовав стояк сенатора, но все попытки были тщетны. Эрик прикусил его нижнюю губу, чтобы Кайл не мог отвернуться и разорвать поцелуй, как обычно. Тогда рыжий попытался вырваться из крепких объятий, но и здесь потерпел поражение: Картман зарычал, еще сильнее прижался своим членом и толкнул его к столу.
– Картман, – произнес демократ, учащенно дыша. Эрик воспринял это как возбуждение, поэтому начал еще более страстно целовать еврея.
– Перестань, – простонал тот, отвернувшись, чтобы Картман не мог его целовать.
Картман действительно остановился, но не разжал объятий, приоткрыл глаза и глубоко, тяжело дышал, словно хищный зверь.
– Кайл, – хриплым и низким голосом сказал он и снова прижался лицом к щеке рыжего, – разреши мне, Кайл.
Картман и сам не понимал, когда разрешение рыжего стал для него таким важным. Раньше он просто брал, даже не волнуясь об удовлетворении партнера. Он сунул руку под плащ еврея и бесцеремонно залез к нему в штаны. Тот дернулся, но это не остановило упрямого сенатора, он пробрался сквозь слои одежды и дотронулся до члена демократа. Хватка еврея ослабилась, когда теплые руки Эрика принялись гладить его. Движениям Картмана мешала одежда, поэтому второй рукой, которой до этого гладила ягодицы Кайла, он расстегнул его ширинку, полностью обнажив обрезанный член.
Кайл только сжал руки Эрика выше локтя и посмотрел на него из-под полуопущенных век. Дыхание еврея снова сбилось, а щеки налились едва заметным румянцем – у него был стояк.
– Картман, перестань, – шумно выдохнул он, упираясь руками в грудь Картмана и стараясь отодвинуться.
– Почему? – прошептал тот ему на ухо. – Ты, что не хочешь?
Кайл промолчал, поэтому Эрик лишь улыбнулся, ускорил движения рукой на его члене, а другой начал стягивать с него плащ.
– Я обещаю, все будет не так, как в предыдущие разы, – прошептал Картман, освободив рыжего от верхней одежды. – Я сделаю все ради твоего удовольствия, – опять этот шепот Эрика над ухом, а потом Кайл почувствовал, как его усаживают на стол. Он резко открыл глаза и хотел было бежать, но замер на месте. Прямо перед ним Эрик опустился на колени и снова улыбнулся. Это было так неожиданно и так шокирующе, что Кайл замер, не шевелясь, а это и нужно было Картману, который, воспользовавшись его состоянием, полностью стянул с него брюки. Сидеть голым задом на столе было холодно, Кайл хотел соскочить, но Картман ему не позволил, раздвинув его ноги и заняв место как раз между ними. Стоя так на коленях, Эрик казался совсем невысоким: его голова была на уровне груди еврея.
Они смотрели друг другу в глаза так страстно и с таким нескрытым желанием, что Эрик улыбнулся и сразу же наклонился, касаясь губами головки члена. Стоять на коленях было неудобно, он присел на корточки и неумело взял член Кайла в рот, но сразу же поперхнулся, введя его слишком глубоко. Он отстранился, откашливаясь, словно подавился.
Кайл был не в силах скрыть улыбку. Он уже и забыл, как это – когда твой партнер такой неопытный в оральных ласках. Эрик не сдавался и снова попробовал, но снова повторил ошибку, приняв слишком много.
– Твою ж мать, – ругнулся он, утираясь, – я и не думал, что это так трудно.
Тут Кайл не выдержал и захохотал.
– Что смешного, еврей? – обиженно сказал Эрик, который действительно старался и даже перестарался. – Я тебе сейчас устрою.
С этими словами он резко встал на ноги, повалил еврея на стол и сразу же, без подготовки, вошел в него. Смех Кайла сменился сначала шипением от боли, а потом сдавленным криком.
– Ой, извини, я не хотел, тебе больно? – Картман словно только что очнулся и осознал, что натворил. Он тут же вышел из рыжего и начал расцеловывать сморщенное от боли лицо Кайла. – Я честно не хотел. Давай я еще раз попробую, но ты не смейся, – сказал он и снова опустился на колени.
Кажется, он понял свою ошибку, потому что на этот раз взял член Кайла в рот только наполовину. Пара движений взад-вперед, и Кайл спокойно выдохнул. Картман вспомнил, как это делали его женщины, и старался повторять то же самое. Он крепко обхватил ствол губами, так что Кайл даже застонал. Как ни странно, это нравилось Картману – нет, не орально удовлетворять мужчину, а именно эти стоны его партнера. Но после минуты безупречной работы ртом Эрик снова сделал ту же ошибку и снова переусердствовал. Он пытался как можно сильнее сжать губы и подключить язык и не рассчитал, задев член зубами. Кайл снова болезненно зашипел, за волосы оттягивая сенатора.
– Все, с меня хватит, ты ужасный любовник, – сказал он и поднялся на ноги.
– Подожди, Кайл, я обещаю исправиться, – Картман не на шутку испугался.
Кайл посмотрел на растерянного республиканца. Он никуда и не собирался идти. Он ошеломил Картмана так же, как недавно и тот его, когда опустился на колени и обеими руками подтянул Эрика за ремень к себе.
– Сейчас я тебе покажу, как нужно, – сказал Кайл, улыбнувшись с таким блеском в глазах, словно ему бросили вызов.
Картман хотел что-то съязвить по этому поводу, но просто не сумел ничего сказать: с его губ срывались только стоны. Еврей действительно был профи. Он сразу сумел взять член в рот полностью, причем с таким выражением лица, словно это было совершенно не сложно. Пара резких движений – и рыжий замер, уткнувшись носом в низ живота Картмана, а затем плавно выпустил член изо рта и дотронулся губами до яиц, заглатывая их по очереди.
– О да, – простонал Картман, запрокинув голову. – Блять, что же ты со мной делаешь!
У Картмана просто ехала крыша. Они только начали, а он уже был готов кончить. Кайл как будто понимал всю накаленность ситуации и издевался над ним. Он взял его член обеими руками и водил головкой по своим полуоткрытым губам, при этом так простодушно заглядывая Картману в глаза, что тому так и хотелось с силой насадить его на член, чтобы не корчил из себя cвятую невинность. Демократ только улыбался и наконец, не отводя взгляда, со стоном произнес:
– Господин сенатор...
Картман не выдержал и всем корпусом подался вперед, наклонившись над Кайлом. Он сжал свой член у основания и громко дышал, закрыв глаза.
– Это все? – ухмыльнулся Кайл. Хоть Картман и не кончил, но демократ не мог упустить шанс поиздеваться.
Картман потянул рыжего на себя, помогая ему встать на ноги, и снова страстно поцеловал – так жадно, словно уже успел соскучиться. Кайл перенял инициативу: он толкнул Эрика, заставляя его сесть на мягкий офисный стул. Тот непонимающе посмотрел на своего партнера, как будто хотел спросить, почему Кайл его оттолкнул, но демократ не дал ему даже опомнится и оседлал сверху. Не говоря ни слова, Кайл положил руки на печи конкурента и сам поцеловал его, задавая ритм. Это был не такой ненасытный и быстрый, как у республиканца, а наоборот – горячо-медленный, и такой сексуальный поцелуй.
– У тебя есть смазка? – спросил Кайл в самые губы сенатора; тот только улыбнулся.
– Нет, – ответил он и провел подушечками пальцев по лицу рыжего, убирая его волосы со лба и глядя на него так, словно до сих пор не мог поверить в свое счастье.
– Хорошо, тогда обойдемся без нее, – сказал Кайл, и приподнялся, насупив брови. Он уже готовился к будущим неприятным ощущениям. Но стоило ему коснуться члена Картмана, чтобы направить его в свой отверстие, как республиканец схватил его за руку и снова усадил себе на живот.
– Нет, – резко заявил он, даже немного испугав рыжего, – я не хочу так. Давай что-нибудь найдем.
Стул, на котором они сидели, был обычным офисным стандартом с колесиками, поэтому без лишних движений и с помощью одних только ног Картман подкатился к столу одного из его работников. Кайл, продолжая сидеть на нем верхом, только удивленно смотрел, как Эрик открывал ящики один за другим и выбрасывал из них все подряд, не волнуясь о бардаке. Бинго! Он нашел увлажняющий крем для рук. Он улыбнулся, не жалея, выдавил белую жидкость на руку и сначала быстрыми неосторожными движениями смазал свой член, а потом, выдавив почти весь крем, уже медленно, не спеша, пододвинул Кайла поближе к себе и наклонил его так, чтобы тот лег на него сверху, а его задняя часть немного приподнялась. Их лица были совсем близко друг от друга, но они не целовались – просто смотрели друг на друга. Рыжий немного стеснялся, потому что находился в не самой выгодной позе – выставив зад кверху. Эрик поцеловал его покрасневшую щеку и плавно ввел один палец, так медленно и нежно, словно это было у них впервые. Сенатор не сводил с него глаз, следя за реакцией на каждое свое движение. К первому пальцу он прибавил и указательный, после чего Кайл только закрыл глаза и громко выдохнул. Даже через пять минут подготовки движения Картмана не ускорялись, они были по-прежнему осторожным и медленными, а рыжему уже хотелось быстрее. Он не стал просить, а сам перенял инициативу, снова выпрямился и сел, опираясь руками на плечи Картмана. Он отвел от себя пальцы Эрика – тот, не сопротивляясь, позволил ему это сделать – и наконец сел на стояк Картмана, помогая себе рукой. Оба громко застонали, когда наконец соединились в единое целое.
– Тебе не больно? – спросил Картман, тяжело дыша.
Кайл не ответил. Он крепко сжал плечи Картмана, приподнявшись на нем, а потом резко опустился. И снова стон. Но Кайл не останавливался и продолжил двигаться, откинув голову назад, он стонал, не стесняясь Эрика. В такой позе Картман входил в него полностью, до упора. Ощущения были совсем не такие, как в предыдущие разы. Кайлу приходилось двигаться самому, и все его мышцы были напряжены, от чего удовольствие стало еще более острым.
Картман не мог бездействовать. Он сильно сжал ягодицы рыжего и помогал тому двигаться, а сам тем временем целовал и кусал его шею, которая находилась прямо на уровне его губ.
Этот секс был таким неистовым и горячим, что оба не выдержали долго. Первым сдался Кайл, который на последних минутах полностью уступил инициативу Эрику, позволяя тому нанизывать себя на член, а сам быстро начал дрочить. Пара движений, и он начал изливаться на живот своего партнера так бурно, что попал даже на подбородок Картмана. Тот только улыбнулся и медленно прекратил движения. Тело рыжего было полностью расслаблено и обессилено, он даже сидеть не мог и лег на Эрика, положив голову тому на плечо. Картман максимально осторожно вышел из расширенного отверстия рыжего.
– Наконец-то, ты кончил первым, – с облегчением сказал Картман, а потом быстрыми движениями руки и себя довел до экстаза.
– Это не твоя заслуга, – устало, но упрямо сказал Кайл.
Дождь по-прежнему стучал в окно, но на этот раз не лил ливнем, а падал размеренными, редкими каплями, которые словно создавали мелодию. Оба кандидата сидели, прижавшись друг к другу, и слушали шум воды и звуки собственного дыхания. Они уже забыли о выборах, о победе и проигрыше, и сейчас думали совсем о другом.
Картман перебирал рыжие кудри и смотрел куда-то в окно.
– Ты переедешь со мной в Вашингтон? – вопрос прозвучал как-то неуверенно и непохоже на сенатора.
Кайл молчал. однако, голос республиканца помог ему прийти в себя и после его слов он встал на ослабевшие ноги и, хромая, направился к столу, где валялась его одежда.
Эрик тоже поднялся и пошел за евреем.
– Не игнорируй меня, – он взял его за руку и развернул к себе, заставляя взглянуть в глаза.
– Этот секс ничего не меняет, – спокойно ответил Кайл и продолжил одеваться, как будто разговор был окончен.
– Что? – крикнул Эрик, схватил одежду рыжего и со злостью отбросил подальше, чтобы тот не мог до нее добраться. – После такого шикарного секса ты смеешь говорить подобное?
Кайл стоял в одной рубашке, которую успел надеть, а остальная одежда полетела куда-то в темноту.
– Картман, я встречаюсь с Баттерсом и люблю только его.
Это разозлило Эрика еще больше, и он перешел на гневный крик.
– А Стотч знает, что мы трахались уже шесть раз?
– Ты что, считаешь? – удивленно спросил Кайл. Его почему-то заинтересовало только это .
Картман только скрипнул зубами и в один рывок забросил рыжего к себе на плечо.
– Мне безразлично твое мнение. Отныне ты только мой, и я буду делать с тобой все, что захочу, – сказал он, направившись к двери со своей новой, как он выразился, собственностью.
